*
13 сентября 2025 г., 04:29
Примечания:
Вроде вычитывала, но если будут ошибки — ПБ открыта, буду благодарна❤
Астрология — это настоящее шарлатанство, ведь навряд ли звезды и планеты в момент рождения хоть что-то определяют в человеке. Это может быть неплохим хобби для тех, кто достаточно дружит с головой и больше относится ко всем этим сладким речам, как к развлечению, а не действительно верит в то, что зелёные носки по средам помогут улучшить финансовое положение, а мелкие бытовые дела, выполняемые именно в пятницу утром — принесут удачу в любви.
И Миньярды, благодаря своему природному скептицизму (и наличию ума), понимают это. В отличие от их кузена.
Ники вообще довольно сильно ведомый человек и не нужно много ума, чтобы втащить его в очередную авантюру. Поэтому после того, как его одногруппница, немного стервозная Элисон Рейнольдс, подарила ему сеанс к астрологу-первогодке, Ники никак не мог заткнуться о том, что на самом деле в его натальной карте так много всего хорошего и замечательного, ждущего его впереди, что Аарон и Эндрю устали от этих вздыханий и причитаний уже на второй час после возвращения кузена.
— Вы не понимаете, это все правда — невозможно так сильно попасть наугад, не с моим запутанным прошлым. Этот астролог действительно что-то понимает и знает, и я ему верю, даже если вы, два маленьких злыдня, продолжаете смеяться надо мной.
Эндрю хотелось сказать, что с тем, как активно Ники ведёт свои социальные сети, его «запутанное прошлое» не такое уж запутанное, а старые статьи в интернете, созданные новостными каналами всяких мелких газетных журналов, выдают чуть ли не путеводитель по дерьмовому прошлому Ники и близнецов. Но Эндрю, конечно же, не говорит этого.
Это делает Аарон.
Ники смотрит на них с прищуром и фыркает так сильно, что даже хрюкает.
— Без обид, но я сомневаюсь, что этот мальчик вообще знает, как пользоваться интернетом или хотя бы телефоном. У него даже сайта своего нет — в главном зале общежития висит его листок с записью на месяц, представляете? В каком веке он живёт?
А вот и ещё одна причина, почему Эндрю очень сильно не верит всему этому разбору натальной карты, который таинственный астролог провёл для Ники. «Этот мальчик» судя по немногим слухам, которые ходят вокруг появившегося в этом году шарлатана, учится на первом курсе и явно не может обладать хоть каким-то мало-мальски стоящим багажом знаний о космосе и вселенной. А кто в наше время не умеет пользоваться телефоном и интернетом? Это либо пожилые в глубокой деменции, либо какие-нибудь не очень умные дети, но никак уж точно не двадцатилетний парень, учащийся в университете.
Но опять же, Эндрю не говорит ни слова, позволяя близнецу озвучивать все свои мысли, ведь вступать в полемику с Ники — заведомо гиблое дело, особенно если это касается чего-то, во что Хэммик верит. Аарон всегда лучше сотрясает воздух в отличие от него, ему это, кажется, даже нравится местами. У Эндрю действительно странные родственники.
Так что он молчит, позволяя кузену думать, что хоть один близнец относится нейтрально к его новому увлечению. Тем же вечером Эндрю регистрируется на студенческом форуме и создаёт новую тему: «Астролог Пальметто. Хороший лжец или непризнанный гений этого мира?»
Он не ожидает, что будет много сообщений или отзывов, поэтому долгое время не проверяет форум, вместо этого уделяя внимание главному залу общежития и доске с объявлениями о студенческих мероприятиях. Листок, на котором практически никогда нет свободного места, даже если его только недавно повесили, обновляется каждый месяц, всегда забит разными почерками под завязку и выглядит также бесполезно информативно, как и всё, связанное с этим астрологом. Засада контрпродуктивна, что не так уж сильно расстраивает — лучше торчать здесь, чем в комнате с братьями и впопыхах делать домашку.
Сначала Эндрю хотел выследить и расспросить того, кто вешает этот самый «журнал» записи на пробковую доску, но быстро отказался от идеи — это оказывается работа старосты общежития, гиперактивной Дэн Уайлдс, которая не входит в число друзей Миньярда. Конечно, он мог бы попросить Рене и узнать через неё, но это крайний вариант, который он собирается избегать всеми способами (Эндрю не может позволить, чтобы кто-то думал, что его действительно интересует этот таинственный астролог, по которому, судя по набирающим силу слухам, сходит с ума всё общежитие).
Он возвращается на форум, где всего за неделю накапливается более трёх сотен сообщений, различающихся своим содержанием диаметрально. Применив те немногие аналитические знания, которые он получил на курсах прошлого года, Эндрю приходит к выводу, что больше все-таки хвалебных сообщений, а все негативные (да простит Аарон его скептическое сердце) — это старое-доброе поливание говном из зависти и собственной неуверенности.
Сет Гордон — мудак со старших курсов, который ненавидит, кажется, весь мир, тому подтверждение. Нет ни одного едва ли весомого аргумента в его первом шестистрочном комментарии, зато куча жалоб на то, что этот астролог заманивает падших на подобную ересь девушек и внушает им всякую ересь, желая посеять раздор в их личной жизни и тем самым посадить их на глупые советы и длительные сессии. Миньярд не был ни астрологом, ни ясновидцем, но даже он мог сказать, что в вечных ссорах и расставаниях Рейнольдс с Гордоном не было никакой магии и уж тем более подстрекательства. Сет просто был мудаком с паршивым ртом, который никогда не мог заткнуться и держаться за единственную девушку, которая не только посмотрела на него дважды, но и каким-то образом полюбила. Фу. Эндрю никогда не поймёт гетеросексуалов.
Он тратит ещё около сорока минут, но прослеживает весь путь от непринятия, скептицизма и зависти в мозгах людей, до нейтральности, принятия и признания, что всё-таки натальная карта — это не хрень девчачья, созданная для выкачивания денег. Это забавно и неловко, особенно когда под последним постом Гордона появляется около десятка комментариев от знакомых Эндрю людей, которые поздравляют Сета с вступлением в клуб «фанатов Нила», среди которых громче всех пишет именно Ники.
И впервые за две недели расследования у Эндрю появляется хоть какая-то стоящая информация.
Астролога зовут Нил.
Телефон вибрирует в руке, предупреждая о приближающемся времени. Эндрю покидает библиотеку, быстро спускаясь по лестнице по две ступеньки за раз, и чуть ли не бежит обратно в общежитие только для того, чтобы подойти к пробковой доске одним из самых первых и записать его и Аарона в два свободных окошка следующей пятницы. Ему плевать, если не успевшая отойти далеко Дэн заметит его около свежеповешанного листка бумаги, или если кто-то видит его затруднённое дыхание, или — не дай бог — кто-то сфотографировал, как он бежал. Ему нужно записаться на этот чёртов приём. Любое неловкое и выходящие за рамки Эндрю Миньярда поведение он всегда может списать на своего не такого уравновешенного и грозного близнеца. Одним позорным моментом в стенах кампуса на Аароне больше, одним меньше.
Аарон, конечно же, не будет в восторге от перспективы разоблачения шарлатана Нила и будет сопротивляться, но за ним должок, так что выбора у него нет. Хочет или нет, но он поможет Эндрю понять, действительно ли этот первогодка не представляет угрозы.
***
Эндрю считает себя умным человеком. Не в том смысле, что он лучше всех разбирается в любой теме или что любит подушнить в каких-нибудь хорошо знакомых направлениях. Нет. Вовсе нет. Просто у него всегда холодная голова и трезвый ум, а ещё хорошая смекалка. Он не действует без чёткого плана и не подвержен эмоциям; контроль и незаинтересованность во всём, что его окружает. Выверенное соблюдение дистанции от всего, что могло бы выдать его истинные симпатии и антипатии, за исключением любви к сладкому и нелюбви к физическим контактам — эти базовые вещи он обозначал довольно прямолинейно и без двойного подтекста. Для своего удобства и всеобщего блага (видишь, Вселенная, Эндрю не закрывается от мира. Он хороший мальчик). Так что да, Эндрю Миньярд более чем уравновешен и здравомыслящ. До этого момента. Короткое сообщение от Аарона: «тащи свой зад сюда» пришло три минуты и пятьдесят секунд назад, точно тогда, когда должен был начаться его сеанс с этим шарлатаном-астрологом Нилом. О котором Эндрю, конечно, не забыл, просто… отвлёкся. Ему всё равно не нужно было быть там и держать Аарона за ручку, тот сам мог справиться, а сеанс Эндрю был только через полтора часа. Ожидая начала своего сеанса, он бессмысленно бороздил просторы студенческого форума и старательно избегал собственно созданный пост (комментариев стало так много, что он больше не мог их воспринимать, особенно тогда, когда они на 98% состояли из любовных поэм Нилу). Он уже набирал красноречиво ответ, когда интерес всё-таки взял верх, и уже через четыре минуты стоял тремя этажами выше, ожидая, пока шарлатан-астролог откроет дверь. И её открывают, только это явно не Нил. Мэтью Бойд, высокий широкоплечий парень, с которым Эндрю время от времени проводит спарринги в студенческом спортзале, ярко улыбается своей глупой и жизнерадостной улыбкой. — Привет! Нил и твой брат в комнате, ждут тебя, — он открывает дверь шире и немного тараторит, хватает лёгкую куртку и ключи с прихожей. — Не буду вам мешать. Эндрю даже не успевает зайти в указанную комнату, зависает на пороге, когда видит Нила. Быстро окинув взглядом стоящего к нему спиной парня, Миньярд позволяет ему и дальше копаться в ящике стола и проходит на середину комнаты, падая на пол рядом с братом. Лицо Аарона всё такое же недовольное, как и когда он собирался на сеанс, но теперь его глазах можно было заметить какие-то странные забавляющиеся огоньки. Эндрю, который знает их слишком хорошо, не может отнестись к этому без подозрений. — Так как сеанс Аарона был первым, предлагаю начать с него, — поворачиваясь к ним с блокнотом в руках, улыбается Нил и делает два шага, словно кот, плавно опускаясь на пол. Он не утруждает себя приветствиями или хоть каким-то общепринятом уважением, поэтому и Эндрю игнорирует это, позволяя происходящему течь так, как того хочет Нил. Эндрю требуется секунда, чтобы понять, почему эта говноедническая улыбка до сих пор украшала лицо его братца. Чёртов шарлатан-Нил совершенно точно, без малейшего сомнения, имел симпатичную мордашку. Фу, Эндрю Миньярд, что за мысли. Но удивительно, как Ники, первый ценитель мужской красоты, ни словом не обмолвился о том, насколько приятно лицо этого жулика. Его внешность, наверняка, ещё одна причина, позволяющая так легко пудрить людям мозги. Его сладкие речи, которые он, должно быть, заливал людям в уши — то, что служило показателем мастерства в обмане, ибо нигде на просторах интернета или слухов не было упоминания о миловидном личике, запоминающимся обилием шрамов и слегка искривлённом носе после неправильно вправленного перелома, неукротимой копне каштановых волос, горящих в бликах солнца, или аквамариновых глазах, сияющих нетерпением и чем-то тёмным, самодовольным и коварным. Нил в это время раскладывал несколько странных и непонятных рисунков, отложив свой вручную оформленный толстый блокнот. Эндрю заметил серебряные и золотые рисунки космических тел, которые присутствовали не только на обложке, но и тут, и там появлялись на полях. Это были, нужно признать, красивые рисунки. Немного неряшливые, но сделанные с любовью и страстью, которая невольно вызывала восхищение. Бросив взгляд на длинные тонкие тоже шрамированные пальцы, Эндрю прочистил горло. — Разве ты не должен типа рассказывать? — Эндрю не мог вспомнить, чтобы отдавал своему мозгу команду воспроизводить мысли. Спокойно подняв взгляд, Нил выразительно берёт в руки стакан с водой и делает небольшой глоток. — У меня в день как минимум четыре посетителя, я не могу помнить их всех. Обычно, когда я составляю карту, я записываю основные положения и пару мыслей, чтобы не путаться в том кто есть кто. Поверьте, людей с одинаковыми знаками Зодиака море, но все они уникальны по другим показателям. — То есть гороскопы — херня? Кажется, вопрос Эндрю одновременно задевает и веселит Нила. Он обиженно фыркает и отставляет кружку после ещё одного глотка, на губах появилась гаденькая ухмылка, которая вполне могла соперничать с ухмылкой Аарона. Тело Эндрю наполнилось теплом от странной гордости за то, что он стал её причиной. И вот опять: фу, Эндрю Миньярд. Фу за такие мысли и чувства. Ты здесь не для того, чтобы строить глазки симпатичному первогодке. Ты здесь, чтобы его разоблачить и доказать свою правоту. Так что соберись. — Абсолютная херня, — с гордостью подтверждает Нил и щёлкает зубами. — А теперь начнём. Стоит отдать должное, но речь Нила действительно была интересной. То, как он строил предложения, рассказывая о Солнце так, будто это нечто большое, чем огромная умирающая звезда, которая взорвётся в момент своей смерти и уничтожит все планеты в округе, стоило пары баксов, уплаченных за сеанс. И даже с учётом того, что эта общая информация и пояснения по несколько раз в день объяснялись новым людям, из его слегка пухлых (Эндрю, соберись) губ она не звучала заученный и вымученной. Либо Нилу настолько нравилось то, что он делал (любой шарлатан любит разводить людей на деньги), либо к каждому клиенту его подход был более индивидуальным, чем считал изначально Эндрю. — Как люди вообще могут видеть меня каким-то знаком Зодиака? — Аарон, который уже был на полпути в цепкие лапы веры Нила, хмурится, впервые не просто кивая на услышанное. Эндрю, которому разбор шёл совершенно параллельно и который, по идее, должен был отличаться, но не отличался, ведь Солнце у них обоих находилось во втором Доме, что бы это ни значило, чувствовал затянувшееся ожидание. Ему не терпелось, когда Нил скажет что-то, что подтвердит его умозаключения и докажет, что астрология — это херня. — Они не видят тебя таким, а предполагают, что ты Дева до того, как узнают, что это не так, — терпеливо поясняет Нил без капли злобы или снисхождения. Его взгляд на протяжении всей речи скакал то на одного близнеца, то на другого. По большей части всё же на Аарона. Казалось, что ему почему-то было неуютно встречаться взглядом с Эндрю, и не то, чтобы это сильно расстраивало. Просто лишало Миньярда возможности изучать эти, как оказалось, кристально чистые голубые глаза. — Люди, рожденные в знаке Восходящей Девы, как правило, практичны, обладают аналитическим складом ума, разборчивы, привередливы, осторожны, требовательны, внимательны к деталям, методичны, скромны, застенчивы, критичны, рассудительны и несколько эгоцентричны, — перечисляет Нил, обращаясь к Аарону так, будто он был здесь единственным человеком. — У них гениальный, активный и восприимчивый ум. Им очень важно приобретение знаний и направление их в необходимое русло для достижения лучшего результата. Стремятся к совершенству, хотя это и сказывается на взаимоотношениях с другими людьми, ведь критика направлена и на них, и на самого человека, то есть тебя. Придираться к людям и вещам — это твой конек. Пессимизм и самокритичность — эти две негативные черты, которые ты должен попробовать в себе преодолеть. Удивительно, но это странным образом попадает в Аарона. Эндрю удивительно находится в растерянности от того, насколько точно можно было описать его близнеца таким расплывчатым набором слов. Но оставаясь верным себе, он не спешит воспринимать это за беспрекословную истину. Аарон — довольно социальный человек. Пообщавшись и понаблюдав за ним несколько дней (а у Нила была на это целая неделя), вполне можно сформировать этот собирательный образ. К Эндрю же ничего из этого применить было нельзя, и это будет как раз-таки тем моментом, на котором он собирается подловить Нила. Спасибо хрен знает кому за то, что они были близнецами, это упрощало отсеивание идиотов. Если этот косплеер астрологов сейчас скажет, что к нему это тоже относится, Эндрю сможет спокойно встать и уйти, не потратив несколько часов своей жизни хрен знает на что. Аарона он, наверное, оставит. Судя по всему, речи Нила завлекли его достаточно, чтобы высидеть весь сеанс. — Что же касается тебя, то в тебе видят Весов, — Нил возбуждённо облизывает губы, перелистывая страницу в блокноте, даже не глядя на него. — Это очень интересно, ведь разница у вас всего в четырнадцать минут, но управитель знака Весы, Венера — даёт умение находить общий язык практически с любым человеком. Характеристика типичных представителей — стремятся к гармонии в отношениях. Но иногда чрезмерное желание угодить всем, пойти на компромисс в любой ситуации, выливается в характере знака в лицемерие. Слушая всё это, Эндрю едва ли находит в себе силы, чтобы не фыркнуть в лицо Нила. Аарон, которому не так повезло с самоконтролем, очень громко и очень некрасиво делает это, а после ещё и лающе смеётся несколько секунд. — Извините. Бросив на него немного оскорблённый взгляд, Нил продолжает: — Но в момент твоего рождения был квадрат Асцендент — Нептун. Напряженный аспект между планетой и восходящим знаком блокирует энергию для благоприятных событий по линии Асцендента: профессиональное продвижение и успех в обществе под угрозой. Квадратура включается сильно и неотвратимо несколько раз в жизни, открывая дорогу несчастным случаям и непреодолимым препятствиям, но только если игнорируются знаки высших сил и не прорабатывается недостаток качеств характера, необходимых для успеха в затронутой сфере. Нептун, высшая планета, уводит в мир фантазий и иллюзий. Физическое тело и разум существуют отдельно, ведь дух натива витает в тонких мирах, от чего страдает здоровье, дружба и личная жизнь. — То есть если он проработает всё это, Эндрю станет общительным, популярным и дальше по списку? — Не думаю, — качает головой Нил, закусывая губу. — Какой бы не была энергетика, заложенная при рождении, конфликтующие факторы, а также формирующие сознание, очень сильно влияют на человека. И здесь нельзя сказать точно, в какой момент сыграет предопределённое, а в какой — заложенное в самом человеке его непосредственной жизнью. Ах, вот и заветное: «нельзя утверждать». Эндрю ожидал его с самого начала. Каждый шарлатан делает это, когда что-то идёт не так, как было запланировано. Они скачут дальше по Луне, Меркурию, Венере и дальше, но каждый раз, когда Дьявол совращает Эндрю в том, насколько сказанное Нилом сходилось с Аароном (даже в тех моментах, которые неизвестны никому, кроме семьи), он продолжает фатально ошибаться во всём, что говорит об Эндрю. Приземлённый своими неудачами даже в этом, Эндрю с каждым словом в свой адрес, убеждается в абсурдности этой науки. — Это бред, — не выдерживает он под конец, фыркая. — Возможно, — легко пожимает плечами Нил, делая глоток воды после длительного монолога. Он явно старался звучать легкомысленно, но его напряжённые плечи и слегка потускневший взгляд явно выдают лёгкую обиду от ошибок. — Я не обязую вас верить. Вы пришли, чтобы я рассказал вам ваше положение звёзд на момент рождения и свою интерпретацию увиденного. И поверьте, мне глубоко плевать верите вы или нет. — Ага, главное заплатите, — фыркает Аарон, который не смог обмануть брата и на протяжении последних двух часов едва ли не внимал каждому слову, слетающему с уст шарлатана. И если бы Эндрю не присутствовал здесь же, слушая всю карту Аарона, он бы его осуждал. Но как это сделать, если подтверждение лежит перед носом? В прочем, как и опровержение. Лицо Нила — действительно, как выяснилось, шарлатана — искажает в удивлении. — Вообще-то, это не обязательно. Я делаю это, потому что мне нравится. Есть негласное правило, что при раскладывании карт Таро, нужно дать что-то взамен — плата определяется тем, кому делают расклад. Но применимо ли это к натальной карте, я не могу сказать точно. То, что мои клиенты дарят мне что-то, исключительно их инициатива. Если не хотите, вы мне ничего не должны. Я пишу об этом на своих листовках, вы не читали? Или я забыл сделать это? — он явно начинал паниковать и с мольбой смотрел на братьев. Не то чтобы Эндрю замечает это. Он был куда более сосредоточен на Аароне, бросающем на него взгляды недоумения, ведь это именно он был тем, кто записывал их. И да, чёрт возьми, в тот момент он был настолько погружён в то, чтобы проверить свою гипотезу, что даже не подумал прочитать весь текст с брошюры, проверил только ту информацию, которая относилась к заполнению таблицы на запись. Предательские щёки начинают алеть смущением, от чего не помогает их тонкая бледная кожа. — Я не собираюсь платить или дарить тебе что-то, — огрызается он и пихает брата локтем. — Ты не угадал ни разу. — Я не гадаю, — в тон ему отвечает Нил, хмурясь и теряя все прежние зачатки паники. — Я говорю лишь то, что определил по положению звёзд в момент твоего рождения. Может, ты ошибся со временем. Да даже если не в этом дело, никто не заставляет тебя верить. Мне глубоко плевать на твоё мнение, я просто рассказал то, что смог высчитать. Не нравится? Ты знаешь, где дверь. Нил не звучит так, будто его действительно задевает неудача. Он говорит спокойно и так уверено, что чувствовалась независимость его мнения. Эндрю это раздражает ещё больше. — Отлично, — хмыкает он, импульсивно поднимаясь и практически сразу же падая. Его ноги, затёкшие в неудобной позе на полу, адово покалывают хлынувшим притоком крови. Не желая терять лицо, Эндрю смеряет сжимающего губы Нила (этот ублюдок действительно смеётся над ним) и настолько быстро, насколько позволяли его ноги, плетётся на выход.***
Оказывается, Нил довольно часто в поле зрения Эндрю. Если бы он раньше знал, как выглядит этот шарлатан, то смог бы избавиться от части любопытства до того, как оказался на этом цирке-сеансе. Нил любит бегать по территории кампуса в невозможно ранние утренние часы. Он ходит в спорт зал в тоже время что и Мэтт и всегда ждёт его, когда Бойд устраивает спарринги с желающими. Нил занимается в классах Эндрю и пересекается с ним в коридорах, сталкивается в холле общежития и даже ездит вместе с ним в лифте, но даже не кивает из вежливости. Миньярд, перед глазами которого теперь всегда маячит этот астролог-неудачник, достаточно разумен, чтобы признать, что подобное отношение задевает. Может, они с Аароном и не произвели самого лучшего первого впечатления, это не значит, что можно делать вид, будто их вовсе не существует. Может, Эндрю и не верит в астрологию, может, испытывает злорадное удовольствие от доказательства своей точки зрения («Все эти звёзды — говно», — заявил он буквально сразу же, когда вернулся в комнату после «сеанса» и встретил Ники), но Эндрю достаточно взрослый, чтобы больше не игнорировать свои симпатии и антипатии. А ещё у Эндрю есть глаза и вкус, а у Нила — симпатичная мордашка и явная история за плечами, которая не может не интриговать. Так что да, Эндрю немного не доволен тем, как легко Нил мог игнорировать и проявлять невежество к собственным клиентам. — Кто съел всё мороженое? — Ники громко трясёт старой дверцей холодильника и раздосадованно топает в гостиную. Аарон, который единолично занимает весь диван и играет в приставку, фыркнул: — Будто так много вариантов. — Было целых три ведёрка! — возмущается Ники, плюхаясь на кресло-мешок рядом с Эндрю. Зачерпнув следующую ложку десерта, Эндрю отправляет её в рот без тени самодовольства на лице (братья знают его довольно хорошо, поэтому, конечно же, замечают её) — Наша страховка не покрывает дантиста, — тихо вздыхает Хэммик, но не развивает эту тему. — Он куксится из-за того, что звёзды встали к нему раком. — Я не куксюсь, — вытащив ложку изо рта с противным хлюпаньем, Эндрю угрожающе наставляет её на брата. Аарон морщится в отвращении. — Значит, оплакиваешь свои несбывшиеся мечты на счастливую жизнь с Нилом, — он пожимает плечами, но тут же вкушает кармический ответ, когда его персонажа подстреливают. — Ты запал на него? — Ники удивляется, но не так живо, как это бывает обычно. Его голос, скорее, был снисходительно грустным, а не взволнованным. Он определённо что-то знает. Эндрю переводит своё внимание на кузена и щурится. — Дэн сказала, что он не заинтересован в отношениях. Ну конечно Нил дружит с ней, немного властной, но до ужаса грозной старостой общежития. Этого и следовало ожидать, если вспомнить, как часто Эндрю видел её вместе с Мэттом. Кажется, эти двое встречаются. — Что, звёзды сказали ему, что кармическая задача на эту жизнь не включает в себя отношения? — Эндрю фыркает немного по-детски, но не получает в поддержку забавляющегося хрюканья близнеца. Вот же предатель, стоит только сказать пару обнадёживающих слов, и Аарон готов променять долгое хитросплетение их отношений на сладкие речи «просвещённого». Как типично для него. — На сколько я понял, ему просто это не интересно. А из-за того, что Элисон слишком наседала на него в начале года, Нил поставил ультиматум, что, если его ещё раз хоть кто-то спросит об этом, он перестанет делать расклады. Что, учитывая его популярность и точность прогнозов, весьма непривлекательно. — Ахрененная точность, — Эндрю бурчит себе под нос и проводит ложкой по подтаявшим стенкам образовавшейся в мороженом воронки. — Кстати об этом. Я поспрашивал, но ты единственный, с кем его вычисления были ошибочными. Его показатель обычно где-то в шестьдесят-семьдесят процентов попадания. — Кейтлин тоже была в восторге от него, — мычит Аарон, откладывая контроллер. На экране их старенького телевизора происходит процесс загрузки новой карты, что, учитывая древность их плойки, сопровождается звуком готовящейся к взлёту — или взрыву — техники. — Поздравляю, я единственный, кто не пал под его чарами обаяния, у кого есть крупица здравого смысла, — Эндрю закатывает глаза и отставляет мороженое. Эти разговоры о Ниле убили его аппетит. Он даже ничего не говорит, когда Ники подхватывает ведёрко и с довольным лицом начинает поглощать остатки сладости. Неслыханная наглость. — Скорее, ты один из тех, кто пал-таки под этими чарами, но слишком расстроен тем, что на его практике лишь досадная ошибка. — Грубо, — Ники морщит лицо и качает головой, зная, что Аарону, как и Эндрю, в целом плевать на его попытки научить их тактичности. Эндрю же просто пожимает плечами, не обращая внимания ни на грубость брата, ни на то, как она колит нутро. Он знает, что Аарон не имел планов обидеть его, скорее, просто опять отключил фильтр мозг-рот, но если он прав, если Эндрю действительно настолько фатальная ошибка в идеальной практике шарлатана, разве Нил не должен как-то переживать по этому поводу? Или, по крайней мере, хотя бы помнить, как эта самая «ошибка» выглядит в лицо? Чисто по-человечески задевает гордость — самоуважение Эндрю достаточно здорово, чтобы строить какие-либо ожидания от того, как ведут себя нормальные люди после знакомства с кем-либо. Даже он не опускается до игнорирования сразу же после знакомства (обычно нет, исключения есть всегда и со всеми). — А вы уверены, что дали точную дату? — после долгого молчания с тихим интересом спрашивает Ники и запихивает целую ложку мороженого в рот. Эндрю чувствует фантомную боль ослабленной эмали от этой картины. — Очень смешно, — он произносит одновременно с Аароном и в той странной солидарности, которую они начали практиковать последние пару лет, протягивает кулачок. Аарон едва ощутимо отбивает его и закусывает щеку изнутри, пытаясь скрыть вырывающуюся улыбку. Их психотерапевт определённо может гордиться этим прогрессом. Ники с довольным выражением наблюдает за ними, подозрительно часто моргая, но сохраняя все комментарии при себе. — Я имею в виду время рождения. Вы не спрашивали о выписке из больницы, я подумал, что вы знаете, где она лежит. — Ты до сих пор хранишь её? — удивляется Аарон, на радость Эндрю, вслух. Несколько лет назад, когда Ники только-только официально стал их опекуном, он провёл целое расследование с тем, чтобы выяснить, какие документы о жизни близнецов были на руках Тильды и какие записи об истории Эндрю хранились в системе. Он зашёл так далеко, что даже вычислил больницу, где они родились и где в итоге оставили сначала их обоих, а после одного лишь Эндрю. Хэммик надеялся на то, что хоть в каких-то документах будет фигурировать имя отца близнецов, что могло бы дать им как минимум картину наследственности и возможных заболеваний, передающийся генетически, но Тильда нигде не упоминала таинственного мужчину, оплодотворившего её. Эндрю считал, что она не знала, кто именно из её притона стал папашей, Аарон, на удивление, поддерживал его точку зрения. — Конечно, — Ники робко улыбается и отводит взгляд, разглядывая ведёрко с шоколадной кашицей. — В чём мы могли ошибиться? В тех четырнадцати минутах, подтверждающих моё старшинство? — Аарон самодовольно ухмыляется, как всегда довольным чем-то настолько незначительным. Причина, по которой Эндрю до сих пор ненавидит результат тех длительных раскопок Ники в их прошлом — этот унизительный факт. Но опять же, Эндрю взрослый, он больше не ведётся на эти откровенные провокации близнеца, позволяя тому наслаждаться единственным достижением за их двадцать один год. Ники смешно дёргается и едва не роняет скользкое от концентрата ведёрко мороженого. Его шокированный взгляд мечется от одного близнеца к другому, как было в тот день, когда он впервые увидел их вместе. Наконец, он фокусируется на Эндрю. Нахмурив брови, Ники спрашивает: — Ты действительно написал три двадцать две? — Ага? — хмурится в ответ он, не понимая, что в этом такого. Эндрю видел эту самую выписку из больницы, помнит, сколько весил каждый из них и каким был их рост в день рождения — сухие цифры, запечатлевшиеся в его мозге. Он не мог их забыть. Ники знает это. — Три ночи? — Да, Ники, — немного раздражённо отвечает Эндрю, закатывая глаза. Излишний драматизм, присущий его кузену иногда раздражает. — Точно так, как было записано в долбанной выписке. Ники не обращает на это никакого внимания, убегая в спальню. Судя по грохоту, он роется в своём столе, ища заветную папочку со всеми документами, которые были в его ответственности. Липкое пятно от мороженого, становящееся всё больше, блестит на старом ворсе ковра. В ближайшие пару месяцев они будут пачкать об него свои носки. Класс. Ники возвращается так же порывисто, как и убегает. Эндрю за время его отсутствия успевает только вздохнуть на потерянное мороженое и обменяться непонимающим взглядом с братом. Ники держит в руках тоненький лист бумаги, спрятанный под защиту обычного файлика, и бережно протягивает его Эндрю. Менее аккуратно приняв его, Миньярд без какого-либо интереса читает знакомый текст, стопорясь практически сразу же, доходя до своего имени. — Ты родился не в три ночи двадцать две минуты, — мягко произносит Ники с улыбкой, слышимой в его голосе. — Ты родился в три дня двадцать две минуты. Обычно близнецы рождаются почти друг за другом, но у вас с Аароном разница в целых двенадцать часов. Вы ошиблись, а не Нил.***
Во всём виновата женщина. Именно к этому выводу приходит Эндрю, ожидая под дверью, словно какой–то бездомный щенок, и нервно сжимая кулаки. У этой женщины даже есть имя — Элисон Рейнольдс. Именно она была той, кто подсадил их небольшую семью на астрологию, которую теперь даже нельзя было назвать шарлатанством, ведь ему запретили это. — Ты не можешь это утверждать, пока сам не убедишься, — безапелляционно заявил Ники, когда услышал очередной спор между близнецами. — Уже убедился. — И ошибся. Довольные лица братьев (особенно Аарона) были настолько нестерпимы, что Эндрю пришлось сделать это. Против своей воли. Запомнили. Записали. Ещё раз постучали в дверь. Исходя из того, что в последнюю неделю так и не появилось нового листочка для записи в холле, Эндрю начал терять терпение и явился без уведомления. Жалко? Возможно. Он готов поступиться гордостью, если это поможет заткнуть два самодовольных рта. Дверь раскрывается широким жестом, но также резко замирает на полпути, когда явно удивлённый Нил с хаосом на голове и откровенно мятой одеждой смотрит на него. — Чего тебе? — спрашивает он немного злобно. И это так сильно контрастирует с тем, как он общается на сеансах, что невольно интригует. — Я хочу ещё одну натальную карту, — сказать это оказывается немного труднее, но Эндрю репетировал. Ему даже удаётся произнести всё достаточно нейтрально и скрыть пренебрежение. Улыбка, растянувшая губы Нила, откровенно издевающаяся. Он неспешно облокачивается на дверь плечом, скрещивает руки на груди и пользуется тем небольшим различием в их росте, смотря на Эндрю сверху вниз. — Кажется, ты более чем ясно выразил свою политику в прошлый раз. Из-за того, что я сделаю ещё раз расчёты, ничего не изменится. Оу. Так, значит, Нил его помнит. Эндрю не может не почувствовать этого колючего удовлетворения в груди. Остаётся вопрос с тем, почему же тогда Нил не здоровался всё это время, хотя и совершенно точно видел его. Но с этим можно разобраться позже. — Изменится. — Это не так работает, — фыркает Нил, качая головой, и отталкивается от двери, уже собираясь закрыть её. — Пока. Хлопнув по двери ладонью, Эндрю прикладывает немного усилий, чтобы замедлить её закрытие. Если Нил всё ещё будет хотеть, он вполне сможет захлопнуть её прямо перед носом Миньярда. — Неправильное время рождения, — говорит он и замечает тот момент, когда заинтересованность прошибает тело парня. Это буквально видно: Нил замирает и стреляет в него прищуренным взглядом. — Мы ошиблись с моим временем рождения. — Я делал вычисления на полчаса плюсом и минусом от того, что вы назвали. Там нет разительных отличий от того, что я озвучил Аарону или тебе, — Нил говорит осторожно, боясь показать заинтересованность в произошедшем больше, чем уже сделал, будто опасаясь насмешки. Только вот Эндрю не намерен смеяться. Недели игнора окупаются днём откровений. Первое: Нил помнит, как он выглядит (в данном случае, как выглядят они с Аароном, но это неважно). Второе: его всё-таки заботит то, что впервые на своей практике вычисления и звёзды оказались неправы. Заботит так сильно, что он даже рассмотрел возможные варианты. Очевидный минус: Нил не допускает, что ошибка была с его стороны. Маленький самоуверенный засранец. Третье: Нил отличает близнецов. Причём делает это, похоже, очень даже хорошо. Ему требовалось всего несколько секунд после того, как открыл дверь, чтобы понять, что это не Аарон пришёл за составлением синастрии. — Двенадцать часов, — бросает козырь Эндрю, внимательно следя за тем, как шестерёнки крутятся внутри этой дикой шевелюры. Нил вздыхает так тяжело, что его плечи и грудь комично поднимаются и резко теряют какую-либо твёрдость. — Я никуда не спешу, — в качестве последней капли добавляет Эндрю и наблюдает тот самый момент, когда чаша переполняется. Нил опять щурится на него, а Миньярд позволяет себе рассмотреть тёмные каштановые ресницы, издевательски идеально извивающиеся на концах. Триумф заставляет его расправить плечи, когда дверь вновь открывается, а сам Эндрю следует за молчаливым приглашением и заходит в комнату. Ему даже приходится осадить это глупое удовольствие, напомнив себе о том, что вообще-то скептик, а все эти гадания — обман чистой воды. Мэтт счастливо машет ему рукой и привычно глупо улыбается, даже если и видно, насколько он удивлён. Судя по тому, что и сам Бойд в поистине сомнительном наряде (есть масса вопросов к тому, как именно он влез в эту явно детскую пижаму), они не ожидали гостей. — Мы можем досмотреть позже? Мне нужно отлучится на пару часов, — неловко оправдывается Нил и опять выглядит совершенно иначе. Это не та воспитанная вежливость и аккуратная вольность, как при работе с клиентами, не холодное игнорирование с незнакомцами, не пренебрежение и отстранённость минутой назад. Голос Нила мягок и не уверен, поза — сутулая и расслабленная. Сам он кажется легче, меньше. Сейчас Эндрю действительно вспоминает, что он только–только окончил школу и навряд ли уже достаточно освоился в этой новой «взрослой» среде. — Конечно, — Мэтт соглашается сразу же, даже толком не вникая в объяснения. Выключив телевизор, он машет телефоном. — Я тогда пойду к Дэн. Напиши, как освободишься. Нил улыбается робко и слабо, куда искреннее, чем мог видеть Эндрю. Это удивляет, то, как часто и быстро меняется, кажется, весь Нил целиком. Мозгом Миньярд понимает, что это всё просто разные модели поведения при различных внешних условиях, но всё равно поражается. Он не привык, чтобы чьё-то воплощение личности подвергалось таким сильным правкам в обычной жизни. Больше походит на игру актёров в спектакле при смене роли, чем на реальную ситуативную адаптацию. Они заходят в комнату Нила, и это немного успокаивает. Она осталась практически неизменной. Хоть какая-то стабильность в этом парне. Да, есть несколько разбросанных вещей и общий хаос, но Эндрю сомневается, что кто-то сможет жить в том идеальном порядке, который царил здесь в прошлый раз. — Не ожидал гостей? — хмыкает Миньярд, пока Нил пытается расчистить заваленное одеждой старенькое компьютерное кресло. — Я не беру клиентов. «Я уже заметил,» — думает Эндрю, вспоминая, как торчал последние три дня в холле в попытках подловить хоть кого-то, кто бы повесил эту чёртову бумажку на запись. — Разве бизнес не шёл в гору? Нила аж передёргивает от этих слов. Он сбрасывает кипу вещей прямо на пол и не очень-то красиво запихивает её ногой под стол. — Слишком уж сильно, — недовольное ворчание так сильно слышится в его словах, что Эндрю не может не забавляться. — Популярность вскружила тебе голову? — Борзость затмила стыд? Так я напомню: ты объебался, когда полил грязью моё увлечение, а сейчас приполз, чтобы я пересчитал карту. Эндрю может поклясться, что видел отблески танцующих бесят на кристальных замёрзших водах глаз Нила. Астролог-шарлатан с трудом сдерживает улыбку, ожидая, пока Миньярд поднимет руки. — Туше. — Так-то, — хмыкает Нил, плюхаясь в кресло и включая компьютер. Какой студент приобретает полноценный компьютер, игнорируя более удобные лэптопы? — Время? — пролистав записи в блокноте и вбив дату, спрашивает Нил и замирает в ожидании спиной к парню. — Три часа дня двадцать две минуты, — говорит Эндрю и подходит ближе, из–за плеча заглядывая в монитор, где на каком-то сайте Нил вбивает цифры. Точно шарлатан. Сейчас ему всё сгенерируют и останется только прочитать. Нил медленно поворачивается к нему, глядя так осуждающе в свете горящего экрана, что становится даже как-то стыдно. Эндрю давит это чувство. Он не позволит какому-то пареньку (с очень симпатичным личиком вблизи) смотреть на него так и не ожидать каких–либо последствий. — Извини, что от меня отказались при рождении, и я не знал даты рождения до пятнадцати лет, — с издёвкой усмехается Эндрю, мгновенно жалея об оплошности. Шутки о дерьмовой судьбе — прикол их семьи, который стал той отправной точкой, который позволил сблизиться и понять друг друга. Их психотерапевт не была в восторге от такой отправной точки, но посчитала, что если шутки над собственными травмами помогают не только принять их самому, но и открыться близким — это вполне может сработать для них. Обычно они стараются держать всё это подальше от сеансов с ней, ибо три подростка с поломанной психикой — это и так достаточно сложно для часовой встречи два раза в неделю, но даже у неё они иногда плошают. Сложно этого не сделать, когда обстановка располагает. Сейчас эта самая обстановка ни капельки не располагает. И Эндрю понимает это, очень хорошо и ясно понимает, но рот срабатывает быстрее мозга, наверное, впервые в жизни. Взгляд Нила не дрогнул, остался всё таким же осуждающе-разочарованным. — И ты предположил, что четырнадцать минут с братом — это лучший вариант, — фыркает он, отворачиваясь обратно к монитору. Эндрю наблюдает, как на сайте происходит загрузка страницы, а секундой спустя появляется какая-то странная схема с кругом и многоугольником, и понимает, что ни черта не понимает. Нил же восклицает туповато-довольное: — О! Теперь больше походит на правду. Переведя взгляд на кудрявую макушку (какие классные крупные кудри. Интересно, он моет их каким-то специальным способом или это от природы такие локоны), Эндрю пытается понять, что именно там происходит и как это тригонометрия может быть кому-то вообще понятна. Нил же тянется за ручкой и тем симпатичным блокнотом с блестящими рисунками космических тел, листая до пустой страницы. — Сядь где-нибудь, мне нужно время, — Нил машет свободной рукой и склоняется над блокнотом так низко, что Эндрю становится всерьёз обеспокоен его зрением и осанкой. — Оно будет неполное: на это нужно больше пары часов, но хватит, чтобы доказать, что это не ерунда, а реально работает. — Посмотрим, — тянет Эндрю и застывает на какое-то время, чтобы постоять над душой и побесить Нила ещё чуть больше. Тем более, с этого ракурса видно, как натягивается слегка загорелая кожа на остро очерченных ключицах и длинной шее. Спасибо, растянутый ворот дерьмовой футболки, Эндрю будет помнить тебя.***
Шуршание обёртки звучит оглушающе громко. Эндрю дёргается и резко открывает глаза, смаргивая сонную пелену. Он что, уснул в комнате Нила? Это в равной степени ужасающе и удивительно. Боже, он даже в присутствии Ники до сих пор с трудом засыпает, едва-едва погружаясь дальше лёгкой дремоты. Поразительно. Эндрю лежит поперёк мягкой кровати, уложив щёку на руку, из-за чего и лицо, и рука теперь чувствуют себя мёртвыми. Поморщившись, он медленно садится, растирая поочерёдно оба одеревеневших места. — Проснулся? — вытаскивая изо рта палочку мюсли, ухмыляется Нил и встаёт с компьютерного кресла, в его руках прихваченный со стола блокнот. Эндрю старается успокоить своё внезапно разбушевавшееся сердце. Он всё ещё чувствует себя достаточно вяло, поэтому просто наблюдает за движениями Нила, пока тот опускается на пол перед кроватью и раскладывает свой блокнот и листок с тем странным рисунком, который ранее выдал какой-то сайт в интернете. В прошлый раз никакого рисунка не было. Видимо, в этот раз Нил закончил довольно давно, но решил не будить его и вместо этого заняться увлекательным скрупулезным черчением. В планах Эндрю не было сна: не так рано и уж тем более не в комнате шарлатана, с которым он общается второй раз в жизни и всё ещё пытается раскусить его. Но факт остаётся фактом. Эндрю бессовестно уснул. Долгие двадцать минут он, как и планировал, стоял над душой Нила, заглядывая из-за его плеча и едва ли не нависая над ним. И если Эндрю пару раз специально склонялся чуть ниже, чтобы определить запах геля для душа Нила, то никто не имел достаточно оснований для обвинительной базы. (Кстати, это был жасмин и амбра, который Эндрю узнал только из-за того, что Ники пару месяцев назад дал ему понюхать пробник духов, о которых мечтал). Оснований для обвинения у Нила не было, зато был острый локоть, которым он «случайно» ударил Эндрю в бок, невинно хлопая оленьими глазами в извинениях и советуя отойти куда-нибудь подальше, ведь: — Я такой неловкий, — нервно усмехнулся он, в притворном стыде краснея, — могу в следующий раз пролить этот яркий гранатовый сок на твою чёрно-белую толстовку. Намёк был понят и принят к сведению, поэтому Эндрю решил в отместку поваляться на этой привлекательной кровати, которая явно была приобретена лично Нилом — их университет пусть и относился хорошо к студентам, поддерживая все здания в надлежащем состоянии, явно не мог позволить себе заставить общежития этими тысячедолларовыми ортопедическими матрасами. Судя по тому, что за окном была уже глубокая темень, дремота Миньярда длилась дольше, чем он думал изначально. Нил рисует замысловатые узоры по дотошному рисунку (он скопировал каждую чёрточку из той картинки с сайта, Эндрю становится плохо от одной мысли повторить это. Черчение до сих пор снилось в страшных снах, хотя Миньярд присутствовал только на одном уроке в школе). — Готов? Нил смотрит на Эндрю с едва скрываемым нетерпением и скрытой ухмылкой в искусанных губах. Светодиодная лента под потолком светится слабым фиолетовым светом, превращая его глаза во что-то магическое и такое неземное, как эта тупая астрология, забившая Нилу, кажется, весь его небольшой мозг. Эндрю подбирает под себя ноги, перекатываясь поближе к центру кровати и устраиваясь по-турецки, чтобы лучше смотреть на Нила и его глупые записи-рисунки. — Мне нужно рассказывать так подробно, как в прошлый раз или ты помнишь основные моменты? — Я помню, — кивает Эндрю, благодаря и проклиная свою память. Вот только всей этой звёздной ерунды ему и не хватало для общего развития. — Тогда начнём, — дрожащий вдох заполняет паузу, пока Нил собирается с мыслями. — Твоё Солнце находится в Скорпионе. Это стихия воды, в зоне оформления имеет недвусмысленное предназначение: изменять мир; применительно к человеку это относится и к его внутреннему миру, психике, и внешней реальности, его окружающей, — Нил водит пальцем по ворсу покрывала и решительно смотрит на Эндрю, будто сканируя его на малейший признак изменений его мировоззрения. От былого нетерпения и энтузиазма не остаётся ни следа — Нил вновь та сдержанная своя версия, что предстаёт перед клиентами. Если Эндрю немного разочарован этим, он надеется, что этого не видно. Быстро облизав губы, Нил указывает на что-то в своём рисунке (будто бы Эндрю понимает там что-то большее чем кружок и многоугольники). — Главное видимое противоречие Скорпиона заключается в том, что, с одной стороны, он, относясь к женскому началу, должен быть пассивно-воспринимающим, с другой же стороны, находясь под управлением Марса и имея цель трансформации реальности, вынужден проявлять большую активность. То есть первоначально Скорпион пассивно-выжидающий, однако оставляет за собой право регулировать внешние воздействия; и в тех случаях, когда он реализует это право, он действует весьма энергично — управитель Марс — и настойчиво — постоянный крест. И это весьма интересно, ведь если Рак самый глубокий знак Зодиака, рассчитанный в чистом виде на восприятие реальности, то Скорпион уже обладает мощным арсеналом воздействия на неё. Оба знака умеют слушать, но Скорпион к тому же умеет буквально заставить собеседника рассказать все, что угодно, даже если последнему придется раскрыть личные секреты или поведать интимные подробности, вовсе не подлежащие разглашению. Как это удается Скорпионам — их секрет, но без магии или гипноза здесь явно не обходится, — шутит Нил, соблазнительно ухмыляясь и бросая на Эндрю коварный взгляд. — После этого развитый Скорпион может очень точно воспринять внутреннюю проблему человека и немногими нужными словами объяснить её суть, отчего проблема иногда просто исчезает, а иногда человек, увидев себя несколько глубже, находит в себе путь и силы для её решения. Таким образом, развитый Скорпион — прирожденный психолог; в равной мере он может заниматься самоанализом, исследовать глубины своей психики, вычленять программы подсознания и изучать их взаимодействие и в некоторой мере сознательно их видоизменять. Эндрю скептично выгибает бровь. В словах Нила есть истина, на этот раз. Но навряд ли эти навыки Миньярда объяснялись каким-то там становлением планет и математическим расчётам. Он действительно неплохо умеет разбираться в людях и их психологии, но это скорее результат влияния его психотерапевта. Именно она помогала ему разобраться во всех социальных связях и причинах, по которым люди (Ники и Аарон) придают такое значение каким-то мелочам, расстраиваются из-за них или, наоборот, радуются. Это не было тем, что было у Эндрю с рождения — большую часть жизни ему было глубоко плевать на эмоции и чувства других; он едва ли мог разобраться в том, что ощущает или не ощущает сам. Так что это попадание едва ли дотягивает хотя бы на троечку. Нил же продолжает: — Однако гораздо сильнее идёт у Скорпиона постоянная не зависящая от его воли трансформация психики: как говорят, Скорпион поедает сам себя. Эта трансформация может идти более или менее гармонично и конструктивно, но в любом случае она вызывает глубокие эмоции; по силе и глубине эмоций Скорпион превосходит все знаки Зодиака. Но это не значит, что он всегда показывает это. Зачастую Скорпионы скрытны и держатся изолированно даже от самых близких, не желая становиться уязвимыми в чьих-то глазах. Но их эмоции, выраженные вовне, производят не менее сильное действие, чем прямая агрессия, как, например, у Овна, и выглядит совершенно иначе, так как передаётся скорее телепатически: взглядом, интонацией, шипением, — и поэтому от них гораздо труднее заблокироваться. Скорпион как будто передаёт своё эмоциональное состояние прямо в центр восприятия других, минуя обычные органы чувств. Если же выразить свои эмоции не удается, они идут внутрь, отравляя психику, поэтому тебе важнее всех остальных знаков научиться психорегуляции и умению становиться прозрачным для дисгармоничных излучений. Это, на удивление, попадает в десяточку. Не та часть, которая касается влияния эмоций Эндрю на других — откуда он может знать, насколько сильно его влияние на других, если они об этом не говорят? — но про пожирание самого себя вполне подходит. Терапевт часто говорит о том, что ему стоит прекратить делать это и даже учит тому, как бороться с этой привычкой, и Эндрю слушается её, но едва ли достиг каких-либо результатов за эти пять лет. Слова льются из Нила таким сильным потоком, что Эндрю буквально сносит. Его разум отключается на мгновения, позволяя просто воспринимать чужую речь как фоновый шум, хотя он и понимает, что должен слушать. Конечно, он отмечает какие-то моменты — в основном те, что не сходятся или вызывают вопросы, — но не может не думать, что сейчас Нил говорит куда больше и подробнее, чем на их сеансе с Аароном. И это странно, да? У него было едва ли больше нескольких часов на подготовку, но складывается ощущение, что выкладывается он больше. И если эго Эндрю чуть тешится этим, это его право. Когда астролог-самоучка переходит на кармические точки, Эндрю вновь возвращает проценты внимания, помня, что эти моменты были весьма интересы в карте Аарона. — Твоя Лилит находится в Близнецах, — перелистнув страницу блокнота, Нил мычит, бегая глазами по своим заметкам. — Тёмная карма связана с воровством, доносами, обманами, кляузами, сплетничеством, мошенничествами. В этой жизни следует избегать обмана, воровства, клептомании, следить за своей речью, не говорить лишнего, не вредить словом, не сплетничать и не клеветать. По первому уровню человеку доставляют удовольствие обманы, кражи, сплетни, клевета, различные искажения информации, махинации, вражда с близкими родственниками и соседями. На втором уровне наказанием и искуплением являются травля со стороны братьев и сестер, родственников, соседей. Обманы, клевета, интриги из-за зависти преследуют человека. Может развиться Эдипов комплекс. Показателем правильности Пути и духовного роста является отсутствие озлобления, прощение виновных. Эндрю фыркает, чем прерывает повествование Нила. «Прощение виновных» звучит слишком высокоморально, особенно для кого-то типа Эндрю. Может, он и не собирается мстить (только лишь потому, что месть — слишком низко и запарно, если делать это умышленно), но и прощать, а уж тем более забывать ничего не собирается. Не после того, как он познакомился с природой человечества во всей красе. Нил сканирует его внимательным взглядом и немного хмурится, но ничего не говорит по этому поводу, не комментируя ни сжавшиеся кулаки Эндрю, ни его сгорбленные плечи. — При переходе на третий уровень такие ситуации начинают отталкиваться от вас. Вы сразу можете различить мошенников, сплетников, обманщиков. Вас невозможно обмануть, вы видите обман. Если кто-то пытается распустить сплетни или слухи о вас — то никто в них не верит, это к вам не прилипает. То есть, резюмируя, можно сказать, что: на низшем уровне ты — вор, сплетник, сводник и злоязычник. На среднем — жертва очернительства, краж, затюканный родственниками и соседями. А на высшем — неподкупный, независимый от сплетен, избегающий краж и очернительства. — А есть ли какие-то полумеры? Нил, готовящийся приступить к следующей части, вопросительно наклоняет голову. — В каком смысле? — он по-совиному моргнул. Это определённо не должно выглядеть так очаровательно. Эндрю моргает в ответ, прочищая горло. — Есть ли переходный уровень между этими тремя в период жизни? Не могу же я обучаться только после того, как умру? Боже, он начинает звучать как кто-то, кто верит в этот бред. В защиту Эндрю — он действительно хочет понять. И он бы с радостью отмахнулся, если бы это не звучало попаданием сразу по двум пунктам. — Да, конечно, — Нил кивает и надолго замолкает, подбирая слова. — Не стоит сильно привязываться к идеологии перерождения душ, ведь наиболее активна она именно в период жизни. Эти уровни — наиболее выраженные моменты, которые возможно зафиксировать. Видишь эти неровные линии? — он указывает пальцем на новый график и несколько подозрительно ровных линий, почти сливающихся воедино. — Это точки скачков, но они же имеют за собой путь, — длинный аккуратно подпиленный ноготь очерчивает эти самые линии, — мы учимся, усваиваем знания и развиваемся, поэтому, безусловно, будут существовать периоды, переходного состояния. Мягкая улыбка расцветает на его губах, возвращая Эндрю слегка неуверенно и уязвимого Нила, каким он был до того, как начался «сеанс». Миньярд кивает, загипнотизированный лёгким изломом в уголках губ и искривлённостью шрама на приподнятой щеке больше, чем собственным интересом и скептицизмом. — Что же касается Селены, то она находится в Козероге, что можно интерпретировать как то, что прошлой жизни ты взял на себя добровольно чужую карму, стремился к высшей цели и был аскетом, сознательно ставшим «козлом отпущения». И если коротко разложить всё по уровням, как с Лилит, то получится, что на низшем уровне — это удачная карьера, счастливая старость, исполнение всех планов. Препятствие в реализации человеконенавистнических деяний, вплоть до физической изоляции. На среднем уровне — аскетизм, соблюдение законов, стремление к идеалам, четкая последовательная позиция. На высшем уровне — одиночка, прокладывающий путь в светлое будущее для всего человечества. Чтобы не значило последнее, оно особенно приятно слуху Эндрю. Он даже не собирается вдаваться в подробности, слишком удовлетворённый перспективой «своего» человека. Даже не в романтическом плане. Как истинный скептик, он мало верит в существование энного, но не может погубить тлеющие угли надежды. Те года, когда это было единственным, что придавало ему сил в самые тяжёлые периоды регрессии. К этим мыслям он пришёл далеко не сразу, сначала, конечно же, цепляясь за приобретённую семью и их благополучие и безопасность. Но шли годы, приходило осознание того, что всё не вечно. И каким бы порой мелочным и эгоистичным он ни был, он не мог оставить дорогих людей только для себя. Не тогда, когда каждый из них был достоин своей жизни и своего счастья в лице людей, которые не являлись Эндрю. — В отличие от Аарона, которого люди видят Девой, твой асцендент находится в Овне. Люди видят в тебе сильную волю в мире, владение окружающим миром. Фанатизм, экстремизм, излишняя торопливость, бесцеремонность, сварливость, эгоцентризм, жажда борьбы — это всё про Овна. Ты человек дела, жаждешь свободы, вызова и активной деятельности. Ты склонен мыслить ясно: или черное, или белое, взгляды несколько упрощены, и это позволяет действовать очень решительно и уверенно. Вдохновившись идеей, ты чувствуешь такое нетерпение и волнение, что часто смело стремишься воплотить её немедленно, но, в то же время, непродуманно, непроверенным путем. Терпение и внимание к деталям — не твои сильные стороны. Однако ты никогда не признаешь себя побежденным, и тебя ждут блестящие, беспрецедентные достижения и открытия, впрочем, как и болезненные поражения. Для тебя гораздо лучше попробовать и ошибиться, чем не пытаться вовсе. И опять Эндрю в растерянности от противоречивости услышанного. Нил как будто говорит сначала про него, а потом сбивается с курса, теряясь в обобщённости. Это почему-то огорчает так, будто Нил рассказывает о своём личном восприятии Эндрю, а не тупо озвучивает полученные с незнающего Миньярда сигналы космоса. — Ты с презрением относишься к слабости и пассивности других людей, а также к их стремлению подражать другим и идти за кем-то. Ты не из тех, кто идет следом, — Нил читает это с блокнота, хотя Эндрю кажется, что он больше прячет от него взгляд, чем действительно нуждается в подсказке. Нил едва заметно краснеет в свете светодиодной ленты, читая следующую свою запись. — Другие видят в тебе сильную индивидуальность, человека, может быть, дерзкого и даже бесстыдного. Ты повернут к миру сильной стороной и обычно не позволяешь другим видеть уязвимую, незащищенную сторону. Это почти пересекается с тем, что Нил говорил ранее, но почему-то он больше не выглядит таким бесстрастным, как в начале. — Если помнишь, Лилит ещё выступает одним из наших демонов, представляя собой искушения, тайные желания; мера зла, оставшаяся от прошлой жизни. Она у тебя находится в третьем доме, а третий дом — это социальное положение, контакты, взаимоотношения с людьми. Эндрю видит, как Нил перелистывает откровенно огромный отрывок собственных записей, но почему-то решает умолчать об этом. Ему, к собственному ужасу, всё больше интересно, что такого ещё расскажет этот шарлатан (не забывай об этом, Эндрю). Нил упирается о кровать локтями и подпирает ладонями голову, зарываясь пальцами в копну беспорядка тёмно-коричневых, в этом освящении, волос. Эндрю больше не видит его лица, что огорчает, и борется с желанием заменить его пальцы на свои собственные. Будто бы изолированность лица Нила делает его более смелым и привыкшим к этому искушению перед глазами. Нил же говорит о том, что Лилит в третьем доме отличаются подозрительностью и агрессивностью. Что ещё в детстве люди, подобные Эндрю, сталкиваются с издевательствами, а позже и сами становятся теми, кто держит окружающих в страхе. Это отрезвляет сродни пощечине, особенно когда перед глазами так ярко встают первые месяцы жизни с Ники и Аароном под одной крышей. Он даже не находит в себе сил, чтобы промычать несогласие, ведь он действительно был на этой черте. И если бы не психотерапевт, пришедшая к ним от социальной службы в качестве помощи от государства, до сих пор бы ранил их всех вокруг. Нил говорит про негативный расклад: серьёзные травмы и тюремное заключение. Что «такие люди рано начинают интересоваться сексом во всеуслышание. Что язык — их главный враг. Что они часто говорят, что думают, а потом страдают от своих же слов. Сами мечтают о дружной и счастливой семье, но предпочитают отбирать и осуждать других, а не строить своё счастье». Но опять переключается на безликое «они», а не ставшее привычным, близкое «ты», будто бы шестым чувством понимая, что стоит отделить Эндрю от этих жестоких «они». И сам Эндрю, возможно, должен поблагодарить его за это милосердие, если бы не воспоминания о том, как на самом деле это всё про него. Стыд — такая же глупая эмоция, как и сожаление, ведь они обе не приносят никакой пользы, только отравляя разум очередной дозой саморазрушения, но Эндрю стыдно за то, каким он был. И ему не стыдно это признать. Нил же спешит свернуть этот аспект, хмурясь и опять перескакивая через абзацы собственного почерка. Он вещает о восходящем узле в первом доме — нисходящем узле в седьмом, о парсе Фортуны в первом доме, соединении Солнца — Венеры, но Эндрю пропускает всё это. Слова воспринимаются как какой-то абстрактный рассказ, не имеющий к нему никакого отношения. Кажется, будто разум Эндрю просто не готов воспринимать все эти хорошие вещи о себе, зафиксировав всё самое плохое, что имеет наибольшее влияние в его глазах, и обесценивая всё остальное. Ах, да. Возвращаемся в самое начало. Он, наверное, и дальше бы думал об этом, не услышь хриплый голос и сухой кашель, звучащий сначала вполне безобидно, но постепенно становясь всё более угрожающим. Подсознание услужливо воспроизводит последние слова Нила, которые сам Эндрю благополучно пропустил, подсказывая, что тот опять начал свою пластинку о том, насколько каждый волен верить или не верить в правдивость раскладов. — Ты простыл? — спрашивает он вместо того, чтобы, как в прошлый раз, выразить свою скептичность и вызванное ей раздражение. Нил, прикрывший рот ладошкой в приступе очередного кашля, активно мотает головой. — Я выздоровел, — хрипит он, поморщившись. — Когда долго говорю, такое случается. Я тебя не заражу. — Ты поэтому не брал клиентов? — Да, — всё ещё звуча сипло, Нил дуется. — Тебе следовало сказать об этом, когда я пришёл. — Я не заражу тебя, — повторяет Нил немного оскорбленно. — Не об этом речь, — Эндрю вздыхает и трёт собственную переносицу. — Тебе нужен отдых, а не разбор тупой натальной карты какого-то идиота. — Они не тупые! — Нил резко выпрямляется, злобно глядя на Эндрю. — И ты не идиот! Мне нравится разбирать натальные карты. И то, что я отказался от потока клиентов, не значит, что я не могу — не хочу, — поправляется он, всё ещё хмуро глядя на Эндрю, — разобрать твою. Для ясности: мне было пиздец как интересно, как я смог так правильно определить всё об одном близнеце и ни разу не попасть в другого. Я ломал над этим голову днями, и когда ты пришёл сегодня, я был так рад тому, что это не я ошибся, а вы сказали мне неправильное время. Он хмыкает и в завершение своей речи скрещивает руки на груди, довольно ясно определяя свою политику. Эндрю кажется, что перед ним сидит ребёнок, довольный тем, что высказался. Он просто не может не улыбнуть краешком губ на эту картину. — В любом случае, — Нил прочищает горло и опускает руки себе на колени, возвращая толики профессионализма и серьёзности, — я закончил. Собираешься ли ты опять сказать, что всё это бред или признаешь, что астрология и натальные карты имеют шанс на существование? Забудьте об улыбке Эндрю. Он в дерьме.***
— Не могу поверить, что ты до сих пор упрямишься! — Ники дует губы и пихает свою тарелку, скрещивая руки на груди. Это слишком детское поведение, которое не вызывает ничего, кроме скривившегося лица. Эндрю только пожимает плечами, никак не комментируя, в отличие от брата. — Ты выглядишь нелепо, — Аарон убирает свою тарелку и максимально отодвигается на стуле, будто это поможет в создании иллюзии того, что он не причастен к своей семье. Идиот. — Я бы удивился, если бы Эндрю не упрямился. Ему физически больно признавать свою неправоту. — Ложь. — Кто прилепил тот идиотский стикер «Пни, если прочёл» мне на спину на первом свидании с Кейтлин? — Ники, — легко лжёт Эндрю на вызывающе поднятую бровь брата. — Эй! Я тут ни при чём! — У него другой почерк, — Аарон фыркает и сдувает упавшую на лицо прядь волос. — И он буквально был на занятиях тогда. — Он очень многозадачный. — Серьёзно, Эндрю? — Ники действительно очень многозадачен и преуспевает в ситуациях, когда несколько разношерстных дел требуют большой концентрации сил и внимания с его стороны, — к их разговору присоединяется новый знакомый голос. Обернувшись, Эндрю с лёгким удивлением видит неловко улыбающегося Нила. — Привет, — машет он свободной рукой и сразу же вцепляется ей в лямку своего рюкзака. — Надеюсь, я не сильно мешаю. — Привет, Нил, — хором отвечает Эндрю и вся его дурацкая семья. — Ты как раз вовремя! Мы обсуждали нежелание Эндрю признать свою ошибку, — Ники широко ухмыляется, сверкая зубами словно акула. Насмешливо наклонив голову, словно какой-то совёнок, Нил ответил собственной улыбкой. — Какую из? — Я всё ещё не верю в натальные карты, — отвечает Эндрю. Если он чуть поспешил, чтобы его никто не опередил, то это только его дело. — О, этот разговор, — многозначительно говорит Нил, сосредотачивая всё внимание на Эндрю. — Так и не решил поменять лагерь? — Мы это уже обсуждали. И вот тут-то и кроется главная ложь. Они этого не делали. Эндрю удалось перевести тему в тот роковой день пару дней назад и покинуть комнату Нила так быстро, как только мог, при этом выглядя совершенно естественно. Боже, ему даже удавалось избегать братьев — спасибо, рассинхронованное расписание занятий и наличие жизни вне общежития. Но конечно его удача закончится именно сегодня, в тот единственный день, когда у всех пересекается обед, который они решили именовать обязательным семейным времяпрепровождением. Отвратительно. — О да, конечно, — тон Нила явно издевающийся, но не по-злобному, поэтому Миньярд спускает ему это с рук. — Ты что-то хотел? — бросает он вызов вместо чего-нибудь глупого. Например, схватить Нила за руку и увести подальше от Ники и Аарона. И всех других студентов. Чисто для научного интереса и продолжения эксперимента, конечно. Нил забавно прищуривается, будто каким-то образом догадывается, чего именно хочет Эндрю, но благоразумно решает промолчать. Может, это космические тела подсказывают ему, кто его знает. — Вообще-то да. Помнишь моего соседа по комнате, Мэтта? Он собирался сводить Дэн, его девушку, на свидание в планетарий, но у них изменились планы. Он отдал мне билеты. Не хочешь пойти? Эндрю чувствует себя немного глупо моргая. Один раз, второй, но нет. Нил всё ещё стоит перед ним и выглядит настолько спокойно, насколько он способен в этом своём повседневном образе. Не то чтобы Эндрю его хорошо знает, но всё же. Эндрю моргает ещё раз и полностью игнорирует поднявшийся в ушах гул крови и собственного сердцебиения, как и игнорирует ликующий вой Ники и задушенный кашлем смех Аарона. — У твоего соседа по комнате сорвалось свидание, и поэтому ты приглашаешь меня? — Да? — Нил вновь чуть наклоняет голову и хмурится, будто чего-то не понимает. — У меня есть билеты, я не хочу, чтобы они пропали. — Поэтому приглашаешь меня на свидание? Меня? — Да? Эндрю точно сходит с ума. Всё-таки подхватил слабоумие от семьи, какая потеря. — Я подумал, что тебе может быть интересно, — поясняет Нил, пожимая плечами. — Пусть ты и не большой поклонник астрологии, но это космос, — он говорит так, будто это должно что-то объяснить. Это не так. И да, Эндрю самый последний человек, который станет тратить время на то, что ему даже не интересно, но он не дурак. Он довольно осознанный, чтобы знать, когда следует принимать подарки от вселенной. И если Нил, чёртов шарлатан-астролог-симпатичное личико, приглашает его на свидание в чёртов планетарий, Эндрю соглашается. — Когда и во сколько? — Суббота, можем встретиться в три, — быстро отвечает Нил, пока его губы слегка дёргаются в довольной улыбке, которой он, видимо, неосознанно, не даёт отразиться в полной мере. — Суббота, в три, — кивает Эндрю, уже перестраивая расписание своего выходного на ходу. — Круто. — Круто, — кивает Нил и неловко переступает с ноги на ногу, прикусывает губу и всё-таки решает удалиться, махнув всем на прощание. Эндрю, доказывая свою биологическую принадлежность к парням за своей спиной, глупо наблюдает за его удаляющимся силуэтом и прокручивает этот недолгий разговор в своей голове. Итого у него имеется: его пригласили на свидание — Нил пригласил — прямо перед его братьями, и он согласился. Он согласился пойти на свидание с парнем, который явно без ума от астрологии и натальных карт, прости Господи, в которые Эндрю всё ещё не верит, но готов выслушать ещё около сотни разборов, если они будут озвучиваться Нилом. Милым загадочным Нилом, который просто не может не притягивать его взгляд и не влиять на его мыслительные процессы, понижая его IQ пропорционально времени в компании Нила. У Эндрю проблемы посерьёзнее натальной карты, в которую он, возможно, начал немного верить. Решив отложить кризис на более позднее время, Эндрю тщательно запаковывает это взаимодействие с Нилом в новую воображаемую коробочку с коробочками (с яркими звёздочками и плохо нарисованными солнышками) и откладывает в ряд таких же коробочек в своей голове, о которую он определённо споткнётся позже, если забудет её разобрать, и выпрямляется за столом, возвращаясь к еде. Вид ликующего и едва ли не подпрыгивающего на месте Ники напоминает о том, что всё это время у него была более чем заинтересованная публика, которая просто не позволит отсрочить кризис и переосмысление своих ценностей и важности принципов относительно астрологии на более уединённое время. Надеясь избежать бесконечного потока вопросов и поддразниваний Хэммика, Эндрю рискует перевести взгляд на близнеца, чей вид выражает крайнее разочарование и презрение. — «Круто»? Ты серьёзно, Эндрю? — кривит лицо Аарон, фыркая. — Тебе что пять? — Ты уверен, что хочешь это начать? — с вызовом отзывается Эндрю, смущённо, но яростно встречаясь с близнецом взглядом. Порой Аарон мог весьма неплохо выступать в роли критической фигуры в поведении Эндрю (очень-очень редко, но у него это действительно получалось), однако это явно был не тот случай. Не после того, как газировка пошла у него носом, когда Кейтлин впервые напрямую поздоровалась с ним. В отличие от Аарона, Эндрю хотя бы сохранял какое-никакое достоинство, причём весьма успешно.***
Остаток недели пролетает довольно быстро. В этом можно винить как и томительное ожидание выходных, так и беспрецедентную нагрузку по домашним заданиям. Казалось, что все преподаватели синхронно сошли с ума, желая за последние недели семестра закрыть тот пласт нагрузки, которую должны были давать все эти пять месяцев. Утопая в попытке успеть все в срок, не выглядя при этом ботаником, Эндрю совмещал своё обычное расписание и бездельничество только для того, чтобы не спать ночами и строчить очередную аналитическую работу или разбор. Ники определённо раскусил его, потому что каждое утро оставлял ему свежезаваренную кружку кофе и несколько любимых пирожных перед тем, как уйти на пары. Что было довольно мило на самом деле, но не облегчало ситуацию. — Ты справишься, — кивнув самому себе, Эндрю поправляет ожерелье замком назад как раз в тот момент, когда двери лифта открываются. Нил уже ждёт в небольшом лобби общежития, агрессивно печатая со скоростью улитки что-то в своём телефоне. Эндрю, пользуясь тем, что его ещё не заметили, позволяет себе задержаться на мгновение и оценить его внешний вид. Может, Нил и не относился к этому, как к свиданию, но по крайней мере постарался выглядеть более прилично. Его одежда имела обыкновение выглядеть несколько небрежно, даже если при этом и сохраняя хороший вид. Сейчас же, кажется, он чуть более проследил за тем, чтобы вещи сидели по фигуре и по крайней мере были хотя бы немного более стильными. Что, нельзя отрицать, было приятно. Не то чтобы Эндрю так сильно обращал на это внимание. Нет, конечно нет. Да и громкий ярлык «свидания» он больше использовал с сильной натяжкой и только в моменты помутнения рассудка. Нил в рубашке с закатанными рукавами и тщательной укладкой с забавными заколками слева явно дотягивали до помутнения рассудка. — Чем тебя обидел телефон? — спрашивает он, подкравшись к Нилу и напугав его до чёртиков. Забавно наблюдать, как тот подпрыгивает и злобно сверкает своими глазками (о боже, его ресницы всегда были такими длинными и завитыми?), прижимая телефон к груди. — Машины рано или поздно захватят мир. — Вот он, противник технологий. Скажи, ты видел динозавров? — Ещё одно слово, Миньярд, и я испытаю на тебе предсказательную астрологию или возьмусь за таро, — щурится Нил и грозит пальцем прямо перед лицом Эндрю. У него возникает желание стукнуть по этому пальцу или, может, даже укусить. — Ты и в таком разбираешься? Нил расправляет плечи и легко ими пожимает, убирая, наконец, телефон. — Мне многое интересно. — Фрик. — Говоришь ты, — фыркает Нил. — Что это должно значить? Лукавая улыбка растягивает губы Нила, в полной мере передавая его истинный характер чертёнка. — Ничего. Пойдём, мы опоздаем на показ фильма об образовании чёрных дыр. И в обычной ситуации Эндрю точно бы забрыкался и потребовал ответов, но когда Нил так нетерпеливо переминается с пятки на носок и сжимает в предвкушении пальцы? Ну, он слабый жалкий человечешка, нельзя его за это винить. Добраться до планетария оказывается тем ещё квестом, если организацию доверить Нилу. Эндрю проходит этот урок один раз и навсегда его усваивает. В следующий раз он озаботится доставлением их в место назначения. Подозрительных взглядов бабушек и близости незнакомцев ему хватает с головой за эту трёхчасовую поездку, спасибо большое. Из плюсов можно выделить только то, что Нил робко хватал его за рукав кофты, когда людей становилось слишком много, и его воодушевлённого бормотания о новых экспонатах, которые анонсировали ещё полтора месяца назад, но которые Нил до сих пор не видел. Оказывается, у него есть долбанное членство постоянного посетителя не то чтобы Эндрю удивлён. — Когда ты начал увлекаться всем этим? Они как раз остановились у одного из экспонатов небольшого музея, ожидая, пока подростки закончат играть с интерактивным макетом планет в разрезе, а Нил только-только сделал глубокий вдох, чтобы перевести дыхание. Тот факт, что он болтун, не был вновинку, но всё же Эндрю с удивлением заметил, что его практически не раздражает постоянный поток слов, а даже совсем наоборот — Нил, говорящий о космических телах с этим щенячьим воодушевлением был куда привлекательнее Нила, рассказывающего о том, как именно эти самые космические тела влияют на судьбу обычных людей (Эндрю до сих пор оставался при своём мнении и яро отрицал, что «гадания» Нила были верны). — Не знаю, кажется, мне всегда нравились звёзды, — Нил небрежно пожимает плечами и перекатывается с пятки на носок, вновь пребывая в энергитическом всплеске нетерпения. Ему явно хотелось поскорее подойти к Марсу и потыкать своим длинным пальцем в каждый его искусственный слой. — Сначала мне просто нравилось смотреть ночью на небо, мой дядя живёт в пригороде, и мы с мамой часто его навещали. Там хорошая видимость и можно найти несколько созвездий, если повезёт. Потом дядя купил мне телескоп и даже взял как-то на работу — он работает в NASA, им тогда доставили новые образцы космической пыли, он все показывал и рассказывал. Думаю, именно тогда мне и запала вся эта тема в душу. — Семейное дело, — фыркает Эндрю, представляя себе более юного Нила в огромной лабораторном халате, сидящего среди учёных и впитывающего каждое слово. — Что-то вроде того. О, пошли скорее, — схватив его за руку, Нил с улыбкой шагает к огромному Марсу, от которого, наконец, отошли подростки. Нил восторжено тыкал в каждый из слоёв, постоянно бубня под нос, из чего предположительно состоит тот или иной уровень, явно желая, чтобы Эндрю тоже оценил эту неописуемую радость и интерес. К сожалению, Миньярд не был так уж сильно увлечён предполагаемым составом твёрдых пород Марса, сколько тем, как преображался Нил в своей стезе. В свою защиту Эндрю мог лишь сказать, что тот действительно был привлекательным. Конечно, это было заметно и в его небольшой комнатке общежития, когда он с удовольствием рассказывал о планетах, кармических задачах и каких-то там домах, карандашом очерчивая линии на своих графиках и диаграммах в блокноте, но здесь, в окружении иссиня-чёрного и сотни маленьких ламп на потолке, в окружении всевозможных макетов Земли, космоса и каких-то робитизорованных штук? Нил Джостен расцветал в полном объёме. Переполненный энергией, он беззаботно болтал о каждом мало-мальски важном факте, в который хотел посвятить Эндрю, а тот просто был не в силах отказать ему или даже сделать вид, что это неинтересно. Хотя это действительно было так: космос — далёкая и неопознанная сущность, слишком сложная и устрашающая для мирского существования; химия космических частиц — непонятная череда сложно произносимых слов, которая совершенно не трогала ничего в нутре Миньярда, а это бесконечные сочетания позиций звёзд смешивались в единую кашицу в голове. Но космос в лице Нила? Он был прекрасен. В том самом устрашающем смысле, когда боишься запачкать дорогую вещь своими грязными руками. Но её, саму эту драгоценность, это нисколько не волновало. Она постоянно пихала, толкала и хватала за каждую часть, до которой только могла дотянуться, желая, наконец, посвятить в сокровенные тайны своей сущности. Подобно метеориту, падающему на Землю — неожиданно, безумно ярко и броско, но, на удивление, нисколько не разрушительно. Хотелось верить, что так оно и будет. Эндрю не хотелось даже думать о том, что Нил сможет нанести ему какой-либо вред, не тогда, когда он, казалось, всегда старался держаться каких-то понятных только ему граней, которые невообразимым образом откликались в Миньярде. Нил — неземное создание, покоряющее каждую его клеточку и берущее в плен так небрежно и постепенно, что Эндрю даже не задумывается об этом слишком уж много. Эндрю ощущает себя одной из этих планет в Солнечной системе, которые кружат по орбите яркой звезды Нила Джостена. Он согревается в термоядерном синтезе в его ядре, расцветает жизнью новых чувств и, наконец, начинает ощущать себя чем-то большим, чем просто тело. Это затягивает. Особенно когда Нил так мягко касается его руки и, не встретив сопротивления, переплетает их пальцы, пока на огромном куполе над их головами показывают столкновение двух тёмных материй, чьи горизонты событий подходят друг к другу слишком близко, закручиваясь и постепенно сливаясь в одну сокрушительную чёрную дыру, уничтожающую всё на своём пути. — Спасибо, что пошёл со мной, — тихо шепчет Нил, отрывая свои прекрасные глаза от детализированной проекции на потолке и смущённо улыбаясь. Он выглядит на удивление застенчиво и нерешительно, что в конечном итоге сливается во что-то прекрасное. Эндрю не понимает, каким образом пал так быстро. — Это не так уж и ужасно, — пожимает плечами он, сжимая руку в ответ и переплетая тем самым их пальцы. Сложно определить в царящих сумерках, но Эндрю может поклясться, что Нил медленно и неизбежно краснеет. — Возможно ли, что ты согласишься, если я приглашу тебя на настоящее свидание? — практически бубнит Нил, но стоически продолжает смотреть прямо в глаза, даже не догадываясь, что эти слова провоцируют внутри Миньярда взрыв не хуже вспышки сверхновой. — Мне казалось, ты этим не интересуешься, — удивляется Эндрю, вспоминая слова Ники, сказанные не так давно. В этот раз он уверен, что румянец на щеках Нила самый что ни на есть настоящий и, должно быть, безумно обжигающий, если коснуться его рукой. — Я мог поспешить с выводами, — легко произносит Нил, наконец, отводя взгляд. — Не знаю, что это, но мне довольно сложно перестать думать о тебе. Хочу узнать тебя, понять и разобраться, почему ты заставляешь меня чувствовать себя так. Мэтт говорит, это влюблённость. Не хочу спешить с выводами, но если она ощущается именно так, то надеюсь, что он не ошибся. Этот парень действительно желает его смерти. Самое обидное, он ведь даже не догадывается, как легко рушит все и без того шаткие в его присутствии барьеры Миньярда. Эндрю точно не доживёт до двадцати пяти, не с тем количеством усилий, которые ему приходится прикладывать, чтобы унять своё бешенное сердцебиение. — Если ты пригласишь меня на настоящее свидание, я, может быть, и соглашусь. Но при условии, что в нём не будет никакого общественного транспорта. И космоса. Яркий смех Нила обволакивает его словно одеяло, вызывая у соседей по сидениям косые взгляды и неприятное шиканье. — Договорились.
Примечания:
Стабильная реклама немного мёртвого тг канала: https://t.me/mousefandom
