Джон Сильвер и сиротки.

Никто не пошевелился. Лукас уперся лбом в доски окна, его дыхание было медленным, звериным. Мортимер затих в углу, уткнувшись в свой дневник, лишь перо скрипело с бешеной скоростью. Владислав замер, завороженный пылинкой, осевшей на его лофер. Кайл... Кайл просто тихо плакал, бормоча молитвы, пока Ксавьер, видимо, дремал. Звон опустевшего стакана о стол казался последним звуком на земле. Он провел ладонью по лицу, ощущая щетину, как наждак, и липкую усталость в каждой клетке. Черт, да он и сам не верил в эту чушь. Человечество кончилось там, за этими стенами, в рычащей, гниющей толпе. И как странно осознавать что все эти монстры, которые его окружали... Были слишком зависимы от людей. Здесь был цирк уродов, и горько было осознавать, что он главный клоун. Его рука автоматически потянулась к бутылке. Полупустая. Как и все вокруг. Как его силы. Как его вера. Выжить. Глупое, навязчивое слово. Зачем? Чтобы таскать за собой этот безумный балаган по руинам? Чтобы Волк однажды не совладал с инстинктом? Чтобы Граф не вцепился ему в глотку посреди ночи? Чтобы Ксавьер не устроил анархию ради смеха? Чтобы Принц Тьмы не возомнил себя их спасителем и не наколдовал чего-нибудь жуткого? Внезапный, леденящий душу скрежет разорвал тишину. Как нож по стеклу, умноженный на сто. Это были когти Владислава – длинные, острые, бледные – медленно, с нарочитой театральностью проведенные по металлической ограде окна. Звук, от которого содрогнулись все, вырвав даже Лукаса из его звериной медитации, заставив Мортимера взвизгнуть и поставить кляксу, а Кайла – вжать голову в колени с новым приступом рыданий. Наступила секунда абсолютного, оглушительного молчания. Все глаза, полные раздражения, страха и недоумения, устремились на вампира. Он глубоко, с преувеличенным достоинством втянул воздух, отряхнул пылинку с рукава и выпрямился, его взгляд, наконец оторвавшись от лофера, скользнул по лицам "союзников" с выражением глубочайшего презрения и... предельной усталости. — Мне, — произнес он ледяным, четким голосом, в котором звенела сталь и многовековая жизнь, — надоело! Владислав шагнул в центр комнаты, его плащ элегантно качнулся, несмотря на апокалипсис. Он обвел всех взглядом, который был острее его клыков. — Мне надоело это прозябание. Эта пыль. Этот запах мокрой псины, — он бросил уничтожающий взгляд на Лукаса, — и дешевого виски. — Теперь очередь Джона. — Я не для того пережил чуму, инквизицию и диско 80-х, чтобы сдохнуть в этой дыре от голода или, что еще хуже, от скуки. Он остановился, наслаждаясь произведенным эффектом. — И что ты предлагаешь, Ваше Сиятельство? — спросил Джон, доливая себе остатки виски. — Провести бал-маскарад для зомби? — Я предлагаю цель, — отрезал Владисла. — Я, я хочу всем вам напомнить кто я такой! Я - вечный наблюдатель! Хищник, лишенный своих охотничьих угодий. Бессмертный, чье бессмертие стало бессмысленным. Эти твари за окном... у них есть цель. Простая, животная, но она есть. Жрать. Идти вперед. А у нас что? — Добро пожаловать в клуб, Клыкастый, — снова отозвался Джон поднимая свой пустой стакан в пародийном тосте. Вампир зарычал на него. — Клуб "В чем смысл?". Заседаем круглосуточно. Напитки за мой счет... пока они не кончились. — Продолжил Джон. — Смысл?! Я знаю смысл! Я много смыслю! — вдруг взвизгнул Ксавьер голосом Кайла. — Смысл в том, чтобы было нескучно! Смысл в том, чтобы поджечь что-нибудь! Или, например, заставить Волка выть на луну, которой нет! Или узнать, правда ли у вампиров все такое же бледное! Вот где смысл, идиоты! — Заткнись, демон! — рявкнул Мортимер, вскакивая на ноги. Пыль взметнулась от его резкого движения. — Варварство! Вот твой единственный смысл! Мы здесь не для того, чтобы потакать твоим низменным желаниям! Он ткнул пальцем в сторону Владислава. — Он прав! Впервые за все время нашего вынужденного сожительства этот кровопийца сказал нечто дельное! Нам нужна цель, превосходящая простое выживание! — И какая же у тебя цель, о Принц Некроза? — поинтересовался Джон, лениво перезаряжая пистолет. — Найти библиотеку и написать трактат "О деградации современной нежити"? — Не о деградации, а о патологии! — с жаром воскликнул Мортимер. — Эти создания... они неправильные! Это не упорядоченная, контролируемая армия мертвых, а хаотичная, бессмысленная чума! Моя цель — понять источник этой болезни. Найти "нулевого пациента" или магический катализатор, который все это запустил. И... и исправить это! Вернуть смерти ее былое достоинство! — То есть, ты хочешь заменить зомби-апокалипсис на апокалипсис с твоими личными, стильными скелетами в ливреях? — ухмыльнулся Джон. — Это было бы эстетически более приемлемо! — не моргнув глазом, ответил Мортимер. — А я хочу найти винный погреб Ротшильдов, — подал голос Владислав, элегантно игнорируя Мортимера. — Или хотя бы приличный особняк с целыми окнами и без запаха псины. Моя цель — вернуть себе комфорт. Бессмертие без роскоши — это просто долгая, мучительная пытка. Я предлагаю пробиться в "Гранд-Отель". Там наверняка есть запасы, охрана и, возможно, даже выживший персонал, который помнит, как чистить обувь. — Отличная идея! — снова встрял Ксавьер. — А персонал мы будем есть по очереди или все сразу? Можно я выберу того, кто громче всех визжит? Кайл всхлипнул и обхватил себя руками. Джон тяжело вздохнул и развернул на пыльном столе карту города, сметя с нее пустые гильзы. — Ладно, цирк. У нас есть два глобальных плана. Первый — найти иголку в стоге гниющего сена, чтобы один чокнутый маг удовлетворил свое эго. Второй — прорваться в пятизвездочный отель, чтобы вампир смог отполировать свои клыки и ботинки. А теперь слушайте мой план, который называется "Не сдохнуть в ближайшие 48 часов". Здесь, — он ткнул пальцем в точку на карте, — центральный медицинский склад. Там антибиотики, обезболивающие, бинты. Все то, что понадобится нам, когда Волк прокусит ногу Графу, или когда Бес заставит своего носителя выпрыгнуть из окна. Это наша цель. Простая, скучная и жизненно необходимая. Джон поднял вверх взгляд чтобы отвести взглядом всех вокруг — Кто-то против? Тишина, нарушаемая лишь тихим всхлипом Кайла, была гуще, чем пыль. Он ожидал возражений, споров, может быть, даже драки. Но вместо этого он увидел, как в глазах каждого из них что-то изменилось. Появился фокус. Первым, разумеется, нарушил молчание Владислав. Он смерил карту на столе. — Твой план... приземленный, как и ты сам, Джоан Сильвер, — произнес он, и в его голосе не было привычной ледяной надменности, скорее усталая констатация факта. — Но в нем есть зерно отвратительной, вульгарной логики. Я согласен. Но на одном условии. — Его зовут Джон. — Тихий голос отозвался от окна, где стоял Лукас. Проигнорировав оборотня, бледный, изящный палец опустился на карту, указывая на крошечный квадратик в паре кварталов от намеченной цели. — Вот. Винный бутик "Дионис". Коллекционные вина. Некоторые из них старше Соединенных Штатов. Я отказываюсь продолжать это жалкое существование, питаясь твоим дешевым виски и рискуя своей вечной жизнью. Считай это... платой за мои услуги. Моя мотивация напрямую зависит от качества потребляемого продукта. Не успел Джон ответить, как над картой склонилась тень Мортимера. Его глаза лихорадочно блестели. — Любопытно, — пробормотал он, указывая на другую точку. — В трех кварталах от твоей аптеки находится старое городское кладбище. Почва там... особенная. Пропитанная историей. Она может дать мне необходимый материал для... контрмер. Если возникнут осложнения. Мне нужно будет взять несколько образцов. Исключительно в научных целях, разумеется. — О-о-о! Сделки! Обожаю сделки! — взвизгнул Ксавьер голосом Кайла, заставив того подпрыгнуть. — Тогда я хочу, чтобы Волк по дороге спел нам что-нибудь из репертуара Фрэнка Синатры! Это мое условие! Кайл, не дрейфь, мы им покажем, как надо веселиться! Лукас, до этого неподвижно стоявший у окна, медленно повернул голову. Он испепелил Кайла взглядом, от которого тот съежился еще сильнее, а затем перевел глаза на Джона. Он не произнес ни слова, лишь коротко, едва заметно кивнул. Согласен. Любое движение лучше этого заточения. Джон закрыл глаза и с силой потер переносицу, ощущая, как зарождающаяся мигрень начинает свой яростный танец у него в висках. — Ясно, — выдохнул он, открывая глаза. — Значит, у нас культурно-оздоровительная прогулка. Аптека, винный погреб и экскурсия на погост. Демону — концерт по заявкам. Он обвел всех тяжелым взглядом. — Хорошо. Плевать. Делайте что хотите, после того,как мы возьмем медикаменты. Склад — первая и главная цель. Никаких отклонений от маршрута, пока у меня в руках не будет сумки с антибиотиками и обезболивающим. Я ясно выразился? Он не дождался ответа, потому что ответ был не важен, Джон понял, что добиться от них окончательного 'да' бесполезно – они сделают вид, что согласны, а потом поступят по-своему. Поэтому он сразу перешел к делу. Хрупкое, уродливое, корыстное, но все же — соглашение было достигнуто. Воздух в комнате изменился. Удушающая апатия сменилась нервным, наэлектризованным напряжением перед действием. Джон полнял свой револьвер проверяя уже десятый раз барабан. Владислав, на удивление, не стал поправлять свои лоферы. Вместо этого он расправил плечи, и на его бледном лице на мгновение промелькнуло хищное предвкушение, которое он тут же скрыл за маской аристократической скуки. Мортимер аккуратно убрал свой дневник и перо в сумку, а взамен достал небольшой бархатный мешочек, из которого донесся тихий стук костяных амулетов. Кайл сидел на полу, обхватив колени, и раскачивался взад-вперед, что-то шепча. Было непонятно, молился ли он, или это Ксавьер тихонько напевал себе под нос какую-то зловещую мелодию. А Лукас уже был у двери. Он не прислушивался. Он вдыхал воздух, просачивающийся через щели, читал запахи улицы, как открытую книгу. Он был готов. Джон окинул взглядом свою армию света, готовую к походу за выпивкой, костями и таблетками. По привычке он левой рукой перекрестил свой револьвер. Слева направо, сверху вниз. От дула к рукояти. "Господи, — подумал он. — Дай нам хотя бы дойти до угла".