Новая жизнь

      Месячный отпуск Брюса уже постепенно подходил к своему концу и обязательство нового выхода на вахту в море начинало маячить на горизонте, с каждым днем становясь все ближе и ближе. За эти несколько недель он успел заметить некоторые изменения в характере и поведении Лидера, в жизни которого вновь появился какой-то смысл, и это радовало. Также он все-таки сумел выстроить пусть шаткий и пока ненадежный, но все же мостик доверия между собой и спасенным мальчиком.       В тот вечер, когда ребенок уже лег, утомленный все еще непривычным ритмом жизни, он сидел вместе с бывшим командиром на кухне и пил пиво. Подобное времяпрепровождение было по-своему ценным для них обоих, позволяя ненадолго абстрагироваться от большинства забот и проблем и просто расслабиться.       - Ты когда уезжаешь? – спросил Кудо, делая глоток – У тебя же уже скоро конец отпуска, верно?       - Через два дня, – ответил Брюс, подцепляя с тарелки небольшой кусок соленой рыбы, и усмехнулся. – Чую, на этот раз я буду сильнее скучать по суше. Но я рад, что вы теперь не будете один, Лидер. Изуку – хороший мальчишка, хоть на его долю и выпало много плохого.       Кудо не сумел подавить легкий румянец на щеках. Пусть он уже некоторое время, как официально был опекуном ребенка и даже присвоил ему свою фамилию, он все еще не смог до конца это принять. Все же шестилетний мальчик – это не Йоичи, с которым они были примерно ровесниками.       - У него скоро день рождения, – сказал он. – Даже не знаю, что ему подарить. Я слишком мало еще сумел о нем узнать. Сложно, когда он почти не разговаривает, а устраивать допрос я не хочу. Да и неправильно это.       Брюс задумчиво кивнул. Он и сам видел, что мальчик хоть и не шарахается от них и не замыкается тотально в себе, все же и раскрываться не торопится. Вероятно, все еще в глубине души ожидая того момента, когда его жизнь резко вернется в то русло, в котором она была до их знакомства. Особенно в последнее время, когда он знал, что им было известно о его бессилии.       - Возможно, у меня есть идея, – произнес Брюс наконец и поднялся на ноги. – Я сейчас.       Он вернулся через пару минут и положил на стол тот блокнот, который мальчик все еще использовал для общения, хотя постепенно и разучивал знаки, которые можно использовать в качестве альтернативного инструмента для коммуникации с ними. Перелистав его, Брюс нашел рисунки, которые местами покрыли страницы, и пододвинул блокнот бывшему командиру.       - Посмотрите на это, Лидер. Я, конечно, не эксперт по детской живописи, но это похоже на Восьмого, – сказал он, указывая на странную рогатую фигуру, которая повторялась чаще других. – Думаю, ребенок слышал о нем, и он ему нравится.       Кудо склонился над блокнотом, рассматривая рисунки и перелистывая страницы, чтобы посмотреть их все. Брюс не был уверен в том, о чем он думал, но информация явно привлекла его внимание.       - Чисто теоретически я, конечно, могу организовать прямой выход на Восьмого, но не думаю, что это будет хорошей идеей, – произнес он наконец. – Хотя, наверное, ты прав, Изуку бы это понравилось.       Брюс подпер щеку ладонью, глядя на командира, и вздохнул. Тот еще далеко не лучшим образом разбирался в детях и их потребностях. Он тоже был не слишком-то хорош, но у пары людей с его работы были дети и волей-неволей он слушал их истории и набирался опыта.       - Я вовсе не имел в виду вытаскивание Восьмого, хотя это тоже возможный для нас вариант, – заметил он. – Но, Лидер, Изуку ребенок, а у него даже толком и игрушек нет. Да, у него есть книжки и даже комиксы, да и я поделился с ним кое-чем из своих красок и прочего, но не думаю, что ему этого хватает. Наверняка у него раньше была целая коллекция из тех мелочей, которые выпускают компании, рекламируя Восьмого и прочих современных героев. Сейчас же он этого лишился, но с другой стороны, когда же играться со всем этим, как не в детстве. Думаю, он был бы рад получить что-то подобное в подарок.       Кудо выглядел задумчивым, однако Брюс почти не сомневался в том, что в конечном итоге командир признает его правоту. К тому же им обоим было более чем по карману купить пяток-другой плакатов и прочих игрушек. Хотя, наверное, лучше не только Восьмого, а то им придется всякий раз одергивать себя, ведь они не могли называть его так ни перед кем, кроме друг друга.

***

      Изуку проснулся от очередного кошмара около девяти часов утра и несколько минут дрожал под одеялом, пытаясь прогнать встающие перед глазами образы своей темницы и комнаты для процедур. В последние пару недель они снились ему уже реже, но все равно каждое такое пробуждение вынуждало его сердце практически выпрыгивать из груди, а тело обливаться холодным потом.       Взгляд на календарь вызвал у него смешанные эмоции. Сегодня было 15 июля. Сегодня ему исполнялось семь лет, а значит прошло уже три года с того момента, когда он в последний раз праздновал его вместе с папой. Тогда он еще не знал, что является беспричудным и что окажется в том страшном месте, а потом и у Кудо-сана, который окончательно заберет его себе.       Изуку вздохнул, выбираясь из постели и направляясь в ванную. В доме было непривычно тихо. Брюс-сан уехал два дня назад и это казалось почти странным. То, что теперь их снова только двое. Все же он успел привыкнуть к присутствию мужчины, которого сначала боялся, но который ни разу не вел себя как люди оттуда.       - Доброе утро, Изуку, – Кудо-сан поздоровался с ним, когда он вернулся в гостиную. – Как спалось сегодня?       Изуку неопределенно пожал плечами. У него уже не было сильных проблем с речью, но он все еще редко говорил, боясь возможных последствий. В глубине души кольнуло болью, хоть он и попытался задушить ее у основания – Кудо-сан не поздравил его с днем рождения, как всегда делал папа. Он не знал, почему, но какая-то его частичка надеялась, что мужчина все же сделает это, что он значит для него хоть чуточку больше, чем просто принятое обязательство.       В молчании они вместе позавтракали, а потом мальчик перебрался в свой уголок, чтобы не мешаться. В какой-то момент мужчина вышел из комнаты, а когда вернулся, его мысли прервал необычный звук и на диван рядом с ним приземлилась коробка, немного неуклюже завернутая в яркую упаковочную бумагу. Изуку посмотрел на Кудо-сана с непониманием и робкой надеждой. Мужчина выглядел немного неловким, но улыбнулся.       - С днем рождения, малыш, – произнес он и запустил руку в свои волосы. – Я честно не знал, что тебе подарить, поэтому мы с Брюсом думали над этим вопросом вместе. Так что это от нас обоих. Надеюсь, тебе понравится и на следующий год я уже смогу узнать тебя и твои интересы немного лучше.       Изуку почувствовал, что по его лицу расползается почти забытая улыбка. Все же он так редко выпускал ее в последние несколько лет, что почти забыл, как это делать. Но сейчас она появилась сама просто потому что, да, Кудо-сан действительно сделал ему подарок, что он что-то значит для этого мужчины, который спас его из его личного ада.       Пальцы Изуку дрожали, пока он пытался снять упаковку и добраться до содержимого коробки. Он не представлял, что там может быть, но сам факт ее наличия много значил для него. Когда крышка наконец была снята, его сердце забилось чаще.       Изуку потребовалось не более пяти секунд, чтобы понять, что он видит перед собой. Это были геройские товары! Он не держал их в руках уже почти три года… С ноткой благоговения Изуку вытащил из коробки упакованную в прозрачный пластик фигурку Всемогущего. Его пальцы задрожали сильнее, а на глазах навернулись слезы.       - Ну, как тебе, малыш? – спросил снова севший у стола Кудо-сан – Мы угадали с подарком?       Изуку смог только кивнуть, потому что у него отнялся голос. Уже не от страха или боли, а от неверия и благодарности. Мужчина чуть усмехнулся и отставил допитую чашку с кофе в сторону, вновь вставая и беря ключи.       - Я рад, что мы тебе угодили, – сказал он и посмотрел на часы. – Мне сейчас нужно будет на пару часов отлучиться, у меня встреча с заказчиком, но потом я вернусь и мы отпразднуем твой день рождения. А пока ты можешь в полной мере изучить все подарки. Хорошо?       Изуку кивнул. Уж разбирать геройские товары и рассматривать их со всех сторон он мог часами. Так что скучно ему точно не будет. Да и папа у него нередко куда-то уезжал по работе, так что ему не привыкать быть одному в течение какого-то времени.       Кудо-сан чуть улыбнулся и, проходя мимо, провел пальцами в волосах Изуку, прежде чем выйти из комнаты. Минуту спустя послышался звук закрываемой двери, а еще позже – рев мотоцикла. Мужчина действительно уехал, оставив его одного, но мальчик не жаловался.       Изуку тщательно и крайне осторожно рассматривал каждый подаренный ему товар, словно тот был сделан из тончайшего хрусталя, а не из пластика, резины или бумаги. Разнообразие выбора было велико и представляло из себя то, что можно было бы описать словами всего понемножку.       Здесь было три статуэтки Всемогущего, плакат с ним отдельно и со всеми героями первой десятки. При этом одного из них Изуку вообще не узнал, но был заворожен видом молодого парня, почти подростка, с большими алыми крыльями. Рядом с ним значилась информация о том, что это действующий герой номер десять по результатам последнего объявления рейтинга, который состоялся месяц назад.       Помимо статуэток и плакатов в коробке также нашелся брелок для телефона, который Кудо-сан ранее уже дал Изуку для поддержания связи, когда они не вместе. Он был из коллекции Сущего Мика. А также карандаши, краски и альбом для рисования – все из числа товаров группы Диких Кошек.       Последним символическим подарком, спрятанным в коробке, было письмо, подписанное Кудо-саном. В нем мужчина письменно и за своей подписью давал Изуку разрешение смотреть по телевизору передачи о героях, читать о них в интернете и слушать по радио. Ему было позволено также говорить с ним об этом.       Мальчик даже не смог удержаться от легкого смеха, хотя уже и не помнил, когда вообще позволял себе смеяться. Кудо-сан был странной смесью папы и человека в белом, но он был рад тому, что тот дал ему доказательства своего разрешения, потому что спросить его он так и не решился, а уж самовольничать тем более боялся. Хоть мужчина и не наказывал его за каждую ошибку, кто знал, как он отреагирует.

***

      Кудо вышел с очередной встречи с заказчиком и усталым жестом провел рукой по своим волосам. Хоть он и жил в изменившемся мире уже не первое десятилетие, ему все еще было сложно отказаться от военного мышления, а потому общение нередко вызывало затруднения.       Ему было проще служить грубой рабочей силой, чем вести переговоры, но ему нужен был этот заказ, чтобы получить деньги и суметь работать из дома. Все же Изуку еще мал, чтобы оставлять его одного надолго, а отдавать его в школу с учетом текущей ситуации с беспричудными – почти опасно. Даже если не брать в расчет, что он еще только восстанавливался от последствий своего плена.       При мысли о мальчике Кудо чуть улыбнулся и поехал в сторону кондитерской, в которой он заранее заказал небольшой торт. Все же день рождения следовало отметить по всем правилам, да и ребенку были жизненно необходимы любые положительные эмоции.       Об этом он знал не только по старому опыту с Йоичи, который получил в свое время, но и из книг. Поняв, что на него легла миссия реабилитировать мальчика в том числе психологически, Кудо засел за специализированную литературу, из которой почерпнул много полезной информации о том, как следует общаться с таким человеком, чтобы не спровоцировать его и не вызвать ухудшения.       Там было много советов, связанных с физическим контактом, избеганием триггерных ситуаций (в случае мальчика любых упоминаний шприцов и уколов), а также с четким проговариванием и озвучиванием даже очевидных и само собой разумеющихся правил и разрешений – о чем-то говорить, что-то делать и т.п.       По этой причине в числе прочих подарков Кудо подсунул Изуку свое разрешение интересоваться героями и обсуждать это с ним, если он хочет этого. Возможно, это не самая любимая его тема для разговоров, но мальчик имел полное право на собственные увлечения и интересы, а не те, которые он ему навязал, сам выбрав для него литературу и прочее. Так что это могло стать первым шагом к раскрытию ребенка, как личности.       Расплатившись за торт и купив заодно еще немного пирожных и печенья, Кудо отправился домой, гадая о том, каким будет Изуку, когда он вернется. Все же слишком большое эмоциональное воздействие, даже положительное, могло негативно сказаться на еще неокрепшей психике ребенка.       Когда он вошел в дом, то сразу услышал из гостиной какие-то голоса. Похоже, что мальчик смотрел или слушал новостной выпуск, который был посвящен дебюту какого-то нового героя. Заметив его появление, Изуку робко сжался, глядя на него из-под своих волос. Похоже, что он боялся того, что Кудо передумал насчет своего разрешения, но он лишь только улыбнулся.       - Я вернулся и принес торт, малыш, как и обещал. Так что давай пообедаем и будем пить чай. А потом, если хочешь, я помогу тебе повесить твои новые плакаты, – сказал он. – А то какой смысл держать их в рулонах?       Кудо был рад наблюдать за тем, как неуверенность и неверие в глазах мальчика дрогнули под напором других эмоций, а на его лице, возможно впервые, проступило искреннее счастье, а улыбка – чистая и открытая – засияла ярче, чем у Восьмого, статуэтки которого Изуку уже расставил на полочке рядом с собой.