Чужой среди своих

      Прошло четыре месяца. Мое тело подтянулось, а благодаря охоте Хару я смог обрасти мышцами. Во время моих тренировок, Хару брал нож и лук отправляясь на охоту. Он говорил, что для тренирующего организма нужно есть много белка, я же благодарил его и бога за этого брата. С каждым днем мне он напоминал Итачи, и я не хотел отходить от него. Даже во время тренировок я спрашивал у Сшина: "где Хару". Сшин же, видя нашу связь, тоже решил присоединиться к нам. Он начал вместе со мной бегать, отжиматься, приседать и направлять. Я был благодарен им обоим.       Под конец осени, Сшин придумал очень интересную тренировку. Он сказал, что надо всем троим вспахать все три ряда картошки. Кто победит, тот сможет вообще не работать. На это мы все согласились. Победителем в нашем состязании был Сшин. Вторым был Хару и последний я. — Это было нечестно! — сказал я, топнув ножкой, на что два брата лишь улыбнулись. — Вы старше меня! — показал я пальцем на двух смеющихся парней. — Так стань сильнее нас вместе взятых! — сказал Сшин, встав в пафосную стойку, на что Хару лишь прыснул в кулак.       После его слов я реально взял за тренировки всерьез. Раньше я хотел быть ребенком, и я им был, но в глубине души мне шестнадцать лет, и я помнил это. Увидев максимальную серьезного братика, те поняли, что сказали что-то лишнее. И тогда я начал выкладываться на все сто десять! Я хотел встать вровень с братьями, хоть понимал, что они сильнее меня из-за возраста. Но моя аномальная выносливость помогала мне тренироваться в таких темпах. В один из дней Хару подшутил над Сшином, сказав: — Отото настолько серьезен, что даже когда ты загорелся желанием стать военным, старался меньше, чем он. — на что Сшин лишь одобрительно кивнул. — Это мечта, у меня не было наглядного примера. Как ты знаешь, отец занимается своими делами. Хоть он и полицейский в отставке, но он решил стать учителем. — на это Хару вопросительно приподнял бровь. — Ты только сейчас догадался? — после этих слов Сшин надулся, как ребенок, и начал что-то бурчать. — Эхх. — снова став серьезным Сшин продолжил. — Я хотел сказать, что у меня не было примера. Сейчас же у Отото есть два наглядных примера в лице тебя и меня. — на это Хару одобрительно покачал головой. — Но не много ли он тренируется в таком раннем возрасте? — Сшин лишь пожал плечами и, отпив воды, пошел заниматься вместе с младшим.

***

      Когда же началась зима тренировки поубавились, но не прекратились. Но чтобы поддерживать тело в тонусе, мы решили тренироваться дома. Я и Сшин принимали упор лежа, пока Хару спокойно попивал чай. К зиме мы успели собрать весь урожай, а некоторую часть Хару уже продал, отдав деньги матери.       Мама, видя, что нам некуда девать энергию, показал интересную игру в виде пай-шо. Мне игра напоминала шахматы, но более сложную, и вечером мы с братьями и мамой играли в эту игру. Хоть сколько мы ни играли, но никто не смог победить Хару! Он как будто прирождённый стратег, даже мама проиграла Аники в сухую! После игры она сказала, что тот имеет ум отца. На что Хару лишь смущенно почесал затылок.       Так и проходила зима, но ближе к весне, я решил выйти вечером на улицу. Сшин же решил остаться дома, а Хару подболел, по-этому не смог выйти со мной. Я же решил пробежаться и вернуться. Пробегая по лесу, я не слышал пения птиц или стрекотания насекомых. Но сделав круг по всему лесу, я начал возвращаться. Вернулся я раньше, потому, что тишина слишком давила на меня, да и холодновато стало. — Плохое предчувствие? — остановился я напротив дома. Я ждал область в районе сердца, почему сердце там закололо? — Мама, Пап, Аники я вернулся. — сказал я, не открывая двери. Она была открыта, хоть я помню, что закрывал её.       Когда я мой взгляд упал на прихожую, мои шаги остановились. Остановилось все. Сердце не билось, тело окаменело, а легкие не хотели наполняться воздухом. Кровь. Почему везде кровь? — Не, скорее, это кто-то раненый. — пытался я придумать оправдание этому. — Это всего лишь рана. Да, это просто кровь расплескалась ведь. — на моих глазах появились слезы. — Ведь это не может быть ... рукой. — мой взгляд упал на кольцо ... мамино.       Тихо, все тихо. Я на трясущихся ногах подобрал кольцо и пошел дальше. Я понимал, но сердце отказывалось понимать и тем более понимать. Это не может быть остатки руки, не может! Невозможно раздавить руку до такой субстанции, что даже костей не осталось! Я побежал в комнату братьев, прямо по кровавым следам. Я не верю, это невозможно. Войдя в помещение я остановился. — Хммм? — сказало нечто с белыми рогами. Дьявол, я вижу дьявола. Красные глаза, полностью красные глаза. Одежда вся в крови, а на руках острейшие когти. На лице оскал, и ряд острых зубов, как у акулы. — Ещё один? Хотя тот человек не трогать его жену и трех детей? — вынув руку из тела Хару, он повернулся ко мне.       Брат. Его глаза уже ничего не выражали, а груди ужасная рана. Сшин избитый до такого состояния, что даже ребра торчат, и его левая часть головы просто раздавлена. Его как будто переживали и выплюнули. Хару имеет сквозную дыру от которой обычные люди умрут со стопроцентной вероятностью. А матери повезло еще меньше, её просто ... разорвали. — Интересно, интересно. — сказал дьявол, подойдя ко мне и схватив за горло, поднял. — П-почему? — смог лишь выдать я, как и в прошлый раз в у меня крутился лишь одно слово. — ПОЧЕМУ?! — заорал я в его руках, смотря в его кровавые глаза. — Почему ты это сделал!!! — орал я, пытаясь ударить его, я брыкался, махал руками, кусал его, а дьявол лишь вопросительно смотрел на меня. — Да вот идея одна пришла. — сказал он оскалившись, подняв меня, он переместил руку на мою руку, позже с силой стукнув меня об стену. — Угомонись. — сказал он, от удара у меня пошла кровь, а тело после тренировки и так ныло, а сейчас меня как будто автобус сбил. Весь адреналин выветрился, когда прошел второй удар об стену. — Успокоился? — спросил он, видя, как я просто вишу. — Отлично. — он бросил меня на пол. — Знаешь. — сказал дьявол, присев возле меня. — Ваш папаша мне очень насолил. Вот я и думаю, как отомстить тебе, как его потомку. — говорил он, приняв задумчивый вид. — А я знаю как! — вскочив, он снова поднял меня за шею, но все это не кончилось. Он разрезал себе вены и начал наливать свою кровь в мой рот. — Пей! — говорил он, я же уже не мог сопротивляться. — Какая разница? — сказал я сам себе. — Все равно умру. — и начал глотать, я выпил все. На это дьявол коварно улыбнулся и кинул меня в угол.       После того как его кровь попала в мой желудок, я начал кричать. Она как будто разъедала мой желудок, все мои внутренние органы. А он лишь смеялся, но что-то решив, он начал уходить. Я же корчился от боли и орал, орал как мог. Голос сорвало при первых двух минутах, а боль все не прекращалась. Почему? Почему он не добил меня! Орал я, но опять вместо крика вышел хрип. — Я ...ААА.. УБЬЮ ...КХА... ТЕБЯ! — Не прощу! Я не прощу! Я не буду прощать! Я не хочу его прощать! Он умрет! В таких же мучениях, как я, но умрет!

***

— Я выжил? — спросил я сам себя, встав на ноги и осмотревшись, я понял. — Я живой! — вместо крика вышел хрип, но я рад, я был рад! Я смогу! Смогу отомстить! Пройдя пару шагов, я уже начал падать, как вдруг мое движение прекратилось. Я перевел взгляд. — Что это?