MATZ

Ветер снова усилился. Сонхва поднял взгляд на небо. Караван уже полупустых облаков медленно двигался на восток. Редкие птицы, ещё не до конца проснувшиеся, ловили оперением золото свежего солнца, едва не потонувшего в сумраке непогоды. Циклон, непривычный для ноября, щипал и тянул деревья за кроны, будто пытался содрать зелёное одеяние раньше срока. Растения сопротивлялись, изгибая ветви и испуганно шелестя каждый раз, когда резкий порыв дёргал их вверх и вправо. В шуме растрепанной ветром листвы тонули возгласы усердно работающего стаффа, операторов и режиссёра, объясняющего фронт работ на сегодняшний день. Сонхва глубоко вздохнул и опустил голову, вслушиваясь в окружающие его звуки. -... Качаем под бит... В разные стороны? - В одну? -... Нет-нет, нам надо ближе к центру... - Эй, вы куда пошли? Туалет? Только быстро! - Куда ты ставишь?! - Да куда ты... Всё нужно было делать быстро, на съёмки им отвели всего два дня. Ассистенты работали слажено, но организовать такое количество людей всё равно было сложно. Хорошо, что хотя бы Сонхва, будучи опытным артистом, понимал, что нужно делать. И хорошо, что вместе с ним был Хонджун. Они снимают в Чхунчхоне. Эта колыбель девственной природы и древних храмов манила туристов своими дикими просторами, однако, команда приехала далеко не в заповедник. Их интересовало другое. Живописный заброс мало кого оставлял равнодушным: монументальность бетонных плит, архаика чернеющих арок, напоминающая колизей, и строгость холодных стен в совокупности своей впечатляли любого, кому доводилось видеть его в живую. Пусть даже эта локация засветилась относительно недавно у Дримкэтчер в клипе, MATZ раскрасят её своими красками. Кстати о красках. Огонёк красной шубы был виден издалека. Он вспыхивал между этажами, не желая спускаться вниз. Сонхва не очень-то и хотелось наблюдать за его перемещениями, но взгляд цеплялся за контрасное пятно против своей воли. Хонджун был явно приятно взволнован и очень энергичен, несмотря на то, что вчерашний день выжал из него все соки. В этом был весь капитан - амбассадор неугасающего энтузиазма. Хотя, этим утром, когда они только встретились, Хон выглядел весьма удручающе, если не сказать, пожеванно. На нём отразился выматывающий график работы. Но тем не менее, с каждым часом и с каждым новым стаканом кофе он становился всё бодрее, а после дождя окончательно повеселел. Очередной резкий порыв ветра прижал полы шубы к ногам Сонхва. Парень нервно сглотнул. Хотелось бы романтизировать происходящее чуть сильнее, думать о том, что сама природа бушует, вторя им - двум мужчинам, способным сжечь всё на своём пути. На деле же где-то у солнечного сплетения Пака начало собираться неприятное беспокойство. Они только преступили к съёмкам, а он уже устал. Погода не способствовала продуктивной работе. Кажется, от этого ветродуя начинала болеть голова и звенело в ушах. Грилзы, как бы они не были хорошо сделаны, всё равно мешали и собирали вокруг себя много лишней слюны. Спина потела в шубе. Ноги, вопреки относительно тёплой погоде, замерзали в широких джинсах. Причёска требовала постоянного стайлинга под молчаливое недовольство стилистов. Всё эти мелкие камушки раздражающих факторов собирались в один большой монолит негодования, едва сдерживаемого профессионализмом. Сонхва оставалось лишь успокаивать себя, продолжая наблюдать за капитаном. Но напряжение только усиливалось. Со стороны казалось, что Хон беспорядочно блуждал между колоннами, но во всех его действиях был смысл. Они с режиссёром искали лучшие ракурсы. Подбирали наиболее эффектные движения. Крохотная фигурка Хонджуна терялась на фоне бесконечного неба и бетонных стен. Наконец младшему велели спускаться. Кажется, ему нужно было подправить макияж. Вибрация телефона отвлекла Пака от наблюдения. Он устало взглянул на экран, но тут же его лицо озарилось улыбкой. Высветилось сообщение от Сана: "подарок приехал". Хва удовлетворённо хмыкнул и отправил другу пару радостных эмоджи. Вовремя. С их расписанием велика была вероятность, что коробку не сможет получить даже кто-то из менеджеров. Однако, всё прошло отлично. Последовал короткий ответ:" Зайдёшь, чтобы забрать". Сонхва отправил:"хорошо, но если я узнаю, что ты им воспользовался...". После короткой паузы пришло язвительное:"мне не нужны такие штуки. У меня своё есть. Натуральное. И поболее этого ". Сонхва закатил глаза и убрал телефон в карман. Ему не было доподлинно известно, намекал ли сейчас Чхве на что-либо или нет, но обычно младший не упускал шанс пофлиртовать с ним. В этом не было ничего такого. Даже после всего, что между ними было... На данном этапе жизни Сонхва не сомневался ни в себе, ни в Хонджуне, ни в Сане, касательно статуса их взаимоотношений. Правда иногда, когда настроение оставляло желать лучшего, полушутки полунамеки Чхве несколько раздражали. Хва вздрогнул, когда перед его глазами резко мелькнуло белое пятно. Меховая ушанка Хонджуна почти сияла в лучах осеннего солнца. Парень успел переодеться, пока старший пялился в телефон. - О чем задумался? - родное лицо капитана расплылось в улыбке. - Да так... - Хва приобнял парня, будто бы они давно не виделись, - что делаешь сегодня вечером? - Праздную, конечно же! - Хона распирало от энтузиазма. Он явно был всем доволен и был готов работать до победного конца. - Не хочешь отпраздновать со мной наедине? У меня для тебя сюрприз... - Сонхва улыбнулся. Эта фраза звучала немного угрожающе из-за поблескивающих на зубах старшего грилзов. Хонджун немного нахмурил брови. - Мы же договаривались ничего не дарить. - Ну... - Хва пожал плечами, - мы договаривались между мемберами. Но я ведь могу подарить тебе подарок на правах парня? На лице младшего показалась озорная улыбка. - Если ты выгонишь детей... С этими словами он развернулся в сторону съёмочной команды, как бы невзначай вильнув бёдрами. Сонхва только и оставалось, что облизнуться, предвкушая насышенный вечер. - Хонджун, работаем! - скомандовал режиссёр. Старший хотел было снова достать телефон, но его вниманием опять завладел лидер. Беспорядочный и игривый, своей энергией он мог заполнить даже такое огромное пространство. Капитан занял своё место и стал ждать команды от режиссёра. Подтанц располагался каждый в своей арке, чтобы снять запоминающийся момент. Похожий кинематографический приём использовали многие дельцы рэп сцены. Это выглядело масштабно, круто и брутально. Быть может, немного не свойственно к-попу, но с другой стороны, в нынешние годы что можно назвать истинным к-поп? Корейская айдол-индустрия уже давно вышла за рамки локального производства. И Эйтиз во многом поспособствовали популяризации и расширению жанровых границ. Поэтому не было ничего удивительного в том, что они снимают сейчас такой контент. Заиграла музыка. Сонхва завороженно наблюдал за съёмками. Он сам какое-то время назад стоял там же, но это были совершенно другие ощущения. Тогда он был полностью погружен в работу, следил за своими движениями, старался безупречно попадать в липсинг, вслушивался в музыку. Не было времени размышлять о посторонних вещах. Тогда его не волновали ни вспотевшая спина, ни замерзшие пальцы ног. Но сейчас, глядя на работу Хонджуна, его всё больше завораживало всё, что происходит вокруг. Музыка резонировала от стен, по ногам мурашками то и дело пробегали басы. Слаженная работа BBT Trippin придавала действу ещё большей масштабности. Посреди всего этого стоял Хонджун, еле различимый в тени арки. Сонхва ощутил, как по спине пробегает холодная капля пота, обозначившая тревогу. Ветер раздувал и мял куртки стаффа, разносил далеко за пределы здания звуки музыки. Где-то вдалеке слышался треск ломающихся ветвей. Не отрывая взгляд от танцующей фигурки младшего, Хва непроизвольно потянул руку куда-то в сторону. - Что такое? - рядом послышался голос парня из стаффа. Пальцы Сонхва вцепились в черную ткань его куртки. - Он же не свалится оттуда? - проговорил артист, стараясь не слишком сильно плеваться в грилзах. - С чего бы? Там всё безопасно, мы проверяли... - парень доверительно похлопал айдола по плечу, - ты же сам там только что был! - Да, но... Сонхва не закончил мысль. Лишь продолжил смотреть на младшего. Кто знает, сколько лет стоит эта конструкция без должного ухода и реставрации... Кто знает, насколько сильно поднимется ветер в следующую секунду? Не так уж и много нужно, чтобы сбить Хонджуна с ног. Не так уж и много... Капитан попросил ещё дубль. После небольшой паузы команда снова была готова снимать. Опять он, в своей нелепой меховой шапке, во всю вайбит, качается из стороны в сторону, почти выкрикивая строчки собственного рэпа. Ветер ненадолго стих, только лишь для того, чтобы набраться сил и ударить по бетонным блокам так, что откуда-то послышался звук падающей штукатурки. Сонхва нетерпеливо выдохнул. Казалось, что съемка партии Хонджуна длилась вечность. Капитан просил дубль за дублем, чтобы было из чего выбрать. В этом даже не было особой необходимости - режиссёр остался вполне доволен отснятым материалом. Но младшего что-то опять не устроило. После недолгой беседы режиссёр объявил перерыв на десять минут. Истерзанная ветром фигурка Хонджуна полностью скрылась в темноте коридора, чтобы выйти на свет уже внизу. Его тут же обступил стафф, с целью подправить макияж и одежду. Сонхва на негнущихся ногах подошёл к этой толпе. Хонджун улыбался, давая девушкам трогать своими кисточками холодные щёки. Но улыбка сползла с его лица, как только он заметил старшего. - Извините, - Хон оставил ассистентов позади, обеспокоенно приблизившись к Хва. - У тебя такой бледный вид... Что-то случилось? Сонхва отвёл взгляд. - Нет, всё в порядке. - Тогда нечего кукситься. Улыбка тебе идёт больше, - Хонджун одобрительно похлопал старшего по плечам, распушая пестрый мех. - Вот такая? - Хва оскалился, показывая грилзы. - Да, именно такая! - засмеялся Хонджун. Хва тоже ухмыльнулся. Уверенность лидера заражала его быстрее, чем любой вирус. И правда, чего он так респереживался на пустом месте? Пак сам был там и хорошо знал, что конструкция крепкая. Быть может, на него повлияла общая атмосфера? Или накопленный стресс? - Опасный мужчина...из тебя вышел хороший рэпер - продолжил ворковать Хон, поправляя шубу старшего, - тебе надо не со мной фит записывать, а с Чимином сонбенимом... - С чего это? - изогнул бровь Хва. - Вы были бы Ту Пак! - не переставая улыбаться, Хонджун продолжил наводить красоту уже на рубашке партнёра. Тёплые пальцы старательно разглаживали блестящие складочки на груди. Сонхва покачал головой, испытывая смешаные чувства от прозвучавшей шутки. Задумавшись над сказанным, он даже не сразу заметил, как рука капитана скользнула под тонкую ткань. Младший встал вплотную, чтобы закрыть от посторонних глаз смущенного Хва. Он мягко огладил круговыми движениями кожу, поприветствовавшую чувствительное прикосновение волной мурашек. Также мимолетно и быстро, как совершённую шалось, Хон убрал руку и огляделся, чтобы заметить на лицах стаффа смущение. Но никто не увидел, что вытворял этот маленький проказник у всех на виду. Сонхва казалось, что сейчас он потеряет сознание. С Хонджуном было немного сложно... Капитану быть может и хотелось бы целовать стершего у всех на глазах, и гладить его по груди, и обнимать, и быть в ответ также обласканным. Но страх за карьеру и группу заставлял его быть жёстче и холоднее, прятать чувства за фасадом отторжения. Незамысловатый "танец" на публике - шаг вперёд для фансервиса и два назад для остальной гомофобной Кореи, казался со стороны грязной манипуляцией. Манипуляцией, в которую однажды Сонхва почти поверил. Однако, Хонджун вовремя понял это и не допустил того, чтобы истончившаяся нить доверия между ними оборвалась. Старший осторожно взял капитана за запястье. Хон поднял на него внимательный взгляд. - Ты сегодня более игривый, чем обычно... - пробормотал Хва. - У меня есть повод. Очередной порыв ветра заставил парней зажмуриться. Старший инстинктивно сжал ручку капитана. - Эй, ты чего? - засмеялся Хон, - меня не унесёт ветром, успокойся! - А мне кажется, что унесёт... - признался Сонхва, кривой улыбкой пытаясь замаскировать беспокойство. - Глупый ты, - хихикнул в ответ Хонджун. Перерыв подошёл к концу и капитан снова направился к аркам бывшего промышленного здания. Сонхва было не из-за чего переживать, но что-то внутри подтачивало его уверенность в младшем. Хонджун, меж тем, казалось, полностью отдался работе и бушующей стихии. У него и тайфунного ветра действительно было много общего. Хва нахмурился, снова зацепившись взглядом за крохотную фигурку, вприпрыжку добирающуюся до нужного места. Хонджун, переполненый интузиазмом, давал пять подтанцу и широко улыбался, подбадривая ребят. Наверное, поэтому Хва и решил для себя, ещё давно, ещё до дебюта, что никто, кроме Хонджуна, не сможет стать лучшим лидером для тогдашних KQ Fellaz. Хонджун таил в себе гораздо больше, чем лидерские качества и профессионализм. Он потрясающе вдохновлял людей вокруг себя и сам был вдохновением для многих. Без него KQ не продвинулась бы на музыкальном рынке так далеко, Эйтиз не имели бы тот образ, что есть у них сейчас, да и сам Сонхва не стал бы тем, кем стал. Даже тяжёлые басы и звонкий голос Хонджуна на записи не могли заглушить шелест листьев, обуреваемых непогодой. Капитан принялся качать под бит, удачно воспользовавшись паузой между порывами ветра и собирался уже присесть на корточки, чтобы снять несколько крупных планов. Но нога в чёрном тяжёлом ботинке неудачно подвернулась, заставив парня присесть на бедро. Он неловко притормозил ладонью о бетонный блок арки и спустя секунду уже поднялся, улыбаясь и размахивая руками, дескать, всё с ним в порядке. Но за эти доли секунд, что Хонджун терял равновесие, сердце Сонхва успело уйти в пятки. Он хотел было закричать, но лишь стоял в ступоре. Хонджун не был в опасности, он крепко встал на ноги, даже не пожаловался на сустав, который, справедливости ради, и так постоянно подворачивался. Но Хва не видел этого. Его мозг уже представил, как лидер падает с верхатуры и разбивает голову о старые бетонные плиты. Старший, в своём сознании, уже расталкивал изумленных людей и бежал к пострадавшему. На деле он стоял столбом до тех пор, пока музыка снова не включилась. Его будто бы окатило холодной водой, к мокрой спине прилипла рубашка. Старший, будто бы всё ещё находясь в оцепенении, медленно продвинулся ближе к месту съёмки. Ему до невыносимости хотелось броситься к Хонджуну, но здравомыслие и страх помешать съмочному процессу останавливали его. Сонхва всё ещё оставался самим собой - неловким и во многом робким человеком. Случись такая трагедия в реальности, он бы вряд ли был хоть сколько-то полезен. Старший добрался до режиссёра и пропросил паузу. Тот кивнул, не придав значения обеспокоенному выражению лица айдола. Хонджун хотел уже было спуститься, но Хва жестом остановил его и сам направился к тёмной лестнице. - Что-то случи...- не успел Хонджун договорить, как оказался в объятиях старшего. - Будь аккуратнее! - послышалось из меховых складок. Хонджун вздохнул и похлопал старшего по плечам. - Прекрати уже париться по пустякам, хён! - капитан отодвинул от себя Хва, - я уже взрослый мужчина, нечего за меня так переживать! "Взрослый мужчина" надул губы, хмуро уставившись на своего парня. - Прости... - Сонхва опустил глаза. - Иди и не мешай мне работать, - беззлобно буркнул капитан. Хва только кивнул в ответ. Когда он развернулся спиной к младшему, то сразу же получил лёгкий шлепок по попе. Хонджун в последнее время делал так всё чаще. Это прикосновение выбило из Сонхва беспокойство и немного смутило. Несмотря на очень плотный график и завтрашний вылет в Лондон, его ждёт жаркая ночь, раз уж младший в таком озорном настроении. Чтобы отвлечься, Хва направился снимать материал для влога. Тем не менее он встал так, чтобы видеть злополучные арки. - Ветер усилился, - пробормотал он, не глядя в камеру, - я беспокоюсь... Отсняв пару общих сцен на открытой площадке, съёмочная группа объявила длительный перерыв на обед. Самое время, чтобы подкрепиться и переодеться в костюмы для съёмок перформанс видео. Множество дел приходилось делать параллельно, чтобы этот камбек порадовал не только эйтини, но и привлёк новую аудиторию. Основная нагрузка в этот раз ложилась на плечи BBT. Слаженная работа профессионалов должна была вывести танец на новый уровень. С этими ребятами Эйтиз провели ни один тур, прошли, как говорят, огонь, воду и медные трубы. Так что Сонхва был уверен в их команде. BBT никогда их не подводили. Когда дело доходит до сольных или парных выступлений с большим количеством подтанцовки, от айдолов обычно требовался в большей степени артистизм и вайб, в то время как за синхрон и техничность отвечали остальные. Хва пару раз повторил движения, прежде чем зайти в небольшой фургончик-гримерку. На удивление, внутри его встретил только Хонджун. Он сидел на маленьком пластиковом стульчике, дожидаясь пока заварится рамён. Он повернулся к вошедшему и улыбнулся. Старший улыбнулся в ответ, демонстрируя грилзы. - Тебе сделать поесть? - всё с той же улыбкой обратился к парню капитан. - Чуть позже, - кивнул Хва в ответ. Он снял с себя рубашку и натянул толстовку, чтобы не запачкать костюм во время еды. Не успел он высунуть голову из огромного черного капюшона, как почувствовал крепкие руки на своей талии. - Ты куда более тактильный сегодня... - Хва приобнял младшего за плечи. - Мне хочется узнать, что же ты мне такого приготовил... - лицо Хона приблизилось настолько, что старший ощущал его дыхание на своих щеках. - Терпение, мой друг, терпение... - пробормотал Сонхва, чуть наклонившись, чтобы прошептать любимому в самые губы, - и ты будешь вознагражден... Хонджун на это только прижался губами к губам Хва. Терпение было чуждо лидеру, поэтому он без промедления лизнул нижнюю губу и завернул кончиком языка внутрь. Пак без слов понял желание капитана - пощупать чужие грилзы. Старший почти не ощущал зубами чужой язык, а чтобы не смущаться слишком сильно, он закрыл глаза. Тёплый влажный кончик несколько раз провел по зубам, едва задевая десну, в то время как большой палец лидера оттянул нижнюю губу для удобства исследования. Спустя секунды Хонджун отпустил старшего. Он вернулся к горячим губам с поцелуем, нежным и осторожным, будто бы извиняющимся за столь дерзкое поведение. Хва не препятствовал парню, только крепче прижал его к себе. Чуть наклонив голову, старший без промедления залез языком в рот Хонджуна. Ему тоже хотелось бы опробовать его грилзы, но парень их уже снял, готовясь к приёму пищи. Поэтому Хва только прошёлся по верхнему нёбу, едва касаясь ретейнеров. Хва по-доброму завидовал ровным зубам партнёра. Улыбка Хонджуна отличалась особой очаровательностью. Но старший также отмечал для себя, что если бы Хон оставил щель между передними зубами, эта деталь нисколько бы его не портила. Сонхва хотел было усадить парня обратно на стул и продолжить утехи, но звук открывающейся двери заставил их отпрыгнуть друг от друга. В фургончик зашла стилистка с многочисленными пакетами. Хва неловко предложил свою помощь, на что получил отказ. Хонджун со вздохом плюхнулся обратно на стул и принялся поедать разбухшую лапшу. Сонхва направился к коробке с едой, чтобы выбрать нужный вкус рамена. Близость вне общежития всегда заканчивалась разочарованием. Потому что никто, ни в коем случае не должен был видеть их такими. Когда дело касалось отношений, даже стаффу, подписывающему драконовские контракты, не было веры. О тайнах старших знал только менеджер, обязанный быть рядом везде и всегда, живущий с ними под одной крышей. Наконец выбрав сырный, Хва поставил стакан на заваленный чем попало стол перед Хонджуном. - Сделаешь мне? Капитан кивнул, с хлюпанием втянув в себя ещё одну порцию горячих макарон. - Не торопись, доешь сначала. Я пока грилзы сниму. Хва присел за соседний стол и запустил пальцы в рот. Материал довольно легко отошёл от зубов, но лишнюю слюну всё равно пришлось убрать. Гримерка всё больше походила на проходной двор. Стафф выходил, заходили новые люди, ребята из BBT, стилисты, ассистенты, менеджеры... Хонджун молча поедал лапшу. Теперь он казался Сонхва совершенно спокойным, непроницаемым. Будто вторя переменчивому настроению лидера ветер на улице тоже стих. Хва молча наблюдал за действиями младшего. Тот всасывал в себя мягкие завитки, покрытые чуть оранжеватым сливочным соусом, окрашивая губы в такой же цвет. Взгляд лидера был устремлен в зеркало. Иногда он свободной рукой поправлял чёрные пряди волос, иногда брал телефон, быстро просматривая уведомления. Когда Хва сказал, чтобы младший не торопился, он всё же надеялся, что Хон хотя бы не будет отвлекаться от приёма пищи. Но Хонджун не из тех, кто будет задумываться так глубоко: сказали есть спокойно, он и будет есть спокойно. Хва продолжал наблюдать. Он мог бы и сам заварить себе лапши. Но иногда ему очень хотелось чувствовать заботу от Хонджуна в бытовых мелочах, несмотря на то, что лидер не умел ничего, что не относилось к творческой сфере деятельности. Просто старшему нравилось, когда Джун прилагает усилия ради него. Даже если они совсем незначительные. Наконец капитан встал из-за стола и, забрав стакан, направился к нагревателю. Белый агрегат, похожий на очень упрощеную версию R2D2 без ножек принялся с шумом цедить кипяток. - Ещё не закончили? - внезапный вопрос от менеджера заставил парней дёрнуться. Они и не заметили, как тот вошёл. - Ащ... - фыркнул Хонджун, встряхнув руку. - Обжегся? - Сонхва обеспокоенно подошёл к младшему. - Да, всё в порядке, - фыркнул в ответ Хон, - что ты со мной сегодня... Как с маленьким! Хва на это только пожал плечами. - Ещё пятнадцать минут и давайте переодеваться. Отснимем, пока ветер стих - кивнул парням менеджер, - дел не в проворот. Не забудь, Джуни, завтра утром эфир. Не проспи. Что ещё... Что ещё... Мужчина принялся расхаживать по крохотному помещению, пытаясь что-то вспомнить. -... Челленджи! Не забудьте про тикток, - наконец выдал он. - Хорошо, - улыбнулся Хонджун и отдал готовый рамён старшему. Хва по привычке принялся складывать конус из крышки. - По камбеку никаких изменений? - Нет, Сонхва, всё уже расписано на первые две недели декабря точно. Осталось только по мелочи решить некоторые вопросы. Костюмы там, может кому волосы перекрасят... - Мне надо! - усмехнулся Хонджун, - но пока не знаю, в какой. - Мне кажется, или это нервное? - усмехнулся в ответ менеджер, - убьёшь себе волосы, потом плакать будешь. - Да не буду! - Да конечно! С лица Сонхва не сходила улыбка, пока он наблюдал за этой шуточной перепалкой. - Так, а что по костюмам думали? В чем пойдёте на Music Bank? Айдолы переглянулись. - Что скажут надеть, то и надену, - пожал плечами Хва. - Я бы... - Хонджун опустил взгляд, - мне нужен тот, что с юбкой. - Ты хотел бы или тебе нужно? - уточнил мужчина. - Мне нужно. - Понял тебя. Сонхва вздохнул и опустил взгляд на лапшу. Её как всегда было слишком мало, чтобы насытиться. - Что ж, ладно, отдыхайте пока, через десять минут придут вас переодевать, так что будьте готовы. С этими словами менеджер вышел из гримерки, попутно утащив за собой девочек из стаффа. Видимо, он решил дать парням возможность побыть вдвоём. - Слушай, ну никогда никаких проблем не было... - попытался начать разговор Сонхва. - Мне ко всему прочему очень нравится эта юбка, так что всё в порядке, - развёл руками Хонджун, - но и да... Думаю, так будет лучше. - Она тебе очень идёт, - подхватил Хва. Капитан кивнул. Не дождавшись ответного комплимента от младшего, он произнёс:"я в своём костюме тоже хорош". Хонджун на это только улыбнулся. Парни решили больше не испытывать судьбу сегодня и остались на своих местах до тех пор, пока толпы стаффа снова не ворвались в фургончик. Одежда, причёска, макияж... Снова самая скучная рутина. Хорошо, что ничего сложного на этот раз не будет - только чёрные костюмы. Хоть Хва и оставался профессионалом, он всё равно нервничал. Ему нужно хорошо станцевать свою часть. В Хонджуне он не сомневался, в BBT тоже. Но он сам мог накосячить и конечно боялся этого. Хва бесконечно поправлял складки на и без того идеально сидящем костюме. - Вау, - повернулся к нему Хонджун, вокруг которого сновали помощницы, подшивающие наряд, - выглядишь отлично! - Спасибо, - ухмыльнулся старший. Он картинно надел тёмные очки и приподнял бровь. Хонджун хихикнул. - И где твой стиратель памяти? Сонхва поджал губы в неловком смешке. Он бы мог отвратительно пошутить про "у меня в штанах", но сдержался. Это было слишком для такого парня, как он. - Я так подумал... Что было бы, если бы я потерял память... - голос младшего внезапно приобрёл серьёзные нотки, - думаю, я наверное всё равно собрал бы Эйтиз. Сонхва не нашёл, что ответить на это сразу. Ему было сложно так быстро переключаться между настроениями партнёра. Но вместе с этим ему нравилось всегда быть немного обескураженным его словами и действиями. - Я... - со вздохом произнёс Пак, - я потом скажу. Хонджун кивнул. Спустя последние приготовления парни наконец выдвинулись из гримерки, чтобы доснять танец. Их уже ждали. На этот раз их не будут снимать ещё и для "Making Film", чтобы не спойлерить до выхода видео. Стафф принял такое решение в том числе и потому, что времени на всё не хватало. День медленно перерастал в вечер, нужно было делать всё быстро. Они надеялись справиться за несколько дублей и спокойно перейти к оставшимся сценам для клипа. Пока ребята танцуют, на другой площадке подготавливали постамент последней локации. Направляясь к месту съёмок, Сонхва осторожно придержал Хонджуна за руку, чтобы прошептать на самое ухо:"даже если бы мне стёрли память, я бы всё равно не забыл тебя". На что получил ещё один звонкий смешок в ответ и снова шлепок по попе. Капитан сегодня особенно игрив. Весь день был посвящён съёмкам клипа. Сонхва с каждым часом всё больше ощущал усталость, но держался до последнего, сохраняя спокойствие и благоразуме, как он сам про себя говорил. В это же время Хонджун, чей организм, кажется, на восемьдесят процентов уже состоял из кофе, и не думал успокаиваться. Как человек, часто работающий допоздна, его пик активности приходился на вечернее время. Он уже предвкушал завтрашний день, то и дело напевая "с днем рождения меня" себе под нос. Иногда капитан подпрыгивал, бегал по площадке, в общем, развлекал себя, как мог. Его боевой настрой побуждал и уставший стафф с энтузиазмом отрабатывать последние часы. Многие были вполне довольны сегодняшним днём: не нужно было ехать в десять разных мест, совершать утомительные перелёты. Так что съёмки закончились на высокой ноте. Команда собиралась уже в полной темноте. До двенадцати оставались считанные минуты, отчего Хонджун не мог усидеть на месте, мешая стилистам смывать с него макияж. - Потерпи чуть-чуть, - усмехнулся Хва, наблюдая за тем, как лидер ерзает на стуле, - тебе надо переодеться. - Это ты виноват! - заулыбался младший, - если бы ты ничего мне не приготовил, я бы может и не был так взволнован... - Хорошо, в следующий раз точно никаких подарков! - Хён! На телефон Хонджуна начали сыпаться первые поздравления. Он, растрепаный и вспотевший, принялся отвечать на них, параллельно переодевая джинсы с футболкой. Сонхва не мог налюбоваться на своего бойфренда. То, с какой радостью Хонджун реагировал на поздравления, вызывало в душе старшего теплые чувства. Наконец справившись с одеждой парни вышли из гримерки и направились к служебной машине. За руль как обычно сел менеджер, тихо похлебывающий энергетик в ожидании айдолов. - Пять минут и мы выезжаем, - пробубнил мужчина, - по туалетам и поехали. В уборную никому было не надо, так что пара благополучно уселась на задних сиденьях. Хонджун не выпускал из рук телефон, принимая поздравления от близких и коллег. Хва со вздохом посмотрел на увлеченного сообщениями партнёра. Это было рискованно, но он снова задумался о том, что сейчас, пока никого рядом нет, они могут немного "пошалить" в машине. Но Хонджуну было не до него. - Ты был великолепен сегодня... - попытался начать разговор Сонхва. - Угу, спасибо. - Без тебя мы бы не справились. - Ага. - Спасибо, что написал MATZ... Ты так помог мне сегодня... И когда мы записывали трек. Я бы не справился без тебя. - Да. - Ты, кстати, не против весь месяц убирать комнаты мемберов после работы? - Да... Стой, погоди, что?! Сонхва засмеялся. - Подловил меня! - Хонджун легонько толкнул старшего, наконец выпустив телефон из рук, - это не считается! - Ничего не знаю, настоящий мужчина должен отвечать за свои слова! Хва перехватил руку младшего и притянул его к себе. - Ну, тогда ты обратился не по адресу! - рассмеялся Хонджун ему в лицо. - Ты называешь себя мужчиной только тогда, когда тебе это удобно? - Всё верно, хён. И не делай вид, что тебе это не нравится. Волевая рука Хонджуна извернулась из некрепкой хватки старшего, чтобы сжать запястье. Парень твёрдым движением сначала прижал ладонь старшего к своей широкой, тёплой груди, а после, не дав насладиться ощущением, опустил её себе на живот. Последняя уверенность покинула Сонхва. Старший терялся и краснел как школьник каждый раз, когда Хонджун вытворял что-то подобное. Они давно были вместе и многое попробовали в интиме, но Хва продолжал смущаться. Кажется, всю свою сексуальность и дерзость он мог включать только на сцене, а вне её легко краснел, если дело не касалось привычных поцелуев. - Джуни... - пролепетал старший, когда капитан, хищно улыбаясь, с силой двинул его рукой ещё ниже. Ладонь отчётливо ощущала, какой его парень уже горячий. Всё, что мог сделать Сонхва - потянуться к губам младшего. Парни влажно и сладко целовались, наполняя звуками полумрак кожаного салона. Хва осторожно поглаживал лобок Хона, скрытый за плотными джинсами, не решаясь предпринимать никаких других действий, но, кажется, младшему и этого было достаточно. - Я люблю тебя, - проговорил Сонхва, продолжая сминать родные губы. - Я тоже люблю тебя, - последовал ответ, смешанный с горячим влажным дыханием. - Парни, - послышалось с водительского сиденья, - вы не одни тут, ё моё. Менеджер поправил зеркало заднего вида, чтобы увидеть, как айдолы нехотя отлипляются друг от друга. - Прошу прощения, - смутился Сонхва. - Извините, - Хонджун прислонился плечом к двери и снова взял телефон в руки. - То-то же. Капитан чуть кивнул, привлекая внимание старшего. - Я думаю, - шепнул Хон, - он просто возбудился... Сонхва смущённо поджал губы и чуть сполз с сиденья. Это было слишком. Он осторожно сжал вспотевшую ладонь. На ней будто бы все ещё ощущалось тепло тела партнёра. Путь до общежития прошёл в тишине. Хонджун продолжал отвечать на поздравления, несмотря на поздний час, в то время как Хва убедительно просил мемберов скучковаться в дальних от его спальни комнатах примерно на час. Он не льстил себе и понимал, что им хватит этого времени за глаза. Но, как обычно, в ответ на его просьбы сыпались лишь едкие комментарии. Не то, чтобы все эти манипуляции были необходимы - парни могли заняться сексом и втихую. Но ореол неловкости из-за того, что младшие могут услышать их, смущал пару не на шутку. Они ведь знали, с кем имеют дело: нет-нет, да будет брошена какая-нибудь пошлая шуточка от Уёна или Юнхо в их сторону. Поэтому пара старалась, что называется, расчистить себе место, чтобы им обоим, да и остальным мемберам, было комфортно. Сан прислал сообщение, заставившее Сонхва улыбнуться:" не могу не поражаться Хонджун-хёну, он даже в постели предпочитает работать!". Старший кивнул своим мыслям. Это правда. Хонджуну нравилось брать всё в свои руки. "Надеюсь, тебе это действительно доставляет удовольствие... " Хва вздохнул."Меня всё более, чем устраивает, но спасибо за беспокойство". Чонхо долго не отвечал, но в конце концов скинул эмоджи баклажана. Это было сколь отвратительно, столь и смешно. - Проходи, - Хва любезно открыл дверь перед Хонджуном, - располагайся, а я пока на десять минут отойду. - Без проблем, - кивнул младший и нарочито скромно уселся на кровать. Сонхва усмехнулся и побрел к комнате Сана. Комментарии Чхве вызвали у старшего беспокойство. Быть может, в любой другой день он и не обратил бы на них внимание. Но не сегодня. Хва постучал. Как только дверь открылась, первые волны недовольства отступили, давая дорогу ответной улыбке. На добродушного Сана невозможно было злиться. Но Сонхва постарается. Хотя бы чуть-чуть. - Как только заберёшь, я уйду, не переживай, - проговорил довольный Чхве, - не буду отвлекать вас от... Вот этого всего. Парень протянул коробку старшему. Тот, чтобы обозначить своё настроение, резко выдернул подарок из рук ошарашенного Сана. - Что-то не так? - Да, не так. Неловкая пауза заполнила серую комнату. Чхве немного нахмурился, судя по всему, пытаясь понять суть претензии по строгому выражению лица старшего. - Ты чем-то недоволен? - после этих слов Сан снова улыбнулся, - или у хёна внезапно начались месячные? - Да бл... - Сонхва цокнул языком в недовольстве, - ты перегибаешь палку, Сан. Я не хочу с тобой ссориться, но ты... Это просто уже неуважительно, ты же говоришь про Хонджуна... - Ох... Я... - Сан дёрнулся и немного опустил голову, его уши зарделись, - извини, я... - Санни, - прервал младшего Сонхва, - ты же понимаешь, что мы с Хонджуном пара? - Слушай, стой, - Сан примирительно поднял ладони, - я прекрасно всё понимаю. Это были просто шутки. Наверное, они были неуместными. Я за это прошу прощения... Я... И снова тишина. Тишина, крадущая драгоценное время. Они оба знали - всё, что между ними было... Осталось в прошлом. Ошибочная, горькая привязанность двух несчастных людей, побег от одиночества. В ней не было будущего. Не было прочности. Лишь желание забыть и забыться. Всё для них закончилось очень быстро. И Хонджун прекрасно обо всем знал. И Хонджун не был бы Хонджуном, если бы перестал доверять Сану и Хва. На Чхве капитан всегда мог положиться и это "недоразумение" не испортило те прочные связи, которые мемберы выстраивали друг с другом годами. - Хён, - наконец произнёс Сан немного хрипло, - правда, извини. Если хочешь, можешь ударить меня по лицу за это. - Да не хочу я тебя бить... - фыркнул старший, - просто не надо больше так говорить, хорошо? - Хорошо... Сонхва уже хотел было выйти из комнаты, но его остановило прикосновение к плечу. - Хён, я... - Чхве криво улыбнулся, - у меня нет претензий к тебе или к Хонджуну. И я безмерно уважаю хёна и я хочу, чтобы ты знал... Я правда уважаю твой выбор. Никто так не достоин тебя, как Хонджун-хён. Просто... Просто наверное я немного беспокоюсь.. Насколько ты честен сам с собой, когда выбираешь конкретно это. На последних словах Сан кивнул на коробку. Сонхва только ухмыльнулся в ответ. - Я выбираю не "это", как ты сказал. Я выбираю Хонджуна. И, не дождавшись ответа, Сонхва вышел из комнаты, оставив Сана наедине с его мыслями. Нужно было торопиться, Хонджун уже заждался, а Хва было необходимо ещё немного времени, чтобы подготовиться. Теперь, разобравшись со всеми делами, он почувствовал, что опять начинает нервничать. А нервничать было нельзя. На стрессе Хва становился скованным и неуклюжим, а это не совсем тот образ, который хотелось показать Хону сегодня. С другой стороны, за столько лет каким только капитан его не видел? И плачушим, и больным, и сильным, и сексуальным, и смешным, и даже несимпатичным (по мнению самого Сонхва). Эта мысль немного успокоила старшего, но не придала ему скорости и не прибавила времени. Он сумбурно провел все необходимые процедуры, перепроверил наличие презервативов и направился к своей комнате. - Извини, что заставил тебя ждать так долго, я... - Хва оборвал себя на полуслове. Коробка чуть не выпала из его рук. Случилось страшное. Хонджун заснул. Парень лежал на заправленой кровати, в его расслабленной ладони покоился телефон, на который продолжали сыпаться поздравления. На долю секунды Хва растерялся. Следующая минута ушла на размышления. С одной стороны будить лидера было бы как-то неправильно. Он столько работал в последние дни, ему нужен отдых. А завтра ранний эфир и перелёт... С другой, Хонджун мог бы обидеться на то, что Хва так его и не поздравил... Возможно, он уже немного на него обижен. Но этого старший не мог знать наверняка. В конце концов Сонхва решил аккуратно обойти кровать, чтобы хотя бы убрать айфон из руки любимого. Но предательский скрип ламината внёс коррективы в его идеальный план. - Ох, хён, ты пришёл... Уже утро? - Хонджун часто заморгал, пытаясь вернуться в реальность, - ты решил подарить мне хороший сон? Спасибо! - Нет, боже... Я... - Хва шлепнул себя по лбу, - прости, пожалуйста. Сан задержал меня, но... Если ты хочешь спать, ты можешь лечь здесь, я не против... - Ну... - Хонджун прищурился, - в зависимости от того, что у тебя там... В коробке. Она же для меня, верно? Хва нервно усмехнулся. - Да... Извини ещё раз... Ладно, в общем... Сонхва постарался встать в горделивую позу. Всё пошло не по плану. Но переиграть эту сцену уже нельзя. - Хонджуни... Я поздравляю тебя с Днем Рождения! Ты - моя путеводная звезда, ты мой свет и моя любовь... Спасибо тебе за всё... Парень с лёгким поклоном вручил Хонджуну коробку. Тот с благодарностью принял её из вспотевших рук. - Это так мило, хён, посмотрим, что тут у нас... - Хон принялся открывать подарок. Хва не мог налюбоваться на своего парня. С каким неподдельным интересом Джуни разворачивал упаковочную бумагу... - Извини, а это точно подарок мне, а не тебе? - Хонджун кокетливо изогнул бровь. - Ну... Я твои вкусы хорошо знаю. - Что ж, тут ты прав. Хон аккуратно вытащил за ремни весьма интригующий предмет. - Да, он если что уже готов к использованию... - А ты? Сонхва покрылся мурашками от этих слов. - Д-да... - Perfect. Хонджун со взглядом хищника крутил в руках страпон. Ремни из эластичной плотной ткани сходились к центру, туда, откуда вырастал полупрозрачный фиолетово-розовый дилдо, испещренный узорами и прожилками. Предмет выглядел вполне качественно. Плотный силикон имел достаточную упругость, но был также в меру жёстким. Хонджуна раздражало, что некоторые резиновые члены слишком сильно гнутся. Данный пенис же был относительно тяжёлым и точно прочным. Этот параметр для Хонджуна тоже был важен. В язвительной шутке капитана о том, для кого предназначался подарок, была лишь доля шутки. Хва подобрал изгиб и рельеф на свой вкус. Но лидера это тоже вполне устраивало. Сонхва не мог не улыбаться, видя, как горят глаза капитана, с каким энтузиазмом он рассматривает секс-игрушку. Его парню действительно понравилось! - Это потрясающе... Спасибо! - Хонджун не переставал улыбаться, - а ты чего стоишь? - А что? - Раздевайся! Сонхва с лёгким смешком принялся стягивать с себя лонгслив и брюки. Расстегнув ширинку он выпрямился и посмотрел ещё раз на младшего. - Джуни... Капитан вытащил голову из мятой футболки. - Да? - Я на всякий случай... Ты... Точно не хочешь спать? Завтра много дел и ранний вылет, а ты и так мало спишь и я подумал, что... Хонджун улыбнулся и нежно прижал ладони к щекам Хва. - Ты сегодня только и делаешь, что беспокоишься обо мне... Точно всё хорошо? - Да, - Сонхва накрыл ладонью руку Хона, - на самом деле, я всегда о тебе беспокоюсь... - Но сегодня ты особенно тревожный. Их взгляды встретились. Сердце Сонхва будто купалось в меду каждый раз, когда он смотрел на любимого. Хонджун для старшего оставался настолько желанным, настолько сладким, что терпкая горечь от переизбытка чувств то и дело заставляла его глаза слезиться. - В Чунчхоне был такой сильный ветер... - Сонхва вздохнул. - И что, ты же видишь, со мной всё в порядке! Я же не воздушный змей, чтобы меня куда-то унесло... - Хонджун, - старший придвинулся чуть ближе и коснулся лбом лба. Он закрыл глаза, чувствуя, как любовь переполняет его. - Хонджун, - повторил он, - я беспокоюсь о тебе не потому, что считаю тебя слабым, а потому, что ты дорог мне. Ты моё самое большое сокровище, Джуни. Руки Хонджуна медленно стекли на плечи старшего. После чего лёгкое касание губ побудило Хва открыть глаза. - Я... Я могу быть немного грубым во время съемочного процесса. Прости, - промурлыкал Хон в губы любимого, - и спасибо, что ты даёшь мне ощущение безопасности, где бы я не находился. Наверное, поэтому я иногда немного безрассудный... Потому что я знаю, что рядом есть ты. Сонхва снова прильнул к просящим губам, как бы соглашаясь со сказанным. - Так что, продолжим или спать? Хонджун отстранился, изобразив наигранное недовольство. - Только если ты хочешь спать. - Я хочу... Попрыгать на твоём новом члене. Капитан ухмыльнулся и в три рывка стянул со старшего брюки. Сонливость и усталость как рукой сняло. Хон тоже не остался в стороне. Он скинул с себя футболку, следом на пол полетели джинсы. Наконец Хонджун остался в одних трусах. Хва не мог не оценить, как хорошо плотные боксеры облигали сочные бёдра лидера. Капитан приблизился к старшему. Тот медленно выдохнул. Он уже чувствовал, как между их горячими телами растёт напряжение. Хонджун медленно, почти невесомо коснулся ладонью волос Сонхва. После чего пальцы резко сжались в кулак, захватывая чёрные пряди со следами укладочных средств. Хва приоткрыл рот в удивлении. Это было немного жёстко, но от этого ещё более возбуждающе. Всё тепло в момент исчезло из тела, чтобы вязким комком упасть в низ живота и растечься густым жаром по всему организму, ударяя электричеством кончики пальцев. - Иди ко мне, - прошептал Хонджун и наклонил голову старшего, увлекая его в поцелуй. Нежный и тягучий, похожий на карамельную нугу поцелуй, вытягивал из Сонхва последние неприятные мысли, заменяя их сладостью и любовью. Вместе с этим крепкая хватка на затылке не ослабевала, придавая ощущениям пикантности. Хва забывал обо всём, обо всех горестях и проблемах, о раздражении и обидах, теперь у него были только ласкающие мягкие губы и больше ничего. И это его вполне устраивало. Горячая ладонь опустилась на голую талию. Пальчики немного сжали кожу, побуждая Хва простонать в поцелуй что-то невнятное. Следующим движением Хонджун придвинул старшего к себе, выбивая того из своеобразного транса. Оказавшись прижатым горячим телом к горячем телу, Сонхва нехотя отлепил губы от губ младшего, чтобы немного прийти в себя. Он чувствовал грудью грудь, животом живот... В этом касании было столько интимности, столько жара... Хва медленно открыл глаза. Взгляд, полный желания, встретил его, заставляя парня краснеть ещё сильнее. - Ты так возбужден... - рука капитана соскользнула наконец с волос и улеглась на широкую грудь, - всё это... Для меня? Сонхва хотел было что-то сказать, но из его рта вырвался ещё один стон на выдохе. Животик Хонджуна потёрся о твёрдый член. - Какой чувствительный... Теперь же ладони принялись блуждать по вспотевшему телу. Они уже хорошо его знали. Каждую ямочку, каждую складочку. Обе руки медленно поднялись к шее Сонхва. Ладони чуть сжались, вызывая головокружение и новые приливы похоти. Ноги старшего почти перестали держать его, но он пытался хотя бы немного себя контролировать. Хва закрыл глаза и тяжело, глубоко дышал, ожидая, что его снова немного придушат, но вместо нового сжатия он почувствовал нечто другое. Влажный, немного шершавый язык коснулся вспотевшей шеи. - Ах... Ах... Джуни... - пролепетпал Сонхва, вцепившись младшему в плечи. - Тише... В следующие многвения Хонджун принялся очерчивать "MATZ", оставшееся еле заметным тинтом на коже. Язык ползал по длинной шее, вынуждая Хва закатывать глаза и стонать, чуть потирая член о живот любимого. Хонджун же не остановился в своих ласках. Облизывая шею, он также пустил руки в дело. Пальцы сжали грудные мышцы, намеренно избегая соска, после ладони устремились к плечам, оттуда стекли ниже, очерчивая вены на руках, снова вцепились в талию, нежно коснулись бёдер и наконец крепко схватились за ягодицы. Капитан оторвался от шеи изнемогающего Хва, в конце легонько поцеловав мокрый кончик "Z". - Как же ты хорош. Идеальный размер, - продолжил шептать Хонджун. Его пальцы с силой сжали мышцы, смяли их, как свежий хлеб. - Ах...Боже... - голос Хва стал высоким и просящим, - Джуни... Хон только закусил нижнюю губу, смакуя реакцию старшего. Пальцы сжались ещё сильнее и развели ягодицы в стороны. Сонхва ощутил знакомое жжение, означающее, что у них уже очень давно не было близости. Хонджун также резко отпустил половинки и теперь принялся их оглаживать, успокаивая кожу. - Мне нравится твоя маленькая попка... Она хорошо помещается в ладони. - Ах! Выкрикнул Хва синхронно с громким звуком шлепка. Его член дёрнулся, проехавшись гладкой головкой по животу младшего. - Джуни... Я... Кажется, из Сонхва выбили последние остатки сознания. Теперь, он как животное, мог только скулить и облизывать губы. - Что, милый? - Я... Я могу дотронуться до тебя? Хон усмехнулся. Он немного отпрянул, насколько ему позволяло расстояние от старшего до кровати, и осторожно взял любимого за запястья. Следующим движением он поднёс ладони Хва к своей груди. Сонхва охнул и осторожно сжал пальцы. Хонджун редко давал возможность старшему трогать его таким образом. Хва не знал, с чем конкретно связано это желание, точнее нежелание, но сейчас его это не волновало. Он мог трогать Хонджуна, чувствовать его горячую упругую кожу, заставлять его стонать и извиваться. Наслаждаясь ощущениями, Сонхва снова приблизился к своему парню. Тот схватил его за лицо и вновь утянул в поцелуй. Старший продолжил гладить плотные грудные мышцы, не решаясь трогать соски. Ощущая под ладонями жар тела, Хва растворялся в поцелуе. Он чувствовал, как Хонджун напрягается и немного дрожит от чрезмерно чувствительных прикосновений, но ему это нравилось. Им обоим это очень нравилось. В конце концов он аккуратно прихватил Хона одной рукой за талию, а другой придержал между лопаток, чтобы мягко уронить его на постель. Хонджун усмехнулся в губы старшего и резко перекинул его с себя на кровать. - Тебе стоит немного поменять позу, - на выдохе произнёс он. Сонхва не стал спорить. Он перебрался к подушкам и лёг на спину, призывно раздвинув ноги. Он чувствовал себя прекрасно. Его член подергивался от возбуждения. Меж тем Хонджун быстро освободился от боксеров и принялся закреплять на себе уже было позабытый страпон. Хва медленно поглаживал свой пенис, наблюдая за младшим. Тот вдевал ноги в ремни, закреплял их под ягодицами и регулировал резинки, чтобы член не спадал и не слишком сильно давил. Фиолетовая игрушка уперлась в покрытый волосами лобок. - Что скажешь? - самодовольно улыбнулся капитан. - Ты великолепен, хён, - прохрипел Хва. Он знал, что Хонджуну нравилось, когда именно из его уст вылетает заветное "хён". И ответная реакция не заставила себя долго ждать. Хонджун залез на кровать и похлопал старшего по ногам. - Мне в коленно-локтевую? - приподнял брови Хва. - Именно, - усмехнулся Хон. Сонхва с готовностью перевернулся на живот и поднял себя, выставляя напоказ ягодицы. - Хороший мальчик. Далее горячая ладонь снова принялась гладить задницу Хва. Эти прикосновения были очень нежными, что намекало на последующие жёсткие движения... - Только... Я всё понимаю, но... Нам завтра вылетать, Джуни... - Я не буду жестить, не переживай. После этих слов последовали звуки распаковки презервативов. Хонджун трепетно относился к здоровью любимого, насколько это было возможно в данных обстоятельствах. Вскоре мягкие пальчики стали поглаживать анус Хва круговыми движениями. Старший выдохнул в предвкушении. С громким чпоком открылся лубрикант. - Не холодно? - спросил Хонджун, когда до чувствительной мышцы коснулись теперь уже влажные пальцы. - Нет, продолжай, - проговорил Хва и уткнулся носом в подушку. Он прислушался к ощущениям. Смазки становилось всё больше, но пальчики младшего не решались проникнуть внутрь. Они будто втирали субстанцию, продолжая наворачивать круги по сжатому отверстию. Хва напряг мышцы, чтобы постараться раскрыть дырочку, намекая на продолжение действий. На что услышал лишь короткий смешок. - Джуни... - проскулил парень и потянулся своими пальцами к сфинктеру. - Терпение, хён, - донеслось из-за спины. Ладонь слегка шлепнула по пальцам, едва набравшим смазку. - Убери. Хва немного раздосадованно притянул руку обратно к груди. Несколько следующих секунд ничего не происходило. Но судя по влажным звукам, Хонджун распределял смазку по своему члену. После чего он вернулся к поглаживаниям ануса. Проведя ещё несколько кругов, палец по спирали наконец добрался до центра и скользнул внутрь легко поборов первое сопротивление. - Такой горячий... Сонхва глухо простонал в подушку и подался бёдрами навстречу младшему. Он терял рассудок от одного только маленького пальца Хонджуна. Осознание того, что Хон был внутри него уже заставляло его член трепетать. Пальчик размеренно двигался, немного сгибаясь в первой фаланге. Тёплые стенки не хотели раздвигаться, но Хон знал своё дело. Он временами подключал запястье, делая подкручивающие движения. Хва терялся в ощущениях. Лёгкое жжение сфинктера перемешивалось с нежными поглаживаниями внутри, чувствительно разминающими его попку. Так сладко, так горячо. Хонджун медленно вытащил палец, только чтобы вернуться обратно в тёплое нутро старшего уже двумя. - Ох..Хонджун.. Да...ещё... - скулил Сонхва, чувствуя, как его бедра начинают дрожать от стимуляции. Хва по-настоящему любил это. Он это обожал. Два пальца активно двигались, успокаивающе поглаживая парня внутри. Не в силах сдерживаться Хва принялся покачиваться, сильнее насаживаясь на пальцы. Но Хонджун не спешил. Это сводило Сонхва с ума. Капитан, казалось, хотел намотать старшего как сладкую вату. Он пыхтел сзади, продолжая активно работать только указательным и безымянным пальцами. - Я уже достаточно растянут, милый... - пролепетал Сонхва под чмокающие звуки смазки. - Ещё немного... Потерпи, - на выдохе произнёс Хон, продолжая разминать тугие мышцы. Пальцы плавно сгибались и разгибались внутри, изображая подобие волны. Сонхва млел от таких движений, постепенно скатываясь вниз. Он не мог держаться на коленях, чувствуя, как ловко и плавно с ним работает младший. Как он нежно трогает его, слегка надавливая, как мурлычет что-то себе под нос, как второй рукой успокаивает дрожащие бедра. Сколько любви таилось в каждом прикосновении, сколько заботы... Наконец пальцы неохотно покинули нутро Сонхва, оставив несколько пузырьков смазки на плотно сжатом колечке мышц. - Ты готов? - донеслось из-за спины. - Ммммх... Угу, - промычал Хва в подушки. Ладони внезапно крепко сжали стершего у бедренных косточек и резко приподняли его вверх. Сонхва послушно упёрся коленями в кровать. После чего липкий кончик силиконового члена упёрся в горячий анус. Сонхва приготовился стонать и терять себя от наслаждения. - Я начинаю, - пробормотал Хонджун. Старший зажмурился и прикусил нижнюю губу, когда знакомое жжение вернулось с удвоенной силой. Сфинктер растягивался нехотя. - Расслабься, - мягко проговорил Хон, надавив большим пальцем в районе копчика. Сонхва меж тем был вполне расслаблен. Но не его организм. Прохладный, в сравнении с пальцами, и куда более жёсткий пенис медленно погружался внутрь. Стеночки чувствительно горели, ощущение странного вакуума распирало изнутри. Сонхва распахнул глаза и открыл рот, чтобы лучше дышать через складки постельного белья. - Ну и чего ты торопил меня? - усмехнулся Хон, - я бы мог тебя и получше растянуть... - Я... - проскулил в ответ Хва, -... Я... Хочу, чтобы ты трахнул меня, как следует, хён. Ответа на это не последовало. Сонхва даже на секунду испугался, что что-то пошло не так. Но вот, вошедший примерно на половину страпон выскользнул из старшего. Хва в удивлении поднял голову. - Мысли читаешь? - послышался смешок Хонджуна. - А? Что? Внезапно перед лицом Хва оказалась ещё одна подушка. - Лежи, лежи, - продолжил успокаивать старшего Хонджун. - Что случилось? - Ничего... Просто расслабься. Хва снова схватили за бедра и оттянули ближе к краю кровати. Сонхва выдохнул и уронил голову обратно, повернув влево. Его взору открылись бедра Хонджуна, аппетитно перехваченные чёрными ремнями. Насколько старший мог понять, Хон просто стоял, о чем-то задумавшись. Когда идея наконец пришла в его голову, он аккуратно снял с изголовья часы Дали и подмигнул партнёру. - Джуни? - Развернись. - Чего? - Развернись, говорю, ложись на спину. Сонхва послушно выполнил поручение. Хонджун снова оказался на кровати и с коварной улыбкой принялся закидывать ноги старшего себе на плечи. - Придётся немного попотеть, ты согласен с этим? - усмехнулся он, нависнув чёрной тенью над ничего не понимающим Хва. - Д-да? - Вот и славно. Кончик дилдо снова проник внутрь старшего. Сонхва схватился за простынь в ожидании первого толчка, но то, что изобразил Хонджун, он никак не мог ожидать. Капитан, напоследок проверив, насколько хорошо держатся ноги старшего на плечах, вместо того, чтобы буднично начать двигаться, крепко схватился руками за белое изголовье кровати и подтянул себя к нему. - Ох боже мой!! Сонхва впечатали головой в кровать, благо подушки смягчили удар. Расстояния хватило, чтобы Хва чусвствовал себя относительно комфортно в той позе, в которой он оказался. Хонджун вошёл сразу до упора и также резко вышел почти полностью. - Ты как? - Ах... Ох... Аах...Хон... - Понятно, продолжаем. Сонхва казалось, что его сейчас разорвут пополам. Настолько сильно и настолько глубоко в него ещё не входили. Сфинктер жгло, внутри все органы будто прилипали то к позвоночнику, то к животу. Толчок. Хва вскрикнул, беспомощно хватаясь за ткань постельного белья. Ещё толчок. Из глаз потекли первые слезы. Ещё толчок. До ушей старшего донесся треск кровати. Ещё толчок. Сонхва приоткрыл глаза. Прямо над ним возвышался он. На его лице играла хищная улыбка, глаза блестели от животной похоти. Крупные капли пота падали с его носа на щёки Хва. - Х-Хонджун... - Да, милый? - Я люблю тебя... - Я тоже тебя люблю. С этими словами Хонджун оскалился и принялся наращивать темп. Болезненные ощущения в теле перемешивались с наслаждением. Липкое чувство похоти с причмокиванием провожало член капитана до самых чувствительных точек тела Хва. Вминаемый в кровать старший лишь иногда дотрагивался пальцами до собственного пениса, с каждым прикосновением рефлекторно сжимая колечко мышц. Сопротивление вынуждало Хонджуна иногда останавливаться и добавлять ещё смазки. Её должно быть очень много. Парень также помогал пальцами расправлять складочки сфинктера, чтобы Сонхва принимал дилдо бодрее. Рука младшего частенько оказывалась на яйцах Хва, также смачивая лубрикантом крошечные складочки тонкой кожи, блуждала по выбритому паху и заворачивала к животу. Ладонь капитана тяжело опустилась к пупку, спрятавшись под горячей длиной члена любимого. Хва почувствовал лёгкое давление и то, как страпон скользнул внутрь него ещё глубже. Твёрдый силиконовый кончик подался немного вверх. В это же время вспотевшие бёдра Хона опустились ниже. Всё внутри Сонхва затрепетало. Он почувствовал себя совсем тоненьким и беспомощным, сладостно нежным, как крылья бабочки. Его животик приподняло вверх с распирающим ощущением внутри. Ладонь Хонджуна уже была тут как тут, жарко прощупывая под кожей секс-игрушку. - Как ощущения? - прохрипел капитан. - С-странные... Ты... Так глубоко... Немного больно... - Извини. Хон не много приподнялся, чтобы поменять угол. Напряжение у живота исчезло. - Я могу продолжать?.. - Д-да. Кровать призывно скрипела. Сонхва почти терял себя, переполненный эмоциями, превратившийся в оголенный нерв, жаром и покалыванием реагирующий даже на самые лёгкие прикосновения. Хонджун очень старался. Пока что он придерживался ровного, среднего ритма, но Хва точно знал, что скоро его понесёт. И старший уже был на это согласен, Хон сейчас полностью вледел им, мог пользоваться как угодно. И старшего это делало абсолютно счастливым. - Ну... Кто твой папочка? - с придыханием бормотал Хонджун. -... Т-ты... - выстанывал слова Сонхва. - Кто... Кто твой капитан?... - Ты... Охх... Ты... Мой капитан, Хонджуни... -... Тебе нравится? Аахх... Нравится, как я... Как я... Вхожу в тебя так глубоко?... - Д-да... Да.... Ох... - Я... Я... Мой... Мой новый член, ах... Так хорош, правда? - Д.. Да... Да! Ах! - Не слишком ли он велик для тебя? Но... Ах... Ты так хорошо его принимаешь... Хороший мальчик... - Ах... Ах... Ооох... Ах... Ммм... Хонджуни-хён... - ... Мой малыш... -... Хонджун? Аааах! - Детка, пой для меня... Хва послушно принялся стонать громче. Они занимались любовью достаточно редко. Зачастую им не хватало либо сил, либо времени. Чаще они ограничивались поцелуями и поглаживаниями, не преследующими цель довести до оргазма. Но если близость случалось, то она была запоминающаяся. Не всегда громкой и грубой, иногда нежной и ласковой, иногда до изнеможения тягучей. И сегодняшнюю ночь... Сегодняшнюю ночь Сонхва запомнит на всю оставшуюся жизнь. - Рррааах!!! Гххааа! - нечеловеческим голосом хрипел Хонджун, двигая бердами, как сумасшедший. - Ахх... Ааа! Аах! Боже! Ах! - вторил ему Хва. Они могли кричать сколько угодно, ведь никто их не слышал. Старший терся о простыни спиной, раскачивая несчастную кровать. Его пот впитывался в матрас, но тут же будто бы испарялся от амплитудных, быстрых движений. Сонхва разбивали, его расщепляли, уничтожали... Рельеф дилдо терся о раскрасневшийся сфинктер. Внутри всё пылало, взрывалось и таяло. Хва чувствовал кожей жар от тела Хонджуна, нависшего над ним. Младший продолжал использовать Хва как тренажёр, подтягивая себя руками и подталкивая с колен. Пот лился градом с него, но он и не думал останавливаться. На шее лидера вздулись вены, а мышцы тряслись в напряжении. Сонхва испытывал так много ощущений, что у него начала кружиться голова. Возможно, этому также способствовала поза, в которой он находился. Но дискомфорт только добавлял страсти. Ноги дёргало и сводило на взмокших плечах, спина, казалось, сейчас сломается от напряжения. Хва большую часть времени жмурился, но иногда приоткрывал глаза, чтобы проверить, как там Хонджун. На него тогда смотрели чёрные глаза зверя, заставляя Хва чувствовать себя добычей. В какой-то момент шея начала болеть сильнее и старший приподнял голову, чтобы улечься удобнее. Хон немного замедлился, чтобы Хва мог спокойно поменять позу. И теперь... Теперь Сонхва может видеть. Всё видеть. Он упёрся подбородком в грудь и уставился на свой член. Пенис выглядел влажным, тёмным и очень твёрдым. Видеть свой половой орган с такого ракурса ему не приходилось прежде. Кажется, он даже заметил на нём маленькую родинку, о существовании которой и знать не знал. А чуть выше... Чуть выше он увидел. Как полупрозрачный фиолетовый член со скоростью врывается в него, а после туго вытягивается обратно, смоченый лубрикантом. И снова он входит глубже. И снова с трудом выходит. И снова Хонджун падает всем весом на Хва. И снова прожилки страпона тянут за собой тонкую кожу. Розоватые тёмные складочки растягивались и поблескивали от влаги, гладкая кожа промежности горела. Крохотный завиток лобкового волоска Хонджуна прилип к телу Хва при очередном введении члена. Каждое движение сопровождалось плотными, болезненно-сладкими ощущениями, вытекающими густой слюной из уголка рта изнемогающего Хва. Его собственный член бепомощно трясся от каждого толчка и капал на скрученный живот. В этой симфонии чувств и влажных звуков особо выделялось тяжёлое дыхание и бормотание Хонджуна. Скользкое чмокание вторило ему. - Хён... Хён... - прохрипел капитан, - ты скоро? -... Ахх... Я... Сонхва продолжал завороженно смотреть на ритмичную работу бёдер Хонджуна. Дилдо, как отбойный молоток, продолжал двигаться вверх и вниз, а точнее, вглубь и наружу, взрывая звезды в сознании Хва. Хонджун немного ускорился и сократил амплитуду. Скорее всего, ему хотелось как можно скорее довести старшего до оргазма. Хва потерялся, его тело трясло и возило по кровати, ног он уже не чувствовал, только слушал свои стоны, дыхание младшего, скрип мебели и вязкие хлюпающие звуки трения члена о его внутренности. Сонхва забыл как дышать, он забыл всё. Он забыл, кто он. Ещё один толчок внутрь - силиконовый член проехался по верхней стенке, задевая простату. Что-то будто сильно ударило Хва в голову и разлетелось на миллиарды разноцветных искр. Тело затрясло пуще прежнего, изо рта вырвался крик. Мышцы резко сжались, почти до боли. Напряжение усилилось настолько, что Сонхва перестал дышать. Резкий сброс, жар и покалывание до самых кончиков пальцев обрушились на него штормовой волной. На долю секунды Сонхва показалось, что он потерял сознание. Возможно, так оно и было. Он медленно открыл глаза от ощущения прикосновения тёплой ладони к щеке. Сонхва увидел свет. Теперь его никто не загораживал. - Х-Хонджун..? - хрипло позвал Хва. Что-то липкое тяжёлой каплей почти склеило его губы. Он хотел было слизать, но большой палец стёр мещаюшую жидкость с лица. - Это мне, - усмехнулся младший и облизнул фалангу. Сонхва не сразу смог сфокусировать взгляд на партнёре. Хон улыбался. Он поглаживал затекшие ноги Хва, теперь лежащие на его собственных бёдрах. Старшего ритмично и мягко катали на члене, то и дело заставляя его тело подрагивать. - Ох... Джуни... - выдохнул Хва. Он пытался прийти в себя. Трясущейся рукой старший попытался снять влагу с лица. Но на ладони остался не только пот. - Боже... Мой... - Хва оглядел себя, насколько ему позволяла поза. Весь его живот и торс были покрыты каплями спермы. - Ты молодец, хён, - Хонджун продолжал гладить парня по ногам, - твоё лицо выглядело потрясающе, когда ты кончал. Сонхва смог только неловко усмехнуться на этот комментарий. По телу всё ещё блуждали мурашки и подобие мелкой вибрации, держащее член в остаточном тонусе. Влажный кончик продолжал водить по животу, размазывая белую густую жидкость. Парень посмотрел на Хонджуна. Тот выглядел довольным. Его ладонь легла на ещё горячий член старшего. - Аааах... Хонджун... - голос Хва стал высоким и просящим, когда капитан несколько раз провел пальцами по длине, провоцируя выплеск последней порции семени. После чего младший подхватил партнёра за бедра и наконец вытащил страпон. Сонхва настолько сроднился с этим огромным предметом, то отсутствие его внутри навеяло на парня лёгкую тень тоски. - Прости, - всё с той же улыбкой проговорил Хон, - я обещал не жестить, но не вышло... - Ты скрутил меня в бараний рог, - всё пытался отдышаться Хва. - Скорее в креветку. -... Да, в креветку. Хонджун лёг на спину рядом со старшим и повернул к нему голову. Его щёки горели, волосы были мокрыми от пота. - Спасибо, это было потрясающе... Сонхва выдохнул. - Хочешь на этом закончить? - Ну... Да? Старший усмехнулся и сел на кровати. Он выгнул спину, как кошка, чтобы растормошить уставшие позвонки. - Я думаю, это будет... Немного нечестно. Парень многозначительно уложил руки на бедра Хонджуна и зацепил пальцами ремни. Капитан напрягся. - Ты же не собираешься... - Я голодный. Не говоря ни слова Хонджун приподнял таз, чтобы старший смог снять с него секс-игрушку. Хонджун глубоко вздохнул и также глубоко выдохнул. Всё его тело горело от тяжёлой работы и предвкушения наслаждения. В конце концов, кто ещё сможет доставить ему удовольствие, как не Сонхва? Как верующие люди каждый день просыпаются и засыпают с благодарностью Богу, так и Хонджун мысленно, а иногда вслух, благодарил старшего за то, что он есть. За поддержку, за любовь, которую он дарил. За заботу о нём и о других мемберах. За нежную улыбку. За стойкость духа и невероятное упорство. За то, что Сонхва просто существовал. Хонджуну всегда было сложно показывать любовь конвенционально привычными способами. Он чаще злился, скрывая тем беспокойство. Чаще отстранялся, боясь собственных чувств и осуждения со стороны. Но Сонхва... Сонхва смог разпознать во всем этом хаосе из эмоций истинные намерения и любовь. И Хонджун старался всеми возможными способами показать, как он счастлив, что старший не отвернулся от него, не воспринял его глупые подкаты и неловкий флирт в штыки... Что Сонхва понял. Понял Хонджуна без слов. И принял его таким... Неловким, неуклюжим, не способным к уборке или готовке... Таким, какой он есть. И даже его маленький интимный нюанс Сонхва тоже воспринял спокойно. Тем временем старший улегся на живот, расположившись между ног своего парня. - Ты же понимаешь, что я не мылся ещё? - Хон многозначительно приподнял одну бровь. Сонхва усмехнулся, пощекотав дыханием живот. - Милый, мы уже столько лет вместе. Думаешь, меня это смущает? К тому же... Тут...Всё уже мокрое. Хва осторожно отодвинул большими пальцами половые губы в стороны. Розоватая вульва поблескивала от влаги. Вид чуть темнеющей окантовки малых половых губ вызывал в старшем зверзский аппетит. Он многозначительно облизнулся и посмотрел младшему прямо в глаза. Хон смущённо отвёл взгляд и зарделся. Это выглядело очень мило. Сонхва отодвинул губы ещё немного, чтобы нежные лепестки полностью раскрылись. Спрятаный в складочке крайней плоти крошечный клитор будто просил всем своим видом прикоснуться к нему. Хва всегда это поражало. От одного невесомого прикосновения к этой маленькой штучке человек мог начать извиваться, стонать и дёргаться, как от электрошоковой терапии. От этой мысли к члену Хва снова начала приливать кровь. Но сейчас не время трогать себя. Пришла пора доставить младшему удовольствие. Средний палец Хва коснулся складок, чуть скрывающих нежную дырочку. Такими же едва уловимыми круговыми движениями старший стал набирать естественную смазку на фалангу. Окутав себя прозрачными соками, палец двинуся вверх, скользя по нежной розовой коже. Под вздохи младшего он наконец упёрся в клитор, чем вызвал подергивания ног и тонкий возглас наслаждения. - Аккуратнее! - пролепетал Хонджун, сминая пальцами простыни. Хва кивнул и продолжил. Теперь уже безымянный и указательный пальцы стали обводить маленькие складочки вульвы, равномерно распределяя смазку по всей промежности. От этих манипуляций у дырочки то и дело собирались густые полупрозрачные капли, которые Сонхва любезно собирал и размазывал по чувствительной коже. Теперь киска Хонджуна была не просто мокрой, а восхитительно мокрой. Младший тёк очень хорошо. Его живот и грудь вздымались при глубоких вдохах и напрягались при каждом прикосновении к просящей вагине. Сонхва любовался раскрасневшимся лицом капитана и его жаркой влажностью. Он нежно огладил бедра, прошёлся ладонью по низу живота, получив в ответ лёгкое дрожание кожи, запустил пальцы в короткие завитки лобковых волос, чтобы стимулирующе пощупать пухленький орган сверху. - Мммх, Хва... - стонал Хонджун в такт движениям, - Ах...Ах... - Тебе хорошо? - Да... Ох боже, да... Сонхва продолжил играть с киской Хонджуна. Так старательно раскрывая её, теперь он наоборот нежно прижимал губки друг к другу, а после опять разводил их с громким чмокающим звуком. Тонкая кожа прилипала и щекотно отлипала от клитора, провоцируя дрожь в ногах Хона. Парень заёрзал на кровати. - Н-не издевайся... - проскулил Хонджун. - Тебе не нравится? - Ты хотел есть! Сонхва не сдержал улыбки. Малыш стал таким нетерпеливым. Но с кем, как не с ним растягивать удовольствие? Старший действительно обожал нежную киску капитана. Она выглядела восхитительно для него. Конечно, будь Хонджун со стандартным для мужчины набором половых органов или же даже с анатомией кукольного кена, он бы любил его ничуть не меньше, чем сейчас. И Хва не зря говорил, что он любит именно Хонджуна, а не то, что у него в штанах. Но эта розовая щелочка, распускающаяся блестящим от влаги цветком, сводила его с ума. Такая нежная и ласковая, она становилась всё пухлее и жарче от стимуляции. Облизнувшись ещё раз, Хва наконец прижался лицом к раскрытой вагине партнёра. - Ааахх, Сонхва! - голос Хонджуна стал совсем тоненьким. Пальцы капитана схватили старшего за волосы, ноги согнулись в коленях. Хва одной рукой взялся за бедро, а вторую положил на живот, чтобы отслеживать сокращения мышц. Его нос упёрся в клитор, щекоча горячим дыханием вульву. Сонхва принялся лизать сочные складки лакающими движениями. Терпкий вкус смазки опьянял его. Для Хонджуна это всё было слишком. Он отличался особой чувствительностью и не выносил излишней стимуляции. То и дело он сжимал бедра, останавливая движение головы своего парня. Иногда он дёргал за волосы, прося старшего о передышке. В такие моменты Хва послушно отпускал его и лишь улыбался, смотря на лицо Хона. В очередной раз подняв голову, Сонхва прижал набухшие от возбуждения половые губы друг к другу мокрыми пальцами, а после нырнул в них лицом, разводя горячую кожу кончиком языка. Ещё одним широким лижущим движением он пригладил их по бокам, чтобы расчистить себе путь к клитору. - Хвааа...хён... - Хонджун уже не мог лежать спокойно, его перевозбужденное тело просило о разрядке, - ааах! Хён! Сонхва тем временем прижался губами к маленькой горошине и принялся сосать её, стараясь, насколько это возможно, щекотать кончиком языка. Хонджун инстинктивно попытался сбросить с себя старшего, переполненный ощущениями. Но Хва крепко схватил его за бедра, в попытке удержать лицо во влажных складках. Младший с силой дёрнул за волосы Сонхва, крича и хныча от наслаждения. - Хва!! Ах, Твою мать!! Блядь! - Хон выгнулся в спине, операясь лопатками о кровать. Сонхва продолжил мучить несчастный клитор. Он быстрыми движениями языка щекотал его до тех пор, пока не ощущал сжатия мышц. Понимая, что Хон в шаге от оргазма, старший отстранялся, с довольной ухмылкой смотря в лицо капитана. Тот уже не помнил себя от возбуждения, он то размазывал слюну и слезы по лицу, то хватался за волосы старшего, то призывно тыкал лобком в челюсть Сонхва, требуя продолжения. Хва нравилось доводить младшего до исступления. Ему хотелось бы пойти ещё дальше, но он не знал, сможет ли это сделать. Тем не менее, он продолжил испытывать киску Хонджуна на прочность. Частые микродвижения, от которых постепенно начал уставать язык, творили с Хонджуном что-то невероятное. Он скулил и плакал, дергаясь от малейшего прикосновения к набухшему клитору. Хва не мог не поражаться этому. Насколько амплитудно двигался Хонджун, чтобы довести старшего до оргазма, настолько же точечно воздействовал Хва, чтобы доставить удовольствие капитану. Лицо старшего стало очень мокрым. Смесь слюны и смазки стекала по подбородку и капала на простынь. Хва дал измученному клитору передохнуть и принялся облизывать горячую дырочку. Она была не столь чувствительна, но по ощущениям, всё ещё гораздо чувствительнее члена Сонхва. Иногда старший даже немного завидовал капитану - ощущать столько всего, наверное, очень приятно. Хва продолжил пускать слюну на тонкую кожу. После не долгих манипуляций, он приподнял голову, чтобы полюбоваться. Стеночки немного раскрывались, чуть дергаясь в такт пульсирующему анусу. На долю секунды Хва даже задумался, почему природа не сделала там такой же тугой сфинктер... Но его отвлекли скулящие стоны Хонджуна. Бедная мокрая киска замерзала без его постоянного присутствия и горячего дыхания. Сонхва снова принялся поглаживать кожицу вокруг отверстия. Он продолжал оставаться снаружи. Вкусив ещё немного соков Хонджуна, парень снова вернулся к отдохнувшему клитору, чтобы наконец довести любимого до долгожданного оргазма. Сонхва широко лизнул вульву, поцеловал малые половые губы, после чего немного засосал сначала левую, потом правую. Вслушиваясь в оханье и плач Хонджуна, он продолжил натирающими движениями языка стимулировать крайнюю плоть клитора. Спустя томительные секунды непрекращающейся стимуляции, Хва наконец снова добрался до дрожащего кончика. Расчистив себе путь носом, он чуть приподнял клитор, сдвинув вверх покрытую волосами кожу большим пальцем. После Сонхва наконец прижался губами к крошечному органу и принялся втягивать его в рот, образуя подобие вакуума. - Ах!! Ахх! Хва! Блядь! Хва, ещё! Ещё! Не останавливайся! - хрипло кричал Хонджун, как обезумевший дергаясь на кровати. Он уже не знал, за что хвататься: за ткань постельного белья, за волосы и плечи Сонхва или же за воздух. Наконец на долю секунды он замер. Хва почувствовал лицом, как каждая мышца промежности сжалась. По подбородку старшего многозначительно потекло. Всё тело Хонджуна сбрасывало с себя напряжение грубым толчками через недолгие паузы. Но спазмы были настолько сильными, что Хва наконец пришлось отстать от оргазмирующей киски. Хон глубоко дышал, он был весь красный от шеи, до кончиков ушей. Маленькие слезинки удовольствия продолжали скатываться по скулам. Ему понадобилось несколько минут, чтобы пережить все волны оргазма, током бьющие его изможденное тело. - Бооже.... Мой... - младший всхлипнул, - как хорошо... Я, кажется, чуть не умер... - Ты... - со вздохом облегчения проговорил Хва, - ты сквиртанул? Брови Хонджуна медленно поползли вверх от удивления. -... Это ты вообще откуда взял? - Ну... Младший вытер пот со лба дрожащей рукой. - Нет, хён, никакого сквирта. Хва многозначительно положил руки на бедра капитана. -... Мне продолжить? - Ой, нет! - Хонджун отодвинул от себя парня ногой, - мне и двух оргазмов хватило... - Двух?! Хонджун хихикнул. - Ты не заметил первый... Глупыш. Сонхва на это только цокнул языком и лёг рядом. - Может всё-таки попробуем?.. - Что? - Сквирт. Хонджун повернулся на бок, чтобы лучше видеть немного смущённое лицо партнёра. - Это не очень полезно и не очень приятно. - Да? - вскинул брови Сонхва, - а я думал, что оно это... Ну... - Это даже никак не связано с оргазмом, так что давай не будем. Хон мягко погладил Хва по щеке. - Мне и так всё очень понравилось. Наконец комната погрузилась в долгожданную тишину. В мокром беспорядке парни смотрели друг на друга и улыбались. - Я люблю тебя, хён. - И я тебя тоже люблю. Старший притянул Хонджуна к себе, поглаживая плечи. - С Днем Рождения... Хон не ответил, только прижался сильнее к любимому, вздохнув в вспотевшую грудь. Хонджун постепенно засыпал. Хва теперь тоже чувствовал усталость, но нужно было хотя бы выключить свет, а в идеале ещё и помыться. Поцеловав капитана в лоб, он осторожно встал с кровати, чтобы добраться до выключателя. Но загоревшийся экран телефона отвлек его. Хва взял устройство и тихо охнул. Уже три часа ночи! Как они умудрились заниматься сексом больше двух часов?! Общий чат и личка старшего пестрели гневными сообщениями. Мемберы хотели спать и возмущались, почему им приходится ждать, пока старшие натрахаются... Какой стыд! Хва принялся строчить извиняющиеся сообщения... Да, завтра их будет ждать тяжёлый перелёт. Утром Хва уже не застал Хонджуна в кровати. Наверняка он перебрался к себе и уже во всю готовился к вылету в Лондон. Это было похоже на него. На удивление, после секса Хонджун частенько чувствовал прилив энергии, в то время как Сонхва был выжат, как лимон. Но старший ни о чем не жалел. Было ещё темно, когда Хва вышел в общую комнату. За белым столом в полумраке раннего утра сидел Сан. Чхве протирал глаза, улавливая аромат горячего кофе. До Сонхва тоже донёсся этот запах. Старший добрался до кофемашины, чтобы и себе налить чашечку. После чего он с усталой улыбкой присел напротив друга. Тишина раннего утра окутывала их. Такие моменты, спокойные и умиротворяющие, казвлись немного волшебными. Чхве молча смотрел в темноту парящей кружки, будто не замечая ничего вокруг. Светлая грусть отражалась в его чёрных глазах. - Извини... - хрипло проговорил Хва, когда младший поднял на него усталый взгляд, - мы... Немного не рассчитали время. - На самом деле это мне стоит извиниться, - ответил Сан. - Нет, всё в порядке! Ты же знаешь, если бы я или Хонджун были не уверены в тебе, это отразилось бы на группе... Мы оба знаем, что было, то было... - Хён, - Чхве прервал монолог старшего, - ты не понял... Я... В общем, я правда вчера задумался о своём поведении, о своих словах. И конечно, я клянусь тебе, что не встану между тобой и Хонджуни-хёном... Вы оба это знаете. Но... В общем. Я размышлял об этом и... И не заметил, как вы уже начали. Уходить, хлопать дверями было стыдно... Тут же стены картонные, всё слышно... В общем... Лицо Сонхва вытянулось в удивлении и возмущении. - Ты всё слышал?! - Прости! - Какого черта, Сан!? Ты гребаный извращенец! - Да я и не хотел это всё слышать! Думаешь, мне интересно, как вы там друг друга зовёте в постели... Боже, поверить не могу, что Хон и во время секса просит называть себя капитаном! - Сан! Чтоб тебя, просто забудь об этом, слышишь! - Хорошо, хорошо... Извини! Сонхва схватил младшего за руку и устремил на него серьёзный взгляд. - Не смей говорить об этом Хонджуну, ты меня понял?.. Сан, пораженный напором старшего, испуганно закивал. - На самом деле... - понизил голос Чхве, - я просто хотел сказать что... Я правда рад, что вы вместе. Теперь я понимаю, что никто не сможет любить тебя так, как Хонджун. Сонхва криво улыбнулся в ответ. - Я... - хватка Хва ослабла, он нежно погладил парня по предплечью, - я благодарен тебе за то, что между нами было, Санни. И спасибо тебе, что ты всё понял. - И тебе спасибо, что... - Вы совсем с ума сошли? Заспаный хриплый голос заставил парней обернуться. Минги, лохматый и злой, вышел к ним из своей комнаты. - Доброе утро! - Ой блин, хены... Какое доброе утро? Вы вообще никому поспать не дали! - Извини, Минки! Младший вздохнул. - Слов нет... - Только не злись на Хонджуна, у него же всё-таки День Рождения. - Ладно... Но ты мне будешь должен часы сна, Сонхва-хён! С этими словами Минги поплелся в ванную. Старшие переглянулись. - Да уж, хён, а говорил, что вам и часа хватит...