Пап, ты спишь?

«Арсень, прости, я задержусь, поцелуй перед сном Ваньку от меня» Арсений, читая только что пришедшее сообщение, тяжело выдыхает и прикрывает глаза, откидываясь на спинку офисного кресла: провести вечер вместе не получится. Он хотел приготовить ужин и посмотреть с Антоном какой-нибудь дурацкий сериал и похихикать в обнимку с выходок актёров, но, видимо, в этот раз придётся такой вариант досуга перенести на выходные — там, вроде как, никаких планов ещё не предвиделось. С одной стороны, отмена совместного времяпровождения расстраивала, с другой — Арсений мог наконец-то заняться бытовыми делами, которые из-за высокой загруженности на работе приходилось откладывать. Нет, ему, безусловно, нравится то, чем он занимается (пусть Антон и отговаривал его возвращаться пока в офис и отдохнуть после родов как следует), ведь иметь собственный бренд одежды и аксессуаров всегда было его мечтой ещё с детства на протяжении многих лет, а сейчас, когда всё получилось, когда компания пробралась на рынок достаточно высоко и нашла своих постоянных покупателей, в том числе и на маркетплейсах, неужели он просто так оставит надолго все свои труды? Тем более, Ване уже скоро два, а значит, почти ничего не преграждает ему возвращение к любимому делу. Однако Арсений головой понимает, что теперь дома с появлением ребёнка у него гораздо больше обязанностей, хоть его муж и помогает с половиной, за что омега ему бесконечно благодарен. Вот и теперь, когда накопилась гора нестиранных вещей, которые впоследствии нужно будет ещё и погладить, а ещё непротёртые от пыли полки и неубранные игрушки в детской, омега делает вдох-выдох, принимая сложившийся исход событий, поднимается с места, предварительно выключив ноутбук, и заказывает такси до детского сада. Забыв ответить мужу, он уже в дороге печатает, что всё хорошо, и составляет мысленно список продуктов, которые нужно будет купить с Ваней после садика. Пунктов оказывается слишком много, а он один, да ещё и с ребёнком на руках (ну, почти на руках, Ваня отлично держится рядом с родителем и вышагивает крохотными ножками самостоятельно, преодолевая расстояние от сада до их квартиры), поэтому, кажется, придётся идти в ближайший к дому «Магнит», хоть там и не такой большой выбор, как хотелось бы. Расплатившись с таксистом, Арсений покидает тёплый и приятно пахнущий салон чужого автомобиля и заходит в здание самого простого детского садика. Ваня был очень общительным мальчиком даже в свои неполные два, поэтому Антоном и Арсением было принято решение отвести сына в самый обычный государственный сад, не заморачиваясь с поиском частного. Тем более, тот находился совсем рядом с домом, что молодым и вечно занятым родителям было только на руку. Омега поднимается на второй этаж, проходит по коридору и заглядывает в младшую группу, выискивая глазами своё маленькое и такое любимое чадо. Ваня оказывается сидящим за крохотным столиком с темноволосым парнишкой и русой девчушкой и что-то старательно вырисовывающим на листе бумаги. Арсений умилился увиденной картине, ведь эти малютки сидели все вместе и щебетали о чём-то своём, пытаясь донести мысль до своих приятелей. — Ванюша, — лишь раз шёпотом ласково позвал омега, как мальчишка вскинул голову, уловив сначала ушками, а затем и глазами источник звука, вскочил с такого же, как и он сам, маленького стульчика и со всех ног полетел к родителю с детским и таким счастливым «Папааааа!». В ноги Арсения врезается крохотный кудрявый ураганчик по имени Ваня и начинает крепко, насколько ему хватает сил, обвивать стройные бёдра ещё совсем маленькими ручками. Омега тепло смеётся и поднимает сына на руки, прижимая того к себе и целуя в бархатную, покрытую лёгким румянцем щёчку. Через минуту к ним подходит молодая невысокая девушка, — очевидно, воспитательница, — здоровается с Арсением и кивает на его желание забрать Ваню. Тот идёт в сторону шкафчиков и останавливается напротив того, что с рисунком плюшевого медвежонка — Ваня в целом питает к ним любовь ещё с пелёнок, а тут ещё и так удачно выпала именно эта картинка при распределении. Пока маленький альфа сидел на скамейке, ожидая сборов домой, Арсений достал с полки джинсы, другую, сменную футболку и ярко-красное худи. Вся Ванина одежда выглядела такой миниатюрной, что не умилиться было сложно, даже после тяжёлого рабочего дня. Омега, хоть Ваня и был уже способен самостоятельно снять свои маечку и шортики, помог сыну переодеться и сложить в его рюкзачок игрушки, которые тот брал с собой на день. Ваня встаёт, берёт родителя за руку, заглядывает в группу, прощаясь на своём с такими же малютками, и выходит с Арсением в коридор, направляясь к выходу. Первый пункт мысленного плана выполнен. Оставалось всего ничего (читай: ещё очень много всего). — Папа, а мы подём на каусели? Ты мне обесял, — забавно коверкая слова, спрашивает Ваня, когда они сворачивают на тропинку к парку, через который обычно и ходят домой. Проблема в том, что Арсений действительно в начале недели обещал альфёнку сходить с ним на аттракционы и, припоминается, намечалось это всё именно в пятницу. То есть, Ваня терпеливо всю неделю ждал этого дня, не напоминая лишний раз, чтобы не надоесть, а его папа благополучно про своё обещание забыл. За это омега мысленно ударил себя с размаху по лбу. Вот что он за родитель такой? «Ты просто заработался», — твердил внутренний голос, с которым Арсений, на удивление, был согласен. Но что-то изменить в моменте он был просто не в силах: в отпуск сейчас нельзя — на следующей неделе ожидался выход новой линейки одежды. Это означало, что следующие несколько дней после выходных ему придётся просидеть в офисе, перепроверяя документацию и целостность изготовленной партии товара. У него, конечно, есть обученные люди, но ему спокойнее спится, когда он знает, что всё готово на продажу безупречно. А сейчас, понимая, что в любом случае не сможет отказать своему годовалому ребёнку в том, чего он так сильно ждал, тихо выдохнув, отвечает Ване на его вопрос согласием и ерошит светлые кудряшки на макушке. Малыш искренне радуется и тянется обнять папу, на эмоциях не замечая его усталости. Да и не нужно ему знать о взрослых проблемах, рано ещё. Он всего лишь мальчишка, желающий в подарок на скорый день рождения большой набор Лего и шоколадный торт с медвежонком. Арсений легко вздымает ребёнка и усаживает себе на шею: обычно так делал Антон, но сейчас омега играет роли сразу двух родителей, поэтому приходиться как-то выкручиваться. Ваня чуть наклоняется, оставляя подбородок на тёмной макушке, и маленькими пальчиками вплетается в любимые, как и старшего альфы, — это у них с сыном точно семейное, — волнушки на голове Арсения. Он с интересом рассматривает стройные сосны-великаны; пушистые ели, верхушки которых скрывались где-то высоко в облаках — Ваня на мгновение призадумался, что даже папа Антон дотуда не достанет. Следом на одном из перекрёстков тропинок стоял большой фонтан. Его струи, как и деревья, вздымались вверх, словно гейзеры, пытаясь дотянуться, кажется, до самых звёзд; а маленькие струйки игрались между собой, переплетаясь в завораживающие узоры — зрелище впечатляющее не только для детей, это точно. А когда вечером зажигается ещё и подсветка, так от фонтана глаз не оторвать. Но даже сейчас, пока ранний вечер только-только вступает в свои права, Ваня заворожённо наблюдает за переливающимися струями воды и что-то увлечённо рассказывает папе, а тот мастерски делает вид, что понял всё до мелочей, и отвечает, ведя с малышом диалог. Арсений с альфёнком проходит дальше, поворачивая за угол, замечая вдалеке мерцающие разноцветными огнями аттракционы, которые так жаждет Ваня. — Каусели-и-и, — мальчишка радостно вскинул одну ручку в воздух, второй продолжая цепко держать папу за волосы. Арсений, улыбаясь, в такие моменты понимает, что готов отдать всё, лишь бы каждый день видеть такого счастливого сынишку. Он крепче хватает крохотные ножки и направляется в сторону паровозика, на который показал Ваня. Очереди на него почти не было, поэтому, достаточно быстро купив билеты, они сели в один из вагончиков. Омега усадил малыша на свои колени и обвил его одной рукой поперёк живота, придерживая. Аттракцион запустили, и разноцветный паровозик начал своё движение по намеченной траектории. Альфёнок с интересом разглядывал всё вокруг, крутя головой в разные стороны, в том числе и наверх, подмечая порхающих в небе птиц, показывая их родителю. Арсений, видя такую реакцию ребёнка на окружающий мир, начинает рассказывать в формате сказок какие-то факты про природу и лесных жителей, которые Ваня так же с огромным интересом слушает и как губка впитывает всё до последнего слова. Когда паровозик замедлился, а затем и вовсе остановился, вернувшись в исходную точку, омега, встав сразу вместе с сыном, отправился искать что-нибудь ещё, куда они с малышом могут сходить. По дороге попалась карусель с разными зверушками. От увиденного загорелись маленькие голубые глазки, взгляда в которые хватало, чтобы понять, что на это развлечение они тоже пойдут, а Арсений и спорить не стал — отказывать этому альфёнку у него получается крайне редко. Ваня пальчиком показал на фигурку в виде белого медвежонка, как бы говоря, что хочет он именно на неё. Оплатив разовый проход на аттракцион, омега осторожно посадил сынишку на выбранную зверушку, встав рядом, чтобы в случае чего предотвратить падение, ведь для годовалого ребёнка высота была немаленькая. Карусель запустили, и Ваня снова запищал от восторга. Пока он крепко держался своими маленькими ручками за уши медведя, Арсений придерживал альфёнка по бокам, наблюдая за его счастливой улыбкой и горящими глазами. Ради такого можно ещё на немного отложить бытовые и вообще все волнующие сейчас проблемы, лишь бы видеть, как смеётся твоё ещё совсем крохотное отражение. Не без помощи папы, но слезши с медвежонка, Ваня погладил того по лакированной мордочке, как бы прощаясь с новым знакомым, и, обхватив указательный палец омеги своей ладошкой, повёл Арсения дальше. Маленькие ножки привели к площадке с батутами. Ваня очень просился попрыгать на каком-нибудь из них и, к счастью, Арсений заприметил такой, где он сможет зайти вместе с сыном, чтобы за тем присматривать. Сначала омега просто сидел и наблюдал, как мальчик радуется такой, казалось бы, мелочи, но ведь для него это целое событие — «поход на карусели»! — а потом решил и присоединиться к сыну, чтобы использовать выдавшиеся драгоценные часы на время с малышом по максимуму. Он крайне осторожно прыгал рядом, пытаясь подобрать темп, чтобы ненароком не подкинуть альфёнка на батуте, но получалось у него, откровенно говоря, скверно. Когда Ваня без сил лёг на перматрон и распластал свои конечности, восстанавливая дыхание, Арсений с облегчением понял, что сейчас они пойдут только в магазин и домой. А ещё он в мыслях надеялся, что ему удастся уложить явно уставшего Ванюшу спать, потому что в квартире ждали ещё вагон и далеко не маленькая тележка домашних дел. Подхватив мальчика на руки, омега спустился с батута, обул сначала сына, закрепил липучки на маленьких кроссовках, а потом надел и свои, завязывая шнурки, пока Ваня тихонечко стоял рядышком и терпеливо ждал родителя. Он уже начал изредка зевать, но ещё героически держался. Арсений встал, протянул сыну указательный палец, который малыш вновь обхватил всей своей крохотной ладошкой, и они направились к выходу из парка. — Пасиба, па, — вдруг подал голос Ваня, гордо вышагивая рядом с папой. Он помнит, как Арсений учил его благодарить других людей, когда кто-то делает для него «что-то хорошее». Омегу такое действие его ребёнка очень растрогало, и он согнулся почти вдвое, чтобы поцеловать сына в светлые завитки на макушке, от которых исходил лёгкий, приятный аромат клубники. Он хоть весь мир к ногам этого мальчика положит и даже не усомнится в своём решении. Как и Антону он готов отдать всё самое ценное и дорогое, ведь за столько лет совместной жизни альфа ни разу не дал повода не доверять ему. Несмотря на усталость, Ваня продолжал что-то увлечённо щебетать и рассказывать, как они с ребятами сегодня гуляли на площадке и делали фигурки из песка, а Арсений не мог перестать улыбаться, вслушиваясь и пытаясь разобрать хотя бы обрывки детской истории. Под детскую болтовню Вани они дошли до «Магнита», куда у Арсения изначально лежал путь. Оказавшись внутри, омега взял тележку и усадил туда альфёнка в специальное сиденье для детей — Ваня по размеру ещё идеально подходил, поэтому Арсений мысленно обрадовался: если бы понадобилось, он бы, конечно, взял малыша на руки и ходил с ним по супермаркету, но подходящая тележка обеспечила омеге более комфортный поход за продуктами и всем необходимым. Арсений бродил между стеллажей, ловко маневрируя продуктовой тележкой на поворотах, а Ваня с интересом разглядывал цветные упаковки на полках, показывая родителю на самые, по его мнению, яркие и привлекательные. Омега в процессе останавливался рядом с полками и рассказывал, что это за товары и для чего люди их покупают, что с ними можно сделать или приготовить. Ване пусть и многое непонятно сейчас, но он очень любит слушать всякие факты и истории от своего папы, пока они проводят время вместе — и совершенно не важно, где те находятся. В таком формате прошёл почти весь поход по магазину. Пока Арсений рассказывал, им приходилось по несколько раз возвращаться в отделы то с молочкой за Ваниными йогуртами, то с выпечкой за тостовым хлебом для сендвичей, то в отдел бытовой химии за зубной пастой. Ещё и Ваня через время начал капризничать и стал то проситься домой, то показывать на все конфеты подряд в стиле «папа, купи». А Арсений, хоть ему и тяжело отказывать сыну, понимает, что это банальная усталость и что Ваня просто хочет спать, поэтому не поддаётся его уговорам, а лишь стремительно завершает обход, в последний раз проверяя, всё ли он взял из самого необходимого. Однако, пока омега перебирал продукты в тележке, Ваня каким-то чудом успел ухватить Молочный ломтик, который Арсений взял Антону, ведь тот готов есть их, кажется, вечно. — Ну чего, котёнок? Ты тоже хочешь? — ласково спросил он, поглаживая светлые кудряшки. В ответ он, естественно, услышал уверенное «Дя». В который раз вернувшись к холодильникам, Арсений нашёл взглядом десерт и взял ещё два ломтика. Но уйти оттуда сразу не удалось: Ваня уломал родителя ещё и на его любимый молочный коктейль с клубникой. «Теперь точно всё», — подумал про себя Арсений, выдвигаясь в стороны кассы самообслуживания: он и так замотался, контактировать сейчас с кем-то, чтобы случайно на кого-нибудь сорваться, совершенно не хотелось, поэтому омега решил, что он быстро «отпикает» все товары сам, и они с Ваней спокойно пойдут домой. Уже на кассе Арсений доставал товары, пробивая их и сразу складывая в пакет, а альфёнок, поняв схему, начал доставать по одному товару и подавать папе, чтобы тот каждый раз не наклонялся к тележке. Так, на удивление, они справились гораздо быстрее, чем планировалось. — Спасибо, мой маленький помощник, — омега чмокнул сына в щёчку, вытащил того из тележки и закатил её в «цепочку» из остальных, после чего взял Ванюшу за ручку, второй подцепляя два немаленьких пакета: самого необходимого оказалось слишком много.. Ваня, как и всегда, держал папу за палец, но, увидев, насколько большие пакеты он несёт, да ещё и одной рукой, вспомнил, как такие вещи всегда носит только папа Антон. Он выпустил из крохотной ладошки указательный Арсения, обошёл омегу и встал с другой стороны, взявшись за одну из ручек пакета, как бы помогая нести родителю эту ношу. Арсений широко улыбнулся, завидев такую милую картину, взял один пакет свободной рукой, перенося вес и на другую сторону. Идти стало гораздо легче. Всё-таки, Ваня самый понимающий ребёнок, которого он только видел (нет, мы не будем говорить о том, что это его сын, факт остаётся фактом). Наконец, увидев знакомые высотки, Арсений с облегчением понимает, что они почти пришли. Он просит малыша достать у того из кармана ключи, с чем Ваня, к слову, отлично справляется. Но возникает следующая проблема: роста альфёнка совсем недостаточно, чтобы дотянуться до домофона и приложить ключ-таблетку. Тогда Арсений уже перекладывает второй пакет обратно, как дверь открывается и из подъезда выходит дядя Саша, их добрый сосед средних лет по этажу. Мужчина, увидев размер пакетов у омеги, открывает шире дверь, пропуская того и Ваньку хвостиком, и даже предлагает свою помощь в доставке сумок до квартиры, но Арсений благодарит альфу и вежливо отказывается от такого заманчивого предложения. Дядя Саша уходит только после того, как окончательно убеждается в том, что омега с сыном зашли в лифт. По мнению Арсения осталась самая малость — зайти в квартиру, накормить Ванюшу и уложить его спать, а дальше он разберётся. Как-нибудь, но он справится. Оказавшись дома, Ваня самостоятельно снял с себя рюкзачок и поставил его на полку в прихожей, после чего снял кроссовки и вернул их туда, откуда те с утра взял Арсений — с полочки в обувнице. Омега в который раз восхитился самостоятельности и осознанности действий его сына для такого малого возраста и мысленно похвалил их с Антоном за воспитание такого чуда. Они прошли в ванную, чтобы помыть руки, как Ваню всегда приучал папа Арс, переоделись в домашнюю и чистую одежду, а затем отправились и на кухню, начав там разбирать покупки. Когда все товары оказались по своим местам — какие-то в холодильнике, какие-то на полках шкафов, а что-то и вовсе осталось на столе в корзинке, — Арсений принялся варить любимые Ванины макароны в виде букв и сосиски, так как на другое у него пока ресурсов и времени совершенно нет. В это время альфёнок тихонечко сидел за своим столиком для кормления и увлечённо что-то рисовал цветными карандашами в выданном папой альбоме. Пока что это не имело чётких контуров и каких-либо образов, но Арсений всё равно хвалил Ваню за каждый его рисунок, ведь тот, как-никак, старался, да и помог родителю быстро и без происшествий приготовить ему же ужин. Приём пищи, на удивление, тоже прошёл спокойно: видимо, Ваня прям совсем вымотался сначала в саду, а затем и долгожданные аттракционы окончательно высосали из маленького и неугомонного моторчика все силы. Закончив трапезу, мальчишка поблагодарил Арсения, тот вытащил его из стульчика и отправил в комнату «расстилать кроватку». Ваня кивнул и послушно скрылся в своей детской, откуда почти сразу звонким голосом послышалось «Алиса, включи..», что позабавило и улыбнуло Арсения; его мальчик очень любил по вечерам разговаривать с этой станцией на своём, и неважно, какое у него сегодня настроение и насколько сильно тот устал — болтовню с Алисой никто не отменял. Омега, домыв посуду, вытер руки и вышел с кухни, направляясь в сторону детской. Там Ваня сидел на своей кровати в обнимку с плюшевым медвежонком и разглядывал иллюстрации в книге про медведей. Арсений подошёл ближе и сел в кресло-мешок рядом с кроваткой. — Будем читать сегодня про мишек? — ласково спросил он, укрывая Ваню лёгким пледом. Отказа ожидать и не следовало. Он выключил музыку на станции, устроился поудобнее, открыл книгу с начала и начал читать про жизнь больших пушистых животных разными интонациями, чтобы слушать его было более интересно. Поначалу Ваня просто лежал, перебирал ручками одну из лап своей любимой игрушки, а спустя ещё минут пять его глаза начали закрываться, а альфёнок стал проваливаться в сон.

***

Спустя время убедившись, что малыш окончательно уснул, Арсений с особой осторожностью поднимается с шуршащего кресла, целует сынишку по просьбе мужа, выходит из комнаты и прикрывает за собой дверь, оставляя там включённой одну часть радионяни: обычно он слышит Ваню и так, но когда ему мешала перестраховка. Вторую половинку устройства он ставит на полку в ванной и начинает заниматься делами, которые так долго откладывал. Первой в ход идёт стирка вещей: омега достал одежду из корзины с грязным бельём, распределил образовавшуюся кучу на несколько поменьше и запустил стираться первую из них — та, что с одеждой Вани. Пока машинка помогала Арсению избавиться от горы нестиранных вещей, тот набрал в ведро воды и добавил туда средство для мытья полов: впереди ждала его не самая любимая и приятная часть, но кто его, собственно, спрашивает. Переставив радионяню в гостиную, он подключает к телефону наушники и, вставив только один, начинает убирать квартиру. За всеми бытовыми вещами он не замечает, как пролетает час, два, три.. За окном только начинает темнеть, а на часах стрелки стремительно близятся к полуночи. Арсений, выдохшись, присаживается на диван, чтобы дать себе хотя бы минут пятнадцать на отдых. Прошло уже столько времени, а его ещё ждала глажка одежды и складывание её в шкаф. Хотелось поскорее закончить и наконец лечь спать, но силы совершенно не позволяли даже просто подняться. Перед тем, как дать себе немного передохнуть, Арсений заглянул в детскую, чтобы проверить Ваньку. Тот, к счастью, спал крепко и просыпаться до утра, кажется, не собирался, что омегу, конечно, не могло не радовать. Он сидел и просто смотрел в одну точку, не думая ни о чём, но в какой-то момент шея и спина стали понемногу затекать, из-за чего Арсению пришлось лечь, устроившись головой на подлокотнике.

***

Ваня обычно хорошо спит по ночам и родителей не беспокоит, но здесь ему очень захотелось пить, а его бутылочки, которая обычно стоит на прикроватной тумбочке рядом, не оказалось: кажется, Арсений совсем забегался и забыл налить малышу воды. Он тихо позвал папу Арсения, но никакого ответа от того не последовало. Тогда Ваня предпринял попытку позвать отца, но тот, как назло, ни через минуту, ни через две не пришёл. Отчаявшись достучаться до родителей, альфёнок решил действовать самостоятельно: он аккуратно слез с кроватки, вышел из комнаты и отправился на кухню, где около столешницы с фильтром всегда стоит его маленькая специальная ступенька, благодаря которой тот с лёгкостью может сам набрать в стакан воды. Так он, собственно, и сделал: включил на кухне свет, осторожно, на цыпочках, поднялся на эту «ступеньку», повернул на себя ручку фильтра и подставил под тонкую струю свой голубой пластиковый стаканчик, наливая столько, сколько сможет удержать в ручках по весу. Утолив жажду, Ваня отставляет стаканчик на стол, спускается на пол и идёт на поиски папы Арсения. Тот находится спящим на диване в гостиной — прямо так, как прилёг отдохнуть ещё около часа назад. Мальчик на носочках подошёл ближе к нему и наклонился, чтобы проверить, а точно ли тот спит, а не просто чего-то ждёт. — Пап, ты спишь? — ответа не последовало, как и никакой реакции на вопрос. Увидев, что омега спит, свернувшись клубочком, просто на голом диване, без каких-либо удобств, да ещё и, видимо, в какой-то момент сполз с подлокотника, Ваня, недолго думая, ушёл к себе в детскую и вернулся оттуда уже с тем самым маленьким пледом. Он как дотянулся и как смог укрыл им Арсения, но этого ему показалось недостаточно, поэтому ещё через минуту кроха вернулся с подушкой, подкладывая ту под голову папы так, как позволяют ему детские возможности. Ваня сходил до спальни родителей, чтобы позвать Антона, но отца там не оказалось. Мальчик обошёл всю квартиру, но альфы нигде не нашлось, поэтому он, выдохнув, вернулся в комнату и лёг на пустую кровать, где остался лишь его плюшевый медведь и застеленная простыня. Ваня обнял игрушку и попытался заснуть, ведь никаких занятий в одиночку он сейчас не придумает, да и просыпался он ведь только ради того, чтобы попить воды. К счастью, через несколько минут малыш снова погрузился в сон, теперь уже точно до утра.

***

В замочной скважине очень медленно и осторожно поворачивается ключ, и в квартиру на цыпочках заходит Антон. Он задержался гораздо больше, чем планировалось изначально, за что ему становится даже стыдно перед мужем, ведь тому целый вечер пришлось провести с сыном, а на себя, скорее всего, времени совсем не осталось. Альфа стягивает кроссовки, наступая на пятки, быстро моет руки и проходит на кухню. Там на плите стоял готовый ужин: пусть тот и приготовлен на скорую руку, но Антон уверен, что с особой любовью. Однако есть, на удивление, не хотелось. Единственным желанием сейчас было завалиться в кровать, прижав любимого человека к себе и заснуть с ним в обнимку самым сладким сном. Выходя с кухни, альфе либо показалось, либо он увидел на диване в гостиной тёмную макушку и, естественно, решил это проверить. Оказавшись в комнате, Антон действительно увидел там спящего Арсения, отвернувшегося к стене. «Устал, мой хороший..» — единственная мысль, что мелькнула в голове. Альфа быстро, но так же тихо сходил до их спальни, чтобы расправить там кровать и подготовить ту ко сну, и вернулся, осторожно подхватывая мужа на руки. С трепетом донеся того до комнаты и уложив Арсения на кровать, Антон накрыл его одеялом и провёл ладонью по спрятанному под слоем ткани плечу. Вспомнив, что на диване оставались маленькие подушка и пледик, он заглянул в гостиную и вернул те своему обладателю. Когда Антон зашёл в детскую, Ваня уже давным-давно сладко спал, крепко прижимая к себе Мишутку, как тот ласково любил называть своего друга. Альфа аккуратно подложил тому под голову подушку и укрыл сына, не забыв убедиться, что тот не проснулся. Когда он проверил, что его семья крепко спала, позволил себе наконец лечь и почувствовать тепло рядом лежащего Арсения, который размеренно дышал и, наверное, видел какой-нибудь приятный сон. В загривок омеги прилетел невесомый поцелуй, а на его талию легли тёплые ладони альфы. — Прости, мой родной, я сильно задержался сегодня. Спасибо тебе за всё, что ты делаешь для меня и Ванюши. Я тебя очень люблю, — прозвучал едва различимый шёпот в тишине комнаты и квартиры в целом.

***

Арсений не знает, сколько времени прошло с момента, как он прилёг после долгой уборки, но, проснувшись в спальне в объятиях своего мужа и увидев, что за окном уже светло и светит солнце, он понимает, что эта самая уборка, кажется, конкретно затянулась. Когда омега хотел подняться и пойти готовить завтрак, его сзади мягко обвили Антоновы руки и притянули к себе. — Лежи, мой родной, отсыпайся. Я всё доделаю и завтрак нам приготовлю. И Ванька сегодня на мне целый день. Спасибо тебе, моя любовь. Я бесконечно тебя люблю. И с этими словами поддержки от любимого человека все проблемы становятся мелочами. И в этом огромном мире все, кроме твоей семьи, становятся не такими важными.