A quiet cherry-flavored crush.

Мён Ги ненавидит фиолетоволосого. Ненавидит до скрежета в груди. Но отменять тот факт, что тот очень даже привлекательный, у него просто не хватит сил. Украдкой он даже заглядывается на него, глупо надеясь, что тот не замечает этих взглядов, полных восхищения и одновременно ненависти. Хотя, может быть эта ненависть относится совершенно не к фиолетоволосому, а к самому себе? Ненависть за то, что он позволяет себя оскорблять всеми возможными словами и вертеть, как не нужную вещицу, которую ещё давно планировали выкинуть. Просто бросить где-нибудь на улице и оставить тухнуть там одному до конца своих дней. Мён Ги ненавидит себя за свою слабость.. Но как удержаться, когда карие глаза смотрят прямо в душу, заставляя беспомощно застыть на месте. Как удержаться, когда грудь безжалостно раздирает от ревности при виде того, как фиолетоволосый проводит всё своё время рядом со 124-тым игроком, который больше смахивает на девушку, нежели на парня. Мён Ги не понимает своих чувств. Вроде совсем недавно, до появления здесь, он любил только девушек и даже был в отношениях с одной, которую любил всей душой, но ради блага той бросил на произвол судьбы, так ещё и беременную. Игнорировал звонки и сообщения. Но после того, как в самый первый день проживания в этом странном месте, он увидел его, то другие перестали существовать для него. *** После окончания третьей игры игроки прошли обратно в их временный ночлег, если его так можно назвать. Им объявили результаты игры: сколько осталось человек и сколько на данный момент денег в свинье-копилке. Конечно же суммы, которая там находилась, не хватало даже на то, чтобы оплатить половину долга, над чем сразу же стали возмущаться кружочки. Мён Ги же решил оставить своё мнение при себе, хотя тоже был не очень доволен. Прервав тираду игроков, охранник невозмутимым голосом сказал о начале голосования. Парню было не очень интересно это всё, поэтому облокотившись на кровать сзади себя, он погрузился в свои размышления. Как он выиграет и уйдёт с кучей деньжат, устроит свой бизнес и купит себе какой-нибудь дом на окраине города, где будет чистый воздух и умиротворённая тишина. Но это означает, что все умрут, кроме него. Чжун Хи, Танос.. От этой мысли мурашки пробежали по коже и стало тошно от одной только этой мысли. И даже не понятно, за кого он волнуется больше. За любимую девушку или же за такого же любимого парня. Из мыслей его вывел стоящий рядом игрок, ткнувший локтём в его бок. Растерянно осмотревшись вокруг, черноволосый понял, что его имя объявляли уже несколько раз. Со сторон посыпались тихие возмущения, якобы он тянет время. Не обращая на это внимания, он проходит через толпу людей и подходит к двум кнопкам и, будто бы приклеевшись к одному месту, замирает. Перед ним был выбор, проголосовать за продолжение игр или их окончание. С одной стороны, он не хочет видеть смерти родных(?) ему людей, а с другой, этих денег слишком мало для того, чтобы погасить свой кредит. Посмотрев на табло проголосовавших, число кружочков явно превышало число крестиков. Если проголосует за крестик, то ничего не изменится и игры будут продолжаться. Его голос всё равно ничего не решит. Поэтому парень нажимает на кружок. Послышались радостные возгласы вместе с расстроенными вздохами. Пройдя на синюю сторону, он скрестил руки на груди и стал рассматривать свою обувь, посчитав это очень даже интересным занятием. Когда-то идеально белая обувь покрылась пылью и окрасилась в красный цвет. Где-то она уже начала выцветать, в каких-то местах ещё свежая. Вероятно, собранная только недавно. Обычная обувь, на низкой платформе, такую обычно покупают для занятий физкультуры в школу. Но молодому человеку такое не по душе. Ему не нравятся кроссовки на низких платформах, он считает, что такая обувь визуально уменьшает его рост и он кажется мальчишкой метр с кепкой. — Игрок 230. — сказал охранник и к кнопкам буквально прискакал Танос, без раздумий нажимая на кружок. В принципе, не удивительно. Весело пританцовывая, тот идёт на синюю сторону, останавливаясь неподалёку от Мён Ги. Последний следил за каждым движением владельца яркой макушки, кусая нижнюю губу изнутри. Да, чёрт возьми, тот в любом виде был красив. Неважно, в крови или нет. Интересно, а какого вкуса его губы.. Вздрогнув, парень похлопал себя по щекам, к которым мгновенно прилила кровь, и отвернулся в другую сторону, лишь бы не смотреть на крашенного. И так и не заметил, как тот смотрел на него в ответ уже примерно целую минуту. Пытаясь забыть о смущении, черноволосый стал вспоминать моменты из детства, связанные с его родителями. У них всегда были хорошие отношения, папа с мамой никогда не ругались и жили мирно. Если мальчишка приносил плохие оценки со школы, его не ругали. Наоборот, садили на диван и вели поучительную беседу, что так нельзя и надо хорошо учиться. После этого вместе делали уроки и разбирали непонятные темы. Каждый вечер проводили время вместе, смотря мультфильмы за ведёрком попкорна. Вспоминая эти времена, на душе стало легко и парень позволяет себе вновь ощутить себя маленьким мальчиком, без забот и проблем. — Голосование оконченно. Так как больше игроков проголосовало за кружок, игры продолжаются. — всё тем же неживым голосом сказал охранник. Люди разбрелись по своим койкам, разговаривая со своими так называемыми товарищами, а Мён Ги пошёл в туалет. Ему срочно надо было остудиться и привести себя в порядок после игр. В туалет он шёл один под сопровождением треугольников, значит можно посидеть в тишине, не парясь о том, что кто-то нарушит его покой. Подойдя к двери, ведущей в туалет, двое охранников остались снаружи, а парень зашёл внутрь и сразу же подошёл к раковинам. Включив холодную воду, набрал её в ладоши и ополоснул лицо. Смотря на своё отражение лица в зеркало, появилось некое отвращение к себе. Багровая кровь застыла на его лице. Чужая кровь. Кровь убитых им же людей. Хотелось разодрать кожу, лишь бы убрать следы того, что он творил совсем недавно. Но с другой стороны, если бы он не убил того, кому в принципе суждено было умереть, умер бы сам. Поэтому наплевав на это, он начал смывать со своего лица кровь, пот и всё, что там собралось. Более менее очистив своё лицо, поднял зелёную ветровку и небрежно стал вытираться. Ещё два минуса этого места: тут нет даже мыла и обычных полотенец. Видимо, самому главному тут вообще плевать на других, пусть выкручиваются как хотят. Ну хоть туалетная бумага есть, и на том спасибо. Облокотившись о раковину двумя руками, Мён Ги долгое время смотрел вниз, а когда поднял взгляд, то по девчачьи вскрикнул от испуга. Позади него стоял фиолетоволосый со скрещенными на груди руками и смотрел на него через зеркало. И когда он успел зайти, да ещё и так тихо, что он даже не услышал. Схватившись за сердце, он пытался вернуть своё сердце в привычный ритм, ведь оно билось с невероятной скоростью. — MGCoin, я scare you? I'm sorry. — на ломанном английском сказал Танос. — Что это ты тут делаешь, а? — Не твое дело, придурок. — грубо ответил Мён Ги, вроде как успокоившись. — А если бы я тут голым был? Тебя стучаться не учили? — Это общественный туалет, а не твоя собственность. — с усмешкой произнёс старший, подходя ближе. — Тем более, что я там не видел. У меня тоже самое, что и у тебя, baby. — Кто ещё из нас бэйби. — раздражённо прошипел парень. — Зачем пришёл? Опять бесить меня решил? Где дружка своего потерял? — Он мне сейчас не нужен, этот louser от наркотика отходит. Почему так пялился на меня во время голосования? Влюбился? — Что, ты о чём? — Не выставляй себя за дурака, я всё видел. Щёки, только недавно отошедшие от румянца, вновь залились краской гуще некуда. Глаза забегали в разные стороны, но избегали взгляда Таноса. Тот подошёл настолько близко, что его дыхание само по себе участилось, а руки пытались за что-нибудь да ухватиться. Опору парень нашёл в раковине позади него, но это не очень помогло, когда фиолетоволосый прижал его к этой же раковине своим телом, не давая и шанса сбежать. — Просто признай, что ты ко мне неравнодушен. — с неестественно мягкой улыбкой проговорил Танос, его нос касался чужого. Это на него так наркотики влияют, или он образумился и решил помириться, забыть все обиды? — Ты на себя слишком много берёшь.. — Мён Ги пытался сделать голос твёрже, но он предательски задрожал, выдавая все карты. — Правда? Я не знал. — сделав наигранно удивлённое лицо, он рассматривал чужое. В нынешнем положении это получалось сделать более тщательно. — Такой милый, когда смущаешься. Неужели я смог смутить самого MGCoin-а? Тот сразу встрепенулся, поднимая возмущенный взгляд на старшего и толкая его в грудь не сильно, но достаточно, чтобы тот отошёл на более менее нормальную дистанцию. — Ха, ещё чего. Ничего я не смущаюсь, тебе показалось. — Ладно, так уж и быть, будет по-твоему, милашка. — фиолетоволосый подмигнул ему напоследок и ушёл, оставив парня смущённым с головы до ног наедине. Тот вздохнул и подумал, что старший не такой уж и плохой моментами. Когда захочет конечно. Мён Ги уверен, что наследующий день он снова будет бесить его своими провокациями. Но всё же маленькую частичку тепла он оставил во влюбленном сердце, и эта частичка приятно согревала, заставляя улыбку постепенно появляться на лице.