О механизмах и чувствах

Каждое новое пробуждение было словно испытанием для Евы. Настал очередной день, где не будет ни маминых улыбок и объятий, ни звонкого смеха отца. Многие знали его как серьёзного человека, но в кругу семьи и друзей он преображался. Мама заботливая и нежная. Иногда даже чересчур, что перейдя в подростковый возраст Еву начало это раздражать. Она стала считать себя слишком взрослой для всех этих детских телячьих нежностей, но сейчас она бы всё отдала, чтобы ощутить их хотя бы один раз. Ей безумно не хватало родителей. Без мамы с папой мир внезапно опустел. И заполнить эту пустоту было нечем. Ева глубоко вздохнула и поднялась с кровати. Любая лишняя минута безделья могла вновь легко загнать её в ловушку под названием «Боль и слёзы». Девушка первым делом направилась в ванную. Быстро умывшись и собрав волосы в простую косу, Ева подошла к ванне и сняла с карниза для шторки одежду марионетки, что сушилась на нём. Она решила постирать её перед сном, чтобы к тому времени, когда марионетка Джеппетто вернётся его рубашка и бриджи успели высохнуть. Ева догадывалась, что они ему могут понадобиться, учитывая, в каком виде он явился в отель вчера. Ева задумалась не мог ли он уже вернуться, ведь прошла уже целая ночь. Нашёл ли он Джеппетто? Может марионетка только на пути к своему создателю? А может они уже вместе возвращаются в отель? С такими мыслями Ева вернулась в спальню. Она положила одежду марионетки на кровать и взяла из комода иголку и нитки, чтобы зашить рубашку. Повреждения были небольшими, так что через некоторое время белая рубашка стала совсем как новая. Удовлетворенная своей работой, Ева аккуратно сложила одежду и оставила на комоде. Только теперь она переоделась из сорочки в платье и спустилась к завтраку. Оказалось, что марионетка и Джеппетто ещё не вернулись и это известие её несколько опечалило. За скромным завтраком, приготовленным Полентиной Ева то и дело прислушивалась к дверям, но из пустого вестибюля не издавалось ни звука. Она очень волновалась за Джеппетто. С тех пор как он ушёл на бульвар Элизион от него не было никаких вестей и эта неизвестность пугала. Пусть она и не сблизилась с ним за всё время также, как с другими обитателями отеля, но тревоги за него это не уменьшало. Улицы кишели обезумевшими марионетками, которые едва завидев человека тут же бросались на него лишь с одним намерением — убить. Джеппетто был изобретателем, а не бойцом. Любая встреча с безумной марионеткой могла стать для него смертельной. Надежда была только на его новую особенную марионетку. Ева была готова молиться о том, чтобы марионетке удалось отыскать своего создателя и они вернулись в отель как можно скорее. Завтрак прошёл. Ева помыла посуду и взялась за приготовление обеда. Готовка обедов и ужинов была одной из тех обязанностей, которую девушка отобрала у Полентины, оставив ему только приготовление завтраков. Ева не могла похвастаться знанием высокой кухни — сложными технологиями приготовления, точностью пропорций и эстетичной подачей — как подавали блюда в ресторане отеля ещё совсем недавно, но зато от её еды веяло домашним уютом и теплом. И первой, кто заметил эту разницу была Антония. Некогда светская львица привыкшая питаться более изысканно впервые попробовав стряпню Евы сказала, что та напомнила ей времена беззаботного детства, когда вся семья собиралась за ужином. Такой отзыв одновременно и обрадовал, и опечалил девушку. Обрадовал, потому что Антония весьма высоко оценила её кулинарные способности, а опечалило потому, что ей самой вспоминалось тоже самое. Да и готовить её научила не кто иной, как мама. На похвалу Ева тогда смогла лишь скромно улыбнуться. Затем прошёл и обед. Когда Ева покончила с мытьём посуды она слонялась по коридорам отеля без дела. Выдумывать себе задания с каждым днём становилось всё сложнее. Людей в отеле мало, да и те чаще всего сидели по своим углам, поэтому наведённый ею порядок сохранялся надолго. Когда-то для поддержания чистоты в огромном отеле был необходим многочисленный персонал, теперь же её и Полентины хватало с головой. Большая часть отеля попросту не используется, так что и прибираться там смысла нет. Ева опять задумалась о марионетке Джеппетто. Уже давно минул полдень и с каждой минутой ожидание становится всё тяжелее. На улицах Крата творилось безумие. Ева не выходила из отеля с того самого дня, как переступила его порог, но легко могла представить, как теперь выглядели улицы города — тысячи гниющих трупов людей и животных, повсюду следы крови и марионетки, поджидающие свою жертву. Думая обо всём этом Ева до сих пор не могла понять, как смогла остаться в живых и добраться до отеля целой и невредимой. Тот кошмар она не забудет никогда. И зная, что где-то там находятся Джеппетто и его марионетка девушка не могла избавиться от тревоги. Занятая этими мыслями, девушка поднялась на несколько этажей вверх. Когда-то тихие и пустые длинные коридоры заставили бы её дрожать от страха из-за ожидания встретить призрака. Легенды о призраках и правда окутывали отель, тем более что раньше здесь находилась психиатрическая больница, однако теперь эти легенды казались девушке не более, чем детскими страшилками. Настоящий ужас ожидал снаружи, а отель теперь казался таким безопасным, что никакие здешние призраки больше не пугали. Ева подошла к окну в конце коридора. Отсюда хорошо было видно аллею Черасани и небольшую площадь после неё, что вели к главному входу в отель. Вчера Ева задумалась, как марионетке Джеппетто удалось проскользнуть мимо этого огромного железного монстра? Она ожидала, что гигантская марионетка всё ещё ошивалась у ворот, но присмотревшись увидела лишь груду искореженного металла… — Боже мой… — прошептала девушка, не в силах поверить своим глазам. Ещё вчера перед тем, как стемнело Ева видела эту марионетку, бродящую по площади из стороны в сторону, а теперь она лежала на земле поверженная. — Неужели это марионетка Джеппетто сделал? — Ева разглядывала марионетку почти прижавшись лицом к стеклу, словно хотела отпечатать это зрелище в памяти. В голове не укладывалось, как создание Джеппетто смог её одолеть. Он казался таким хрупким. Да, она знала, что внутри он сделан из металла, но его человеческая внешность вводила в заблуждение. А он, оказывается, настолько силён… Это удивительное открытие немного прибавило Еве уверенности, что новая марионетка всё же справится со всеми опасностями, что наполняли бульвар Элизион. Спустя, примерно, ещё час томительное ожидание наконец окончилось. Ева находилась в библиотеке, когда Звездочёт вдруг активировался. Сперва она заметила краем глаза голубоватое свечение, когда перебирала книги и протирала полки недалеко от дверного проёма, а потом увидела две знакомые фигуры. Все мучавшее её последние несколько дней тревоги как испарились. — Леди Антония, Джеппетто вернулся! — крикнула девушка пожилой женщине, что опять сидела у портрета, и спустившись с деревянной стремянки, поспешила в вестибюль. В ответ она успела услышать лишь радостное «О!». Выбежав из библиотеки и увидев изобретателя и его марионетку целыми и невредимыми Ева не сдержала вздоха облегчения. — А, мисс Ферретти, — сразу обернулся к ней Джеппетто. Видимо, услышал её возглас из библиотеки. — Наконец-то вы вернулись. Мы все так переживали, — произнесла Ева, с трепетом глядя на мужчину. — К счастью, всё обошлось, — ответил Джеппетто. — Мой сын подоспел как раз вовремя… — Ваш сын? — с большим удивлением спросила Ева, переведя взгляд на марионетку рядом. До этого она ни разу не слышала, чтобы Джеппетто отзывался о своей новой марионетке как о сыне. Справедливости ради, она мало общалась с изобретателем и мало интересовалась этой марионеткой, чтобы услышать это хотя бы вскользь. И в целом, это показалось ей довольно странным, но ведь у всех гениев есть свои причуды. Так ведь? Марионетка взирал на Еву всё тем же безучастным взглядом, от которого пробегает холодок по коже. — Да. Я полагаю, ты уже успела с ним познакомиться? — Джеппетто дружелюбно улыбнулся, указав на марионетку. — О, да, конечно! — отозвалась Ева. В мыслях девушки сразу проскользнули воспоминания о вчерашнем вечере. Она тут же постаралась отогнать их, опасаясь покраснеть в присутствии Джеппетто. — Хорошо, — сказал мужчина, а затем приблизился к марионетке. — А теперь ты не против, если мы пойдём в мой кабинет? Моему сыну нужно устранить пару небольших поломок, да и самому мне не мешало бы отдохнуть. — Конечно, — Ева бегло оглядела марионетку и заметила, что его одежда была снова испачкана маслом, но больше никаких повреждений она не заметила. Он выглядел вполне нормально. — Принести вам в кабинет ужин? — Да, будь добра, — ответил Джеппетто. — Пойдём, сынок, — он положил руку на плечо марионетки и легонько подтолкнул его к лестнице. Марионетка, наконец, перестал сверлить Еву взглядом и ушёл вместе с отцом. Девушка проследила за мужчиной и марионеткой, пока они поднимались по лестнице. Она рада, что марионетке удалось найти своего создателя. От этого на душе стало чуточку спокойнее. Когда Джеппетто и марионетка поднялись, Ева направилась на кухню. Она не знала, что со второго яруса вестибюля марионетка продолжал следить за ней. Вскоре Ева подошла к кабинету Джеппетто с подносом в руках. Дверь он оставил открытой. — Можно? — Ева заглянула в кабинет. Всё то время, что она была на кухне и подогревала суп с её лица не сходила улыбка. Марионетка сразу повернул голову в сторону девушки. Он сидел в кресле в углу комнаты, что был оборудован под небольшую мастерскую. Рубашка была снята, чтобы не мешать в устранении поломки. — Входи, — сказал Джеппетто, не отвлекаясь от работы. Ева прошла к рабочему столу мимо мужчины и марионетки, стараясь не смотреть на последнего. Она задумалась: как так получается, что она видит эту марионетку всего второй раз в жизни и во второй раз он предстаёт перед ней обнаженным? Ну, почти обнаженным. К счастью, штаны на этот раз на нём. Девушка почувствовала, что щёки опять начинают гореть. Она поджала губы, надеясь, что никто не заметит её смущения. Она поставила поднос на стол. Горячий овощной суп приятно парил, наполняя кабинет аппетитным ароматом. В дополнение к супу было два ломтика хлеба. Полентина испёк сегодня ночью. Девушка посмотрела в сторону мастера и марионетки. Джеппетто, кажется, полностью увлёкся работой и будто вовсе забыл, что кроме них тут находится ещё один человек. Тут она снова встретилась глазами с марионеткой. Под таким пристальным взглядом впору почувствовать себя добычей под прицелом хищника, пусть на хищника эта марионетка с человеческим лицом вовсе не похожа. Ева слегка улыбнулась ему и посмотрела, что с ним делал Джеппетто. Отсюда было лучше видно его манипуляции. Оказалось, мастер отделил участок кожи на правом плече рядом с ключицей марионетки и что-то там подкручивал. Ева ничего не смыслила в механизмах. Их домашняя марионетка редко выходила из строя, а если поломки всё же случались, то отец сам их устранял. Ева иногда наблюдала за ремонтом и это не вызывало у неё никаких особых эмоций, кроме детского нетерпеливого ожидания когда же няня снова пойдёт с ней играть, но сейчас видя, как Джеппетто отделил от тела своей марионетки кусок кожи… Ну, надо сказать, это выглядело немного жутко. — Я заберу посуду позже, — сказала Ева, собираясь уходить. — Да-да, — тихо отозвался Джеппетто, показывая, что услышал её. Ева направилась к двери. У самого выхода она кое-что вспомнила. — О, я могу занести одежду ваш… вашего сына, в которой он пришёл вчера в отель, — Ева обернулась в сторону мужчины и марионетки. Было немного странно говорить о марионетке, как о его сыне, но раз сам Джеппетто так его называет, то девушка подумала, что он хотел бы, что так же о марионетке говорили и другие. Она снова взглянула марионетку. Его глаза всё ещё были устремлены на неё. Джеппетто же впервые отвлёкся от своей работы и обернулся к Еве. — Почему его одежда у тебя? — спросил он и в обычно мягком голосе Джеппетто Еве послышались такие нотки, которых она раньше не слышала. Что-то среднее между подозрением и ревностью. Это застало Еву врасплох. — Просто… — начала девушка, сцепив свои ладони вместе и переплетая пальчики. Она вдруг почувствовала себя провинившейся ученицей, которую отчитывал строгий преподаватель. Хотя ничего плохого она на самом деле не сделала. — Вчера, когда ваш сын пришёл в отель, вся его одежда и сам он были очень сильно испачканы в машинном масле и грязи, и к тому же он был насквозь мокрым от дождя. Леди Антония отдала ему этот костюм, — Ева взглядом указала на марионетку, — а я предложила воспользоваться моей ванной комнатой, чтобы смыть с себя грязь, а потом я постирала его одежду. — при упоминании ванны на лице марионетки не отразилось даже намека на эмоции, зато Ева в очередной раз попыталась не покраснеть. То, что она помогала марионетке мыться она решила не говорить. Мало ли как Джеппетто это воспримет. — Но теперь, когда вы вернулись, я думаю, что теперь ваш сын может пользоваться вашей ванной когда захочет. Ну, а я могу дальше заниматься стиркой его вещей, если вы не против? — внимание Евы вновь зацепилось за оголенный участок механизма на правом плече марионетки. Марионетка перевёл взгляд на своего создателя, словно тоже ожидал его ответа. Джеппетто тоже оглядел своего сына и будто впервые увидел, что тот и правда весь испачкан. Если почему сам марионетка не обращал внимания на грязь на себе ещё можно объяснить, то почему этого не замечал Джеппетто Ева понять не могла. Она решила и это тоже списать на странности гениев. — Ты молодец, что позаботилась о моем сыне, — через пару мгновений сказал Джеппетто. Голос его сразу потеплел, а лицо смягчилось. Ева испытала облегчение. — Конечно, можешь занести его вещи. Я уже почти заканчиваю, — мастер улыбнулся девушке и снова приступил к работе. Ева улыбнулась в ответ, и в последний раз посмотрев на марионетку, опять поймала его взгляд. «И почему он постоянно на меня смотрит?» — подумала девушка. Она пошла в свою комнату за одеждой. Она не знала, что когда она вышла в коридор, Джеппетто снова посмотрел на место, где она только что стояла, но теперь в его взгляде не было ни капли тепла. Его сын тоже не заметил этого изменения, а если бы и заметил, то всё равно не понял бы, что оно означает. Ева быстро вернулась с вещами марионетки. Джеппетто как раз заканчивал работу. Она оставила одежду на журнальном столике и вышла обратно, по-прежнему чувствую на себе взгляд сына изобретателя. Она не хотела больше докучать Джеппетто. Если она и успела за эти полтора месяца что-то узнать о старом мастере, это то, что он очень ценит уединение. Да и в отдыхе он нуждался сейчас как никогда. Девушка направилась обратно в библиотеку. Стоило закончить начатое дело. Ева забралась на стремянку и взялась снова перебирать книги и протирать полки. В библиотеке она была одна. Леди Антонии уже не было. Сегодня та весь день себя плохо чувствовала, наверно, из-за переживаний о Джеппетто, но когда тот вернулся, Полентине, похоже, удалось уговорить свою хозяйку отправится отдыхать. Через пару минут Ева видела, как марионетка-дворецкий вернулся на своё место за стойкой регистрации.

***

Марионетка огляделся в ванной создателя. Она была примерно такой же, как и ванная Евы, разве что немного побольше. Его отец только что закончил ремонтировать его плечо и сразу отправил мыться. Он сказал сыну, чтобы тот впредь был внимательнее в бою. Повреждение было незначительным, но в следующий раз всё может оказаться намного серьёзнее и что ему нужно беречь себя, потому что он слишком драгоценный мальчик. Марионетка положил свои чистые вещи на тумбу рядом с раковиной, отстегнул от своего пояса лампу и маленькую сумку и стал раздеваться. — Таким темпами ты станешь самой следящей за своей гигиеной марионеткой за всю историю Крата! — сказал весёлый голос Джемини из лампы. — Две ванны за два дня! — лампа мигала тусклым зелёным светом, когда сверчок-марионетка говорил. В ответ было молчание. — Мда… — произнёс проводник, когда его шутка опять оказалась проигнорирована. Из его нового друга клещами слов не вытянешь. Больше пока Джемини ничего говорить не пытался. В отличии от ванной девушки у Джеппетто шампунь и мыло лежали на небольшой тумбочке. Полотенце висело на вешалке рядом с зеркалом, а шкафчик, точно такой же как у Евы, оказался и вовсе пуст. Действуя по вчерашнему шаблону, который задала Ева, марионетка положил грязную одежду в корзину и открыл воду, чтобы наполнить ванну. Пока она наполнялась марионетка посмотрел на себя в зеркало. Оно было достаточно большим. Разглядывая себя, марионетка воспроизвёл воспоминание, где Ева закричала и отвернулась, когда увидела его без одежды. Он посмотрел на деталь, из-за которой, как он догадался, произошла такая реакция, и не мог понять почему. Деталь как деталь. Немного выделяется на фоне всего его тела, но в целом он не видел причин, чтобы так реагировать. И также во время всего мытья Ева старалась не смотреть ниже его плеч. Сегодня же, когда создатель занимался ремонтом Ева оставалась спокойной, рассматривая его без рубашки. Не отводила взгляд и не прятала лицо. Непонятно. Он мог узнать о причинах поведения девушки у Джемини, ведь он много знал о людях, но не станет. За эти сутки марионетка уже успел понять, что ему не нравится, когда он что-то не понимает или не знает, а так же ему не нравится, когда его поучают. Зато ему понравилось находить ответы самому. Пока он добирался до отеля и был на бульваре Элизион, ему попадалось много записок, газетных вырезок, объявлений. Марионетка не понимал почему, но его очень увлекло собирать их и читать. Шестерёнки в его голове начинали работать усиленней, когда он старался понять смысл написанного. Это ощущение тоже странным образом ему понравилось, а потому и в данной ситуации ему захотелось найти ответ самостоятельно. Ванна наполнилась. Марионетка сел в воду и понял, что она прохладнее, чем вчера. Его брови чуть сдвинулись. Ему не нравится. — Приятель, проверяй температуру воды, когда набираешь ванну, — сказал Джемини. После того, как его маленькая оплошность была озвучена, его механизмы в области груди на долю секунды заскрипели. Это неприятно. Вот поэтому ему не нравится, когда кто-то другой указывает ему на его ошибку и говорит, как надо делать правильно. Он чувствует себя… глупым. Но это толкает его разбираться во всём самому. Горячей воды он всё же добавил, и когда температура стала такой же, как вчера марионетка полил волосы водой из ковша, потом взялся за шампунь. Вчера он внимательно наблюдал, что делала Ева, когда помогала ему. Он налил маленькое количество шампуня в правую ладонь и стал намывать волосы. И тут он почувствовал, что что-то не так… Ощущения были не такими. Точнее, их почти не было. Нет, он чувствовал, как его пальцы касаются кожи головы, но ощущение было нейтральным. То же самое, что коснуться рукой другой своей руки, а когда к нему впервые прикоснулась Ева… Это было похоже на слабый удар тока, который потом мягко распространился по всему телу. И от этого эрго внутри пришло в движение, точно так же, как когда он солгал, чтобы войти в отель. Сейчас этого всего не было. И это ему тоже не понравилось. Марионетка опустил руки в воду и уставился в одну точку. Ему не нравится мыть голову самому. — Что такое, приятель? — спросил Джемини увидев, что его друг завис с едва намыленными волосами. Марионетка перевёл взгляд на лампу, несколько секунд пристально на неё смотрел, а потом продолжил намывать голову, в очередной раз проигнорировав вопрос проводника.

***

За работой прошёл ещё около часа. Ева выложила все книги из шкафа на стол рядом и стала протирать полки. Она решила, что это будет последний шкаф на сегодня. Протерев шкаф, девушка стала расставлять книги на нижних полках, потом на верхних. Когда она забралась на стремянку с несколькими книгами в руках, то услышала тяжёлые шаги у входа. Она обернулась и увидела марионетку Джеппетто, а тот смотрел на неё. Теперь он был одет в чистый комплект одежды — в свои свободную белую рубашку и бриджи. — Здравствуй, — произнесла Ева и улыбнулась ему. Марионетка чуть склонил голову на бок. — Добрый вечер! — раздался бодрый голос. Ева вздрогнула, не ожидав такого. Она не могла понять откуда исходил голос, ведь губы марионетки так и оставались неподвижными. — О! Я здесь! — сказал проводник, поняв, что девушка в замешательстве. Марионетка отцепил лампу от своего пояса и показал её Еве. — Ах, лампа Монад, — произнесла Ева. Она сразу её узнала. Эти лампы были очень популярны несколько лет назад, но у неё самой такой никогда не было. — Так точно, мисс! — отозвался сверчок. — Моё имя Джемини. К сожалению, при первой встрече нам не удалось познакомиться. Я был не в лучшей форме, хе-хе, но теперь я в полном порядке! — Приятно познакомиться, Джемини, — ответила Ева. Она припомнила, что лампа и вчера болталась на ремне марионетки, но она не заострила на ней внимание, больше впечатлённая самой марионеткой. — А я Ева Ферретти. — Знаю, мисс Ферретти. Я хоть и был поломан и не мог ответить, но я всё прекрасно слышал. Можно я буду называть вас «мисс Ева»? — спросил Джемини. — Конечно, — улыбнулась она проводнику, затем снова посмотрела на марионетку. Он держал лампу на чуть вытянутой руке, примерно, на уровне лица и продолжал молчать. — Джемини, а у твоего друга есть имя? Боюсь, я забыла спросить его об этом вчера, но почему-то мне кажется, что он всё равно мне бы не ответил. Марионетка едва заметно нахмурился. — О, этого молчуна почти невозможно заставить говорить, — в голосе Джемини прозвучала усмешка. Ева поражалась, как проводнику правдоподобно удаётся имитировать человеческие интонации и эмоции. Голоса марионеток напрочь лишены эмоций, а вот голос Джемини был ими просто наполнен, и при том он тоже являлся марионеткой. — Молчит, как рыба, хех. Так вот, его зовут… Эм… А правда, приятель, как тебя зовут? — Ты не знаешь его имя? — удивилась девушка. — Честно говоря, я только что понял, что за всё время не слышал, чтобы его называли по имени. Даже мастер Джеппетто называет его сыном и никак иначе. Я называю его приятелем. — Выходит, у него вовсе нет имени? — Ева спустилась со стремянки, чтобы быть с марионеткой наравне. — Видимо, так, — подтвердил Джемини. Еве стало очень жаль эту марионетку. Неужели его создатель и правда не дал ему какое-нибудь имя? У всех марионеток, которых она когда-либо знала и встречала было имя, а у такой марионетки, как он, казалось, оно просто обязано быть. И вдруг оказывается, что у самой необычной марионетки его нет. Это казалось несправедливым и в какой-то степени даже жестоким. Марионетка опустил голову. Похоже, он и сам до этого момента он не осознавал, что у него нет имени. Джемини всегда обращается к нему «приятель», создатель называет сыном, а сам он слишком занят сражениями, чтобы задумываться об отсутствии имени. Тем более он проснулся только вчера. Ева заметила, что его брови нахмурились ещё сильнее. — Эй, — мягко сказала и девушка подошла ближе к марионетке. Не знала, как ещё к нему обратиться. «Приятель» звучало бы слишком неуместно из уст леди. Хотя «Эй» тоже звучит не очень, но больше она ничего придумать не смогла. Ева осторожно положила ладони на плечи марионетки. Тот сразу поднял голову и посмотрел на девушку. Его глаза выглядели безжизненно, но когда Ева коснулась его, то ей показалось, что что-то в его взгляде промелькнуло на миг. — Ничего страшного, что у тебя нет имени. Может Джеппетто его тебе всё-таки даст. Он, похоже, тебя очень любит, раз называет своим сыном. Или ты можешь придумать его себе сам, если хочешь, — Ева постаралась приободрить марионетку. Несмотря на то, что никаких эмоций на его лице нет он выглядел очень печально с опущенной головой. — А это неплохая идея, — отозвался Джемини. — Я рада, что ты оценил, — улыбнулась Ева. Она отпустила марионетку и вернулась к стремянке. Книги, которые она держала в руках, когда вошёл её новый знакомый лежали на самой верхней ступеньке. — Не хочешь помочь мне поставить книги на место? — спросила она у него. Марионетка посмотрел на Еву, потом на стол, заполненный книгами и кивнул. — Отлично, вместе мы управимся быстрее, — Ева поднялась и поставила лежавшие на стремянке книги на полку. — Просто подавай мне книги, хорошо? Марионетка поставил лампу на свободное место на столе и взял в руки первую книгу. Бегло её осмотрев, передал Еве. — Ты уже успел познакомиться с кем-нибудь ещё в отеле кроме меня, леди Антонии и Софии? — спросила Ева и только потом подумала, что он и так в первые десять минут своего пребывания здесь встретился почти со всеми. С Полентиной он знаком, оставалась только Евгения. Было ещё несколько выживших, которые жили здесь в отеле, но они в основном предпочитали оставаться в своих комнатах. О встрече с Евгенией она ничего не слышала, потому что, если бы он с ней встретился вчера, то сегодня оружейница все уши бы прожужжала Еве своим восторгами о марионетке, которую она так хотела увидеть. Марионетка отрицательно покачал головой. — Мы вчера ушли сразу после разговора с леди Антонией, — сказал Джемини, и Ева внутренне порадовалась, что он есть. Без него было бы сложнее построить диалог с молчаливой марионеткой. И опять она задумалась, почему он молчит? — Но я подозреваю, — продолжил проводник с весельем, — что мой приятель не против познакомиться местной кошкой. — Кошкой? — удивилась Ева, принимая из рук марионетки пару книг. Тот посмотрел на лампу, снова нахмурив брови. — Что ты так на меня смотришь? — спросил сверчок у марионетки. — Я вообще-то много чего замечаю и видел, как ты смотрел на ту очаровательную рыжую кошечку! — хихикал Джемини. Ева тоже не удержалась и тихо посмеялась. — Её зовут Весна, — сказала Ева. — И так уж и быть, я вас познакомлю. Может даже сегодня, если удастся её найти. Она любит гулять по всему отелю. — Думаю, это будет незабываемая встреча! — сказал Джемини всё ещё хихикая, а марионетка продолжал на него хмуро смотреть. Он передавал книги Еве почти не глядя на неё и девушка не упустила возможности тоже его порассматривать. Благодаря тому, что он снова был одет в свободную рубашку, открывающую его шею и грудь, она заметила, что на том месте, где Джеппетто проводил свою «операцию» нет и следа постороннего вмешательства. Кожа выглядела идеально. Нет ни шрама, ни шва, словно ему не вскрывали кожу и не отделяли кусок. Удивительно. А Джеппетто удивительной мастер. Еве теперь интересно, из какого материала сделана кожа марионетки. — О, я узнаю её! — воскликнул Джемини, когда марионетка взял в руки очередную книгу. — Один мальчик очень любил эту историю и благодаря ему все в Крате тоже знали её. Только я не могу вспомнить, кто это был… Ева взглянула на обложку. Она тоже узнала книгу. Джемини прав — не было в Крате человека, кто не был бы знаком с этой сказкой. Марионетка же просто рассматривал книгу. — Можешь взять почитать её, если хочешь, — сказала девушка с улыбкой. Марионетка на секунду посмотрел на Еву, потом снова на книгу, кивнул и отложил её в сторону. Он взял другую книгу и передал её девушке. Так они постепенно вернули все книги на место. Без марионетки она потратила бы гораздо больше времени постоянно спускаясь и поднимаясь на стремянку. — Ну, вот и всё, — сказала Ева, ставя на полку последнюю книгу. Она спустилась и приблизилась к марионетке. — Ты очень хороший помощник. Спасибо, — она мягко похлопала марионетку по правой руке, а потом слегка её сжала. Потом она отвернулась, чтобы убрать тряпку и ведёрко с водой. Марионетка опустил взгляд на свою руку и потом двигал пальцами, будто хотел сбросить напряжение. — Мой приятель говорит, что всегда рад помочь! — сказал Джемини. Марионетка кротко взглянул на лампу, а потом кивнул девушке в знак подтверждения. — Я пойду отнесу тряпку и вылью воду, — сказала Ева. — А потом, если ты не занят, мы могли бы вместе поискать Весну. Всё-таки я обещала тебя с ней познакомить, — хихикнула она. — Ты не против? Марионетка безмолвно согласился. — Хорошо, тогда подожди меня здесь. Можешь пока почитать книжку, — напомнила ему девушка. Ева ушла, а марионетка остался наедине с Джемини. — Какая замечательная девушка! Да, приятель? — произнёс сверчок. Марионетка, чуть помедлив, кивнул. Он смотрел, как удалялась Ева и когда она скрылась из вида обратил взор на книгу. Он взял её и открыл на первой странице.

***

Ева закрыла чулан, где хранился рабочий инвентарь. Она собиралась вернуться в библиотеку, как заметила рядом с кухней кошку. — Весна! Иди-ка сюда, — подозвала она рыжую кошку и та, услышав зов, сразу подошла к девушке, радостно подняв хвост. — Вот ты-то мне и нужна, моя хорошая, — Ева взяла её на руки. Весна была любимицей всего отеля. До катастрофы в Крате, когда отель ещё работал, все гости тоже были в восторге от этой кошечки. Весна просто купалась во внимании и была дружелюбна с каждым, кто с ней познакомился. Ева исключением не стала. Она сразу привязалась к кошке и та даже стала неким островком спокойствия. Всегда, когда Весна была рядом Еве ненадолго становилось лучше. Девушка не спеша шла обратно. Кошка на руках приятно мурлыкала, пока Ева почёсывала её за ушком. Зайдя обратно в библиотеку, она увидела, что марионетка стоит на том же месте, где она его оставила и читает книгу. Ева остановилась и, примерно, минуту просто смотрела на своего нового знакомого. Сейчас, когда он был погружён в чтение, можно было подумать, что перед ней стоит обычный человек. Не было этих типичных для марионеток подёргиваний. Просто юноша, который увлечён книгой. Не хотелось его отвлекать, но кошка в её руках начала ёрзать. Вот что-что, но долго сидеть на руках она не любила. — Знаешь, тебе очень повезло, что Весна попалась мне, когда я возвращалась сюда, — сказала Ева, подходя к ближе к марионетке. — Её иногда бывает сложно найти. Марионетка словно забыл о книге стоило ему увидеть кошку. Всё его внимание сразу стало приковано к рыжей красавице. Он рассматривал её, как некое чудо, и Ева невольно сравнила его с собой, когда она вчера почти также разглядывала его самого, впервые его увидев. Кошка тоже с любопытством уставилась на марионетку. Она продолжала мурлыкать, чем только подогревала интерес марионетки. — Хочешь её погладить? — поинтересовалась Ева и марионетка сразу закивал. Девушка улыбнулась и подошла к нему на шаг ближе. Она ощутила, как Весна в её руках напряглась. Марионетка протянул правую руку к голове кошки, а та потянулась немного вперёд, чтобы понюхать её. И вот, когда пальцы марионетки почти коснулись мягкой шёрстки на лбу животного, кошка вдруг зашипела и, выпустив когти, вырвалась из рук девушки. Марионетка резко отдёрнул руку, а Ева от неожиданности громко ойкнула. Кошка приземлилась на пол и убежала прочь из библиотеки. — Ха, Весна здорово тебя отшила, приятель! Похоже, твои чувства оказались невзаимны, — сказал Джемини всё тем же весёлым тоном. Марионетка окинул его хмурым взглядом, а потом опустил плечи. Его первый опыт взаимодействия с животным оказался неудачным. — Ничего страшного, — сказала Ева. — Честно говоря, такое поведение не свойственно для Весны. Она всегда со всеми дружелюбна. И с Полентиной тоже. Она даже часто сидит рядом с ним на шкафчике за стойкой регистрации в вестибюле. Может, ей просто нужно время, чтобы к тебе привыкнуть? — предположила она. Марионетка, как и следует, ничего не ответил, но по его опущенным плечам было видно, что его не радует эта ситуация. Или же он просто подражает этой человеческой эмоции, хотя непонятно, где он мог успеть её увидеть. Однако, его человеческий вид заставлял Еву сочувствовать ему по-настоящему. — Не расстраивайся, просто, наверно, надо набраться терпения, — Ева обратила внимание на книгу в его металлической руке и решила отвлечь его от неудачи с кошкой. — Тебе понравилась сказка? Марионетка посмотрел на книгу, потом на Еву и кивнул, а потом его лицо будто бы просветлело, словно у него появилась идея. Он показал девушке книгу и указал пальцем на название, а потом на себя. Еве понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что марионетка пытается сказать, а потом её брови прыгнули вверх, а губы сложились в кроткое «О». — Ты хочешь сказать, что выбрал себе имя? — осторожно поинтересовалась девушка. Марионетка активно закивал головой и Ева не смогла сдержать улыбку. — Пиноккио… — произнесла она, словно пробуя его имя на вкус. — Мне кажется, тебе очень подходит. Марионетка закивал снова. Ева, как и многие в Крате, хорошо знала эту сказку, и сейчас, когда её новый знакомый решил назваться именем Пиноккио, она вдруг осознала, что у него удивительно много сходств со своим деревянным прототипом. — Тогда я думаю, что нам не помешает познакомиться заново, раз теперь у тебя есть имя. Как думаешь? Марионетка на миг задумался, а потом кивнул. — Тогда… Я Ева Ферретти, — она сделала книксен, точно так же, как вчера. — Пи… — услышала Ева едва различимый юношеский голос. Она сперва не поверила своим ушам, когда поняла, что это произнёс марионетка. Он попытался сам назвать своё имя, но осёкся в самом начале. — Ого! — сказал Джемини. — Ты заставила его сказать аж целый слог. Я считаю это огромный успех! Марионетка снова опустил голову. Хотела бы Ева знать, о чём он сейчас думает, хотя она, похоже, сама не знала, что и думать. За время их короткого знакомства, она уже успела привыкнуть к тому, что он постоянно молчит, и услышать от него хотя бы простое «Пи» уже было чем-то невероятным. — Приятно познакомится, Пиноккио. Пи… — сказала Ева, совладав с потрясением. Она нежно улыбнулась ему, и марионетка почувствовал уже знакомое тепло внутри. Теперь у него было собственное имя…