𝑼𝒏𝒅𝒆𝒓 𝑻𝒊𝒏𝒕𝒆𝒅 𝑺𝒕𝒆𝒆𝒍

Город тонул в синеве поздней ночи. Фонари растягивали жёлтые лужи света на мокром асфальте, отражаясь в стёклах спящих высоток. В этой тишине рёв двигателя нового Роллс ройс звучал как вызов. Руслан чувствовал вибрацию руля каждой клеткой тела. Машина угольно-чёрный с агрессивным обвесом и матовым покрытием была его сегодняшним триумфом. Покупка не столько необходимости, сколько демонстрации силы. Силы, которой он жаждал поделиться или применить. Он скользил по пустынным проспектам, наслаждаясь мощью под капотом и абсолютной властью над пространством. Пока в свете фар не возникла одинокая фигура. Яркие, как вспышка волосы даже в полумраке, небрежно падающие на лоб. Парень шёл, засунув руки в карманы тонкой ветровки, плечи слегка ссутулены. Голова опущена, взгляд устремлён куда-то в себя. Когда он на секунду поднял лицо, проходя под фонарём, Руслан увидел голубые глаза. Небесно-чистые, но с тенью усталости или грусти в глубине. Данила Кашин. Имя всплыло в памяти из давних, смутных разговоров. Талантливый график, тихий, замкнутый и невероятно притягательный в своей хрупкой огненности. Руслан притормозил, опустив пассажирское стекло. Звук опускающегося тонированного стекла был едва слышен над рокотом двигателя. – Эй! – Голос Руслана был низким, уверенным, рассчитанным на внимание. – Подбросить? — Данила вздрогнул, словно вынырнув из глубины своих мыслей. Его голубые глаза расширились, мелькнул испуг, мгновенно сменённый настороженностью. Он лишь покачал головой, ускорил шаг, снова уткнувшись взглядом в асфальт. Музыка из его наушников была слышна как приглушённый бит. Интересно, – промелькнуло у Руслана. Не страх отказа, а азарт. Охота началась. Он плавно тронул с места, подстроив скорость машины под ритм шагов Данилы. машина превратилась в тень, преследующую рыжеволосого юношу по ночной улице. Шаг мягкий перекат шин. Шаг тихий рокот мотора. Машина стала метрономом его движения. – Не хочешь поговорить? – снова окликнул Руслан, его голос теперь звучал как вкрадчивое убеждение. – Скучно же шагать одному ночью. Данила бросил быстрый, колючий взгляд в сторону машины. — – Отстань, – его голос был тихим, но чётким. – Я не в настроении. — – А я как раз в отличном. Посидишь рядом – настроение поднимется. Гарантирую. — – Гарантии твои меня не интересуют. Отъезжай.— Юноша снова ускорился, почти перейдя на бег. Но мощь автомобиля позволяла Руслану сохранять дистанцию в полметра с минимальным усилием. Игра в кошки-мышки на пустынной улице разжигала в Руслане что-то первобытное, тёмное. Секунда принятия решения. Педаль тормоза резкий, но точный нажим. Машина замерла. Дверь со стороны водителя распахнулась, и Руслан вышел. Его фигура в чёрной толстовке на фоне угольного монстра выглядела устрашающе. Он пересёк дорогу за два широких шага, преградив Даниле путь. – Я сказал, отстань! – голос Данилы дрогнул, в голубых глазах загорелся настоящий страх. Он попытался обойти Руслана, но тот был быстрее и мощнее. – А я сказал – поедем, – произнёс Руслан с ледяной спокойной интонацией. Его рука молниеносно сомкнулась на шее Данилы. Не чтобы задушить, а чтобы контролировать. Большой палец лег на пульс, бьющийся бешено под тонкой кожей, остальные пальцы сжали основание шеи, ограничивая свободу движения, создавая ощущение ловушки. Данила вскрикнул, захлебнулся, его глаза округлились от ужаса и нехватки воздуха. – Отпусти! – хрипло вырвалось у него, руки инстинктивно вцепились в рукав Руслана, но были бессильны против его силы. – Тише, – шикнул Руслан, его лицо приблизилось к лицу рыжего. Он чувствовал прерывистое, горячее дыхание Данилы на своей коже, видел, как расширены зрачки в этих небесных глазах. – Шуметь бесполезно. Бороться глупо. Ты поедешь со мной. Это не предложение. — Его вторая рука открыла пассажирскую дверь. Затем, одним сильным, отработанным движением, он развернул Данилу и буквально впихнул его внутрь, на чёрную кожу сиденья. Парень ударился спиной о спинку, его ноги беспомощно болтались за дверным проёмом. Руслан наклонился, его лицо снова оказалось в сантиметрах от бледного, испуганного лица Данилы. – Пристегнись. Для твоей же безопасности, – произнёс он с мрачной усмешкой, щёлкнув ремень безопасности прямо перед грудью юноши, зафиксировав его. Дверь захлопнулась с глухим, окончательным звуком. Данила прекрасно понимал что ничего не получится, ведь он знает Руслана, как "держит в страхе весь район" Салон погрузился в полумрак, подсвеченный лишь приглушёнными огнями приборной панели. Воздух был густым от запаха новой кожи, дорогого парфюма Руслана и страха. Страх Данилы был почти осязаем. Он дышал часто и поверхностно, прижавшись к двери, его голубые глаза, огромные на бледном лице, не отрываясь смотрели на Руслана, как кролик на удава. – Ты ужасен Тушенцов – выдохнул он, голос сорванный. – Выпусти меня. Сию же минуту! — Руслан завёл двигатель. Гул наполнил салон, вибрация прошла через сиденья. – «Сию же минуту» не получится, – спокойно ответил он, трогая с места. Машина плавно поехала, погружаясь в ночную паутину улиц. – Мы только начали наше путешествие, Кашин. – Откуда ты знаешь моё имя и фамилию?! – паника в голосе юноши сменилась новым витком ужаса. – Я знаю многое, – Руслан бросил на него быстрый взгляд, полный холодного любопытства. – Знаю, что ты талантлив. Знаю, что ты одинок. Знаю, что эта ночь могла быть такой же пустой, как и все предыдущие. Но я её изменил. Тебе стоит быть благодарным. — – Благодарным?! – Данила фыркнул с истерической ноткой. – Ты меня похитил! Я могу заявить в полицию — Руслан рассмеялся низко, беззвучно. – И что ты скажешь? Что тебя пригласили прокатиться на новой машине? Что ты добровольно сел? – Он провёл ладонью по рулю, наслаждаясь его фактурой. – Свидетелей нет, камеры здесь не смотрят. Ты мой Данила. На неопределённый срок. — Он переключил передачу, машина рванула вперёд, прижимая Данилу к сиденью. Тот вскрикнул, вцепившись в подлокотник. – Куда ты меня везешь? – спросил он, и в его голосе, сквозь страх, пробивалась капля отчаяния. – Покажу город с высоты. Место, где никто не помешает – ответил Руслан, и в его голосе появился новый оттенок. Тяжёлый, налитый скрытым смыслом. Его взгляд скользнул по фигуре Данилы: по тонкой шее, где ещё виднелось легкое покраснение от его пальцев, по футболке, натянутой на худощавом торсе, по джинсам, облегающим стройные ноги. Взгляд был оценивающим, владетельным. Данила сжался ещё сильнее, почувствовав этот взгляд физически, как прикосновение. Он отвернулся к окну, пытаясь скрыть дрожь, бегущую по его телу. Но витрины магазинов, тёмные подъезды, редкие огни всё сливалось в пугающую абстракцию. Он был в ловушке. В ловушке с этим красивым, страшным человеком, от которого исходила аура неконтролируемой силы. – Что тебе от меня нужно? – прошептал Данила, почти не надеясь на ответ. Руслан снова посмотрел на него. В полумраке его глаза казались совсем тёмными. – Ты красиво боишься, – сказал он задумчиво, его пальцы постукивали по рулю в такт тихой музыке, зазвучавшей из динамиков – низкий, гипнотизирующий бит. Данила почувствовал, как по его спине пробежал холодок, а внизу живота предательски ёкнуло что-то тёплое и стыдное. Он ненавидел себя за эту реакцию, за слабость. – Заткнись, – прошипел он, сжимая кулаки. – Просто заткнись и вези меня домой. — – Домой? – Руслан усмехнулся. – Твой дом сейчас здесь. В этой машине. Со мной. – Его рука неожиданно легла на колено Данилы, поверх джинсовой ткани. Пальцы сжались не больно, но твёрдо, не позволяя отдернуть ногу. – И тебе стоит привыкнуть к этой мысли. И к моим прикосновениям. — Данила замер. Его дыхание перехватило. Прикосновение сквозь ткань было обжигающе ощутимым. Это был не просто захват. Это было заявление. О собственности. О начале чего-то, что он боялся даже назвать. Он закрыл глаза, пытаясь отгородиться, но чувства обострялись: запах кожи салона, дорогого одеколона Руслана, его собственного пота; гул двигателя; тепло и давление сильной руки на его колене; собственный бешеный стук сердца. Страх смешивался с чем-то запретным, пугающе притягательным. Он был в клетке. Машина взбиралась на серпантин, ведущий к смотровой площадке над городом. Каждый поворот прижимал Данилу то к дверце, то к центру салона, то ближе к Руслану. Каждое такое смещение заставляло его сердце колотиться сильнее. – Почему я? – сорвалось у Данилы, когда Руслан убрал руку с его колена для сложного манёвра. Вопрос висел в воздухе, наполненный страхом и болезненным любопытством. Руслан задумался на мгновение, его профиль в свете приборов казался высеченным из камня. – Если честно, ты сексуальный – наконец произнёс он. – Он бросил на Данилу взгляд, полный мрачного интереса. – – Я не вещь, которую можно поймать! – Всё в этом мире можно поймать, – выкрикнул Даня, парировал Руслан, его голос стал тише, интимнее. – Я увидел твои рыжие волосы под фонарём, твои глаза, когда ты поднял голову Я захотел. Сильно. — Он свернул на небольшую площадку, откуда открывался панорамный вид на ночной город море огней, утопающее в дымке. Машина остановилась. Двигатель заглох. Тишина навалилась внезапно и оглушительно. Было слышно только прерывистое дыхание Данилы. Руслан повернулся в сиденье, полностью обратившись к нему. Его взгляд медленно скользил по лицу рыжего, как физический поглаживание. – Ты дрожишь, – констатировал он. Его рука снова поднялась, но на этот раз не к колену. Тёплые, сильные пальцы коснулись щеки Данилы. Тот дёрнулся, как от удара током, но отодвинуться не мог ремень и близость двери. – Не бойся. Я не причиню тебе вреда. Пока что — – что ты хочешь? – прошептал Данила, чувствуя, как под прикосновением пальцев его кожа горит. Он ненавидел эту реакцию своего тела, предательское тепло, разливающееся по щеке. – Хочу узнать тебя, Данила Кашин, – Руслан приблизил лицо. Его дыхание смешалось с дыханием юноши. Запах мяты, дорогого табака и чего-то неуловимо мужского, опасного. – Хочу видеть, как меняется твой взгляд. Хочу слышать, как сбивается твое дыхание… – Его большой палец медленно провёл по скуле Данилы, затем по линии челюсти, опускаясь к пульсирующей точке на шее. Данила зажмурился. Его мир сузился до этого салона, до этого взгляда, до этого прикосновения на его шее, там, где бился дикий пульс. Он хотел кричать, сопротивляться, но тело будто парализовало. И в глубине души, сквозь ледяной ужас, пробивался стыдный, жгучий вопрос: "почему именно он? " – я не хочу этого, – выдохнул он, но в его голосе уже не было прежней силы. Была слабость. Была неуверенность. Руслан уловил это мгновенно. Его губы тронула едва заметная, торжествующая улыбка. – Ещё не хочешь, – поправил он тихо, почти ласково. Его пальцы сомкнулись на шее Данилы снова. Не сдавливая. Обрамляя. Чувствуя живое биение жизни под кожей. – Но ты захочешь. Я научу тебя хотеть. — Он наклонился ещё ближе. Расстояние между их лицами исчезло. Данила замер, ожидая поцелуя, удара, чего угодно. Но Руслан лишь коснулся губами его виска. Легко, почти невесомо. Как перышко. Но это прикосновение обожгло сильнее огня. – Видишь? – прошептал Руслан прямо ему в ухо, его голос стал густым, как тёплая смола. – Ничего страшного. Только прикосновение. Только начало. Расслабься, рыжик. — Руслан наклонился, его губы коснулись шеи Данилы, чуть ниже уха. Кашин сжал зубы, но его тело предательски отозвалось на прикосновение. — ненавижу тебя — Лжёшь. Руслан прикусил кожу на шее, и Данила вскрикнул, но не от боли. Его рука двигалась медленно, слишком умело, и с каждым движением сопротивление таяло. — Ты уже близко, да? — Руслан усмехнулся, чувствуя, как дрожит под его пальцами Данила. Рыжий ничего не ответил, лишь закусил губу, пытаясь подавить стон. — Не сдерживайся. Я хочу слышать тебя. — Данила больше не мог сопротивляться. Его тело напряглось, пальцы вцепились в рукав Руслана, и он кончил, с тихим, сдавленным стоном, ненавидя себя за эту слабость. Руслан наблюдал за ним с тёмным удовлетворением. Воздух в салоне стал густым и липким. Данила отворачивался к стеклу, стараясь не видеть своего отражения запятнанную футболку, дрожащие руки, лицо, залитое краской стыда. Но Руслан не давал ему спрятаться. Его пальцы впились в подбородок рыжего, заставляя встретиться взглядом. — Куда смотришь? — голос звучал как удар хлыста. — Ты должен видеть, кто тебя довёл до этого. — Оставь меня — прошипел Данила, но его запястье уже было зажато в железной хватке. — Нет. Ты забыл? Я решаю, когда закончить. — Руслан потянул его к себе. Колени Данилы уперлись в кожаное сиденье водителя. Поза была унизительной: полураздетый, всё ещё дрожащий от недавнего спазма, с запахом своей слабости на коже. — что ты делаешь? — голос сорвался на фальцет. — Учу благодарности, — усмехнулся Руслан. Его свободная рука расстегнула ремень. Молния зашипела, обнажая напряжённую плоть под чёрной тканью боксеров. Данила ахнул, отпрянув, но Руслан притянул его за шею. — Нет! — Даня рванулся, но удар спиной о руль выбил воздух. — Или ты предпочитаешь, чтобы я взял силой? — Руслан наклонился, его губы коснулись мочки уха. — Думаешь, твой стон в пустоту был тихим? — Жаркая ладонь прижала затылок Дани. Он зажмурился, чувствуя, как подступают слезы. — Открой глаза, — приказал шатен. — Смотри, как твой страх превращается в послушание. — Губы Данилы дрогнули, коснувшись горячей кожи. Солоноватый вкус пота, тяжёлый мускусный запах всё кричало о насилии. Он попытался отстраниться, но пальцы впились в волосы, держа с жестокой точностью. — Глубже, — прошипел Руслан, двигая бёдрами. — Данила подавился, слёзы потекли по щекам. Его пальцы вцепились в брюки Руслана, не в силах оттолкнуть, лишь принимая толчки. Унижение жгло сильнее, чем нехватка воздуха. Он слышал хриплое дыхание над собой, чувствовал, как живот Руслана напрягается, как пальцы в его волосах сжимаются до боли. — Вот так — Руслан выгнулся, его голос стал хриплым, животным. — Глотай. Всю. Ты ведь хотел угодить? — Руслан откинулся на сиденье, удовлетворённо выдохнув. Данила рухнул на коврик у его ног, давясь, вытирая губы тыльной стороной ладони. Горло горело, во рту стояла тошнотворная горечь. — Поднимись, — Руслан потянул его за руку, заставляя сесть рядом. — Не нравилось? Данила молчал, глядя в темноту за окном. Его плечи тряслись. — Врёшь, — Руслан провёл пальцем по его мокрой щеке. — Твой рот говорил иное. — Я тебя ненавижу — — Знаю. Но твоё тело — мой союзник. — Он потянулся к перчаточному ящику, достал бутылку воды. — Пей. Данила оттолкнул её. Бутылка упала, вода разлилась по ковру. — — Упрямец, — Тушенцов схватил его за подбородок. — Ты научишься благодарности. Или я научу тебя боли. Выбирай. — Его взгляд упал на ширинку Данилы, всё ещё расстёгнутую. — А пока приберись. Ты испачкал мою машину.

***

Руслан завёл двигатель. Рычание мотора вернуло Данилу в реальность. — Отвези меня блять, придурок — спросил он хрипло, застёгивая джинсы дрожащими руками. — Твой дом сейчас здесь — Руслан тронул с места, разворачивая машину к серпантину. Он его отвезёт обязательно, они ещё не закончили