Запах и тепло (чужого) тела

Это не было чем-то удивительным. Но неожиданным было точно. Когда тебе всю твою жизнь только и твердят, что ты не на что не способен, что ты монстр, ничтожество и лучше бы вовсе не существовал на этом свете, в приятные «мелочи» вроде пары на всю оставшуюся жизнь, и не верится будто бы. Со временем, пройдя долгий путь, полный боли и разочарования, он и сам уже не хотел подвергать предназначенную ему самой судьбой душу мукам нахождения рядом с ним. Но как нам все известно, судьбе абсолютно и глубоко плевать на то, что вы там хотите. Она делает все только так, как сама того захочет, а вы не сможете от этого отвертеться. Вас даже на том свете достанут, поверьте такие случаи были. И все же… Крепкий кофе. Апельсиновые корки. Сушеный табак и перечная мята. А также безумно холодные ладони. Идеальное сочетание. При их первой встрече Ацуши даже и не понял толком что же произошло. Тогда все было так сумбурно, пострадали его новообретенные друзья, потом его трансформация и дикая, просто невыносимо сильная боль от потери ноги. Но это случилось тогда, и к сожалению в силу непредвиденных обстоятельств никто ничего не понял. А потом… они встретились снова, а потом ещё раз и ещё и ещё. Разгромы города, конфликты организаций, бой за боем, пара войн проведённых бок о бок, крики, ссоры, недопонимания, а он все не мог надышаться, будто и не жил вовсе до этого момента. Крепкий кофе. Апельсиновые корки. Сушеный табак и перечная мята. Сам он понятия не имел какой его собственный природный запах, но острый слух и повышенное звериное чутьё помогали временами распознать как Рюноске украдкой вздыхает полной грудью и задерживает дыхание, стараясь вдоволь насладиться запахом самого близкого, помимо сестры, человека, и этого было достаточно. Если человека, предназначенного ему судьбой, так привлекает его природный аромат, то и знать не нужно какой он. Сам факт того, что Рюноске получает удовольствие от одного нахождения Ацуши рядом, делает последнего самым счастливым человеком на свете. Рю никогда не говорил какой запах у Накаджимы. Если уж быть совсем честными, они вообще не говорили. Ни о чем. Совсем. Просто… Когда все закончилось, стихли последние звуки битвы, а товарищи, пусть и избитые до полусмерти, были найдены живыми, Рю просто подошёл, сжал в крепкой ледяной ладони его переломанные пальцы и утянул за собой. Находясь в прострации от пережитого Ацуши и не думал сопротивляться, да что уж говорить, он даже думать не мог. Но когда его затащили в просторную светлую квартиру, от удивления он выдал лишь: –А я думал ты в склепе живешь. На это ничего не ответили, а пару месяцев назад точно попытались бы пробить голову чем-нибудь тяжёлым, ну или ногу оторвать, есть у Рюноске какая-то не хорошая привычка покушаться на его конечности. Но юноша молчал. Все так же не разжимая твёрдой хваткой он утянул блондина в уютную ванну, и как был в одежде затолкал под горячий душ. Ткань сразу неприятно прилипла к телу, по лицу грязными струйками стала стекать грязь и кровь, а от горячей воды поднялся пар, из-за чего стало трудновато дышать. Они стояли очень близко, прижавшись друг к другу лбами, тишина не давила как обычно и этот невероятный запах в паре сантиметров от него, все это потихоньку сводило Ацуши с ума, во всяком случае так ему самому казалось. –Что ты хочешь теперь.. – Молчи. – перебил его Рю. –Ничего не говори. Вновь повисла тишина. Ледяные руки, которые не смогла отогреть даже горячая вода, скользили по мягкой коже чужих рук, задирали ещё выше и так разорванные рукава когда-то белоснежной рубашки. Накаджима млел под мягкими касаниями, душ разморил тело, а запах любимого человека напрочь отключил голову. Были только они, в тесной душевой кабинке, помятые, избитые, разбитые на мелкие кусочки, войной и действиями самих себя в прошлом. Сейчас это не имело значения. Вообще ничего не имело значения, когда они рядом. –Ты больше не уйдешь. – прохрипел Рю, чуть склонив голову в бок. –Я тебя не отпущу. Раз уж я не могу ни на что повлиять, значит просто привяжу тебя к себе всеми возможными способами. Ты ведь этого хотел? И не смей потом опять жаловаться как не благодарна к тебе судьба, я такой какой есть, меня уже не исправить, ты можешь даже не пытаться.–наверное это были самые длинные мысли преобразованные в слова, которые Рюноске говорил вообще когда-либо в своей жизни. ––Но если все же осмелишься, если дашь мне шанс, дашь время… я просто.. хочу попытаться, хочу попробовать… Длинные пальцы легли ему на губы, заставив замолчать. Рюноске открыл глаза, которые зажмурил сам того не замечая, он смотрел на человека напротив и не мог понять за что ему это? За что ему был послан этот человек, который вытаскивал его раз за разом, был рядом, даже когда Рю собственными руками толкал его к пропасти,просто за что? В него не было ответов на эти вопросы. Был только запах. Запах карамели, клевера, скошенной травы и сосновых шишек. И глаза цвета фиалок, что смотрели на него с невообразимой нежностью и заботой, вне зависимости от ситуации в которой бы они оказывались. И больше ничего. Ацуши скользнул мокрым носов по мягкой щеке, замирая в сантиметре от чужих губ. –Пожалуйста. Дыхание сбилось, а сердце зашлось словно в пляске. Больше никто из них не произнёс и слова. Остались лишь жаркие неторопливые поцелуи, бесконечные нежные прикосновения тел друг к другу и тихие стоны, на этот раз вызванные высоким чувством принадлежности другому человеку и шум воды, что заглушал все звуки для остального мира, оставляя их наедине в это самое мгновение. Со временем их общий запах заполнил всю квартиру. И лёжа в мягкой постели, измотанные и разгоряченные, слушая чужой стук сердца, в голове крутилась мысль: «А Судьба все же не такая ужасная злодейка как может иногда нам казаться, все же она знает что делает». И это прекрасно.