Paraselenic (с 20 главы)

Гарри вместе с Малфоями был в гостиной, когда Люциус, поморщившись от боли, схватился за левое предплечье.  - Том вернулся? - зеленые глаза вампира блеснули.  Старший Малфой кивнул и расслабился, видимо, боль начала утихать: - Думаю, что да. Милорд, могу ли я вас сопроводить?  - Зачем это? Я и сам в состоянии аппарировать.  Расположившийся у камина Драко фыркнул: - Если ты не хочешь прогуляться за пределы антиаппарационного барьера, то придется идти с отцом.  Поттер холодно посмотрел на мальчишку, заставив того сильнее вжаться в спинку кресла. - Отлично. Не стоит заставлять Тома ждать, не так ли, Красавчик?  Встав, Люциус ухмыльнулся и взмахом палочки призвал мантию Пожирателя. - Не желаете ли переодеться, Милорд?  Гарри растеряно посмотрел вниз – он был одет по-домашнему: простые брюки и серая рубашка. Но переодеваться во что-то более официальное не было никакого желания. Сегодня был его праздник, и черта с два он вырядится для кого-нибудь пусть даже ради самого Волдеморта. Без лишних слов он подошел к Малфою и, обняв его за талию, весело подмигнул Нарциссе. Прошедшие два дня он провел в компании этой прекрасной женщины, которая оказалась невероятно интересным собеседником.  - В этом нет никакой необходимости, - наконец ответил Поттер, и они тут же аппарировали.  Через секунду они уже стояли в центре конференц-зала, окруженные людьми в черных мантиях. Поттер бегло осмотрел комнату и уперся взглядом в трон и его рептилиевидного владельца. Изо всех сил пытаясь подавить зарождающуюся улыбку, грозящую испортить весь его невозмутимый вид, он махнул рукой Люциусу и поспешил к Волдеморту.  Господи, сейчас он чувствовал себя чертовой влюбленной школьницей с барабанящим в груди сердцем и бабочками в животе. Ужасное состояние. Как же раздражали подобные сантименты, когда хотелось по-дурацки улыбаться и прыгать от счастья. О, если бы они в комнате были одни, то он точно уже давно бы тискал Темного Лорда в своих объятиях. Забавная, но, в тоже время, и странная картина вырисовывалась перед внутренним взором.  Наконец, обойдя преклонивших колени Пожирателей, Гарри позволил себе улыбнуться. Перепрыгивая ступеньки, он подошел к трону и наклонился вперед, нарушая тем самым личное пространство Волдеморта: - Чертовски долгое путешествие, Том.  Безгубый рот Лорда, немного изогнулся в подобии ухмылки: - Только не говори, что скучал по мне.  Поттер громко фыркнул, но не смог остановить расползающийся по щекам румянец. Конечно, он понадеялся, что этого никто не заметит, и в ответ дерзко улыбнулся: - Мой дорогой Том, как вы могли подумать, что я в состоянии прожить даже минуту без вас?  - Ах, приношу свои искренние извинения, что вверг тебя в ад существования без моей компании. Мерлин свидетель, без меня ты валял дурака, - Волдеморт прижал свою руку к груди и тихо засмеявшись, откинулся на спинку трона. - Уверен, что нам надо многое обсудить.  - Да. Вы уехали в самое худшее время из всех возможных, и задержались слишком долго. Поэтому, событий очень много, и все они требуют вашего внимания.  - Мы к этому еще вернемся, как только закончится собрание.  - Вы расскажете мне, чем занимались? Вы же не соизволили меня уведомить, когда уехали, да и потом молчали, как аврор на допросе, - прошипел Гарри, сильнее наклоняясь вперед.  - Терпение, - зло ухмыльнулся Волдеморт.  - Отлично, - ответил вампир, ну совсем не обижено. - Мне нужно, чтобы по окончании встречи вы попросили остаться тех, кому доверяете. Из-за возникших прецедентов, о которых вы не знаете, мне пришлось раскрыть свою личность некоторым фаворитам.  - Внутренний круг подойдет?  - Если вы им доверяете, тогда да, - ухмыльнулся Гарри и пробежал взглядом по собравшимся. Нескольких человек явно не хватало. Что вполне естественно, учитывая, как давно они не собирались вместе.  - Есть что-нибудь, что я должен знать, прежде чем начнется собрание?  Поттер опять подошел ближе к Тому: = Не сомневаюсь, что вы уже знаете о набеге на Хогсмид..., где Гойл пытался убить некоего Гарри Поттера = Он говорил на парселтанге, что со стороны походило на обыкновенный шепот.  Кроваво-красные глаза Волдеморта прищурились и впились холодным взглядом в то место, где стояли старшие Кребб и Гойл: = Правда? =  Губы Гарри искривились в подобии улыбки. И хотя он не был уверен, вызван ли гнев Лорда неисполнением прямого приказа, или же волнением о благополучии Поттера, но он притворился, что это было последнее. Еще раз глянув на собравшихся, он заметил, что прибыли почти все. Похоже, отсутствовал Снейп, что понятно, в конце концов, ему надо было сначала выбраться за пределы антиаппарационного барьера.  Прошло еще пять минут, Хаос уже начал волноваться, но тут раздался хлопок, и в комнате появился не только Снейп, но и Данте. Гарри мысленно застонал.  Под прицелом палочек Пожирателей, прибывший вампир, невозмутимо прошагал ближе к трону и немного склонил голову: - Хаос, Волдеморт.  - Данте, ты тут что делаешь? Блондин позволил себе ухмыльнуться: - Думаю, ты знаешь ответ. Я же тебе говорил, что хочу посмотреть ваше собрание. Поэтому убедил Снейпа взять меня с собой.  Гарри повернулся спиной к Пожирателям и тогда Волдеморт заметил, как щеки мальчика заливает румянец. Немного удивившись, он опять перевел взгляд на белокурого мужчину: - Полагаю, нас забыли представить должным образом.  Данте учтиво поклонился: - Прошу меня простить. Мое имя Дуранте Лукаш Пайрно, известного в данный момент под именем Данте Пирс. Я преподаю Защиту от Темных Сил в школе Хогвартс. Но обычно, меня нанимает маркиз Валериан как опекуна и наставника в Цитадели Теней. Наслышан о вас, Волдеморт.  Удивленные шепотки побежали по залу. Но один грозный взгляд Лорда, и все опять стихло. Меж тем, Поттер был немало удивлен весом имени Валериана. Он сам никогда о нем не слышал, до их первой встречи, да и потом привык к тому, что бессмертные с благоговением относились к нему. Но здесь была совершенно другая ситуация, сейчас он видел страх смертных от одного упоминания имени вампира.  - И я о вас. Вы упомянуты в Истории, да и П... - Гарри посмотрел на замолчавшего Волдеморта, который очевидно слишком привык называть его по фамилии, - Хаос неоднократно говорил о вас.  - Должен признаться, что и он о вас частенько... вспоминает, - все это было сказано со злорадненькой ухмылочкой, что не было характерно для вечно без эмоционального Данте. Хорошо, что Поттер все еще стоял спиной к Пожирателям, так как его лицо опять вспыхнуло румянцем, сводя на нет весь его угрюмый вид.  - Достаточно, Данте, - зашипел он, впиваясь взглядом в наставника. - Ты будешь молчать до окончания собрания. Если бы я знал, что ты серьезно вознамерился посетить нас, то заранее подготовился бы.  Старший вампир посмотрел в серьезные глаза юноши: - Как пожелаешь, Хаос.  Волдеморт с интересом наблюдал за ними, переводя заинтересованный взгляд с одного на другого. О, очевидно, что потом от Поттера потребуют ответы.  - Вы можете немного подождать там, пока не закончится встреча, - сказал Лорд, махнув рукой. - И как только я отделаюсь от идиотов, которые не в состоянии прожить и месяц без меня, мы с вами поговорим.  Нацепив на лицо маску невозмутимости, Гарри повернулся к Пожирателям и сделал вид, что слушает и пристально наблюдает. На самом деле, он только поверхностно следил за Волдемортом, который заслушивал доклады и скупо наказывал за плохие результаты. А внутри Поттер просто кипел от гнева и проклинал дерзкого вампира, посылающего в его сторону беспечные взгляды. Он любил Данте, честно... но иногда ему просто хотелось его придушить собственными руками.  И сейчас это желание сжигало его изнутри.  Встреча была неимоверно скучной, и Гарри частенько ловил себя на том, что завороженно смотрит на рептилиевидного Лорда. И каждый раз, когда кроваво-красные глаза перехватывали его взгляд, сердце начинало учащенно биться. Что с ним такое? Почему счастье и восторг поселились в его душе только от мысли, что Волдеморт вернулся? Почему хотелось встряхнуть его и потребовать ответы: почему не писал больше, почему не уверил в своей безопасности? Почему первым порывам было обнять его, и тем самым убедиться, что с ним все в порядке? Это не похоть..., к которой он привык. Похоть и интерес легко узнаются по буйным фантазиям. Может быть, у него появились действительно глубокие чувства?  Хаос не знал, нравится ли ему это, или же нет.  Он только тихо хмыкнул, когда громкие хлопки дезаппарации безжалостно прервали его самокопание. Поттер понял, что довольно сильно ушел в свои мысли, только тогда, когда увидел, как два Пожирателя тащат безвольную тушку Гойла к дверям. Интересно, мужчина мертв? Тогда подергивания конечностей можно списать на повреждение нервов. Гарри перевел взгляд на вставших полумесяцем напротив трона Пожирателей. Это была элита, Внутренний круг, и стоило обратить на них больше внимания. Люциус уже снял маску и откинул капюшон. Он как всегда проигнорировал непристойную ухмылочку Гарри, просто изогнув бровь в немом вопросе. Малфой держался неприступно с той самой первой ночи, проведенной Поттером в его поместье. Нет, конечно, вампир гордился им, но в тоже время испытывал какую-то душевную пустоту.  Рядом с ним стоял Северус со своим обычным пренебрежением на лице. Как только его лояльность подтвердилась, то он сразу вошел во Внутренний круг. В конце концов, он был единственным Пожирателем в Хогвартсе. И если Поттер соберется принять важное решение, то ему понадобится мнение зельевара. Естественно, тот должен держать язык за зубами..., но это его мало волновало, ведь Снейп провел годы в окружении темных магов и умел складно врать даже Лорду.  Около Северуса стоял Рабастан Лестрандж, младший брат Родольфуса. Разница в возрасте у них была минимальна: год, или два. Если бы однополые близнецы не были такой редкостью в Магическом Мире, то Гарри бы решил, что они ими являются. Мужчина выглядел изможденным, его кожа приобрела оттенок болезненной бледности, а взгляд глаз остекленел, но в осанке все еще просматривалась природная стать и гордость.  Родольфус, муж Беллатриссы, стоял рядом. В отличие от брата, он был невероятно красив, несмотря на долгое пребывание в неволе. У него было широкое лицо и сильная челюсть, покрытая коротко постриженной бородкой. Его взгляд был сосредоточен, и без мелькающих искорок безумия, как у большинства отсидевших в Азкабане. Вся его непоколебимая поза указывала на ожидание дальнейших распоряжений Господина.  Далее была Беллатрисса, которая не нуждалась в представлении. После битвы в Отделе Тайн, она стала более спокойной, но дикий взгляд опровергал это утверждение. Складывалось такое ощущение, что женщина из последних сил держится за свое здравомыслие. Сейчас же она с завидной периодичностью кидала на Гарри яростные взгляды. Кстати, он очень любил играть на ее привязанности к Волдеморту. Это было лучше любой пытки.  С другой стороны стоял Антонин Долохов, со своим вечно мрачным выражением лица. Поттер недолюбливал мужчину с тех самых пор, как тот запустил в Гермиону странным проклятием. Нет, он не был на него в обиде, ведь они были по разные стороны баррикад. Долохов был самым старым Пожирателем Смерти.  Уолден МакНейр и Август Руквуд завершали строй собравшихся. Эти двое бывшие шпионы в Министерстве, совершенно не изменились со времен битвы в Отделе Тайн. Ну, разве что МакНейр сбрил усы. Да и Руквуд приобрел в своем облике новое: длинный шрам пересекающий щёку от виска и до самой шеи. Оставалось загадкой, где он мог приобрести такой своеобразный фетиш. Эта грубая красная линия выделялась даже на фоне оспин, покрывающих практически все его лицо.  Гарри проводил взглядом последнего низко-рангового Пожирателя, покинувшего комнату, и сел на пол. В отличие от остальных в этой комнате, он не видел связи между властью и этикетом, да ему, просто напросто, было наплевать, кто, что думает. Главное, чтоб было удобно, когда начнутся нудные отчеты. Он привалился к трону Волдеморта, около его ног и вопросительно взглянул в красные глаза. Тот только кивнул и, побарабанив пальцами по подлокотнику, ухмыльнулся: - Люциус, отчет.  Малфой незамедлительно сделал шаг вперед и низко поклонился: - Мои Лорды. Министра взволновали последние события, он начал рассматривать вариант присоединения к Ордену Феникса. Так как в ноябре СМИ опубликовали пророчество, он думает, что переход на сторону Ордена даст ему благосклонность Поттера.  Хаос громко фыркнул, чем обратил все внимание на себя. Особенно внимание одного Темного Лорда. Конечно же, это как всегда было удачно проигнорировано.  Люциус продолжил, как будто его и не прерывали вовсе: - После ареста, министр не прислушивается к моему мнению, - серые глаза впились взглядом в Поттера. - Но он согласен с тем, что глупо было бы объединяться с Дамблдором. Он все еще убежден, что старик хочет прибрать Министерство к рукам.  Волдеморт в задумчивости медленно погладил безгубый рот длинными пальцами: - Как вы думаете, когда это произойдет?  - Возможно, конец учебного года, Повелитель. - Тогда это спорный вопрос, - решил встрять Гарри. – Потому, что к тому времени Дамблдор будет уже мертв. Думаю, тебе надо сыграть на их страхах, Красавчик. Как и было задумано нами ранее, Фадж пока останется на своей должности, только из-за его податливости и сомнений, которые он формирует в людях. И притом, я очень скоро выведу Дамблдора из игры.  Лицо Беллатриссы исказила глумливая ухмылка. Поттер видел, что когда-то она была красива, конечно, это было до Азкабана. - Самоуверенный, да? Как по мне, то ты совершенно бесполезен! Идиот, с чего ты взял, что справишься с Дамблдором, когда даже мой Лорд не смог этого сделать?!  Не успела Беллатрисса договорить, а тисовая палочка Волдеморта уже указывала в ее сторону. - Нет, позвольте мне. Думаю, что настала моя очередь. Гарри положил руку на колено Тома. На что тот перевел взгляд суженных, опасных глаз на него. Если они собирались работать на равных, то Темному Лорду придется иногда потакать прихотям своего партнера. Нет, Поттер с удовольствием бы позволил Волдеморту разрулить ситуацию..., в конце концов, он не так-то и сильно хотел быть главным. Вздохнув, Хаос все-таки вытащил палочку и направил ее в сторону женщины: - Так-так-так, Белла. Ты оскорбила не только своего нового Лорда, но и усомнилась в способностях Лорда Волдеморта. Crucio. Почти сразу, Лестрендж упала на колени. Ее темные глаза сейчас были заполнены болью, а не привычным безумием. Поттер, ухмыльнувшись, наклонился вперед: - Ты сказала мне однажды, Белла, - весело, чуть ли не нараспев, сказал он. - Чтобы сработал Cruciatus, нужно этого захотеть. Что я должен действительно хотеть причинить боль. Теперь ты сама можешь убедиться, насколько я наслаждаюсь этим, Беллатрисса, - женщина больше не могла сдерживаться и закричала, постепенно заваливаясь назад, пока ее голова с глухим стуком не столкнулась с полом. Гарри хихикнул.  Скользнув взглядом по остальным Пожирателям, он встал и привычным жестом закинул за плечо выбившийся локон волос. - Тем, кто еще не в курсе, я расскажу, кто я на самом деле. Эта информация не должна повлиять на мой статус, или вы быстро узнаете, с какой страстью я не терплю неповиновение, - он ненадолго замолчал и зло ухмыльнулся, заметив жалкие потуги Беллатриссы подняться. - Вы меня знаете под именем Хаос, но при рождении меня нарекли Гарри Поттером, - веселая улыбка появилась на его лице. - Ну же, вы меня знаете... Мальчик-Который-Выжил, Избранный, Золотой Мальчик, Герой пророчества, который убьет страшного Темного Лорда...  Волдеморт громко фыркнул: - Такой актерский талант зазря пропадает.  Хаос озорно улыбнулся, и насмешливо поклонившись Пожирателям, вновь устроился у трона Лорда, но теперь целенаправленно сев поближе к его ногам. С лица Беллатриссы мгновенно сошла вся краска. Запрокинув голову, Поттер встретился взглядом с кроваво-красными глазами: - Мы стоим друг друга, дорогой Волдеморт, - он опять замолчал и посмотрел на собравшихся так, как будто пытался заглянуть в их души. - Я частенько могу отсутствовать, как вы все заметили, но это привилегия вышестоящего. И в этом вопросе у вас нет права голоса. Я не собираюсь оправдываться не перед Беллатриссой, ни перед кем-нибудь еще. Тот, кто должен знать мое местоположение, уже все знает.  - Поттер? Я против... - вскричала Лестрендж, проигнорировав толчок в бок от своего мужа.  - Против чего, Белла? Не думаю, что у тебя есть право голоса, - прошипел Волдеморт, склоняясь над плечом Гарри. - Я отлично осведомлен: кто он, и что я делаю. В следующий раз думай, прежде чем открывать свой рот. Crucio, - на этот раз, женщина сразу начала кричать, корчась на полу под вторым своим Круциатусом за несколько минут. Когда проклятие все же сняли, а тело перестали бить судороги, по ее щеке медленно прокатились несколько слезинок.  - Малютке Беллочке сделали бо-бо? - издевательски протянул Поттер, наблюдая, как женщина сжимает кулаки в бессильной ярости.  - Теперь я могу продолжить собрание, или у тебя в рукаве припрятаны другие драматические таланты, которые в состоянии внушить нам благоговейный ужас? - опасные нотки проскользнули в с виду спокойном голосе Волдеморта.  - А-то как же. Лорд кинул на него пристальный взгляд, но уже через мгновение опять сосредоточился на ошеломленных приспешниках. - МакНейр! Руквуд! Хоть кому-нибудь из вас удалось восстановить старые связи со своими осведомителями из Министерства?  Гарри снова погрузился в свои мысли, постоянно проигрывая в голове момент, когда Том наклонившись над его плечом, обдал кожу теплым дыханием. А он-то всегда думал, что рептилиевидный мужчина холоднокровный. Его мысли грозили перейти в более откровенные, когда послышались крики Руквуда и МакНейра, и только это смогло ненадолго вырвать его из водоворота красочных картинок. Как же его раздражало собственное поведение. Он что совсем и безвозвратно превратился во влюбленную школьницу?  Что-то внезапно толкнуло его руку, опять вырывая из самокопания. Этим чем-то оказалась большая голова Нагини: = Я все вижу, мальчишка. Ты с распростертыми объятиями приветствуешь хозяина, и полностью игнорируешь Мое Величество. Что, больше никого не видишь, кроме него? = Гарри хмуро посмотрел на змею, но, все же, погладил ее по голове: = Я не знал, что ты была здесь. Как я мог тебя проигнорировать? Не глупи. = Огромная змеюка прижалась к нему:  = Используй свою палку, чтобы согреть меня, мальчишка. Хозяин не позволяет греться об него, когда подчиненные шныряют поблизости. Интересно, ты тоже против такой перспективы? = = Вы оба меня отвлекаете, = внезапно строго произнес Волдеморт, давая понять, что они стали центром внимания. = Я понимаю, что тебе скучно, Поттер, но ты нам мешаешь. Прекратите сейчас же. Вы двое можете вдоволь поговорить, как только Пожиратели покинут поместье. =  Гарри с обидой в глазах посмотрел на Лорда, но не стал спорить. Сейчас он чувствовал себя, как ребенок, которого отчитали за мелкую провинность.  - Люциус, министр принял ваше приглашение на Зимний Бал?  Теперь все внимание Поттера было приковано к собранию. Он знал о приеме, так как самолично помогал Нарциссе в его планировке. Но чего он не знал, так это о присутствии министра.  Малфой посмотрел на Волдеморта: - Да, Повелитель, как только понял, сколько соберется людей из высшего общества. Вчера вечером он согласился.  Хаос впился осуждающим взглядом в Люциуса, но молчал до тех пор, пока Волдеморт не закончил собрание. - Есть ли причина не оповестить меня о министре?  Малфой искоса на него глянул: - Вы провели полночи с Нарциссой, обсуждая всякую ерунду, и поэтому я подумал, что она упомянула об этом.  - Все еще ревнуешь? - хмыкнул Поттер, наблюдая как Волдеморт приказывает Рабастану и Родольфусу убрать упавших в обморок МакНейра и Руквуда. Очевидно, что Лорд был больше всего рассержен именно ими. - Ну, сейчас это уже неважно. Я останусь здесь на ночь, если конечно Том не будет против... Мне нужно с ним многое обсудить.  Данте, до этого момента, молча стоявший рядом, хитро ухмыльнулся: - Это точно...  - Данте, разве тебе уже не пора в Хогвартс? - пропел Гарри сладким голоском, но холодность зеленых глаз выдавала с головой все его недовольство.  - Не имея метки твоего Волдеморта, я не могу аппарировать отсюда. Придется подождать Снейпа... или ты хочешь показать мне путь к вестибюлю?  Поттер крутанулся на месте, в отчаянном поиске Северуса, которого нашел в нескольких шагах от себя. - Я ждал, чтобы задать вопрос... Милорд, - по обыкновению бесстрастно проговорил зельевар.  - Какой?  - Детей, каких возрастов включать в списки.  Гарри вздохнул: - Только пятые и шестые курсы. Семикурсники бесполезны, так как они уже получат дипломы к тому времени, когда понадобятся. А с совсем детьми я не хочу возиться.  Снейп поклонился, и Поттер невольно подивился необыкновенным послушанием зельевара: - Я вам больше не нужен? - Вы можете идти. Только захватите с собой этого чертового ублюдка, пожалуйста.  - Мы позже поговорим об этом, Хаос. Не сомневайся в этом, - сказал Данте.  - Как я могу? - он не отводил пристального взгляда с голубых глаз вампира. Натянутая тишина окутала их. Гарри отлично знал, что друг хочет как лучше, но в данный момент не нуждался в его своеобразной "помощи". Темный Лорд изогнул бровь, но все так же остался восседать на своем троне: - Пирс, вы что-то хотели со мной обсудить?  В ответ, Данте поклонился: - Нет, Волдеморт, мне просто было интересно увидеть одну из встреч. Это поможет мне ознакомиться с процедурой.  По лицу Лорда было понятно, что он не очень-то убежден. Но в любом случае, он позволил вампиру и Снейпу дизаппарировать.  Последний Пожиратель Смерти, в лице раздавленной Беллатриссы, покинул поместье. И под радостное шипение, обернувшейся вокруг плеч хозяина, Нагини, Волдеморт с Гарри направились к кабинету. Но как только они добрались до нужной двери, Темный Лорд встал, как вкопанный, посередине дверного проема. - Что, не знаете, за что взяться после такого долгого отсутствия, Том?  - Сегодня вечером ты необычайно дерзкий, - нахмурился мужчина.  Поттер на это только отмахнулся от него: - Надо вам к этому уже привыкнуть. Ну, вы входите, или нет? Между прочим, у нас много дел.  - Ты можешь развлечь себя в течение двадцати минут? Я отказываюсь что-либо делать, не приняв душ. Как только я прибыл домой, то сразу вызвал Пожирателей.  Хаос недоверчиво посмотрел на Лорда: - Это не может подождать?  - Салазар, нет. Кажется, что я так долго не принимал ванну... Такое ощущение, что прошла... целая жизнь, когда я в последний раз наслаждался водными процедурами, - сказал он лукаво.  - Вы соскучились по ванной... ванной, которая расслабляет вас... больше, чем я?! - театрально обиделся Гарри. - Какое оскорбление! - он замолчал, выдерживая паузу. - Кстати, мне думалось, что этот особняк был обычным маггловским. Или я что-то упустил?  - Как будто я оставил бы его таким! Надеюсь, отчеты развлекут тебя, пока меня не будет?  Поттер с открытым от удивления ртом, завороженно проводил Тома взглядом и уже потом посмотрел на стол, на котором громоздились высокие кипы бумаг, явно удерживаемые на месте магией. Как будто уловив настроение вошедшего, одна из кип опасно пошатнулась. В отместку, Гарри решил работать действительно по-настоящему медленно.  *** Час спустя Поттер тупо уставился на шатающуюся стопку бумаг, пытаясь придумать оправдания такой серьезной задержке Волдеморта. За прошедшее время, он успел повозиться с горсткой документов, пока у его мозга не начался острый приступ аллергии на написанные нудные отчеты. Еще раз попробовав поработать, и тщательнее сконцентрироваться, он понял, что это занятие никому не нужное и не благодарное.  Помедлив, Гарри встал и, выйдя из кабинета, направился к лестнице, ведущей к жилым комнатам.  Используя свой шрам в качестве магнитного приемника, он быстро определил местоположение Волдеморта. Четвертый этаж. "Ну, кто бы сомневался, что он заберется так высоко", - саркастично подумал Поттер. - "А все потому, что он всегда пытается усложнить мне жизнь..." - Лестница была узкая, да и темноту не мог разогнать тусклый магический свет. Все вокруг покрывала пыль. Это было понятно, так как здесь проходил только Волдеморт, а домовые эльфы не имели привычки убираться в тайных проходах.  Шестое чувство привело его к открытой двери. Прислушавшись, Гарри тихо хмыкнул, поняв по размеренному дыханию, что Лорд спит. О, он просто не мог упустить такой хороший повод поддразнить его.  Приоткрыв дверь шире, Поттер внезапно остановился на полушаге, а его рука судорожно сжала дверную ручку. Сердце забилось как бешенное, и он мог поклясться, что его глаза сейчас походили на блюдца.  А все потому, что на кровати лежал не Волдеморт. Нет. Несмотря на бледную кожу, как будто пылающую в лунном свете, и на чуть влажные темные волосы, припорошенные сединой на висках, Гарри был уверен, кто это. Точно не Волдеморт.