гони меня

      разве можно опоздать к себе домой? блэйд вообще не уверен, что это его дом.       ‎сандей почему-то не раздражает. даже когда ругается из-за пыли на подоконнике, даже когда плачет из-за видео с щенками, даже когда просто молча наблюдает. он будто не может раздражать вообще, поэтому блэйд молча следит, как тот убирается в комнате, изредка листая книги. сандей будто всему на свете удивляется, и за ним интересно наблюдать. блэйд осторожно гладит крылья, и сандей краснеет, стараясь спрятать лицо за ними. а потом блэйд замечает привычную игривую ухмылку.       ‎— ты же мне все простишь? — слишком самодовольно спрашивает, хочется стереть наглую ухмылку с его лица. — даже если я тут все к чертовой матери разнесу?       — не ругайся, — мужчина закуривает, усталым взглядом сверлит потолок. лишь бы не видеть эту дьявольскую усмешку на ангельски красивых губах.       ‎простить? все разнесет? такое уже было. сандею нужно было успокоиться. блэйд через пару дней купил новые тарелки.       сигарета тлеет в пепельнице. мужчина качает головой, оглядывая ангелоподобное создание. сейчас он антипод порядка. он прячет глаза за крыльями, а перочинный ножик в заднем кармане брюк.       у блэйда на подушке перья, и он почти привык. перья на самом деле везде. он не замечает. не замечает, как и его квартира постепенно становится ему чужой. на столике раскиданы не его вещи. все чужое. сандей тоже здесь чужой. до отвращения и боли. мужчина трет переносицу, задумчиво смотрит на пыльный пол. нужно убраться. и из жизни тоже.       они едут в супермаркет, потому что сандей хочет напиться, а блэйд – удавиться в ванной комнате, жаль, веревки нет. ангел берет первое попавшееся белое вино с полки, и блэйд морщится. кислое. ему подходит. мужчина хватает парочку бутылок пива, откладывает суицид еще на несколько дней.       блэйд гонит 200 км/ч, и сандей нервно смеется. они едут по мосту. квартира находится почти на выезде из города. «кто я для тебя?» — они спрашивают одновременно, с легкой паникой в голосе. в горле неприятно. никто не отвечает.       дома блэйд заставляет его поесть, запихивает ему в рот теплый сырный суп. сандей голодает периодами, потому что смотреть на себя тошно. блэйд тоже своим отражением не любуется, но не отказывает самому себе в базовой заботе. густой суп приятно стекает по пищеводу. ангел закрывает рот, мужчина пачкает ему щеки и губы. потом умоется. блэйд зажимает ему нос пальцами, заставляя открыть рот. ложка с едой во рту, и сандей вымученно глотает.       мужчина чертит ножиком на двери, пока ангел заглатывает два пальца над раковиной. а потом рыдает взахлеб. всхлипы слышны сквозь шум воды.

      поулыбайся где-нибудь в другую сторону, пожалуйста. я злюсь, и нам, пока что,

разговаривать опасно.

      и в желудке что-то гниет от подобных мыслей. птицы не умеют принадлежать, а перелетные тем более. блэйд отменяет рейс в город мечты и остается в городе ангелов. он курит на балконе, вжимаясь спиной в холодную стену. ноябрьский ветер неприятно дует в лицо. керамическое кольцо мнимо обжигает палец. у сандея такое же.       блэйд думает: навсегда вместе и навсегда порознь. блэйд слишком много думает. а на подушке снова появляются чужие перья.