О чём молчит Ген Асагири?

День рождался безлико. Корабль, словно речной призрак, скользил по американским рекам, уносясь в неясное будущее. Гена подставил лицо свежему ветру, жадно вдыхая его терпкую свежесть. Как давно он не ступал на эту землю… Но что осталось от прежней Америки? Дух свободы, казалось, покинул эти берега, оставив лишь бледные тени былого великолепия. Где те небоскребы, пронзающие небеса, вечный рой автомобилей, пьянящий аромат кофе из "Старбакса" и вся эта яркая, кричащая американская мишура? Вместо этого – бескрайние изумрудные леса, змеящиеся реки и… аллигаторы. Эти зубастые чудовища уже оставили свои отметины на днище корабля, напоминая о первобытной силе этих мест. Хорошо, что Цукаса и его команда грубой силы смогли дать им отпор. Франсуа даже умудрился сотворить из аллигаторьего мяса подобие бургеров, вполне приемлемых для искушенного вкуса современных гурманов. Хром, радостно крикнув о находке, дочитал начало кукурузной надписи. Затем Хохаку обнаружила в воде несколько золотистых зерен кукурузы. Подозвав к себе Сенку, Ген отвел его в сторонку, подальше от любопытных ушей. — Что такое? – встревоженно спросил Сенку. — Тебе не кажется подозрительным, что зерна кукурузы делают в воде? На земле еще понять можно, но в воде… это как-то странно. — Да это тоже вполне нормально, – пожал плечами Сенку. – Эрозия почвы, несколько початков упало в воду, что тут такого? — Просто… не знаю, как-то мне не по себе, – ответил Ген, поежившись. Он скрестил руки на груди и склонил голову набок, словно прислушиваясь к внутреннему голосу. Сенку ободряюще положил руку на плечо друга. — Все будет хорошо, – уверил его Сенку. – Что вообще может случиться "Ты просто не выспался, наверное, вот и всё." — Может, я и правда попусту нервничаю? – пробормотал Ген, пытаясь успокоить себя. — Да, именно. Так что прекращай меланхолию, пойдём, помогать мне будешь, – ответил Сенку, увлекая парня за собой, нежно сжав его ладонь. Солнце склонилось к закату, а затем и вовсе исчезло, уступая место молодому месяцу. Лунный свет серебрил палубу корабля. Сенку, направив луч фонарика в темноту, привлек внимание мотыльков, которые слетались на свет. С сачком в руках, он азартно ловил их, словно охотник за звездами. Внимание Гена и Уке привлек другой звук. Звук передергиваемого затвора. Переглянувшись, они напряженно вгляделись в темную чащу леса. — Ты тоже это слышал? – тихо спросил Уке, повернувшись к посерьезневшему Гену. — Да, мы здесь не одни. Видимо, кто-то еще освободился из камня. — Но если кто-то освободился, откуда у них оружие? — А если это ученый? Или военный? – Ген встретился взглядом с Уке, и тот, осознав всю серьезность ситуации, похолодел. Встретившись взглядом с Цукасой, Ген пронзил его глазами, словно желая пробудить ото сна. Ответный взгляд был полон настороженности. Шепот Гена, едва слышный, словно дыхание ветра, пронёсся над ними: "Мы в опасности." Кровь застыла в жилах Укё от осознания надвигающейся угрозы. Жажда крови витала в воздухе, ощущаемая кожей. Заметив зловещий отблеск прицела, Ген молниеносно схватил Укё и рывком повалил его на землю. — Ложись! — прорезал воздух крик Гена. — Всем на пол! Оглушительные выстрелы обрушились на Укё, пробуждая давно забытое чувство. Леденящий страх парализовал его. В ушах звенело от какофонии выстрелов и отрывистых команд Гена. Ген с облегчением выдохнул, когда Сенку скрылся за железным люком, недосягаемый для вражеских пуль. Затем он заметил замутненное состояние Укё. Взгляд пустой, руки дрожат, а сам он съежился, словно пытаясь спрятаться от невидимой угрозы, прикрывая уши. "Твою мать, у Укё все признаки ПТСР," – пронеслось в голове у Гена. Он обнял парня, прикрывая его собой, и нежно поглаживал по волосам. — Всё хорошо, Укё, всё хорошо, ты в безопасности, – шептал Ген, пытаясь вырвать его из когтей прошлого. К счастью, это сработало. — Укё, посмотри на меня! – сказал Ген, привлекая внимание Рюсуя. Заметив состояние Укё, тот скомандовал рулевому разворачиваться и уплывать прочь от опасного берега. Когда стрельба стихла, команда собралась в круг, чтобы обсудить произошедшее. — Что это такое было!? – воскликнул Гинро, его голос дрожал от испуга. — Пулемёт, – одновременно ответили Ген и Укё, их голоса звучали мрачно. — Значит, на этом острове кто-то пробудился? – спросила Кохаку, нахмурив брови. — Несомненно, и это не один и не два человека. А явно больше, и они продвинутые. Либо это ученые, либо военные, – ответил Ген. Догадаться не трудно. — Огонь открылся не сразу, скорее всего, нападавший уже был там, или кто-то нас выслеживал. Если бы это были обычные люди, они бы не стали нападать, а даже если бы и стали, то с каменными орудиями. Так что наши враги продвинутые. К тому же, нас начали обстреливать в определённое время, значит, наш нападавший военный и, скорее всего, выполнял приказ, – объяснил Ген команде. Он заметил удивленные взгляды своих современников, пораженных его знаниями. Но сейчас ему было плевать на чужие взгляды. Главное – выжить. — Ген прав, – поддержал позицию Гена Укё. — Если бы нас хотели убить, то давно бы уже убили. К тому же, нападавший был один, и он ждал. Ген прав, нападавший выполнял приказ. Команда, измотанная событиями дня, провалилась в сон. Но не всем было суждено найти утешение в объятиях Морфея. Рюсуй, Укё, Ген и Сенку бодрствовали, каждый со своими мыслями и заботами. Рюсуй застал Укё на посту. Тот, словно бдительный страж, всматривался в ночную тьму, готовый отразить возможное возвращение врага. Услышав шаги, Укё обернулся и встретился взглядом с Рюсуем. — Рюсуй, почему не спишь? – спросил он. — Не спится. После сегодняшнего трудно обрести покой, – ответил Рюсуй, присаживаясь рядом. — Скажи мне, Укё, что это было, когда нас обстреливали? Брови Укё сошлись на переносице. — Это был ПТСР, – тихо ответил он. — ПТСР? Но почему у тебя? — Ты знаешь, что я служил на подлодке… Это из-за моей работы, – уклончиво ответил Укё. Заметив серьёзный взгляд Рюсуя, он вздохнул и продолжил: — Однажды мы попали во вражескую засаду, и нас решили уничтожить. Подводные бомбы рвались вокруг… – Укё вздрогнул, словно вновь услышал пронзительный писк тревоги. – Крики, мольбы о помощи… Моего товарища раздавило прямо на моих глазах. Я чудом выжил. Мы спаслись, но многие погибли. После этого меня стали преследовать кошмары, случались ступоры… Меня отстранили от службы и отправили к врачу, но я так и не вернулся на подлодку. — И ты молчал об этом? Почему? — А как бы ты отреагировал? — Как угодно, но я бы не отвернулся от тебя, – тихо ответил Рюсуй. Он приблизился к Укё и нежно коснулся его щеки губами. — С этого дня говори мне обо всем, что тебя тревожит, – серьезно сказал Рюсуй. — Я люблю тебя и не хочу потерять. Укё прильнул к губам Рюсуя. — Я тоже люблю тебя, и я тоже не хочу тебя терять, – прошептал Укё, одаривая его трепетным и нежным поцелуем. Тем временем, рассвет робко прокрадывался не только к этой паре. В лаборатории Сенку тоже не спали. Сам владелец и Ген стояли друг напротив друга, погруженные в напряженный разговор. — Значит, ты предлагаешь отправить тебя шпионить? Чтобы ты выведал все о наших врагах? — Да. Так мы сможем узнать о них все, что необходимо для победы. — Идея, конечно, заманчивая, но нет, – отрезал Сенку. — У тебя есть другой план? Лучший способ уничтожить врага – изнутри, – настаивал Ген, пытаясь переубедить Сенку. — Я не позволю тебе шпионить у врага, у которого есть оружие! – твердо заявил Сенку. — А если ты умрешь? Если они решат тебя убить? Что мне тогда делать? – Сенку подошел ближе, но Ген не отступил ни на шаг. — Со мной все будет хорошо, обещаю. — Ты уже обещал, и тебя чуть не изнасиловали. — Но ведь не изнасиловали же. — Ты, что, этого ждешь? — Сенку… – Ген взял его руки в свои. — Это наш единственный шанс выжить. У меня есть опыт в переговорах с врагами. Я вернусь, обещаю, – Ген давил на жалость, как умел. — Ладно, – вздохнул Сенку. — Будь по-твоему. — Все будет хорошо, я обещаю, – повторил Ген, обнимая Сенку за спину. Сенку ответил на объятия, прижимаясь к Гену. — Надеюсь, – прошептал Сенку. На рассвете Ген отправился на задание, но предусмотрительность Сенку заставила его взять с собой Кохаку и Хрома. "Я бы и сам справился, но ладно," – промелькнуло в его мыслях. Остановившись перед спутниками, Ген объяснил свою позицию. Он признал, что сам опытен, но двое других могли погибнуть, и он бы себе этого не простил. Оставшись один, Ген стал оставлять за собой след из лепестков цветов. Достав белый платок, он нашел сухую ветку и повязал ткань на нее. – Is anyone here? – спросил Ген на безупречном английском. Реакции не пришлось долго ждать. С ближайшего дерева спрыгнула высокая фигура с громоздким механизмом на голове, напоминавшим скорее железный скафандр. Когда стальные пластины разошлись, загадочная фигура предстала во всей красе. Ген не мог поверить своим глазам. Это был он – господин С.С. Мужчина будто застыл во времени. Всё те же глубокие карие глаза, обрамленные густыми иссиня-черными ресницами, всё те же волосы цвета червонного золота и чувственные, словно тронутые фиалковым закатом, губы, меж которых, как и прежде, тлела сигарета. Казалось, годы оставили его лицо нетронутым, сохранив ту же пленительную красоту. Единственное, что выдавало течение времени — тонкая полоска шрама, тянувшаяся от уха до уха, едва заметно пересекая виски. — Господин С.С.? – пролепетал Ген, не в силах скрыть радость и изумление. Мужчина, казалось, был не меньше поражен этой встречей. Глаза его расширились, и губы тронула теплая улыбка. — Неужели это ты? Тот самый парень из Токио? — Да, это я. Несказанно рад вас видеть, господин, – воскликнул Ген. — Прошу тебя, зови меня просто Стэнли. Стэнли Снайдер, – ответил мужчина, протягивая руку для приветствия.