Кира и его гениальный план

Кира был плох в флирте. Вот прям совсем. В принципе логично, он-то ни с кем в жизни не флиртовал, оставаясь чистым и невинным в этом плане. Господи, Кира даже банально не знал, как правильно его начинать, что это и для чего. Да и ему это было не нужно, он буква вольная, ему не нужен какой-то там флирт и влюблённости. Так он говорил, пока всё его спокойствие и все бравады про свободу не обрывались на моменте того, как на горизонте появлялась та персона, что не давала ему покоя вот уже на протяжении тысячи с лишним лет. Аз, первая буква русского алфавита и по совместительству его начальник. Кире понадобилось около секунды, чтобы понять, что он влюблен. Ну, ладно, чуть больше, но это только потому, что его мозг не мог нормально обрабатывать информацию в течении нескольких мгновений, пока он пялился на Аза. Грустно, но факт, его разум не способен работать рядом с ним, полностью затуманенный этим прекрасным лицом. Поэтому даже мысль о том, что бы попытаться признаться Азу в чувствах, не могла прийти в его светлую голову. Как бы он это сделал, если рядом с ним он мог лишь заикаясь поддакивать его замечаниям и требованиям, на половине теряя нить разговора из-за гипноза, который вызывался серьёзной физиономией Аза? Но действовать было нужно, не может же он просто молча страдать в одиночестве, верно? Поэтому Кира начал рассуждать. Он не может напрямую открыться ему в чувствах, значит нужно делать это завуалированно, но так, чтобы Аз понял намёк. Соответвенно, единственный вид завуалированного признания в любви - это флирт. По крайней мере, по словам Зары. Хотя вряд ли ему можно было верить, учитывая, что эта буква никогда не фильтровала свою речь, просто тараня разум других своей прямолинейностью. Но, все таки, это имело смысл. Лучше, чем ничего. Значит нужно научиться флирту. Получается, нужен тот, кто ему с этим поможет. Но кто? Сам себе Кира враг, потому что как только он начинает тренироваться перед зеркалом, сразу начинает себя накручивать, что Аз посчитает его дураком и даже через собственное отражение он видит, как тот кривит лицо в отвращении. Хорошо, значит должен быть наставник. Риту просить бесполезно, он в этом разбирался не лучше Киры, если не хуже. И опять, когда он думал о том, кто лучше всего разбирался в таким вещах, на ум приходил Зара. Поэтому Кире пришлось заново идти к нему в кабинет после того, как он уже просил совета по признанию. — Опять ты? Пришёл признаваться, двуресничный?— остроумно спросил Зара, сверля Киру своими пурпурными глазами. Последний лишь грозно на него зыркнул, но проигнорировал едкие издевки и ненужные ему подкаты. — Нет, прости, но сегодня моё признание нужно не для тебя. Просто как мы уже знаем, ты - единственный, кто разбирается во всех видах "любовных дел". В общем, мне нужно больше ответов, — попытался локанично обозначить проблему Кира, хотя, несмотря на вполне разумные слова, произносились они с явной дрожью в голосе. Зара закатил глаза, развалившись на стуле, почти полностью потеряв интерес. Он уже осознал, что ему ничего от Киры не переподет, так зачем стараться? — Мне тебя ещё и учить нужно? Мне работать надо вообще-то, — огрызнулся Зара, хватая первые попавшийся документы со стола, очень неубедительно делая умное лицо. Ещё чего, это не он там первый бежит помогать признаться в любви какой то левой букве тому, к кому сам не равнодушен? Не-а. — Ну пожалуйста, Зара! Все, что захочешь сделаю, правда правда! — взмолился Кира, уже в отчаяньи, — я даже готов куда-нибудь с тобой сходить, как ты мне предлагал, серьёзно! На последнем предложении, Зара изменился в лице, его выражение стало более вовлеченным и явно заинтересованнее в сделке. — Хорошо, тогда завтра в 8 мы идём в кафе, идёт? — спросил Зара, уже с самодовольной ухмылкой на лице, на что Кира энергично закивал. Восьмая буква алфавита отложила бумаги обратно и положила логти на стол, оперев голову на ладони, делая свое лицо как можно более миловидным. Он не мог отрицать того факта, что любил помогать за вознаграждения. Да, он был корыстной буквой. — Договор! Тогда выкладывай, кого же тебе там нужно так экстренно охомутать? Кира улыбнулся, быстро ставя стул и садясь напротив Зары, аналогично кладя логти на стол, неровно перебирая пальцами. Он не планировал говорить Заре точное имя своего предмета воздыхания, зная ненависть восьмого к данной персоне, но объяснить нужно было все чётко, чтобы тот понял, что ситуация необычная. Аз, все таки, был не из робкого десятка, с его высокими стандартами, и привлечь внимание первой буквы алфавита было очень не просто. Хотя, на вряд-ли бы Кира смог бы вызвать интерес даже у более низкой по статусу буквы, учитывая его умения в флирте. — Спасибо огромное! Итак, смотри: у меня есть буква, имя опустим, которая имеет довольно трудный характер. Это важно. Поэтому просто так признаться в чувствах я ей не могу, а значит должен прощупать почву. Ты сказал, что лучший способ это сделать - это флирт. Но флиртовать я совсем не умею. Поэтому мне нужно, чтобы ты мне с этим помог, пожалуйста, — быстро проговорил Кира, почти не дыша, как будто бы у него вот-вот отнимут возможность говорить. Напоследок он кивнул сам себе, убедившись, что ничего не забыл. Давай, давай, Зара, ты - последняя надежда, думай быстрее, пожалуйста! Зара посмотрел на него, совершенно не впечатлено, приподняв одну бровь. — Ага, значит проблема в этом? Хорошо, допустим, давай так, ты сейчас смотришь на меня, представляешь перед собой ту сволочь и показываешь все свои способности, хоть что-то. Главное, чтобы я понял, насколько все плохо, — рассуждал Зара, снимая заколку с волос, слегка растрепывая их, придавая им незнакомый ранее Кире вид. Ну, чтобы он не воспринимал восьмого как его самого, а как другую личность. Зара положил руку под щеку, кивнув, чтобы заставить Киру сдвинуться с мёртвой точки и продемонстрировать свои "превосходные" способности. — А, ну да. Кхм-кхм, дорогой А... ага... Так, ещё раз. Привет, слушай, тут такое дело, ты... эм... хорошо выглядишь сегодня? Нет, не то, чтобы ты только сейчас так выглядишь, ты всегда красивый, но сегодня особенно! Ну... в смысле, в общем... эм.. П-подожди, я начинаю путаться! Нет, Зар, это бесполезно, я даже не знаю с чего начать... — Кира безнадёжно спрятал лицо в ладонях, уже горя от стыда. Как он дожил до своих лет с такими умениями в общении? В его голове было столько прекрасных слов, которые можно было бы сказать не менее великолепной букве, но нет, как только дело доходит до разговоров, Кира едва ли может связать хоть одно предложение. Зара зевнул, выглядя не раздраженным, а скорее скучающим, избалованным от постоянной страсти, текущей в нем. Ему были неинтересны и чужды эти детские привязанности. — Ну, ничего, не плохо для такого девственника как ты, — лениво произнёс Зара, встречая в ответ мрачный взгляд Киры. Он просто сказал правду, чего злится-то? — Но работы, если быть честным, тут непочатный край. Проблема в том, что ты воспринимаешь свою любовь как что-то неземное, божественное, хотя это такая же буква как и ты. Нужно вести себя не так, как будто бы ты обычный низший обджект, что просит милости у Сушибога, а как взрослая, уравновешанная буква, какой ты и являешься. По крайней мере, если судить по внешнему виду. Просто веди себя естественно, не подбирай слова, говори как есть. Например, прости, что отвечаю грубо, просто я настолько теряюсь в твоих глубоких карих глазах, что перестаю здраво мыслить. Понял? — спросил Зара в конце, объяснив все принципы того, как подкатывает к другим он сам. Да, неприятно делиться столь сокровенным, но зато после этого они сходят на свидание, поэтому он готов пожертвовать своими мудростями. Кира сидел пару секунд, переваривая сказаное. И как у Зары получается выдумывать такое? Он не мог связать и двух слов, когда хотя бы представлял перед собой Аза, а Зара просто говорит о своей любви прямо в лоб, будто бы у них простое обсуждение погоды. С одной стороны, его распутство было проблемой, но с другой - Кира немного завидовал его смелости. — Ага, я понял. Точнее, нет... ну, то есть схема ясна, но вот реализация... явно хромает. Где мне набраться такой же смелости, как у тебя? — последний вопрос был скорее ритоическим, нежели адрессованым Заре, но он, несомненно, хотел бы знать на него ответ. Кира посмотрел на восьмого с печалью в глазах, будто это было настоящей трагедией. Зара закатил глаза, скрещивая руки на груди и смотря на Киру, как на идиота. Он привык к тому, что одиннадцатый был не из самых решительных, эта его черта даже в некоторой степени и влекла к нему, но если опустить факт милоты, это было отвратительно. Он вёл себя как ребёнок, не более, и, видимо, пытаться воспитать из него "настоящего взрослого" было бесполезно. — Святая Кириллица! Ты серьёзно сейчас? Я тебе уже все объяснил, что непонятного? Просто подходишь, без тени сомнений, говоришь то, что приходит на ум, главное говорить с умным лицом и никто не поймёт, что твои слова - это полный бред, и все, буква твоя. Главное тут, уверенность в сказанном, а не решимость. Можно и заикаясь петь оды своему любимому, главное найти подход. Ты пытаешься раздуть из мухи слона, хотя так себя накручивать вообще не нужно! — продолжил свои нравоучения Зара, уже откровенно ругая Киру, будто тот маленький. Хотя, учитывая его поведение, вероятно, таким он и был. Кира безнадёжно вздохнул, грустно отводя взгляд, понимая, что хоть слова Зары и были грубыми, но они были вполне справедливыми: он действительно был склонен к драматизму, как бы он этого не отрицал. Поняв, что большего выжать из Зары он не сможет, потому что тот уже был в паре слов от матов, Кира резко поднялся со стула, направляясь в сторону двери. — Спасибо, Зара, ты дал мне очень ценный урок! — с невесёлой улыбкой произнёс Кира, выходя из кабинета восьмой буквы алфавита. Все сказанные нравоучения Зары крутились в голове у одиннадцатого, пока тот шёл в сторону своего кабинета. Серьёзность, уверенность, равенство. Все те вещи, которые улетучивались из его разума, когда он видел Аза. Все беды с головой и здравомыслием у него случались именно при встречах с ним. Кира резко остановился у входа в свой кабинет, держась за ручку двери. На его лице застыла гримаса осознания. Если он не может здраво мыслить, когда он его видит, значит он не должен быть в его поле зрения, чтобы нормально общаться. Точно! Как он сразу об этом не подумал? Кира гордо улыбнулся сам себе, хваля себя в уме за свою гениальность. Если он не должен на него смотреть, значит он может ему... позвонить? Да, он просто ему позвонит и попробует пофлиртовать с первой буквой. С таким планом у него даже отпадает риск получить по лицу за свои же слова! Кира, как же ты умён! Уже намного более бодрой походкой Кира зашёл в свой кабинет. Он выглядел словно кот, который придумал, как своровать курицу со стола, гордо садясь за свой стол, прокрутившись на стуле. Уже больше игриво, нежели это должно было что-то значить. Ему осталось лишь придумать, что именно говорить. Так, он начнет с простого. Просто поздоровается, спросит как дела. Так, нет, Аз вероятнее всего уже на этом моменте взбесится, потому что он ненавидит пустые разговоры. Работа, в конце концов, ему не до обсуждений погоды или настроений. Значит, нужно говорить все, как ему сказал Зара, то бишь перейти сразу к делу. Ага, и что это за дело? У него очень красивые глаза, как и, впрочем, весь он сам, может быть сделать ему комплимент посвященный им? А если Азу не понравится? Боже, он даже не знал, что конкретно нравится первой букве алфавита! Хотя, вероятнее всего, ему нравится лишь он сам. Ну, а если глаза - его единственный комплекс? Или у него вообще линзы? Почему придумывать комплименты о внешности так сложно? Хорошо, хорошо, значит нужно что-нибудь другое. Поведение. Да, с ним он не ошибается, Аз любил свои манеры, он вёл себя всегда самовлюбленно и дерзко. Даже аристократично, в каком-то смысле. Соответственно, можно сказать, насколько он смелый и целеустремлённый. А если Аз просто скажет, что он это знает и сбросит трубку? Нет, он этого не сделает. По каким-то причинам, Кира был, наверное, единственным, чьё нытье и нелепые попытки привлечения внимания Аз готов был терпеть. Возможно, это было потому, что он действительно ценил его как секретаря, ведь тот, несмотря на свою сентиментальность, хорошо выполнял свои обязанности. Значит, это должно сработать. Да, Кира, ты молодец, хороший план. Осталось только подобрать слова... Раздался звонок. Он был внезапным и почти оглушительным в ранее полностью тихой комнате, из за чего Кира слегка подпрыгнул. Телефон был стационарный, поэтому он не знал, кто именно ему звонил. Лишь бы не он. Несмотря на то, что он всегда с нетерпением ждал звонка первой буквы алфавита, сейчас это было бы очень не вовремя. Кира с некоторым сомнением поднял трубку и голос из телефона заставил его испуганно подняться с кресла и внутренне заплакать. Это был Аз. — Добрый вечер. Кира, зайди ко мне после 6. Да, твоя смена заканчивается, но мне нужно будет обсудить с тобой вопросы финансов. Это важно. Все, давай, — объявил надменный голос из другого конца трубки, у обладателя которого, видимо, не было времени на разговоры со словоохотливым секретарём, поэтому он попытался как может быстрее закончить разговор. Но одиннадцатый, точнее его рот, нежели он сам, был быстрее. — Подожди! — почти перебил Кира первую букву алфавита на последнем слове. В трубке повисла тишина. Кира молчал несколько секунд, обдумывая, что же все-таки он хотел сказать. Времени у него потом точно не будет, это вообще удача, что сейчас он говорил с Азом, учитывая забитый график его начальника. Тем более, он позвонил ему первым, что тоже имело минимальный процент шанса. На другом конце послышался усталый вздох и приглушённое "Что?", которое заставило Киру отвиснуть, — послушай, Аз, тут такое дело... кхм. Кира потупил взгляд в пол, заставляя себя не представлять лицо Аза, хотя даже через телефон он мог чувствовать, как тот закатывает глаза. Вскоре послышался ответ, — ближе к теме, Кира, ты же знаешь, в мой график не входит слушание твоего молчания в труб... — Ты мне нравишься, — почти криком проговорил Кира, вновь перебивая Аза, кладя трубку. Хорошая работа, Кира, отличная! Только ты можешь потерять и работу, и уважение начальника за буквально 10 секунд разговора. Чудно. Нет, даже не так. Идеально. Так локанично получить увольнение мог только ты. Супер. Мысли вихрем крутились в голове Киры, пока он, явно испытывающий горе, нервно шагал по офису. Все таки Зара был прав, он идиот! Или он этого не говорил? В любом случае, это было правдой. Он не воспользовался ни одним советом Зары. А ему, он, между прочим, пообещал свидание. Не за что, получается. Умница, Кира, как всегда на уровне. Отрезвляющие осознание ударило ему в голову, заставив его остановить свои нервные круги по комнате. Он признался Азу в любви, находясь с ним в одном здании. И Аз прекрасно это знает. А его кабинет буквально в паре шагов от его. Нет, ему ведь уже не спастись, так? Может быть он успеет уйти? Быть может... — Кира? — до боли знакомый голос послышался сзади, заставив Киру не просто вздогнуть, но и отшатнуться на пару шагов назад, обернувшись. Честно говоря, он не ожидал того, что с ним будут говорить, он ждал удара. С искренним ужасом на лице Кира посмотрел на Аза в ответ, но тот выглядел на удивление спокойным, хоть и немного недоумевающим. Оно и ясно, не каждый день тебе в таком признаются. Хотя, изначально, это и не должно было быть признанием, черт возьми. Это флирт, не более. — Да? — Нервно ответил ему Кира, быстро отводя взгляд. Куда угодно, лишь бы не в эти усталые и слегка померкшие, но все такие же великолепные глаза. Аз слегка наклонил голову на бок, в замешательстве. В его глазах все было запутанно и непонятно. Он давно знал о чувствах Киры, но не думал, что тот признается ему именно так. Так странно. — Что значит "Да"? Что это было? —спросил Аз, подходя ближе. Это было... сложно. Нет, не поймите не правильно, чувства Киры не были невзаимными или что-то в этом роде, но для Аза это было не менее неисследованной территорией, на которую он вряд ли планировал когда-либо становиться. Кира прокашлялся, наступила очередная тишина. Но теперь она не казалась неловкой, скорее более безмятежной, не нуждающейся в заполнении. Аз, хоть и не любил, когда его слова игнорировали, понимал Киру. В каком-то роде. Он тоже не был силён в высказывании эмоций, поэтому отсутвие ответа для него было знакомым. Это была простая защитная реакция, и она совсем не значила, что он не находил слов, скорее его действия говорили сами за себя. А поведение Киры вполне показывало те необъятные чувства, что он сейчас испытывал. Нервный, весь взбудораженный, неловкий, печальный, но с такой огромной надеждой и любовью в своих кофейных глазах, что Аз был неспособен им отказать. Или накричать за молчание. Он снова, уже более обречённо, вздохнул, разворачиваясь. — Пошли, обсудим финансы сейчас, а потом ты будешь свободен, — измотанным голосом произнёс Аз, поманив за собой Киру, понимая, что тот вряд ли был способен на работу в таком состоянии. Да и ошибок в документах от перенапряжения понаделает, которые потом придётся исправлять Азу, чего он хотел в последнюю очередь. Пусть отдохнет, а завтра они обсудят эту нелепую ситуацию. Или не обсудят. Он не знал, да и знать не хотел. В любом случае, сейчас он хотел спать, а не зацикливаться на чувтвах. Кира облегченно выдохнул, уже более спокойно направляясь за Азом, мысленно планируя завтрашние оправдания. Они никогда не станут это обсуждать.