Рубины и осколки чёрного стекла

«Мы говорим на разных языках. Плачем на одном»

(с) М.С. Туровский)

***

Фэш никогда не плачет. Так учил его папа. Диаман всегда говорил: «Настоящие мужчины не плачут». Всегда сравнивал их с каменной стеной, что не может сломаться, и выдержит любые пробития врага. Но камень можно разбить. Даже самый толстый и самый крепкий. На это способны только любимые. В память Фэша навсегда врезалась душещипательная и неожиданная для 5-летнего мальчика картина. Диаман плакал. Первая слеза была стерта тонким пальцем его великолепной жены Селеной, чьи карие глубокие глаза тоже были красными и блестящими от соленой воды. Вторая капля упала будто в замедленной сьемке на мантию, образовав маленькое озеро на ткани, в то время как третья была смыта в чувственном поцелуе, полного отчаяния и безнадежности… Фэш, стоя в темноте между лестницами в Главную Башню Змиулана, не понимал, почему они плачут, а их плечи ходят ходуном, пальцы трясутся, будто они замерзли. Но маленький Фэш никогда не забудет эту картину. На следующий день после его ждал весьма хороший разговор с родителями. Они много смеялись, шутили и играли. Драгоции не хотели рассказывать мальчику о беде, которая настигала их, боялись подставить и напугать его до смерти. Они ему говорили, что все будет хорошо, что он вырастет умным, сильным, смелым и Великим. Обсуждали мечты и будущие планы. Смешно, что смерть с того момента будет буквально подстерегать бедного Драгоция вплоть до самой Коронации почти 17 лет. Фэш навсегда запомнит две картины. Слёзы папы и разговор. Ведь на следующий день родителей он больше не увидит. И на следующий после него, и не на следующей неделе, месяце, и даже году. В Главной башне сегодня стояли античасы и глушитель звука. Потому что тонкий надрывистый крик скорби и вины, доносящийся из двери новозаселённой комнаты старших учеников, не смог бы выдержать даже взрослый, один из которых, кстати, стоял, прислонившись спиной к стене, в темном коридоре напротив этой двери. Его светло-русые волосы налезли на ладони - они держали лицо. Ладони, которые последний раз обнимали вчера друзей. Ладони, которые провели огненный крест перед их лицами во время падения с башни. Лицо, которое перекосило такая же скорбь и внутренний отчаянный вой в душе. Зелёные глаза, полные редких солёных слёз, вмиг утратившие свой юношеский блеск и намёк на счастье. Так, в Змиулане плакало 2 часовщика, находясь через стенку друг от друга. Один маленький, второй уже взрослый, но всё такой же глупый и наивный в свои 25. А слёзы предназначались двоим ушедшим из жизни душам — молодой пары и распавшейся семьи Диамана и Селены Драгоциев.