Sylus's Shadow

      Квартира у Энни была небольшая. Прихожая маленькая, ведущая сразу в гостиную совмещённой с кухней. У правой стены дверь в маленькую спальню. Слева от входной двери санузел. Окна выходили на дорогу, где то и дело проезжали машины. Здесь всегда был привычный бардак из разбросанной одежды.       Первое время Энни не хватало солнца и здесь всегда горел свет, потом темнота стала привычной, а потому и источником света стала служить одинокая лампа возле дивана.       Энни сидела на подоконнике у открытого окна. Сигарета в одной руке, кофе в другой, а внутри была пустота. Навевало воспоминаними о тех временах, когда она только приехала сюда. Неизвестный, опасный город, сулящий большие деньги, если ты умеешь быть незаметной и слушать.       Зона 109 забирает у тебя всё — твои страхи, привязанности, интересы, но зачастую город просто отнимает жизнь. Энни прекрасно знала, что мораль стоит оставить в Линконе, когда перебиралась сюда. В Линконе она оставила всё, сюда приехала новой.              У неё было несколько правил.              Правило №1: Не привязывайся к людям здесь.       Правило №2: Предательство — это нормально, если это касается твоей безопасности или продвижению.       Правило №3: Не работай на тех, от кого веет силой и властью. Для них ты будешь разменной монетой. Ещё хуже, если это будет привлекательный мужчина.       Правило №4: Работай в нейтральном районе. Не принимай чью-то сторону.       Правило №5: Не давай оценку чьим-то поступкам. Ты здесь не для этого.              Энни чувствовала себя одинокой, когда адаптировалась в новом городе. Никому нельзя довериться, выговориться, всегда всё приходилось держать в себе. И сейчас она чувствовала такое же одиночество, как в начале. Правила нарушены. Но перспектива заработать приличную сумму денег, и наконец-то убраться отсюда была сладкой на вкус. Нужно просто немного потерпеть.       Радовало, что с Эйслин они разошлись тепло, даже по-дружески. Она всё поняла, когда Энни сказала, что уходит.              «— Значит, ты не злишься? — спросила у неё Энни, убирая последний бокал в ящик.       Эйслин стояла напротив стойки, скрестив руки на груди. На ней была серебристая блузка, каштановые волосы распущены, губы подкрашены в алый — как всегда, она была безупречна. Женщина, которая научилась выживать в этом городе, не теряя лицо, и при этом неплохо зарабатывать.       — На тебя? — Эйслин фыркнула. — Нет. На Сайласа — может быть, но в этом нет смысла. «Элизиум» под его защитой. — На секунду она замолчала, и сдержанно добавила. — Он хорошо платит и… ты же видела сама — он каждый год занимает первое место в конкурсе среди лучших боссов, — она иронично покривила губами.       Они замолчали, каждая не могла позволить себе сказать, что будет скучать.       — Если что — ты знаешь, где меня найти, — сказала Эйслин. — Никто не смеет прикасаться к моей бывшей сотруднице без последствий. Даже если она теперь работает на Сайласа.       — Это угроза или благословение? — усмехнулась Энни.       — Это по-взрослому. Здесь так нужно».       Энни докурила сигарету и затушила её в пепельнице, среди других окурков. В горле осталась неприятная горечь. От никотина и от того, что она ввязалась в большие игры. И это был её выбор.       

***

      Штаб-квартира Оникайнуса возвышалась в центре Зоны 109, как памятник безнаказанности. Небоскрёб сверкал огнями. Его невозможно не заметить, невозможно не восхититься его архитектурой, которая сочетала готические прямые линии и современные металлические вставки. И каждый, кто проходил мимо, старался ускорить шаг и испытывал небольшую тревожность.       Сайлас не прятался. Ему это не нужно. Хотите бросить вызов? Сайлас примет вас со всем своим арсеналом. И усмехнётся, стоя над вашим трупом.       Он жил на самом верху и наблюдал за городом, как сидящий на ветке ворон, выискивающий себе добычу или идиота, решившего посягнуть на его территорию.              Лифт с зеркальными стенами и панелью, реагирующей на отпечатки пальцев, плавно и бесшумно поднимался вверх. Энни старалась собраться с мыслями и напустить на лицо дерзкую уверенность. «Надо было выпить, перед тем, как идти сюда» — думала она, смотря на своё отражение. Вид самый обычный — тёмные джинсы с завышенной талией, заправленная в них белая футболка и чёрная кожаная куртка. На запястье, как обычно, браслет с чистой флешкой, готовой принимать новую информацию. На ногах белые кроссовки с высокой подошвой. Она посмотрела на свою шею и вспомнила руки Сайласа. От этого её щёки вспыхнули, и девушка потёрла то место, куда давили кончики его пальцев.       «А вот эти мысли совсем не кстати!» — подумала она, тряхнув головой. Сайлас — её новый босс. Он не мужчина, не привлекателен, ей не нравится та мощная аура силы и власти, исходящая от него. И вот уж точно желание почувствовать его хватку было лишним и неправильным.       Каким-то извращённым.              Двери лифта распахнулись с щелчком и Энни почувствовала, что воздух стал тяжелым и душным. Она как будто входила в логово отдыхающего зверя, который делает вид, что спит, но на самом деле просто притаился и всё слышит. Внутри — роскошь в чёрно-красных тонах. Кожа, дерево, тусклое золото на рамках старинных картин. Мягкий и приглушенный свет. У него были даже растения и цветы. Хотя в Зоне 109 после катастрофы ничего не растёт.       Она шла по длинному коридору, мягко ступая по ковру и считая свои шаги, чтобы успокоиться. Тихо, незаметно, чувствуя себя мелкой и неопытной воровкой, забравшейся в логово дракона.       «Или вампира» — подумала Энни. — «Ну да, ну да. Один из тех слухов: Сайлас не стареет, не спит и питается страхом. Но больше всего — чужими слабостями и желаниями».       Она вошла тихо, дверь даже не скрипнула. Сайлас сидел в кресле своего кабинета, где были панорамные окна, завешанные тяжёлыми бордовыми шторами. На стеллажах книги и антикварные предметы декора. Энни быстро окинула взглядом помещение. Сайлас любит роскошь под старину, она увидела граммофон и виниловые пластинки.       «Он точно не вампир?» — подумала Энни. — «Если я сегодня его ужин, то он ошибся. Девственности я лишилась ещё в восемнадцать лет».       Он был в костюме — чёрная рубашка с закатанными рукавами, в руках бокал с тёмной жидкостью, играющей отблесками рубина, совсем как его глаза.       — Ты тихо ходишь, — сказал Сайлас.       «Ни тебе здравствуй, Энни. Ни как добралась? Ты не заблудилась?».       — Не люблю, когда не слышу чьи-то шаги, — добавил он.       — Мне стоит повесить колокольчик себе на шею?       — Если только он будет на ошейнике.       — Я предпочитаю долгие ухаживания, прежде чем позволю кому-то надеть на меня ошейник.       Его взгляд был ленивый, чуть прищуренный. Он не оценивал её внешность, только поведение. И она понимала — один неверный шаг, и она упадёт в пропасть. Но она уже прошла по тонкой грани с ним, и ей это понравилось ещё тогда — в казино.       Энни подошла и села в кресло напротив. Она попыталась откинуться, сделать вид, что она расслаблена и совсем его не боится, но внутри сжимался крепкий узел. Её правая рука сжала подлокотник чуть сильнее и ноготь слегка царапнул кожу кресла.       Он заметил.       — Ты нервничаешь? — приподняв бровь спросил Сайлас. Для него это было забавно.       — Нет, — слишком быстро ответила Энни. — Просто кресло цепкое.       — Больше похоже на то, что цепкая ты, — усмехнулся он и его взгляд скользнул по её пальцам.       На секунду у неё перехватило дыхание, рука ещё сильнее сжала подлокотник и тут же отпустила его.       — Ты выбрал компанию, где принимают только с кукольный внешностью. Интересный выбор, — сказала Энни, стараясь не выдавать свой страх за игривостью, но невербально она закрывалась от него, кладя ногу на ногу. — А мне казалось, ты ценишь мозги.       — Ты хочешь сказать, что у тебя не подходящая внешность и ты будешь там белой вороной?              — Я хочу сказать, что ты однажды заявил: «Ты себя переоцениваешь». А теперь отправляешь меня туда, где ценят лицо и фигуру.              — Может, я просто гибкий в оценках, — отозвался он, чуть наклонившись к ней. — Или ты думаешь, я вру?              — Я думаю, ты играешь. — Она облокотилась на подлокотник. — Знаешь, мне было обидно. Не то чтобы я мечтала, чтобы ты восхищался моими глазами… хотя с таким тоном, как в тот вечер, ты мог хотя бы притвориться.              Он усмехнулся и поставил стакан на стол.              — Энни, ты не поняла. Я знал, что тебя это заденет. Поэтому и сказал.       Она не удержалась, её брови дрогнули, губы чуть приоткрылись. Промах. Неловкость. Она быстро отвела взгляд в бок и фыркнула, скрестив руки на груди. Он из тех, кто напрашивается на пощёчину, но никогда её не получает.              — Скоро будет аукцион, который обслуживает твоя новая компания. Твоя цель — американец. Покажется, как частное лицо. Интерес — поставка оружия через посредника. Цель — зафиксировать контакт. Он должен подойти к человеку с татуировкой в виде стилизованного якоря на кисти руки — это Хемлок. Сними на видео их разговор. Подтверди, что длился более двух минут. И этого достаточно.              Энни кивнула. Никаких «что, если» — не предусматривается. Либо делай, либо, в лучшем случае, уедешь отсюда на своих двух ногах.       — А что это за люди? В чём суть?       — Пока что тебе это знать не обязательно. Всё, что тебе нужно знать — это то, что там ты мебель. И чем меньше на тебя обратят внимания, тем больше узнаешь.       — Парадокс, конечно, — усмехнулась она. — Быть незаметной, когда тебя выбирают по внешности.       — Там много красивых девушек и парней среди персонала, так что можешь не зазнаваться.              «Ну что за скотина?!» — подумала Энни.              — Хорошая поддержка от начальства. Я прямо чувствую прилив сил и воодушевления для работы. Хочу послушать твою речь на брифинге во время кризиса.       Сайлас усмехнулся и встал из-за стола. Он приблизился к ней, чуть наклонился, чтобы рассмотреть её — не вульгарно, спокойно, как на ценную вещь, на которую смотрят с интересом и вопросом: «В каком месте она будет выгоднее смотреться?». Это заставило её чуть вжаться в кресло. В голове возник чужой голос, рекламирующий товар: «А вот робот новой модели — Энни. Подзарядкой является кофе и сигареты. Может дефилировать по залу с подносом и улыбаться. Иногда язвит, но это брак, поэтому продаём по скидке. Так же в этой модели предусмотрена функция смешивания напитков и кулинарный навык. Хотите купить?».       «Да, ей найдётся применение».              — Выполнишь работу и получишь комплимент, — сказал Сайлас. — Может, даже настоящий.              Он был слишком близко и вновь этот дорогой запах, терпкий, тёмный, проникающий внутрь, обволакивающий, его хочется чувствовать кожей. От этого захотелось вжаться в кресло.              — Надеюсь не в виде почёсывания за ухом со словами: «Хорошая девочка»?              — Не переходи черту, — отрезал её новый начальник таким тоном, что это ставило точку.       Ей стало неуютно и немного стыдно. «Он должно быть подумал, что я клеюсь к нему». Она заёрзала в кресле, прекрасно понимая, что стоит замолчать. Сайлас смотрел в её глаза, ей показалось, что правый глаз светится ярче. И тогда он добавил, почти лениво, как бы между прочим:       — И постарайся не выдать себя, кем бы ты на самом деле ни была.              И он отошёл от неё, отворачиваясь. Она почувствовала, как внутри образовался холод, а затем её щёки вспыхнули. Он не уточнил, ни в чём её не обвинил и не задал вопрос. Но Сайлас не оставил ни малейшего сомнения: он что-то знает о ней. Или догадывается. И теперь будет следить за каждым её движением. Шаг вправо, шаг влево и под ударом будут близкие ей люди. Если бы она боялась за свою безопасность, то не поехала бы сюда за возможностью, которую можно получить, если у тебя нет морали.       Она сглотнула образовавшийся ком в горле и едва произнесла с хрипотцой в голосе:              — Разрешите откланяться, господин начальник?              — Иди.              Энни пулей выскочила оттуда, стараясь не терять достоинство и держать спину ровнее, и выдохнула только тогда, когда оказалась рядом со своим мотоциклом, который мог унести её подальше от штаб-квартиры Оникайнуса, от Зоны 109, от всей этой жизни.