Seven minutes in heaven.

„Because seven minutes in heaven,

Is all that I need when I get with him.

Seven minutes in heaven,

I hope in the end that I'm not a virgin.”

— "Seven Minutes In Heaven" — MSI.

***

Небольшой двухэтажный дом на пятерых. Не это ли рай? У каждого свои обязанности, кто-то готовит, кто-то убирает, а кто-то дурака валяет, и это всё — почти семейная идиллия. Никаких перемещений не было, никакого будущего и никакой отвязки, ведь после побега из Архея, Лололошка и Джон попали в родную, любимую реальность, где теперь могут отдохнуть сполна, хоть и ловить на себе недоумённые взгляды, например, Окетры или Джодаха. Отношения Лололошки и Джона вышли совершенно на другой уровень. Раньше, если они ссорились друг с другом и чуть не душили, то тогда сейчас они как женатая парочка: один переживает за другого, если находятся на одном и том же месте сутками, а то и больше, кормят и лелеят. Это странно. Даже Райя была в шоке, увидев отношения двух Лололошек друг к другу. "Неужели они стали настолько близки?" — задавалась вопросами обиженная Окетра, когда Джон мог делать с Лололошкой всё, что захочет, да хоть и мешаться будет, но Ло ничего и не скажет, лишь посмотрит на того, кивнёт, плечами пожмёт, или скажет, что прав. А вот Окетра даже логичного признания не может сказать своему бывшему рабу: слишком много времени он проводит с Харрисом. Её это так бесит, что чуть ли не рыдает в плечо Райи. Сам Харрис бесил не только её, но и Джодаха, который был готов в тюрьму времени закинуть того. Но увы, на удивление, Лололошка запретил. Ави и сам не понял, почему это он слушается какого-то мироходца, ведь он сам... Так, к чему это я веду... В общем. В этот день погода была пасмурной, дождь стучал по крыше дома и стекал по стёклам, образовывая небольшие лужицы на подоконнике. Выходить на такую прогулку не очень-то и хочется (хотя несколько минут назад Райя силком затащила Ло домой), но и ничего не делать тоже не хочется. Тогда сама Райя предложила поразвлечься: Семь минут в раю. Те, на кого попадает горлышко стеклянной бутылки, те и идут в небольшой, нет, даже можно сказать маленький шкаф в пустующей комнате на втором этаже. Все согласились, даже Джодах был не прочь отдохнуть от и просто поиграть. Почему бы и да? – А если в шкафу будет пыльно? Не особо-то и хочется портить мой костюм, – недовольно пробурчал Джон, сложив руки на грудь и садясь на пол. – Джон, не начинай, – недовольно закатывает глаза Лололошка, суша мокрые волосы полотенцем. Ну что вы, великого Джона Дейви Харриса отвлекли от важного дела — попытка починить чёртово Отправление, которое не хотело никак работать после того случая. Что-ж. – Ладно, крути бутылку, Джодах, – Ави посмотрел на Окетру, которая кидала заинтересованные взгляды на Лололошку. Вздыхая, он взмахнул крыльями, сложив их на спину. Одно движение — бутылка покрутилась. Все пятеро напряглись, думая, на кого же покажет горлышко. И вот, спустя пару секунд горлышко показало на Лололошку, который пожал плечами и улыбаясь, покрутил бутылку ещё раз. Окетра невидимо сложила пальцы, надеясь, что горлышко укажет на неё. Но... – Джон и Лололошка! – радостно заявила Райя, хлопая в ладоши. Пока названные переглядываются в недоумении, Окетра чувствует, что последняя нить надежды у неё рвётся, а сердце разбивается на мелкие осколки как фужер. С разочарованием в глазах и с лёгким удивлением она видела, как они встают и уходят на второй этаж, разговаривая о чём-то. За ними идёт и Райя, чтобы засечь заклятых семь минут. Первым в шкаф залезает недовольный Джон тем, что горлышко показало на него, хотя он догадывался, что пойдёт с Лололошкой, ведь сила кручения бутылки была небольшой, а значит, всё равно бы указала на Харриса. Дальше залез Лололошка, сразу садясь на деревянный пол, но увы, не помещается весь. Только он хотел сказать об этом Райе, как она захлопнула дверь. – Семь минут пошли! – крикнула она, уходя. Настала тишина. Шкаф скрипел под весом двух парней, а в особенности, когда Лололошка думал, куда деть свои ноги. – Джон, мне некуда ноги положить... – пробурчал полуэльф, оглядываясь и всё таки решаясь положить одну ногу на стену рядом с плечом Джона, а вторую немного поджать к себе. – Эй! У тебя носки воняют... – фыркнул Харрис, снимая излюбленные очки и кладя их на пол, с недовольством смотря на Лололошку, который, кстати, до сих пор был в своих очках. – Не преувеличивай, я их постирал только сегодня утром, – вздыхает он. Воздух был тяжёлым в помещении, от этого становилось ещё и невыносимо жарко. Лололошка видел, нет, чувствовал на себе пристальный взгляд Джона, то, как он по-любому задумывает что-нибудь такое, от чего Ло будет возмущаться. И точно: через две минуты Джон с лукавой улыбкой придвинулся ближе к своему двойнику, нависая над ним. – Джон? – недоумевает мироходец, нахмуриваясь и чувствуя, как тёплые руки с длинными фалангами пальцев снимают с него очки, убирая на пол куда-то в сторону. – У нас всего примерно пять минут осталось, поэтому нужно действовать быстро, – проговорил он на одном дыхании, ловя на себе взгляд, полный недовольства и осуждения, – Что? – Ты пару минут назад втирал про то, что запачкаешь костюм, а сейчас прижимаешься ко мне, – он фыркнул, видя в темноте, как Джон закатывает глаза, а потом цокает. – Ой, красотка, давай по делу, ага? Мне вообще не нравится, как на тебя эта синевласка смотрит. Будто живьём съесть хочет, – вымолвил он это, наклоняя голову в бок и начиная поправлять сбившееся пряди волос своего альтер-эго. Смотрит прямо в синие глаза, дожидаясь какой-то реакции или ответа. – А ты ревнуешь? – улыбается парень, зная намёки Харриса. Секунда, и рука Дейвисона легла на талию Дейви, сжимая её так, что кожа того покрылась бесячими мурашками. – Я не- – Да, да, я знаю, что ты хочешь тему перевести. Давай, вот... Так вот, м? – он расплывается в довольной улыбке, одной рукой поглаживая спину и талию двойника, пока второй начал заметно снимать белый халат, заставляя его упасть на пол. Тишина. Лололошка знал, как смутить этого невозмутимого альтер-эго с помощью обычных прикосновений. Джона это пугало, ведь он терпеть не мог прикосновения и всё, что с ними связано, однако когда дотрагивался до него Лололошка, это словно... Совсем другие ощущения. Приятные, вызывающие эйфорию и лёгкую дрожь. Даже сейчас он сжал руки в кулак до побеления костяшек на тыльной стороне руки, отпуская смущённый взгляд вниз. – Джон, ты же знаешь, что твои попытки доминировать надо-мной не получатся. Да? – он хихикает, а после надавливает на его спину, чтобы он наклонился к нему ближе. Одно мгновение — и учёный ощутил на своём виске поцелуй. Вздох. – Так, Лололошка. Всё, – он мотает головой и пытается отстраниться от своего двойника, пока не ощущает прикосновение к своим губам. Не смог удержаться. Прикрыв глаза, он поддался ненавистному самому себе искушению, отвечая на поцелуй Лололошки. Пытается взять контроль себе, но Ло настаивает: углубляет поцелуй и прижимает того к себе ближе. Борятся за власть, хотя Дейви понимал в душе, что доминировать над этим парнем — проблема вселенского масштаба в буквальном смысле. Он упрямый, сильный, красивый, сексуальный- Не в то русло мысли зашли у него. Сейчас возбуждение последнее, что он хотел бы. Всего семь, нет, кажется, уже три или четыре минуты. Наверняка не успеет даже до дрочки дойти, как уже Абер придёт и прервёт всё веселье. Лололошка не даёт ему отстраниться, двигаясь пальцами к резинке штанов, поддевая её и сманивая второго мироходца. Потом с причмокиванием отстраняется сам, покрывая поцелуями его щёки, скулы и уголок губ. – Ло... Лолошка... Хватит, – просит гений, жмурясь от приятных поцелуев. Он и сам бы не прочь взять и начать в полную меру отдаваться Первому, но риск в этой ситуации был довольно-таки огромным. – Если я перестану, тебе всё равно придётся помогать самому себе руками, – шепчет он ему на ухо, оставляя мокрый поцелуй под подбородком. Томный вздох. – Стой, – он отворачивает голову, ощущая манящие длинные пальцы холодных рук, что обжигают кожу тогда, когда они стали задевать край белой рубашки. – Что ты там про Окетру говорил? – улыбается Уильям, смотря на парня и расцеловывая его шею. – Я хотел- – прервался, зажимая рот рукой, издавая сдавленный стон. Проклятье. Поставил засос на самом видном месте. И проблема в том, что он никак не скроет его, ведь шарф сменил на оранжевый галстук в такую же чёрную клетку. Проблема так проблема. – Да? – не удерживается он, прижимаясь щекой к плечу своего альтер-эго и двумя руками скользя по ягодицам, в один миг сжимая их. Ещё один вздох. Джон не удерживаясь я уткнулся в основание шеи "друга", прикусив губу. Он сжал руками толстовку двойника, тяжело вздыхая от каждого прикосновения. Лололошка — та ещё катастрофа. Особенно тогда, когда они оба остаются наедине. – Джонни. Теперь-то ты думаешь, что мне интересна Окетра, а не ты? – его голос был божественен. Грубый, тихий, манящий и сладкий, как долбанный мёд. У Дейви уже крыша, наверное, едет, раз он стал в буквальном смысле зависеть от его голоса, рук, да и вообще от самого Лололошки. Заниматься сексом со своим же альтер-эго кажется чем-то нереальным, кажется сказкой и лишь неприличной шуткой. Если бы Джону из прошлого сказали, что он будет течь от каждого голоса и прикосновения какого-то его же двойника, он бы посмеялся. Сказал бы, что это невозможно и вообще он никогда бы так себя не повёл. Но что насчёт сейчас? Он сейчас на грани своей выдержки. До такого Лололошка сексуален, что он уже пытается сдерживаться, но не может. – Лололошка, я... – Ребята, семь минут прошло, я открываю! – слышится оглушительный голос Райи где-то вдали. Лололошка смотрит в сторону двери, а после оставляет поцелуй на щеке Джона, отстраняя его от себя и надевая очки, оставляя Джона в лёгком недоумении. Секунда, и двери отворились. Райя разглядывает двух парней с подозрением: Лололошка спокойный и невозмутимый, пока Джон шокированный, растрёпанный и красный. – Всё нормально? – спрашивает она, когда Лололошка первым вылазиет из шкафа, отряхиваясь. – Да, просто жарко, плюс мне некуда ноги было ложить... И пока вертелся, Джона задел, – он пожал плечами, уходя с комнаты с еле заметной улыбкой. А когда уже Джон опомнился, он надел халат и поправил воротник, чтобы засос не было видно. – Лололошка! – недовольно восклицает он, вылазия со шкафа и подхватывая очки. Райе лишь остаётся наблюдать, как Джон с недовольно-смущённой миной шагает за Первым. И никто не узнает, что творилось в комнате Лололошки ночью. Никто не узнает, кроме двоих — самого Джона и Лололошки.