dry your eyes

Знакомый запах наполнил его легкие, но он не мог дать ему точное определение, пока не вспомнил, как в детстве серьёзно заболел, и целых две недели ему пришлось дышать фенолом. За этим воспоминанием следовала картинка, как мама успокаивающе гладила его по головке и твердила, что все болячки скоро уйдут, не бойся, я с тобой. Но Сану никогда не боялся — до того момента, когда смерть протянула ему свою руку. Мда-а, в детстве он был намного храбрее. Открыв глаза, он уже понял, где находился. Глаза, непривыкшие к яркому свету, болели, и он сильно щурился. Сану обратно закрыл глаза, дав себе отдохнуть, и вдруг вспомнил: всё вспомнил. Визитка. Игра. 45,6 миллиардов вон. Смерти. Очень много смертей. Финал. Сон Кихун. Кихун выиграл. Но если Кихун выиграл, то почему он чувствует себя таким живым? И на ад не похоже, в рай же ему ни ногой. Хотя Сану едва мог двигаться, и тело ужасно болело, он впервые почувствовал себя таким живым. Рад ли он этому? Без понятия, потому что не уверен, что вообще умеет адекватно мыслить в данной ситуации. Подумать только: он вышел в финал и проиграл! Так долго к этому шел и в итоге проиграл! Причем не кому-то, а другу детства — Сон Кихуну! Тому самому неудачнику, живущему с матерью и зарабатывающему на жизнь непонятно чем. Теперь он потихоньку вспоминает: как начал сходить с ума от предстоящего финала, как зарезал Сэбёк, думая, слава Богу, что на одного соперника меньше. Потом ненавидел себя за эти мысли, и снова нескончаемо твердил, что она всё равно бы умерла, утешая себя этим. Затем последняя игра, снова эта кукла, но в тише едешь они не играют; объявляют последнюю игру: в кальмара, настольгия который раз окутывает его. Они с Кихуном дерутся друг с другом, как животные, давно потеряв человеческое. Сану кровожаден, и жаждет победы, но внезапно Кихун вонзает нож в его ладонь, и его пронзает сильная боль, притупляющая чувство безумия. Всё это время идёт дождь. Они дерутся долго, пока Сану не понимает, что оказался прижатым к земле, а сверху смотрит Кихун — мстительными глазами и с таким же ножом в руке. Он закрывает лицо, ожидая своей смерти — наконец-то она его догнала. Он добровольно отдаётся в чужие холодные руки. Ему становится спокойно. Слишком много мыслей было о смерти — он её заслужил. Но Кихун специально промахивается и уходит. Сану мысленно усмехается: «Конечно, не такой ты человек, Сон Кихун». Он хотел умереть от его руки, но придётся погибнуть от пули этих розовых тварей. Внезапно Кихун замирает и говорит, что хочет остановить игру. Сану просто обречённо вздыхает. (он серьёзно хочет всё закончить?) Значит, все эти жертвы были зря? Ну уж нет, Сану уже приготовился отправиться в иной мир и покончить с этим, такие жалкие неудачники недостойны жить. Он хватает нож и убивает себя, говорит какую-то бесмыслицу и бессознательно проваливается в вечный сон. Он дотрагивается до того места, где себя ранил, ощущая мягкость бинта. Это определенно чудо, что он выжил. Значит, его кто-то спас. Но в тех играх выжившими остаются только победители, так что он здесь делает? Может, это все было сном? Сану надеется, что эпизод впадания в яму долгов тоже был сном. Он решается приоткрыть глаза, всё ещё не привыкшие к свету, и осмотреться. Всё абсолютно такое же, как в больницах, и отражение в окне показывает лучи солнца и небо. Солнце... Он не знал, что скучал по нему. Сейчас оно такое яркое и теплое, но в тот день оно скрылось, не желая наблюдать за жестоким противостоянием двух друзей детства. За размышлениями он не заметил, как дверь открывается, и в комнату заходит врач. — Как себя чувствуешь? — будничным тоном спрашивает человек в халате. Сану находит в себе силы не прохрипеть: — Нормально. Врач что-то записывает, тем временем у Сану в голове мешаются несколько тысяч вопросов, которые он пытается выстроить в определенный порядок. — Хорошо, — мужчина уходит за дверь, и Сану понимает, что он не успел задать ни один вопрос, но слышит: — Он очнулся, можете заходить. И в комнату заходит очередной гость, только необычный. В этот момент Сану понимает, что кошмар его не кончился, а лишь приобретает новые краски. ‎ ‎Гость его будто вышел из маскарадного театра и выглядел, честно говоря, нелепо. ‎ ‎— Я рад, что ты жив, Сану. ‎ ‎Голос гостя звучал механически и знакомым. Такой он был у всех охранников. ‎ ‎Сану почувствовал, как тошнота подступает к горлу. Он шипит: ‎ ‎— Кто ты такой? ‎ ‎— Я тот, кто спас тебе жизнь, сделав исключение. Ты особенный и я хочу тебе кое-что предложить. ‎ ‎Но его не удовлетворил такой ответ. ‎ ‎— Кто ты такой? ‎ ‎Человек в маске лишь коротко вздохнул. ‎ ‎— Ладно. Так уж и быть. Я ведущий игры, в которой ты принимал участие. Думаю, не составит труда вспомнить. В последней игре ты позорно сдался, но я решил дать тебе второй шанс и предлагаю тебе работу. ‎ ‎Сану просто отказывается верить в происходящее, надеясь, что все это - продукт его безумия.