Ты - мое любимое место в городе

Однажды, посоветовав клиенту латте с корицей, Айден даже не подозревал, что этот самый клиент станет частым гостем. Тот появлялся в кофейне почти каждый день: вечерами сидел за дальним столиком у окна, днём забегал за кофе на вынос, будто вечно куда-то спешил, а по выходным мог прийти с самого утра и подолгу наблюдать, как за стеклом кофейни медленно пробуждается город. И всегда — неизменно — в его руках оказывались латте с корицей и потрёпанный блокнот. Айден замечал, как парень что-то сосредоточенно записывал, затем яростно зачёркивал, снова писал, словно боролся с каждой строчкой. А после его ухода на столе часто оставались смятые салфетки, исписанные стихами. И Айден ни за что не признался бы, что аккуратно собирал их, а дома, при свете настольной лампы, бережно ламинировал скотчем — будто спасал от забвения чьи-то сокровенные мысли, боясь, что со временем чернила поблекнут и исчезнут навсегда. Однажды Айден решился написать ответ. Ему не хотелось, чтобы эти обрывки чужих мыслей так и оставались без внимания и ответа. Весь день он провёл в нервном ожидании, то и дело поглядывая на дверь. Когда тот парень наконец появился уже ближе к вечеру и занял свой привычный столик у окна, Айден, сделав глубокий вдох, положил рядом с чашкой аккуратно свёрнутую салфетку. «Кофе остывает, а я всё жду, когда ты поднимешь глаза». Айден быстро отошёл за стойку, но не смог устоять и украдкой наблюдал. Парень медленно развернул записку, пробежался взглядом по строчкам, и на его лице мелькнуло удивление. Затем он поднял голову и устремил взгляд прямо на бариста. Айден тут же покраснел, торопливо отвёл глаза и принялся протирать уже сияющую стойку, будто в ней заключался смысл всей его жизни. В тот же вечер после закрытия Айден нашёл ещё одну салфетку. Она лежала на привычном месте, но на этот раз была аккуратно прижата салфетницей и не смята, будто её специально оставили для него — в отличие от всех прошлых, случайно обронённых. «Ты рисуешь на моём кофе звёзды, а я ищу в них созвездия твоих веснушек. Николас» Айден почувствовал, как по щекам разливается тепло, и не смог сдержать улыбку. Салфетку с этими тщательно выведенными строчками он осторожно сложил и спрятал в карман рубашки, будто это был не клочок бумаги, а драгоценность. На следующий день, прежде чем подать латте, Айден вывел на пенке аккуратное сердечко. В ответ получил новое послание. Потом ещё одно. И ещё. А однажды вечером Николас остался в кофейне последним. За окнами барабанил дождь, город утонул в темноте, и только тусклые фонари рисовали на мокром асфальте дрожащие отражения. Айден закрыл заведение, снял фартук и, перекинув его через стойку, подошёл к единственному занятому столику. — Сегодня без салфетки? — улыбнулся он, кивнув на пустую поверхность стола перед Николасом. Тот закрыл блокнот и отодвинул его в сторону, но Айден заметил лёгкую дрожь в его пальцах. — Я хотел почитать тебе вслух, — тихо сказал Николас, наконец поднимая глаза. — Если ты не против. — Это будет ещё одно сравнение моих «глаз, как эспрессо»? — пошутил Айден, но голос его звучал мягко, и Николас в ответ улыбнулся, раскрывая блокнот на нужной странице. Он сделал глубокий вдох и начал читать. Это были не просто стихи — это было признание. О страхе, что чувства так и останутся лишь чернильными строчками на бумаге. О том, как кофейня стала его убежищем, а Айден — тем, кто вдохновлял его писать снова и снова. Когда Николас закончил, в затихшей кофейне слышался только шелест дождя за окном. Айден протянул руку и осторожно провёл пальцами по исписанным страницам, будто пытаясь запомнить их на ощупь. — Я сохраню это, — прошептал он так тихо, словно давал обет. — Каждую строчку. — Даже если они глупые? — Особенно если они глупые. Уголки губ Айдена дрогнули в улыбке. Он забрал пустую чашку Николаса и вернулся за стойку, чтобы приготовить две новые порции. Николас невольно последовал за ним, и когда Айден обернулся с чашками в руках, на стойке лежала ещё одна салфетка. «Ты — моё любимое место в городе» Сердце Айдена ёкнуло. Он аккуратно свернул записку и спрятал её в карман, собираясь унести ее домой, туда же, где уже хранились десятки других. — Для тебя теперь кофе в обмен на стихи, — улыбнулся он, подвигая чашку ближе к Николасу. За окном вечерний город постепенно затихал, но здесь, в этом маленьком мире между кофейных зёрен и исписанных страниц, время словно замедляло ход. Айден достал из-под стойки смятую салфетку — ту самую, что Николас оставил неделю назад с оборванной на полуслове строчкой. — Ты не дописал, а мне интересен конец, — он протянул её вместе с ручкой. Николас на мгновение задумался, затем перечеркнул прежнюю строку и вывел новую: «Я пишу о любви, но боюсь произнести слова вслух. Если бы ты был стихом — я бы повторял тебя наизусть»