Игра без поражений

Умирать не больно. Больно осознавать, что после смерти ты теряешь всех близких и дорогих тебе людей, а они тебя. Я только-только понял, что люблю важного мне человека... Жаль понял это слишком поздно. Странно, что мысли до сих пор при мне, хотя я даже не уверен, что это мысли, и что они мои. Сколько времени? Без понятия. Часы, дни месяца прошли с того момента? Или же метры, километры и так далее? Я ведь даже не знаю, умер я во время или после отвязки... Я не верю в реинкарнацию, хотя сейчас пожалуй хотелось бы. Хотелось бы начать всё сначала. Не допустить тех ошибок, что допустил когда-то, и добиться в новой жизни того, чего не успел или вовсе не мог добиться в той. Хочу начать всё сначала...

***

"— На лёд приглашается команда "Ледяные титаны", в числе которых любимчик публики - Лололошка Дейвисон!" —объявляют по громкоговорителям, после чего на лёд выезжает названная из девятнадцати человек команда. Все парни одеты в бело-синюю по расцветке экипировку. На трибунах громко приветствуют вышедших ребят, поднимая боевой настрой. "— ты заметил? Титаны явно не настроены проигрывать" —вновь говорит один из комментаторов. Второй следом за ним. "— ещё бы! Ведь сегодня кубок Континентальной хоккейной лиги! На кону открытие ворот за границу и НХЛ!" Ло вздыхает. Хорошо, что победа не повлияет на его побег в Монреаль. Он уже давно решил, что при первой же возможности уедет подальше от этих мест. Разорвёт к чертям все связи и начнёт новую жизнь в стране хоккея. Всё это время ранее у него не было достатка денег на этот переезд, но за столькие годы после нахождения в команде, Ло удалось накопить не мало денег с первого сезона КХЛ и ранее пройденных сезонов МХЛ. Этого вполне хватало, чтобы купить квартиру в Канаде. Единственной помехой оставался контракт, который к счастью истекал после сегодняшнего матча. Всё то же самое. Из раза в раз. Приветствие, гимн и прочее. Честно говоря порой даже иногда проскакивали мысли: "Лололошка, не надоело ли тебе всё это?", но нет. Шатен знал на все 101, что низачто не бросит хоккей. Просто нужно немножко потерпеть... Конечно... Он и так терпел двадцать три года, с самого рождения. Но теперь... Сезон оканчивается, как и контракт с клубом. И наконец-то можно быть свободным, свалить в Монреаль и жить там. Наконец-то.

***

"— ии... Гол! Шайбу забрасывает Лололошка Дейвисон, вырывая победу своей команды!" —в который раз слышно из микрофонов, развешанных над табло и ещё в нескольких частях арены. Команда радуется победе, все хвалят друг друга, тренер делает это со всеми, кроме Ло. М-да. Голубоглазому всё равно, тем не менее неприятный осадок в глубине души остаётся. С того случая прошло вот уже несколько лет, но на Лололошку всё ещё держат обиду. Ужасно.

***

Звук очередного объявления в самолёте заставляет вновь лишиться подступающего сна. Бесит. Дейвисон недовольно вздыхает, поправляя чуть съехавшую сумку. Основной багаж был загружен в другую часть самолёта, тем не менее некоторая необходимая мелочь осталась с собой, в небольшом шопере. Парень смотрит в окно. Красивый вид умоляет расслабиться, что всё же удаётся сделать. Мозг невольно начинает радоваться от мыслей, что наконец-то этот город и страна покинуты. В Канаде больше никто не помешает. Никто и ничто. От этого на душе становится легче. До посадки в Монреале ещё несколько часов полёта, но сон и час ночи брали своё, заставляя провалиться в крепкую дрёму. Всё же об уезде парень не жалел ни разу. Слишком много плохого и неприятного с ним было, чтобы дальше продолжать жить в этом месте. Теперь же можно было рассчитывать хоть на какое-то иное и более приятное будущее.

***

На борту самолёта вновь звучал громкоговоритель, но на этот раз с более желанной речью. Сложно не согласиться, что слова: "Посадка самолёта в порту Монреаль совершится через десять минут, просьба подготовить все имеющиеся при себе вещи." ласкают слух. Особенно после бессонной ночи, причиной которой стали неугомонные дети. Что ж... Кажется Ло уже был готов терпеть что угодно: он осуществил мечту своей жизни, остальное - не имело значения. Посадка была мягкая, это радовало. Единственное, что рушило всю гармонию момента - сильная утренняя свежесть, пожалуй даже холод. Канада в общем-то и не славилась теплой погодой в период наступаюшей осени, но всё же расчёт шёл на что-то менее жёсткое. Пол шестого на часах так и молило поскорее найти ближайший отель, заселиться там хоть за двести евро на несколько часов, а уже после добираться до приобретённой квартиры. Но поборов сон, собственный организм и приняв сторону мозга, хоккеист всё же заказал такси, погрузил все свои вещи и отправился в поездку, целью которой было прибытие в новый дом. Как же хорошо, что хоть в такси удалось немножко вздремнуть. Этого хватило, чтобы уже через пятнадцать минут, по приезду к высокой многоэтажке, чувствовать себя куда лучше, чем ранее. Перенести багаж заняло ещё какое-то время, это пробудило чуть сильнее, но и в то же время лишь вымотало. Спать... Хочется спать... Не смотреть на саму квартиру, а просто завалиться прямиком в кровать... Просто поспать...

***

Может и глупо, но даже спустя два месяца, после этого дня, Лололошка продолжал о нём вспоминать. Вспоминать то, как он потом проснулся уже вечером того же дня, поняв, что спал почти девять часов, а теперь нужно подумать о еде. Вспоминать, как по новой изучал хоккейные клубы Монреаля, пытаясь найти для себя лучший. Вспоминать, как осознал, что сейчас от спорта хочется передохнуть, а с окончательным выбором клуба, с который нужно заключить контракт, чуть повременить. И в конце концов вспоминать о том, в какую же неплохую команду посчастливилось попасть. С ними Лололошка уже выиграл два матча Канадской хоккейной, что довольно не слабое заявление о себе. Это всё, абсолютно всё, заставляло его чувствовать себя более... Живым...? Казалось бы, двадцать три года... Столь юный возраст, но уже в своей жизни парень успел повидать собственные падения и взлёты. Но... Несмотря на то, что всё казалось таким прекрасным... Таким радующим душу, разум и сердце... Таким свежим и приятным... Всё равно Ло чувствовал себя чужаком. Он прекрасно понимал, что дело не в другой стране, людях и так далее... Дело в нём. Дейвисон всегда, всегда чувствовал себя чужим. Абсолютно всю свою жизнь. Будто весь этот мир был для него чужим, а в него забросило по чистой случайности. Это ощущение выедало изнутри, кладя на всю душу цепи и прицепленный к ним снизу камень, что тянул вниз. Но что будет, если Лололошка всё же потеряет равновесие или силы? Что будет, если он всё же упадёт? В какую бездну это его утянет? Об этом немного страшно и неприятно думать, но в то же время понимание того, что это неизбежность, лишь вопрос времени, тоже приходило. А вдруг... — Дейвисон! А ну живо сосредоточься на игре! Опять в пространстве летаешь! —ругается тренер, крича с пустых трибун. Чёрт, опять... —ловит себя на мысли нападающий, приходя в сознание. В последнее время он стал часто за собой замечать, что будто вываливается из реальности и летает где-то в космосе своих мыслей. Зачастую даже не понимая, что с ним происходит. Коньки скользят по льду, нарезая снеговую стругу на поверхности. — эй, Лололошка, куда!? —ругается тренер, прожигая взглядом с трибун. Парень не останавливается, лишь бросает на последок. — в раздевалку отойду, лента на клюшке разматывается. —придумав оправдание, Ло скрылся в трибунной арке, уходя в коридор.

***

Надоело, надоело! Как же всё надоело-то, блять! Обычно тихая в это время раздевалка наполнена озлобленным рыком уже который день подряд. В последнее время, Лололошка и сам не понимает, что с ним: всё вокруг раздражает больше обычного, слишком много ухода в мысли, слишком все тупые какие-то, слишком клюшка неудобная, слишком... Агх! Дейвисон гребёт сквозь нескончаемый поток мыслей, пытаясь остановить себя, но выходит совсем иное. Он начинает чувствовать, как медленно и невольно учащается сердцебиение и дыхание. Пространство вокруг будто сужается и вот-вот раздавит. Дрожь становится последним фактором паники, что атаковала парня. — нет, б-блять... Нет, нет, нет... С-сук-ка... —шипит хоккеист. Его руки хватаются за раковину, а пальцы впиваются в керамическую поверхность с такой силой, что белеют костяшки. Правая рука быстро оказывается на собственной шее, сжимая её в попытке избавиться от боли, что режет горло, но практически сразу же смещается на лицо, закрывая рот и через силу заставляя себя дышать носом.

***

Пасмурно. Монреальские вечера в последнее время не радовали ни теплом, ни даже лучиком солнца. Примерно такое же состояние было сейчас на душе Лололошки: серо, сыро, облачно, дождливо, слякоть и холодно. Хотя в прочем последнее всегда преследовало хоккеиста. Как же он всего этого устал. И сказать никому нельзя. Дружелюбием парень никогда не отличался. Что детство, что юношество он провёл сам с собой. Даже родные родители казались ему совершенно чужими людьми. А что сейчас изменилось? Да ничего особо. Всё так же в одиночку, никого родного, никого, кому бы он был нужен или наоборот.

Если бы меня не стало,

по мне бы кто-то скучал?

Вряд ли. Кому нужен агрессивный социопат, который в порыве ярости однажды разбил человеку клюшкой голову? А другому типу нос сломал о лёд... Мм... Он не получает удовольствия от чужих страданий, не считает, что это вообще правильно. Но а каким бы был человек, если у него всю жизнь на душе одно состояние, которое, кажется, в любой момент может рухнуть и утянуть с собой на самое дно?

...

Оказаться на дне хорошо тем, что от него всегда можно оттолкнуться. Но если ты не тонешь? Если ты в толще воды и за всю свою жизнь не смог ни всплыть, ни утонуть? Это ещё хуже. Состояние полной беспомощности. Вопрос лишь в том, когда оно кончится? И будет ли на дне песок, а не ил, в котором можно безвозвратно погрязнуть... Уставшие глаза продолжали смотреть на экран телефона, никак не собравшись понизить яркость. Вся комната, не считая этого небольшого клочка пространства, окутана тёмнотой, хотя из панорамного окна тоже закрадывалось свечение огней города. Новости ни о чём не сообщали. Делать больше нечего, а время 23:28 говорило о том, что пора бы ложиться спать. Завтра тренировка будет рано сутра, по каким-то обстоятельствам её перенес... —

"Напоминаю: завтра приходим к 7:40.

После лёд будет занят другой командой..."

Что?...

Ло приподнялся, чуть нахмурившись от содержания всплывшего сообщения. Сон, как рукой сняло. — всмысле другой командой... Фигуристы же только с двенадцати... Кто ещё... —напрягся шатен. В чат сразу же начали писать и остальные парни. Значит они тоже не знали об этом. Время час ночи, разобраться на счёт этой "новой команды" не удалось ни с тренером, ни с кем либо вышестоящим. И что вообще завтра будет? Как тренироваться с другой командой? Что говорить остальным ребятам?

...

А разве они когда-нибудь слушают? "Капитан", да "капитан"... Одно лишь название... Тренер, как узнал о переходе Ло в команду, сразу же его главным среди остальных и назначил. А они что? А они и знать ничего об этом новеньком не знали. Откуда к нему бы уважение, почёт и распростёртые объятия были? Вот именно. И Лололошка всё это и сам прекрасно понимал. Любые взаимодействия с командой не давались. Либо словесные перепалки, либо даже до драк иногда доходило. А тренеру всё равно. "Хороший игрок, значит и капитан хороший!". Мда уж. Железная логика. Только вот этот хороший капитан - полный социопат и человек, который терпеть не может общение с людьми. Поэтому пусть сами разбираются с этим всем. Ло чувствует, что долго он тут не протянет. Невозможно, просто невозможно... Ещё и матч скоро... Отыграет и разорвёт контракт. А там... Может сразу же пойдёт искать новый клуб, может отдохнёт... Хотя в середине сезона найти, куда себя приткнуть - довольно сложная задача. Но в прочем, не с показателями голубоглазого. Его статистика - пропускная карточка практически во все клубы.

***

Отсутствие завтрака - не самое страшное, что может случиться до тренировки. Страшнее - сломанная клюшка... И вот как можно играть не своей? Не той, к которой уже привык? Невозможно, просто невозможно! Самый ужасный день. Лёд, который ещё каких-то десять минут назад начистили, уже был изрезан полосами от коньков, а по краям россыпью уложена стружка снега. Парни разделились на две группы: одна из пяти человек и такая же вторая. Начинается тренировка. Шайбу забирает Ло. В этом ему равных не было: кто бы ни пытался - реакция шатена превосходила всех товарищей по команде вместе взятых. Да и шайбу это вёл он уверенно. Несмотря на неудобства с клюшкой, парень всё равно отлично играл. Первый гол. Второй. Третий с пасом-передачей сокоманднику. Один в свои ворота. Неплохо. — отлично, ребята —хвалит тренер. — но учтите, с имперцами так легко не будет. Одного их Харриса достаточно, чтобы оказывать нашему Дейвисону должное сопротивление. Потому не расчитывайте на Лололошку. Их ребята сильны и я хочу от вас того же. Проиграть с ними матч будет очень неприятно. Поэтому постарайтесь, он уже на этой неделе. Ло стоял и слушал всё это. Да, о Джоне Харрисе он был наслышан за месяцы с лишним прибывания в Канаде. Один их лучших перспективных игроков хоккея страны, так ещё и молодой. Ровесник голубоглазого. А теперь им придётся сойтись лицом к лицу... Ведь помимо всех этих схожестей с Лололошкой, этот парень тоже нападающий и тоже капитан команды. Только вот для своих он... Более желанный капитан, чем Дейвисон своим.

***

Раздевалка. Шумное место, особенно в период до тренировки и после. Разгар того самого времени, когда все обсуждают тренировку, что-то из новостей и сплетен клуба. Ло обычно в этом всём не участвовал, а даже если его это касалось, старался избегать чрезмерного общения с парнями. Так и в этот раз: пока все бурно обсуждали ту команду, что будет у них заниматься, шатен просто собирался в сторонке, желая как можно быстрее попасть домой и позавтракать. — эй, Дейвисон. —вдруг прилетает откуда-то позади не самое вежливое обращение. Голубоглазый поднимает взгляд, оборачиваясь, чтобы найти того, кто позвал. — а что? Ты вообще в курсе, что там за сброд к нам прехал? —загружая экипировку в сумку, говорил один из второстепенных нападающих. Где-то из глуби раздевалки кто-то подловил и тоже начал расспрашивать. Затем ещё и ещё... — нет. Не в курсе. —безразлично ответил Ло. Поняв, что вопрос не чрезвычайной важности, он просто закинул сумку на плечо, намереваясь уйти, но его остановили. — и как же так, капитан? Давай, пойди, узнай, разберись со всем этим. В конце концов тренер ведь тебя не просто так главным назначил. Давай, хоть оправдай своё звание. —продолжал парень. Как же он бесил Лололошку. Хоть треснуть бы ему разок, чтобы не рвал последние канаты спокойствия. И всё едва ли сдержав порыв гнева, шатен вздохнул. —... Хорошо, ладно. —раздражённо ответил он. На голодный желудок вообще ге не хотелось проблем нагребать. — ну вот, совсем другое дело. Давай, в темпе вальса, наш любимый капитан. —раздражающе произнёс нападающий, а затем развернулся и продолжил собирать манатки. Ло покинул раздевалку, направившись на поиски тренера. Только вот того не оказалось в тренерской... Странно. Возможно на арене? Проверить стоит. Шагом, полным раздражения и невысказанного: "как же я вас всех ненавижу, суки...", парень пришёл к основному коридору и вошёл в арку, что как раз и вела на арену. Свет, отражаемый от вновь начищенного льда, врезался в глаза, слегка ослепляя. Но шатен уже знал маршрут, потому чуть сощурившись он спокойно прошёл к трибунам. Взгляд поднялся на места, где обычно располагались зрители и тренер, но второго там не оказалось... — да где же... —недовольно начал Ло, а после чётче расслышал звуки удара шайбы, скрежета коньков о лёд и обернулся в сторону арены. По льду катала та самая команда, о которой и шла весь день речь. Бело-оранжевое снаряжение, фамилии на спинах... Голубоглазый пригляделся. Играют они неплохо, даже пожалуй довольно хорошо... Особенно один из нападающих... Первый манёвр... Второй... Искусно забитая шайба в чужие ворота, и явно уже не впервые. Откуда-то с трибун с другой стороны раздался громкий голос тренера. Явно чужой и незнакомый... — так, отлично, ребята! Молодцы! Джон, продолжай в том же духе. Толбко отпрактикуй ещё несколько обманок и уводы шайбы. —говорил мужчина. Видимо тренер этой команды. — услышал. —отозвался парень со льда, наконец-то повернувшись спиной так, что можно было прочитать его фамилию на форме. Голубоглазый присмотрелся.

...

Харрис

...

— Харрис...!? —шёпотом проговорил Лололошка.

Что соперническая команда

забыла в их клубе...!?