Тебя нет

Дверь тихонько поскрипывает, когда Эндрю поднимается на крышу. Перед ним открывается все тот же вид на общежитие Пальметто. Темнота еще не окутала небо, но в некоторых окнах уже зажегся свет. Привычно. Внешне ничего не изменилось. Те же здания, тот же отдаленный шум, те же изредка пролетающие птицы. Эндрю садится у края, смотрит на опустевшую парковку. Студенты наверняка разъехались по барам и клубам после учебы, как это бывает всегда. Отыскивает свою машину, одиноко стоящую в самом углу. Та все также хороша. Все также ожидает, когда в нее завалится толпа студентов и ей придется развозить всех по пунктам назначения. Эндрю достает пачку, прикуривает сигарету, затягивается. Наблюдает за тем, как дым рассеивается и исчезает, оставляя после себя лишь запах табака. Ему это нравится. Успокаивает. Помогает сформулировать мысль, что никак не хочет преобразовываться во что-то связное в глубинах сознания. Он поворачивает голову, смотрит в пустоту. Все та же крыша, та же холодная поверхность и тишина. Хочется сказать, что в этом нет чего-то странного. Не происходит чего-то, к чему Эндрю не привык. Происходит. На мгновение ему мерещится его облик. Он видит медные кудри, что чуть колышутся на ветру. Видит прядь, постоянно падающую на глаза. Глаза. Их видит менее отчетливо, но в памяти навсегда сохранился их цвет. Ярко-голубые, похожие на лед с крайнего Севера. Видит острый, пронзающий насквозь взгляд. От него невозможно укрыться, сколько бы Эндрю ни пытался – он быстро разглядывает его, и ему кажется, что в этот момент на нем исчезает одежда. Кажется, что вспарывается кожа, ломаются ребра и ничего больше не прикрывает сердце. Оно бьется чаще, чем обычно, и он всегда это замечает. Запоминает расположение кровоточащих ран и давно заживших шрамов, задерживается на особенно глубоких: прикидывает, какие необходимы лекарства и бинты для их заживления. Безошибочно считывает, какую боль они причиняют, и смотрит так, словно испытывает точно такую же. Кажется, он не способен разглядеть лишь одну деталь: самого себя между биениями его сердца. Он догадывается, заглядывает в ореховые глаза в поисках крошечных отголосков чувств, но – Эндрю уверен – совершенно не понимает, насколько это сильно. Насколько значительно. Эндрю хочется протянуть к нему руку, прикоснуться совсем невесомо, ощутить на кончиках пальцев легкое покалывание – убедить себя в том, что это не мираж. Что это действительно с ним случается- случалось. Он никогда не умел пользоваться словами. Не умел озвучивать то, что крутилось на языке: «я тебя ненавижу» вместо «ты вызываешь во мне бесконечно много чувств». Да и не пытался вовсе, был уверен, что никогда об этом не пожалеет. И все же оказался здесь. В моменте, когда в мыслях безумно много слов, которые хочется из себя достать и выпустить на свободу. Увидеть, как те неизбежно исчезают, и в конце концов усомниться в том, что они когда-то существовали. Существовали? Свидетелями могли выступить лишь птицы, что изредка приземлялись на карниз, да кучерявые облака, беспечно плывущие в неизвестном направлении. Но птицы присоединятся к стае и улетят далеко-далеко, а облака сменят свою форму и скроются за горизонтом. Эндрю не испытывал необходимости в словах. Он знал, насколько часто они ничего не стоят, знал, насколько сильно можно исказить то, что действительно крутится на уме. Не придавал им особого значения. Он всегда понимал без слов. Считывал привязанность за сотней процентов, улыбался в ответ на колкости и знал, что кроется в бесконечных поцелуях. Вкладывал в них все то, что люди привыкли отображать в письмах и тирадах о любви, пользовался тем же языком, что и Эндрю. Сейчас целовать ему некого. Некому позволять перебирать свои волосы, видеть шрамы на руках, некому доверять самые тяжелые воспоминания. А чувства остались. Он не может выразить их никак иначе, не хочет марать ножи своей или чужой кровью, и наконец решается. Нил. Это безумно тяжело даже в мыслях, но он дает себе шанс. Сопротивляется крикам сознания о том, насколько это глупо и бесполезно, и- Нил. Глупый Нил. Оставь свое прошлое в прошлом. Покинь родителей, забудь о них. Ты Бегунок. Так сбеги снова. Позволь ей догореть на берегу моря, оставь ее глубоко под землей. Не подчиняйся ему. Избавься от рефлексов, не стой перед ним на коленях. Убей. Оставь родительский дом. Переезжай ко мне. Мы купим домик у моря. Другого. Будем купаться в горячем песке. Ее там нет. Нырни в воду, она тебя не достанет. Открой настежь все окна. Позволь проникнуть свету. Не бойся его, тебе идет загар. Оставь темноту. Пусть она исчезнет. Пусть сбежит из самых скрытых уголков. Мы купим бесконечное количество ламп и осветим ими весь дом. Перестань жмуриться. Темнота останется воспоминанием. Не бойся ее. Стремись ночами к уличным фонарям, ищи меня на темных улицах. Ищи, если просто вспомнишь. Я всегда найдусь. Научись просыпаться. Это не случится в реальности снова, оно уже случилось. Я буду тебя целовать перед сном, мы всегда будем засыпать вдвоем. Ночь закончится, дождись. Каков бы ни был кошмар, мы проснемся с утра. Проснемся ночью, будем курить на кухне почти засыпая. Тебе некуда спешить. Некуда бежать. Привыкни к обычной жизни. Мы пойдем в магазин, купим еды и котам раздадим. Оставим себе одного. Новые раны будут только от его когтей. Отрекись от одиночества. Оно бессмысленно. Оно загоняет тебя в угол, не дай себе в нем сдохнуть. Четыре руки всегда лучше, чем две. На что ты способен в одиночку? На что способен я? Тебе не кажется, что по одному мы бесполезней? Ты каждый раз возвращаешься к ним. Позволяешь себе потеряться. Я не способен забыть их. Забыть его. По одному хуже, чем вместе. Давай забудемся и напьемся? Не бойся тайн, все раскрыты, нечего стесняться. Мы будем пьяно смеяться и целоваться. Сбегай от них, а не от меня. Ты снова не хочешь возвращаться домой. Давай не вернемся, и я буду с тобой. Возьми меня с собой. Не запирай внутри. Давай уедем, будем путешествовать вместе. Покажи мне все версии себя, я полюблю каждую. Не отрекайся от обещания. Позволь ему действовать. Позволь быть рядом. Ты сбегаешь, игнорируя мое пожалуйста. Как и она. Я привык. Ты не дал мне выбора, но.. может тебе остаться со мной? Я найду тебя в любой части света, с любой внешностью и под любым именем. Мы вернемся домой. Не вернемся. Я прошу просыпаться тебя, но не умею сам. Я снова перепутал сон с реальностью. Опять сон с тобой оставил след. После каждого я нахожу на себе новую рану. Прости. Я забыл, что тебя нет. Я поверил тебе. Ничего не изменилось. Я больше не хочу. Пожалуйста. Останься. … Закат принес холодную ночь. Мне пора. Теперь ночи избегаю я. Тебя нет. Нет, и никаких «но» быть не должно, но- Если ты захочешь вернуться, я буду ждать там, где был тебе рад. Солнце заходит за горизонт. Краски тускнеют, темно-синий окрас поглощает розовые облака, и те каждый раз надеются, что смогут препятствовать и остаться на небе. Мечтают узнать, что такое ночь. Шанс никогда не станет выше нуля. Небо кажется ясным, различимы многие созвездия, но Эндрю не может найти Полярную звезду. И перестает искать. Поднимается с места, пытается размять затекшие ноги. Последний раз смотрит на ночное небо, идет к двери. Вдохнуть свежий воздух почему-то не удается. Эндрю скрывается в здании. Недокуренная сигарета осталась на его месте.