То, что ты хотел услышать.

Кажется, обычные дни. Роблоксия не спит, как и центр — сердце города — Roblox HQ. Сидящие днями работники, поддерживающие город, закопаны в тонны работы каждый день: новые идеи и инновации скрывают в себе нечто большее, чем просто сосуд, позволяющий городу жить и развиваться. Roblox HQ — храм, хранящий в себе память, достоинство, силу и... богов?.. Богов, падших из-за своей гордыни и неумения любить и ценить. Теламон — бог, основатель высот, мечник, что хранит Роблоксию в спокойствии, со своим напарником — Билдерменом. Казалось бы, бог, хранитель покоя... Принёс разрушения, хаос, мифы, страх, который просачивается сквозь плоть, разъедая изнутри. Теламон — виновник своего падения. Ошибка, приведшая к ненависти, боли, своему творению. Билдер — тянувший всё на себе: гордыню, нарциссизм, презрительность, которую выдавала ухмылка крылатого. Она спадала каждый раз, когда Теламон оставался наедине с Билдером, от чего тот становился слабее в своих глазах, но не в глазах своего напарника. После создания своего творения Теламон ломал себе крылья — постепенно, нанося себе кровоточащие раны, на которые сам же лил яд... Слухи и мифы о новом хакере 1x1x1x1 разлетелись за считанные часы, распространяясь будто бы смертельный вирус. Не осознавая того, Теламон погубил себя, создав того, кто ненавидит его и всё живое — готов мстить, показывать, доказывать Шедлетскому, что он сделал.

***

Всё чаще Теламон пропадал, оставляя рабочее место пылиться, запечатывая под собой память, словно не отпуская её, умоляя вернуться — хотя бы на миг, на минуту, что будет таять медленно, беспрерывно, капая на нервы и вызывая неприятный осадок, смахивающий на моросящий дождь, колющий кожу. Пока тот отсутствовал, Дэвид просыпался в холодном поту, с каждым разом сильнее ощущая, что его душат. Не физически, а морально. Давят на больное, заставляя сходить с ума — ненавидеть Теламона, будто точит на него зуб. Но при виде Теламона, Дэвид забывал об обидах, что сделал его напарник и друг, считая его богом, спустившимся к нему с небес, державшим его под своим контролем — словно контролируя разум, не давая обиде вылиться наружу, ранить Теламона сильнее, чем тогда.

Но... Теламона больше нет.

***

Дни шли. Работы становилось всё больше, не давая сделать даже короткий перерыв, ведь работников становилось меньше. Сердце города переставало давать надежду на лучшее, переставало биться, насильно пытаясь выдавить из себя последний стук, обливая всё вокруг густой, бесчувственной жидкостью, похожей на кровь, что ещё недавно смахивала на дорогое вино, которое попивал бог. Новость о пропаже Теламона так и сверлила глаза Билдермену. Проходя по улице, видя листы о пропаже, он сбивался с дыхания, начинал нервничать. Билдермен устал. Устал бегать в попытке найти его. Его улыбку, харизму, что хоть и раздражала, но скрашивала дни, попутно согревая душу, накрывая, как навязчивая мысль, от которой устаёшь, но без которой становится пусто.

***

Возвращаясь домой после работы с давящей до слёз болью в висках, Билдер заходил в бар. Яркий, с мелькающими прожекторами, людьми, танцующими и отдыхающими после рабочих дней, с музыкой, которая давила ещё сильнее, закладывая уши, заставляя щуриться от неприятных ощущений. Садясь у барной стойки, он начинал диалог с заказа виски, перебивая бармена, пока тот общался с кем-то посторонним. — Оу... Здравствуйте! Вижу, вы здесь не первый день. Вам — чистый виски? — немного смутившись, протараторил бармен, поворачиваясь к Билдеру. — ... В ответ — тишина. Только малозаметный кивок и монотонный вздох, что давал понять: собеседник не хочет начинать диалог. Бармен поставил довольно внушительную бутылку на барную стойку, отойдя за стаканом и льдом. Пока тот отвлёкся, Билдер взял бутылку, начал осушать её и, встав со своего места, направился к выходу. Пустой взгляд, уставший и потрёпанный вид — не желающий никого и ничего видеть. Хочется исчезнуть, провалиться сквозь землю.

Мне больно...

***

Отперев дверь своего дома и проходя дальше по пустеющему холодному коридору, едва освещённому яркой луной, пробивающейся сквозь щель в шторах, пытаясь придать хоть какой-то живой вид этому месту, строитель, скинув с себя кофту и обувь, с почти пустой бутылкой вваливается в комнату. Остановившись напротив кровати и пару мгновений смотря на неё, он медленно ползёт взглядом по комнате, разглядывая в полумраке стены, вещи, мебель, которые, казалось, так же медленно перестают дышать, как и сам хозяин. Допивая остатки, опустевшая бутылка летит на пол и с треском разбивается, поднимая небольшое эхо. Оно быстро пропадает, будто его и не было. Билдер падает на кровать, закапываясь в одеяло, залезая головой под подушку, дабы успокоить неприятный шум в ушах, вперемешку с тошнотой и слабостью. Хочется спать, но навязчивые мысли так и лезут в голову.

Куда пропал Теламон?

Где он сейчас?

Жив ли он?

Глаза слипаются. Нехотя, неприятные мысли, что пожирали разум, растворяются — как и сам Билдер во сне.