ʚ Где он? ɞ

      Пять дней. Пять дней, как ничтожные поиски Рампо были тщетны и уже казались безнадёжны. Детектив будто испарился, провалился под землю. Последний раз его видели выходящим из агентства, и всё, для сотрудников это был действительно последний раз. Однако для самого Эдгара немного иначе. Он видел Эдогаву последний раз тогда, когда тот выходил из его дома. В тот же день, в тот же вечер, но это было после того, как его видели другие детективы. Иными словами, Эдгар последний, кто видел Рампо ещё живым. Чувствовал ли По вину за это? Да, и очень большую. Писателю уже начиналось казаться, что он мог помочь, остановить в тот день детектива, но всё же с другой стороны он понимал, что ничего не смог бы с этим сделать. В первый день его пропажи, многие надеялись на то, что тот просто заблудился и не смог как обычно найти дорогу, но под вечер стало ясно, что будь это простым совпадением, Рампо бы давно хоть как-то нашёл путь до агентства. На второй день к сожалению это лишь подтвердилось. По обыску в его квартире стало понятно, что того не было дома с дня пропажи, а значит и в тот день он домой и не возвращался. Как ушёл утром, так и не вернулся. Где и как его только не искали. Уже даже соседние населённые пункты проверили, но всё было бесполезно. Каждый путь вёл в тупик. Из этого было ясно только одно, а именно то, что в пропаже наверняка замешан одарённый, но точно не обычный человек, ведь провернуть такое преступление, чтобы не оставить не единных следов достаточно сложно, даже слишком. Но к сожалению на поиски Эдогавы эта информация не давала никаких зацепок. Конечно, были подозрения и на Эдгара, как на последнего, кто видел Рампо. Мало того, способность писателя очень даже подходила под описание того, чтобы парень исчез без следа. Однако после обыска дома подозрения спали. Ещё больше догадки рассеялись, когда поняли что каков бы сложный сюжет у писателя не был, Эдогава всегда его разгадывал, поэтому и в этот раз разгадка книги По наверняка настолько долго не затянулась бы. Один из путей разгадки снова привёл в тупик. Эдгар был лишь свидетелем.       Очередной скучный вечер. На улице было достаточно прохладно и пасмурно, только редкие лучи солнца выглядывали из-за туч, будто бы борясь за место в небе. Аллан сидел в своём кабинете и пытался хоть что-то написать, хотя бы маленькую строку. Шёл уже шестой день с пропажи Рампо. И на кой смысл уже писать детективные романы, если до этого они все были предназначены именно для зеленоглазого детектива... Нет, не стоит размышлять о плохих исходов раньше времени. В конце концов ещё ничего неизвестно. Может Рампо ещё жив и вскоре будет как раньше. Как же хочется на это надеяться.       В доме было также холодно и блекло, в принципе как и на улице. Единственными источниками света в этом доме были небольшие лампы в кухне и в кабинете самого Эдгара. Карл уже как около часа мирно спал на плечах хозяина, обеспечивая другому хотя бы немного тепла, которому так не хватало сейчас потерянному писателю. Мысли в голове путались, образовавшийся клубок в голове лишь только становился больше и запутаннее, от чего сама голова становилась как будто тяжёлой, а боль в висках только мучала.       –Я так больше не могу. Нужно принять обезболивающее.       Пробормотал себе под нос Эдгар, резко вставая со стула и уже направляясь на кухню за таблетками. От такого неожиданного толчка, енот который до этого мирно сопел на своём хозяине, естественно проснулся, но благо успел зацепиться коготочками за одежду, чтобы не упасть. Дома действительно было достаточно темновато, однако это даже к лучшему. Хотя бы глаза от света не будут болеть. Пройдя на кухню, Аллан уже открывал заветную дверцу шкафчика, за которым ждали его обезболивающие препараты. С пропажи Рампо этим удовольствием пришлось запастись, так как головные боли всё чаще и чаще тревожили молодую обеспокоенную пропажей фигуру. Пока По искал нужное ему лекарство, Карл уже спрыгнул с плеч и побежал в сторону коридора с входной дверью. Наконец-то обезболивающие было успешно найдено и принято, так что оставалось только ждать, пока оно подействует. Точно, надо же покормить питомца, а то он с обеда ничего не ел, а на часах уже пол восьмого вечера. Не хотелось бы ещё и енота терять.       –Карл, беги сюда, я покормлю тебя.       Но ответа не последовало. Даже цоканье коготков енота не было слышно. Эдгару показалось это весьма странным, поэтому он без задней мысли пошёл на поиски Карла в ту сторону, куда тот как раз-таки побежал. Стоило только парню выйти в коридор, как он сразу заметил Карла, который утыкался своим носиком во входную дверь, будто пытался учуять что-то, что находится за этой дверью. Чтобы благополучно проверить это, По не замедлительнно быстрыми шагами направился в сторону двери и открыл её. За нею никого не оказалось, по крайней мере из живых существ, ведь на пороге двери стояла какая-то коробка, которая была на вид среднего размера, не слишком большая, но и не маленькая. Что-то подсказывало парню, что без перчаток саму коробку брать не стоит, будто внутренний голос знал что-то больше чем сам писатель, однако без перчаток он всё же брать коробку не стало. Благо одноразовые перчатки находились в доме, так что найти для того чтобы найти их труда особого не составило. Единственное что пока беспокоило Эдгара, так это то, что на коробке не были указаны не от кого кого посылка, не марки, только кому и адрес, ито даже без индекса. Немного настораживало ещё то, что пока Эдгар нёс коробку на стол в кухне, Карл пытался чуть ли не залезть в эту коробку, поэтому чтобы тот не мешался, Аллан отнёс того в другую комнату с дверьми и закрыл его там, а сам пошёл обратно к коробке. Аккуратно открыв её, парень начал не торопясь осматривать её содержимое. В коробке был чёрный пакет с чем-то большим довольно таки крупным, а сверху на нём лежали две маленькие фотографии и какая-то бумажка, скорее всего записка. Взяв одну из фотографий, лицо парня тут же побледнело. На этом снимке был изображён Рампо. Он был прикован к какой-то бетонной, выцарапаннной стене, которая явно выдавала что место где запечатлён детектив не новое, а само место явно не обычное. Сам детектив был в синяках и ссадинах, а его кожа как будто потеряла свет. На второй же фотографии, также был Рампо, но на этом снимке он был уже в другом месте и позе. Теперь же он был запечатлён в полу сидячем положении около дерева, а на фоне отчётливо были видны другие деревья и редки сухие кусты, которые даже скорее походили на простые острые палки. Однако на первом снимке Эдогава был изображён чуть ли не во весь рост с ракурса лица, а на втором был действительно весь рост, но снимок обрывался в районе шеи. Иными словами, на втором фото голова не была запечатлена даже частично. Руки писателя неистово подрагивали, а пульс с каждой секундой лишь учащался, что только мешало ему. Не удивительно, в конце концов спустя почти неделю после пропажи, вдруг неожиданно Эдгар видит фотографии потерянного Эдогавы, к тому же не в самом лучшем положении и месте. Спустя пары минут взгляд который был прикован к снимкам, медленно перешёл на некую бумажку. Точно, ещё она, её тоже нужно просмотреть. Страх. Страх от того, что может находиться в этой записке, Эдгар боялся её содержания, не хотел что бы там находилось что-то поистине страшное и ужасающе, но деваться некуда. В записке были следующие слова: "То что ты так ищешь находиться в том пакете)". Действительно, ещё же остался пакет. Последняя вещь, которая находилась в этой проклятой коробке. Руки теперь действительно дрожали, как и сам По. Отложив и записку в сторону, Эдгар аккуратно, медленными движениями раскрыл пакет. Увиденное заставило парня впасть в 10 секундный ступор, от незнания, как реагировать на то, что было в пакете. Кровь встала в жилах, а голову как будто бы сжали до невозможности. Раз. Больше нет ступора. Как же больно, больно, больно, больно. По ощущениям сердце будто вырвали, оставив писателя умирать так. Сам он ошатнулся назад, а через долю секунды уже и вовсе прибывал в истерики на полу, при этом сжавшись в себя как только мог, лишь бы забыть увиденное.       –Нет, нет, нет, нет, нет! Это не может быть правда, не может же!!       Истерически пытался кричать По, но весь голос настолько дрожал, что все слова как будто назло застревали в горле. Какое же недоразумение, что содержимое в пакете была отрубленная голова Эдогавы Рампо.