Архитектор моего тела

◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌

«Любовь — это боль», — печатает двадцатичетырёхлетний Тэхён. Да и сомнений в этом нет… хм… никаких. Третье расставание за полгода. А всё почему? Хочется романтики… А Тэхёну, блять, не хочется. Видите ли, жёсткий секс — это совсем не то, что нужно омегам в этом мире. Желательно, что? Чтобы был верный, красивый, богатый… любил, на руках носил, облизывал с ног до головы… и это не фигурально. И ведь он даже не жестит… «Одноразовый секс… и плевать, что за него нужно платить. Вкусы — дело такое», — покручивается на стуле, обдумывая всё это, а потом заходит сначала на сайт одного интересного заведения, кликает в меню «Стоимость», прокручивает до необходимых услуг и… — Пум-пум-пум, — понимая, что финансовый запас едва ли покрывает одну такую встречу… хм…

◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌

Восемь лет спустя… Как люди становятся богатыми и успешными, спросите вы? И будете правы в этом вопросе, ведь каждому интересен ответ… Всё начинается с мечты, я полагаю. Когда надежды больше нет, то… Человеку нужен человек… да! Человеку нужен он сам и его сила воли, чтобы вставать каждое утро с кровати и идти вперёд. Спорт, правильное питание, жёсткий график и… Отдых вечером в пятницу после тяжёлой трудовой недели. — Добро пожаловать, господин, — на входе молодой альфа приветствует его, как обычно, подавая ключ-карту. — Господин, — но Тэхён лишь отмахивается, даже не повернувшись. Теперь Тэхёна знает весь город. Ему тридцать два, и он не последний человек в строительном бизнесе. Жёсткий, бескомпромиссный, уверенный в себе. Его голос пропитан ледяным спокойствием, но не каждый удостаивается чести слышать его. Разве что… Разве что его маленькие послушные друзья по вечерам пятницы слушают его короткие приказы, выполнять которые их обязанность. Каждый работает там, где может. Каждый работает там, где хочет. Щелчок двери за ним раздается в тот момент, когда он кидает свой пиджак на кресло. Внутри полумрак… То, чем он планирует заниматься не терпит сильного освещения. Только полутона. Полумрак. Удовольствие… Грани его настолько тонки для Кима, что часто омеги не выдерживают его удовольствия, ведь для них это пытка... насилие. Он закатывает рукава белоснежной рубашки, снимает галстук, кидая его вслед за пиджаком. Несколько пуговиц на рубашке тоже требуют немедленной свободы. «Идеально», — хищник вышел на охоту. Он делает медленные уверенные шаги по этой небольшой комнате. Кожа на лаковых туфлях хрустит, помогая его новой «жертве» уловить его местоположение в комнате. — Альфа? — Звук теряется, потому что Киму не интересен человек, ему интересны его чувства. — Альфа, — просто подтверждение. — Хм… — Ухмылка не обещает ничего хорошего, но это ведь даже хорошо? — Хороший мальчик, — азарт. Давно он его не чувствовал. — Это будет интересно, — вкусы? О них не спорят. Правила клуба — то, что должно быть соблюдено, но у Кима… у него привилегии. Он, как постоянный клиент, имеет вольности. Поэтому обращается он так, как ему нравится, а… хм… саб… может выбрать для себя любое слово… или фразу? Впрочем фразу обычно не выбирают. Ким берёт в руки стек и усаживается на второе кресло, рядом со столом, с которого он только что выбрал для себя одну из игрушек. Покручивает стек в руках, трогает кусочек кожи на конце. «Идеально жёсткий», — кончиком носа касается кожи на стеке, вдыхая её аромат, отгибает его немного, а потом впервые смотрит на альфу, сидящего на коленях посреди комнаты, облизывается. Альфа красив, в меру спортивен, а значит, наверняка ходит в зал. Но так только интереснее. Такие игры ему по вкусу, такие игры… ммм… Взгляд скользит по телу, и тело отзывается на это касание, несмотря на то, что на глазах у альфы уже есть повязка. Ароматы? Ни намека. Блокаторы давно стали нормой в современном мире, но у Кима такое впервые, потому что ранее омеги не скрывали свои запахи, пытаясь как-то воздействовать на него через животную натуру. Но альфа… Альфа у него хоть и не первый, но, вероятно, характерный. — Подойди, — он следит за движениями на полу. — На коленях, — осматривает, наслаждается каждым движением. Свободная, тонкая рубашка из струящегося материала расстёгнута и красиво демонстрирует рельеф, пресс напрягается на каждом шаге, шорты на свободной резинке готовы вот-вот соскользнуть с тела. Завораживает. Альфа продвигается неспеша, пытаясь сориентироваться на ранее услышанный голос и прибыть в пункт назначения. Его глаза плотно закрыты повязкой, что наверняка отражается лёгким головокружением. Но видеть господина ему не позволено. Однако, знал бы он, кому принадлежит этот голос, что отдаёт сейчас неспешные приказы. Его хотят слышать многие, и они готовы сделать ради этого голоса всё, что угодно. Но слышит его почему-то он. Дыхание слегка сбито от предвкушения дальнейших действий, по шее скатывается капелька пота, руки немного сдавливает, но… — Медленнее, — звучит снова этот голос, а потом тела касается что-то тёплое, но жёсткое. Тяжелый разочарованный выдох. — Ммм, любишь, значит, контраст температур, — довольно, а потом Ким встаёт на колени, практически вплотную. — Не сегодня, милый, — опаляет дыханием открытый участок шеи. — Слово, — сглатывает так, чтобы было слышно. — Скажи. — Как прикажете, — срывается с губ альфы. — Вижу, что любишь сложности, — ухмыляется и пододвигается так, чтобы губы в губы. — Что ж, с удовольствием послушаю, — встаёт, но наклоняется. — Но я должен буду услышать каждый слог. — Да, господин, — тот же ответ, что и в начале. — Не помню, чтобы я спрашивал, — выпрямляется, а кончиком стека ведёт по телу. Сначала Ким касается щеки, потом стек скользит по шее, груди, задевает сосок. — А что у нас следует за непослушание? — надавливает сильнее на горошину соска. — Накха… наказание, господин, — проговаривает каждый слог… пока. Ким резко убирает стек от соска и в воздухе слышится замах. Удар. По столу. Однако тело пронизывает это ощущение… страх… предвкушение… — Встань, — Ким рукой касается челюсти альфы, чуть сжимая руку. Альфа поднимается. Тэхён подхватывает ключ от наручников, открывает замок. — Руки перед собой, — альфа вытягивает вперёд руки. Щелчок. Ким легко касается цепочки и тянет на себя. Альфа не сопротивляется и просто следует. — Подними руки, — подчиняется, а Тэхён закрепляет наручники в нужном положении, проверяя несколько раз надежность. Отходит на шаг, любуется приятным видом. Альфа… его грудь вздымается от дыхания, он часто прикусывает губы, отчего они имеют приятный розовый оттенок. Рубашка красиво свисает с тела, её края неспешно подрагивают в воздухе. Тело… слишком красиво для более жёстких практик. Стеком Тэхён касается его колена, очерчивает круг и скользит им по внутренней части бедра, прослеживая реакцию тела, слегка приподнимает край шорт, движется вдоль члена вверх. Как только кончик стека касается нижней части живота, альфа вздрагивает с лёгким стоном. Тэхён довольно улыбается, но пока не подаёт виду. Стек скользит дальше, отодвигая края рубашки, медленно пробирается по контурам выше, касается соска. Ким сильнее надавливает, вызывая ещё один почти неслышный стон. — Мхм, — на грани слышимости. Тэхён делает шаг вперёд, сжимает его шею, но не сильно. Оглаживает кадык. — Я разрешал издавать какие-то звуки? — говорит в губы. — Нет, господин, — тихо. — Может, я разрешал тебе наслаждаться процессом? — кусает за нижнюю губу и слышит очередной полустон. Это будоражит, потому что губы альфы мягкие и влажные. — Не слышу. — Нет, господин, — так же коротко и покорно. — Стоп-слово помнишь? — сжимает челюсть сильнее. — Как при… — замирает на середине фразы, потому что чувствует стек под своими шортами. — Не слышу стоп-слово, — интонация всё жестче. — Как прикажете, — и альфа сглатывает, отчего Тэхён чувствует движение кадыка. — Хороший мальчик, — целует в область ключицы, но так, что после поцелуя сразу образуется небольшое пятнышко. — Один, — говорит вслух и отходит к столу. Альфа слышит только неспешные движения, скрип кожи туфель, звон цепочек, но лёгкая дезориентация из-за повязки на глазах и собственного положения даёт о себе знать. В голове образуется вакуум, но есть кое-что ещё. — Что следует за непослушание? — голос режет воздух. — Наказание, господин, — коротко. — Скажи мне, — Тэхён медленно обходит его. — Ты был послушным альфой? — проводит по телу альфы пером, создавая лёгкие щекочущие ощущения. — Нет, господин, — всё также на грани слышимости. — Мхм, — пытается сдержать лёгкий стон удовольствия, когда перо касается соска. «Чёрт», — пролетает в голове у альфы, ведь он не указал нигде про свою чувствительность. Тэхён улыбается, похоже, это будет ещё интереснее, чем он предполагал. Он уже и не рассчитывал на то, что ему однажды так повезёт. «Повышенная чувствительность», — звучит в мыслях без перерыва, пока он прокручивает все варианты. Он отпускает перо, а затем вновь замахивается. Быстро, резко, чтобы появился звук в воздухе, только удара не следует, следует касание тёплой рукой низа живота. Альфа вздрагивает, старается сдерживать дыхание, но делает несдержанный вдох, и атласная ткань на шортах предательски выдаёт его. Тэхён ухмыляется и ведёт рукой выше, касается сперва одного соска, сжимает, прокручивает, облизывает палец и возвращается к этому действию. — Господин, — почти жалобно, но Тэхён не останавливается. — Разрешено ли мне получать удовольствие? — щёки немного краснеют. А Тэхён касается языком второго соска, вызывая ещё один несдержанный вдох. — Пожалуйста, господин, — альфа не может сдерживаться, но Тэхён отвечает не сразу. — Нет, — отрывается от своего занятия и медленно проговаривает, а сам уже смотрит на губы альфы. — Нет, — повторяет свой ответ, сжимая сосок сильнее, и его губы касаются губ альфы. — Два, — стоит поцелую прекратиться. Альфа загнанно дышит, потому что поцелуй практически лишил его воздуха. Он пытается отдышаться, потому что всего слишком много. Он не видит того, кто находится с ним в одной комнате, но каждое действие отзывается в теле. А потом он вздрагивает, когда его и без того чувствительных сосков касается металл… но тёплый. — Никакого контраста температур сегодня, — а затем слышится ухмылка. Тэхён крепит на соски зажимы, соединённые между собой цепочкой. Руки скользят ниже, аккуратно стягивая шорты, поднимает оставленный ранее на полу стек, касается щиколотки одной ноги, ведёт выше по внутренней стороне голени. В области колен указывает стеком расставить ноги шире, ведёт по внутренней стороне бедра другой ноги, широкой стороной кожи касается яичек, следом слышит очередной полустон. Кожа исчезает. Взмах. Шлепок раздается неожиданно, альфа дёргается, от этого действия дёргается и цепочка, усиливая воздействие зажимов на соски. — Господин, — сдерживаясь и пытаясь дышать размеренно, — пожалуйста, — альфа отклоняет голову назад. — Пожалуйста, господин. — Тебе следует выражаться точнее, — замах, шлепок. — Мххм, — челюсть слегка подрагивает, а браслеты наручников сильнее врезаются в кожу. — Повтори, — чётко, а затем Тэхён сжимает челюсть альфы. — Чётко! — Прошу Вас, господин, — пауза, — Разрешите мне получать удовольствие, — альфа сглатывает, потому что у него это первый опыт, а просить разрешения… он не привык. — Удовольствие, — Ким перекатывает это слово на языке, обдумывая. — Хорошо, — он отсоединяет зажимы, затем карабин на наручниках, вводя в замешательство альфу. Подтягивает его за собой: — Лицом в подушку, ноги шире. — Улыбка сама собой появляется на лице, потому что… «Хм… наконец-то», — он точно знает, что у него свой подход. Собственное возбуждение тоже ощущается довольно сильно, но… они прошли всего ничего, да и ничего жёсткого даже не было, но… но и не хотелось, да и почему он так легко согласился? Он достает вибропулю, берёт новенький тюбик смазки. — Удовольствие, — повторяет он снова, а рука касается ягодицы, отчего альфа перед ним немного сжимается. Шлепок раздаётся неожиданно. И снова стон. Тэхён щёлкает колпачком и выдавливает немного лубриканта себе на пальцы, перекатывает, а потом касается анального отверстия, чувствуя лёгкие подрагивания альфы, один палец проникает внутрь, не встретив сопротивления. Тэхён чувствует, что альфа постепенно начинает двигаться. Замах. Шлепок. — Мхм, — звучит следом. Тэхён добавляет второй палец, а второй рукой постепенно подбирает режим на вибропуле. «А вот теперь начнём», — прикусывает нижнюю губу, когда подносит пулю ближе. Добавляет еще смазки и проталкивает пулю пальцем. Альфа сначала дёргается, а потом Тэхён включает нужный виброрежим, продолжая растяжку. Комната заполняется стонами, но стоит альфе начать движение, как он получает очередной шлепок, что лишь добавляет ощущений. — Да-а, пожалуйста, — слетает с губ, но никто не планирует останавливаться. Тэхён всё чувствует, всё понимает, но… он пережимает основание члена альфы, не давая прийти к кульминации. — Три, — укус в ягодицу. — Пожалуйста, — звучит от альфы. — Пожалуйста, — он запускает руки в волосы. — Вы же разрешили, — шёпот. — Разрешили. Тэхён не реагирует на просьбы. И тут нет чего-то особенного: к нему никто не обращался, стоп-слово никто не говорил. Правила клуба, правила Кима. Здесь точно всё учтено. Тэхён лишь вытаскивает пальцы, оставляя внутри вибропулю и переключая режим. Касания к возбуждённому органу ощущаются слишком остро, на что альфа вздрагивает мгновенно, вот только это и было нужно Тэхёну: теперь пуля немного изменила расположение, что отразилось и на звуковой динамике. — Господин, — судорожно. — Пожалуйста, Вы же разрешили, мне нужно кончить. — Нет, — отвечает спокойно. — Я разрешил наслаждаться. «Это всё какая-то пытка», — думает альфа, когда тело его подрагивает. Тэхён просто наблюдает. Его взгляд скользит по округлым ягодицам, он замечает, как альфа прогибается в пояснице, видит, как он сжимает волосы руками, слышит его приглушённые стоны, но вот чего он не слышит… так это стоп-слова. И это удивляет. Пытка наслаждением… мало кто может выдержать это. Метания альфы подводят того к новому пику, вот-вот, буквально пара движений… Рука Тэхёна оказывается снова на члене, он пережимает основание, снова лишив альфу удовольствия. — Чёрт, — слетает с губ. Шлепок. И альфа вздрагивает. Тэхён аккуратно извлекает пулю, затем следует очередной поцелуй в ягодицу. — Четыре, — Ким встаёт с кровати, расстегивая рубашку. — Перевернись, — снимает одежду, а в голове какая-то паника. Так давно он не добирался до кульминации. Всего-то пара прерванных оргазмов. — Всё хорошо? — уточняет, хотя вроде не должен. — Да, господин, — чуть дрожащим голосом. Раздаётся резкий вдох, как только Ким входит полностью. Альфа резко подаётся руками вперёд, пытаясь прервать момент. — Я разрешал? — пронзает атмосферу комнаты. И альфа складывает руки обратно. — Нет, господин. Тэхён постепенно набирает темп, не понимая, как они дошли до этого момента. «Как же хочется посмотреть альфе в глаза, чтобы запомнить…», — любопытство. — Пожалуйста, господин, — альфа заранее тянет это тихим голосом, потому что страх, что снова всё закончится, не дойдя до пика, всё ещё с ним. — Прошу… пожалуйста. Тэхён касается члена альфы, на что тот вздрагивает, понимая, что сейчас он снова ничего не получит. — Прошу… пожалуйста. Тэхён наклоняется для поцелуя. — Пять, — звучит сразу после, а потом Ким проводит несколько раз по члену альфы, и оба кончают одновременно. Альфа, кажется, даже отключается на мгновение. Забота! Вот что важно, когда ты немного играешь не по правилам. Голову немного кружит, но он постепенно выравнивает состояние, покидая тело альфы. Постепенно собирает на себя собственную одежду, а потом… — Нам нужно в душ, — шёпотом. — Я сейчас сниму повязку, — альфа дёргается. — Н-нет, — резко. — Всё хорошо, мы подписывали соглашение о неразглашении. Просто без повязки тебе будет проще, — он касается лица альфы. — Как прикажете, — резко выдаёт тот. — Как прикажете. Тэхён резко одёргивает руку, оставляя альфе тайну личности. — Я могу помочь? — искренне. — Я сам, — коротко. Пиджак. Поворот головы перед выходом. Дверь щёлкает.

◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌ ◌