Будешь малинку?

      Прошло, кажется, четыре дня с того момента, как обджекты поставили Краткому ультиматум и ему пришлось покинуть своё собственное шоу, передав должность ведущего Ëшке. Какие-то несколько деньков шли до жути долго. Они ощущались неделями, словно кто-то специально замедлил, растянул время до такой степени, чтобы жизнь была нудной, и чтобы при этом можно было прочувствовать все свои эмоции на полную. А эмоций было много. Краткого съедали злость, разочарование и обида на обждектов. Симболар понимал, что вина в том, что против него взбунтовались, есть, ведь его отношение к обджектам было, мягко говоря, плохим, но... он точно не ожидал, что его «исключат» из его же шоу... Как иронично...       Вернувшись в Алфавит, Краткий сразу же заперся в своей комнате, избегая любых контактов с другими симболарами и распросов о шоу от них. Он лишь кинул кому-то — он даже не запомнил кому именно — фразу о том, что Ëшки какое-то время не будет, после чего захлопнул дверь. Взглянув на знакомые стены, которые казались более тусклыми и блеклыми, чем раньше, взглянув на поверхности столов, на шкаф, подоконник, что были покрыты огромными слоями пыли, взглянув на различные предметы, что теперь казались чуждыми и непривычными, Краткий устало рухнул на небольшой диванчик стоявший в углу рядом со столом.       Он не знал, что делать. Малиновый настолько привык быть ведущим и постоянно видеть обждектов, что быть наедине с самим собой было... странным. А ещё он до ужаса устал... Все его силы, что он направил через палочку на обджектов, были потрачены на то, чтобы стереть их с лица Арматуры.       Подняв глаза, под которыми красовались чёрные мешки, Краткий оценил взглядом высоченную стопку документов, что накопилась за время его отсутствия. М-да... Столько бумажной волокиты, которую срочно нужно перебрать, иначе Аз будет докапываться, вдобавок ещё запрëт малинового в Алфавите до тех пор, пока тот не закончит со всем этим.       Краткий начал работать. Работать как можно более усердно, чтобы в голове не было места для лишних мыслей, но каждый раз, смотря на календарь с их общей фотографией с Ëшкой, видя валентинку от него и некоторые рисунки, которые малиновый сделал для того, чтобы показать другу, как выглядят обджекты, что участвовали в его шоу, сознание подбрасывало Краткому воспоминания о недавних событиях. Как обджекты встали против него, как он их стёр в порыве гнева...       Краткий работал не покладая рук. Он пытался забыться в работе, окунуться в неё с головой, но каждый раз он всплывал, пусть с ним и был огромнейший груз в вида до ужаса большой стопки бумаг.       Краткий не хотел быть в Алфавите. Один.       Он хотел снова вести шоу. С Ëшкой.       Он... просто не хотел быть один...       ***       Одиннадцатый вернулся на Арматуру и вот уже добрался до поляны, на которой и проходило шоу. Была ночь, округа погрузилась во тьму. Все обджекты спали поблизости, утомлённые после очередного испытания. Присматриваясь к их тёмным, скрытым в сумраке фигурам, Краткий сумел различить очертания обеих команд, в которых значительно поубавилось участников. Виден был даже силуэт какого-то нового обджекта...       Некоторое время малиновый молча пялил на мирно спящих участников шоу. От его задумчивого и сосредоточенного взгляда создавалось ощущение, словно он думает о том, как бы убить расслабившихся обджектов, но внезапно послышался шорох листьев и веток в кустах и тишину прорезал знакомый голос, заставляя Краткого повернуться в его сторону.       — Краткий? Краткий, ты вернулся!       Ëшенька...       Седьмая буква накинулась на малинового с крепкими объятиями. От неожиданности Краткий чуть не повалился на землю, но вовремя удержал равновесие и смог уберечь себя и друга от падения, после чего бережно обнял того в ответ, слабо улыбаясь. В объятиях друга было спокойно... хорошо... Хотелось остаться в них и забыть обо всëм...       Прошла минута, сиреневый, убрав руки и сделав пару маленьких шагов назад, устремил свой взор на вернувшегося друга. Глаза со звëздочками внимательно осматривали его, словно Ëшка не видел этого симболара несколько лет и пытался убедить себя в том, что это действительно он. Краткий, преодолевая усталость, разлепил тяжёлые веки и тоже взглянул на своего друга, сразу замечая мешки под его глазами.       — Как ты?       Уголки губ быстро опустились на лице нынешнего ведущего, и тот вздохнул.       — Сложно. Устаю... — Ëшка потупил взгляд, но спустя несколько секунд улыбка вернулась. — Давай поговорим в другом месте. Я, кстати, малину тут неподалёку нашёл, собрал немного. Могу угостить, хе-хе.       В смехе так и слышалось утомление и изнурение, однако, несмотря на это, он был искренним.       Краткий кивнул, и симболары отошли на пару десятков метров, подальше от обджектов. Среди густых кустарников находился небольшой участок травы, где стояла небольшая корзинка с розовыми маленькими ягодками. Ëшка присел в траву, приглашая друга сесть рядом, что он и сделал.       Симболар посмотрел вверх. Ночное небо было безумно красивым. Как раньше Краткий не обращал на эту красоту внимания? Миллионы крошечных белых светящихся точек, звёзд, что были разбросаны по небосводу. Какие-то были удивительно яркими, отчего даже казалось, что можно просто протянуть руку и дотронуться до них, а другие же были тусклыми, слитыми с мраком ночи, еле заметными среди остальных.       Симболар бросил взгляд на звездоглазого друга, что медленно жевал малину и также смотрел вверх, но, словно почувствовав на себе взгляд Краткого, Ëшка вопросительно посмотрел ему в глаза и после улыбнулся, протягивая ягоду.       — Будешь малинку?       Малиновая буква кивнула, беря ягоду и забрасывая её себе в рот. Вкусно. Кисленько. Сладенько...       Симболары какое-то время сидели молча и просто ели ягоды, словно не особо хотели начинать разговор. Но когда ягоды закончились, Ëшка вздохнул и лëг.       — Я устал. Ужасно устал. Как ты один справлялся с шоу, когда был ведущим? Обджектов ведь было больше, чем сейчас.       Краткий лёг рядом, сочувственно глядя на друга.       — Мне было довольно легко. Наверное из-за того, что я горел этим делом. Очень. Мне нравилось быть ведущим. А те-..       — А мне не нравится... Не нравится быть ведущим одному. Я бы лучше предпочёл снова оказаться просто твоим ассистентом. Я ведь... даже не хотел быть хостом, но иначе твоё шоу просто бы... закрылось...       Одиннадцатый наблюдал, как Ëшка обнимает себя, грустно смотря куда-то в сторону. Сиреневый хотел продолжить, но тут Краткий начал говорить.       — А может ну его... Закрыть шоу и всё...       — Н-но Краткий!       Ëшка резко сел, изумленно глядя на друга. Краткий... хотел закрыть своё шоу?..       — Просто закрыть. Какой тогда смысл, если обждектам не нравлюсь я, как ведущий, а тебе не нравится вести шоу? Не мучить же себя, верно? Вернёмся в Алфавит, оставим обджектов и всё...       Малиновый смотрел вверх, слегка прикрыв веки. Другой симболар задумчиво смотрел в сторону, где находились обждекты, словно вот-вот собирался уходить или даже сбежать от них.       — Ты... уверен в том, что хочешь этого?       — Не знаю... Но...       Краткий встал, слегка улыбнувшись.       — Как тебе идея решить этот вопрос чуток попозже, когда нарвем ещё малинки? Мне понравилось.       Ëшка усмехнулся с такой смены настроения у друга, но согласился.       — Хорошо, давай.