love was the law and religion was taught

Человек, имеющий друзей, должен

показать себя дружелюбным, и есть

друг, который ближе, чем брат.

- Притчи, гл. 18 стих 24.

Спустя более чем месяц с момента ссоры с друзьями Юнхо наконец решает сделать первый шаг к примирению с ними. Отчасти это заслуга Уёна, сильно переживавшего, что у него теперь нет близких, кроме него и Арин, и убеждавшего в том, что практически каждый заслуживает второго шанса. В результате всех увещеваний и собственных размышлений он наконец пишет Чонхо с предложением встретиться вчетвером в парке, их привычном месте для прогулок, объяснив приглашение тем, что ему нужно кое-что им сообщить. Его сообщение не было ложью – он был твердо намерен открыться приятелям и уже тогда решить, хочет ли он продолжать с ними общение или стоит навсегда вычеркнуть их из своей жизни. Чонхо ответил на удивление быстро и сказал, что Сонхва и Ёсан согласны присоединиться к прогулке. Изначально они старались беседовать на отвлеченные темы так, словно никакого конфликта не было, и выходило крайне неловко, потому что со всех сторон ощущалась некая скованность. Однако Юнхо постепенно начинал оттаивать. Всё же это люди, с которыми связано так много разных историй и воспоминаний, люди, которых он знает практически как свои пять пальцев, и вот так просто взять и разом выкинуть годы дружбы невозможно. Несмотря ни на что, он действительно скучал по ним. Спустя какое-то время Юнхо решил, что настала пора перейти к делу. – Так вот, я почему собрал вас… мне лишь нужно было рассказать… К горлу подступает противный комок. Ему очень и очень страшно. Даже не столько потому, что он дорожит мнением друзей, сколько потому, что говорить он это будет в первый раз, будучи не до конца уверенным в том, что хочет озвучить. Его голос предательски дрожит, когда он наконец произносит: – Мне… мне не нравятся девушки. Так как я гей. Вот теперь Юнхо становится немного легче. Он смог! Не свернул на полпути, а взял и сказал! – Ты сейчас серьезно? – уточняет Чонхо. – Разве я стал бы бросаться подобными словами шутки ради? – отвечает парень. Сонхва кладет ему руку на плечо: – Спасибо, что нам доверился, Юнхо. Знаешь… Он переводит взгляд на Ёсана, и тот одобрительно кивает. – Мы с Ёсаном встречаемся. Уже года четыре как, – выдает Сонхва. Вот тут уже настает пора удивляться не только для Чонхо, но и для самого Юнхо. Всё встает на свои места и приобретает смысл. То, как они смотрят друг на друга почти не отрываясь. Практически ежедневные встречи, даже если остальные прийти не могут. Визиты в гости, если кто-то из них заболел, несмотря на риск заразиться, особенно с учетом того, что у Ёсана крайне слабый иммунитет и болеет он по несколько раз в год. Крайне дорогие подарки на дни рождения и Рождество. Перешептывания и смешки, которые смолкают, стоит кому-то приблизиться. Частые прикосновения, приводящие к стремительно алеющим щекам и опущенным глазам. Теперь это кажется настолько очевидным, что даже странно, что их друзья, казалось бы, близкие люди, ничего не замечали. – На правах единственного гетеросексуального человека в своем окружении позволю себе заметить, что я пребываю в культурном шоке, – нарушает повисшее молчание Чонхо. – Погоди, но почему ты тогда ничего не сказал, когда я поднял тему однополых браков? – удивляется Юнхо. – Почему притворился, что ты – гомофоб? – Он испугался, – вступается за своего парня Ёсан. – Мы так привыкли прятаться и опасаться, что нас кто-то раскроет, что твой вопрос тогда застиг его врасплох. Я понимаю, что это плохое оправдание, однако ты не представляешь, как парализует страх в такие моменты. – Прости меня, если сможешь, – Сонхва опускает голову на плечо Ёсана, а тот приобнимает его за талию. – Честно говоря, на душе теперь так спокойно от того, что хотя бы перед кем-то не надо изображать «крайне близких» друзей. – Я не сержусь, – улыбается Юнхо. – И очень рад за вас. Сверху вдруг падает капля. Затем ещё одна и ещё. Первый дождь этого года? Так рано? – Не хочу нарушать идиллию, но нам бы надо чуть-чуть ускориться и укрыться в ближайшей кофейне, – предлагает Чонхо. Под проливным дождем они спешат к условленному месту, так как зонты, конечно, никто из них не взял. По прогнозу погоды никакого дождя не должно было быть. – А вы знали, что по Библии дождь можно трактовать двояко? – интересуется Чонхо, прикрываясь пакетом из рюкзака, из-за чего выглядит он довольно смешно. Его друзья отрицательно кивают. – В общем, если мы берем всемирный потоп или Содом и Гоморру, то дождь можно истолковывать как Божье наказание, – поясняет тот. – Однако это и символ Божьих благословений, духовных даров, если позволите. – Как думаешь, сейчас дождь идет в благословение или в наказание? – спрашивает Сонхва. Чонхо задумывается. – В благословение, – медленно произносит он. – Словно Бог пытается открыть мне, каким я был дураком. Вы же мои друзья, как я могу вас не принимать? От того, с кем вы встречаетесь или кто вам нравится, ничего не меняется. И мне жаль, что я не осознавал этого прежде. – Люди растут, Чонхо, – утешает его Ёсан. – Люди растут. Вполне нормально понимать, что ты был неправ, самое главное – быть честным с самим собой и уметь признавать собственные ошибки. – Лично я признаю, что в нашем городе нужно в любой сезон таскать с собой зонтик, – смеется Юнхо. – Пожалуйста, давайте побыстрее дойдем до кофейни, я уже промок до нитки. Обсудить всё мы и под крышей можем, в конце концов. Юнхо Мне разрешили рассказать тебе эту новость, ты только присядь Уён ты меня пугаешь. но допустим присел говори Юнхо Ёсан и Сонхва встречаются. Уён чего?? да ты меня разыгрываешь Юнхо Я серьезно! Уён ладно-ладно, я тебе верю вот теперь меня точно ничем не удивить поздравляю молодых, пхпхпхпхпхп ты с друзьями-то помирился? Юнхо Да, не поверишь, но Чонхо теперь не гомофоб Уён ура-ура мне купить тортик по такому случаю? ;) Юнхо Думаешь, это настолько большое событие? Уён если честно, то просто тортика хочется