Моя чертова одержимость

— Не забывай про стоп-слова, если ты будешь на пределе, — проверяя в спальне цепи и крепления на ногах Ризы, напомнил Александр. — Да, Господин, — покорно ответила Риза.  За время их совместного проживания с Александром в полу под паркетом и в потолке появились крепкие анкерные болты с кольцевым наконечником. Они удобны и для веревок, и для карабинов, которые обычно имеются у цепей и наручников. И сейчас Риза стояла прикованной, обнаженной, с широко расставленными ногами и поднятыми вверх руками. Цепи легко звякнули, радиус движений был не велик.  — Моя девочка, — встал напротив Ризы Александр и потянул за кольцо на ошейнике. Он почти невесомо поцеловал жену в губы и погладил большим пальцем по щеке. Морозов отошел на шаг назад и, склонив голову на бок, внимательно осмотрел Ризу с головы до ног. Та с жалостью вздохнула. С жалостью к себе. Господин почти всегда был на их сессиях в белой рубашке и брюках. И ведь тот прекрасно знал, как влияет этим на Ризу. Несчастная сглотнула подступающую слюну. Александр взял с кровати заранее подготовленный стек, провел кончиком по изящному лицу и остановился под подбородком. — Я сегодня только повышаю твою терпимость к боли. Ты же не расстроишься, не получив всего остального? — Нет, Господин, — конечно Риза расстроится. — Врунишка, — Александр замахнулся и шлепнул по косым мышцам пресса. — Это за ложь. Посмотрим, на сколько может быть чувствительной твоя кожа. Господин спустился к бедру. Он ударил по внешней части. Алое пятно растеклось на смуглой коже. По всей длине бедра последовало еще пять ударов. Александр нежно погладил кожу кончиками пальцев. — И даже звука не издала. Какая молодец, — похвалил он. Риза что-то мурлыкнула себе под нос. Александр, чуть обойдя ее, шлепнул ладонью по ягодице. Риза чуть дернулась вперед, но все же не издала ни звука. Она прикрыла глаза, представляя, как тепло распространяется по телу. Последовал еще один шлепок ладонью. Господин обошел Ризу со спины, проведя пальцами по спине. Еще один шлепок ладонью, но по второй ягодице. Риза задышала глубже. Александр хмыкнул, растягивая губы в улыбке. — Хорошо справляешься, моя девочка, — он снова взял стек и ударил по лопаткам поочередно. Те напряженно свелись. Александр плавно опустился ниже по прямым мышцам спины и снова встал лицом к Ризе. Она повела плечами, расслабляя мышцы. Морозов прижался губами к аккуратной груди. От кожи исходил легкий запах пота. Александр покачал головой. Ему недостаточно. Он снова отошел на шаг назад и посмотрел на бедро, что осталось без внимания. Несколько ударов подряд окрасили внешнюю часть бедра в красный цвет. Так-то лучше. Риза едва слышно простонала. Ее кулаки периодически сжимались, но быстро расслаблялись. Удар по внутренней части бедра. Риза раскрыла глаза от пронизывающей, острой боли. Второй удар по другому бедру. Глаза зажмурились, брови нахмурились. Риза сделала глубокий вдох и на выдохе открыла глаза. Еще один удар. Она простонала не в силах больше сдерживаться. Пару совсем легких ударов прошлись по соскам. Ризу сильнее бросило в пот, капли стекли по виску. Запах от кожи донесся до носа Александра. Проник в легкие, растекся по кровеносным сосудам. Господин осмотрел покрасневшее тело, заглянул в полные подчинения глаза.   «Моя»   Александр, движимый манящим импульсом, опустился на колени и прижался к бедру Ризы. Оставил укус, от силы которого вскрикнули. Пальцы вонзились в кожу. Морозов провел языком по бедру и оставил сверху поцелуй. — Кому ты принадлежишь? — от голоса Господина Ризу пробрала дрожь. Показалось ли, но от него исходила угроза. — Вам, Господин, — ответил она. Он медленно встал, с жадностью съедая глазами каждый кусочек тела Ризы. Воздух с шумом выходил из легких. Александр с силой сжал рукоятку.   «Только моя»   Два звонких удара пришлись на косые мышцы пресса. Риза дернулась и громко простонала. Александр, не отрываясь, смотрел, как красные точки просвечивают сквозь кожу. Глаза напоминали стекло. — Повтори это еще раз для меня, — удар. Внутри Морозова разгоралось что-то ему неведомое. Жажда, власть, контроль. Замах. Удар. Господин смотрел сквозь Ризу. — Господин! — вскрикнула она и зажмурилась от боли. Быстро совладав с ощущениями, приоткрыла глаза. — Посмотрите на меня, мой Господин. Александр моргнул, замер, затем плавно поднял глаза. Серый взгляд был затуманен. — Я только ваша. Смотрите на меня. Не отрывайтесь. Господин, только ваша и ни чья больше, — Риза говорила и гипнотизировала своими зелеными омутами. Дыхание Александра стало замедляться. — Мой Господин. Прозвенел таймер на телефоне. Взгляд стальных, серых глаз сфокусировался. Морозов дернул головой и медленно опустил глаза. Из рассеченной кожи на прессе текла тонкая струйка крови. — Риза… — он быстро опустился к креплениям на ногах. Затем расстегнул руки и подхватил Ризу. — Александр… — проговорила ослабленная Риза. Александр усадил ее на кровать. — Ты почему меня не остановила?! — ища в ящиках ватные диски и хлоргексидин, прошипел он. — Мне не было больно, — спокойно ответила она, осматривая тело. — У тебя кровь! Я тебе кожу рассек! — нервничал Александр. — Мы поэтому не проводили никаких сессий уже больше месяца? Что с тобой происходит? — обеспокоено спросила Риза. — Я с ума схожу от тебя, вот что! — запах и вид снова начали дурманить разум. Александр остановился над раной. Резко встал и направился к двери. — Прости. Риза услышала, как захлопнулась дверь кабинета. Даже по стенам прошлась дрожь. Она посмотрела на рану, кровь не шла. Попыталась переварить все услышанное и произошедшее. У ее мужа зависимость от нее? Сейчас плакать или радоваться? Риза в смешанных чувствах направилась в душ. Она не беспокоила Александра еще пару часов, но за дверью даже шорохов не было слышно. Риза постучалась. Когда ей не ответили, все же вошла сама. Пробежав глазами по кабинету, она не нашла мужа. Затем заглянула за дверь. Александр сидел на полу, прислонив спину и голову к стене. — Мне уйти? — аккуратно спросила Риза. — Прости меня, — смотря куда-то вперед и боясь встретиться с ни в чем не обвиняющими глазами, проговорил Александр. Риза зашла и опустилась рядом с Александром. Нырнула под его руку, прижимаясь к груди. — Мне, правда, было не больно. Я не испугалась. Просто видела, что ты не со мной, — ответила она.  Почувствовала, как руки мужа сильнее обняли ее и прижали к себе, щека коснулась макушки.  

***

— Кого вы потеряли, Александр? — спросил приятной внешности мужчина средних лет. Александр в тот же вечер инцидента записался к психологу и сейчас подробно все рассказал о произошедшем. — Весь список огласить? — как же мужчина не любил делиться личным. Но сам пошел на это, сам теперь и бубнит. — Самого близкого и родного человека будет достаточно, — не обращал внимания на язвительный тон психолог. Александр задумался. — Маму. Еще в детстве. Умерла от болезни, денег не было. Мы тогда жили в бараках. Сейчас этот район застроили, — ответил он. — Вы ее любили? — Думаю, да. Трудно сейчас сказать, но я просидел возле ее тела несколько дней и не двигался с места. Я просто не хотел. Только голод вынудил меня пойти к соседям, когда я уже чуть сознание не терял. Позже меня к себе забрал дядя, — погружаясь в прошлое, рассказывал Александр. — Как думаете, она любила вас? — задал следующий вопрос психолог, делая пометки в записной книжке. — На столько, на сколько вообще может любить мать своего ребенка, — не колеблясь, ответил Александр. Уголки губ слегка приподнялись вверх от ностальгических, скудных воспоминаний.  — Вы получили от дяди любовь? — последовал еще один вопрос от психолога. — Нож считается? — тут же фыркнули в ответ. — А от Ризы? — … да, — помедлив, признался Александр. И отчего-то сразу душа стала уязвимее. Мужчина почувствовал неуверенность. Любовь? Он же почти ничего о ней не знает. Ступает в нее, как несмышленый ребенок. И впивается маленькими ручонками, только если появляется хоть малейший риск ее лишиться. — Важно ли вам владеть телом, если его обладатель не будет вызывать у вас чувств? — Нет. — Тогда я хотел бы поработать над переносом ваших чувств от матери к Ризе. Для начала. Поправьте меня, если я буду ошибаться в дальнейших своих суждениях, — меняя положение в кресле, начал говорить психолог. — Вы боитесь снова потерять того, кто вам дорог. Любовь жены всколыхнула в вас старые травмы. Плюс недавние события это только укрепили. Жизнь Ризы была под угрозой. Дети по отношению к матерям проявляют привязанность одним способом, по отношению к жене вы выбираете другой — владеть ей. Но цель одна — любовь. Вы имеете что-то против техник с погружением в прошлое? — Думаю, нет. Я не особо понимаю суть. — Это техники когнитивной экспозиции. Вам нужно лишь следовать моему голосу и дать подсознанию показывать все, что оно хочет. Это будет похоже на полутранс. Мы вернемся в прошлое, проработаем эмоции, встретимся с ними, перепишем, грубо говоря. Вслед за этим будут перестраиваться и нейронные связи в мозгу. Постепенно мы придем к тому, что Риза и ваша мама это два разных человека. Умом вы это можете понимать, но наша цель — ваше подсознание. Жена здесь и сейчас с вами, а мама в прошлом. И вы их обоих любите по-своему. Дальше будем действовать исходя из полученных результатов. — Спасибо, что объясняете, но я все равно ничего не понял, — с усмешкой и без тени сарказма ответил Александр. — Я так и знал, но предпочитаю делиться планом работы с подопечными. Все станет понятно в процессе. Тогда просто начнем.