Шёпот в грозу

      — Блэк, ты совсем с ума сошел?! — Марисса чуть ли не пыхтела от злости.       Какого, извините, черта он решил, что пробовать свои новые розыгрыши надо именно на ней? И вот как всё соединил, гаденыш! Только вчера она говорила, что не прочь поэкспериментировать с волосами, так сегодня он решил ей помочь!       Родителей дома не было, так что Марисса со спокойной душой могла обвинять Блэка во всех смертных грехах. Обычно Флимонт и Юфимия со снисходительной улыбкой наблюдали за ссорами своей младшей дочери с Сириусом, гостившим у них который раз. И в конфликтах, хоть и несерьезных, принимали сторону совсем не Мариссы.       А в этот раз Блэк перешел все границы!       На громкий возглас все сидящие в зале дома Поттеров — Джеймс, Лили и сам Сириус — обернулись, удивленно поглядывая на дверь в ожидании. В глазах Блэка промелькнуло некое предвкушение, не ускользнувшее от внимательного взгляда Поттера. Джеймс с немым вопросом посмотрел на друга, но тот ничего не ответил.       — Что ты уже сделал, Сириус? — спросила Эванс, чуть прищурившись, словно надеялась его раскусить.       — Ничего особенного, Ли, просто помог ей с тем, на что она не могла решиться сама.       Его слова подействовали на только что появившуюся в зале Мариссу как красная тряпка на быка.       — Ничего особенного? — неожиданно тихим и ровным голосом переспросила Поттер.       Все перевели взгляд на неё, и реакция была у каждого своя. Лили удивленно ахнула и прикрыла рот рукой, таращась на волосы Мариссы, словно вместо них там змеи. Джеймс сначала опешил, а затем рассмеялся и чуть ли не валялся на полу от смеха. Если бы взглядом можно было убивать, то сейчас на одного Поттера в мире стало бы меньше. А все потому, что ее обычно каштановые волосы теперь были темно-вишневого цвета. К самому оттенку вопросов не было, выглядело действительно симпатично, но вот то, что этот самовлюбленный индюк и так далее по списку Блэк сделал это без её спроса... Так что Марисса злилась до ужаса.       — Тебе так идет, — он опять хохотнул, не в силах говорить серьезно, — красный цвет! Я знал, что ты гордишься тем, что учишься на Гриффиндоре, но чтобы прям настолько.       Джеймс протянул руку, отбивая пять Сириусу.       «О, ну конечно, кто бы сомневался, что этот олень одобрит такую шутку!» — зло подумала Марисса, переводя взгляд с одного на другого.       Лили в этот момент ударила Поттера по плечу тыльной стороной ладони, намекая, что ему пора заткнуться.       — Не все так плохо, Риса, тебе действительно идет… — спокойно сказала Лили.       — Не все так плохо?! — взорвалась Марисса, которая все это время не сводила взгляда с Блэка.       Он вальяжно раскинулся на кресле, а с его лица не сходила самодовольная ухмылка. Напряжение между ними росло, воздух словно наэлектризовался, и возникало ощущение, что сейчас кого-то точно ударит током. Его серые глаза смотрели в её карие. Сначала Сириус не сводил своего взгляда с нее, поддерживая зрительный контакт, а в одно мгновение оценивающе скользнул по ней, прекрасно зная, что это её окончательно выведет из себя. И не прогадал.       — Блэк, ты совсем сумасшедший. Клянусь Мерлином, если бы можно было, я на тебе живого места не оставила бы! — возмущенно крикнула она.       И вдруг схватила с ближайшего кресла подушку и кинулась в сторону Сириуса. Блэк, отреагировавший мгновенно, бросился в другую часть зала, громко смеясь. Лили и Джеймс лишь со счастливой улыбкой переглядывались, пока друзья играли в догонялки и пытались чем-то друг в друга швырнуть. У Мариссы это получалось с завидной частотой.       Но угроза того, что они сейчас разобьют что-то из матушкиной коллекции, тяжелой тучей висела над ней, поэтому Блэк и Поттер одновременно плюхнулись на диван по разные стороны. Марисса уместилась под боком у Лили, а Сириус по-доброму закинул руку на плечи Джеймсу.       Завязался непринуженный разговор, однако вскоре все разбрелись по своим делам. Лили вызвалась приготовить обед, а Джеймс горячо заявил, что будет помогать. Хоть никто и не поверил, спорить не стали. Сириус пошел в библиотеку, вдруг проявив интерес к каким-то книгам, что хранились у Поттеров. Ну а Марисса решила, что самое время разобрать шкаф, где хранились разные вещи: школьные учебники, милые колдографии, памятные подарочки. Что-то пора выкинуть, а что-то положить.

***

      Время близилось к полночи, но сна не было ни в одном глазу. Чертова гроза! Было стыдно признаться, что хваленая гриффиндорка боится какого-то природного явления, особенно с современными технологиями. Но факт оставался фактом. Вспышки за окном раздавались все чаще и ярче, а гром звучал всё громче. Поэтому Марисса сидела на кровати, откинувшись на стену. Подтянула к груди колени и обняла, будто это поможет унять дрожь.       «Всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо», — крутилось у нее в голове без остановки. Однако легче не становилось.       В таком положение и с такими мыслями Марисса просидела около получаса, и, кажется, ей на мгновение стало менее страшно, но тут молния ударила особенно ярко, а какой-то треск раздался слишком близко.       Поттер поняла, что идти к брату не вариант: они с Лили видят уже десятый сон. И втискиваться к ним на узкую кровать не очень-то и хотелось. Оставался Блэк. Но даже подумать страшно, какая муха должна её укусить, чтобы она в здравом уме пошла к нему посреди ночи.       В эту секунду комнату вновь осветила молния.       — Если так подумать, можно обойтись и без укуса мухи, — чуть истерично сказала Марисса, вслушиваясь в тишину, перебиваемую порывами ветра и сильным дождем.       Поттер схватила свой любимый шоколадного цвета плед, подаренный братом на одиннадцатилетие. Сначала Марисса хотела забрать его в Хогвартс, но в последний момент передумала и вытащила его из чемодана прямо на вокзале. Мама удивленно смотрела на дочку, которая впихивала плед ей в руки, а отец мягко улыбнулся и потрепал по голове теперь довольную дочь.       Комната Сириуса находилась прямо напротив её, в то время как комната брата была далековато: родители так их разделили после того, как несколько раз подряд застукали детей в чьей-нибудь комнате. Но, если признаться, это не особо помогло. Джеймс и Марисса при свете дня выискивали путь, при котором половицы не будут скрипеть и их дорога будет максимально бесшумной. Так что Флимонту и Юфимии пришлось смириться.       Думать про то, что ночная одежда была не очень скромная и весьма открытая, не хотелось. Что там разглядеть сможет Блэк в такой-то темноте?       Сначала Марисса хотела постучать, но звук грома заставил шевелиться быстрее и проигнорировать некоторые рамки приличия. Хотя идти чуть ли не полуголой в комнату к парню, наверное, тоже не особо прилично.       — Блэк, спишь? — громким шепотом спросила Поттер, зайдя в комнату. Она сразу перевела взгляд на кровать, толком не задержав его ни на чем.       Сириус лежал на животе в одних пижамных штанах. Темные волосы резко контрастировали на белой наволочке и такого же цвета простыне. Марисса покраснела, когда он перевернулся на спину и приподнялся на локтях, стараясь рассмотреть того, кто потревожил его сон.       Поттер старалась не опускать взор ниже лица, но соблазн был слишком велик. Она лишь на долю секунды спустилась глазами вниз по его торсу, а затем закусила губу и досадливо отвернула голову. Может, всё-таки третьей к Джейму и Лили? Эванс против точно не будет. Марисса тяжело вздохнула. Поттер выкинет её за шкирку, как нашкодившую кошку. Блэк зашевелился, усаживаясь на кровать ровно.       — Марисса, что случилось? — хриплый голос вызывал табун мурашек, а в мыслях рисовались очень и очень постыдные картины. Хотелось убежать, чтобы не слышать эту хрипотцу в голосе. Но в то же время хотелось остаться тут навсегда и слушать часами.       — Можно у тебя поспать? Я грозы боюсь.       Даже в темноте она увидела, как удивленно расширились его глаза. Ничего не сказав, Сириус отодвинул тонкое одеяло со второй половины кровати. Посмотрел на нее и похлопал по месту около себя. Пока она тихо шла к кровати, о чем-то напряженно думая, Блэк окинул её взглядом. Он бы соврал, если бы сказал, что она выглядит непривлекательно. Даже с растрепанными красными волосами, которые он сам же и покрасил и которые до безумия ему нравились, с заспанными глазами и этим пледом, который обнимала двумя руками, она заставляла его сердце биться быстрее и приливать кровь не совсем туда, куда надо.       — Спасибо, — Марисса легла на спину и уставилась в потолок, слушая размеренное дыхание Сириуса.       Он тоже лег прямо, и теперь они касались плечами. Гроза больше не казалась такой страшной. Блэк, лежащий рядом, и её собственные мысли были страшнее. Как не кстати вспомнилось всё, что было в Выручай-комнате.       — Давно ты боишься грозы? — невинный вопрос, но страх вновь её сковал.       — Да, лет с семи, — после паузы ответила Марисса.       — Почему?       — Прочитала в новостях, как в магловской деревне молния ударила в дома и все погибли, — она закрыла глаза, чтобы не увидеть в его привычный скепсис. Даже брат считал, что пора это перерасти.       Марисса так и лежала зажмурившись, дожидаясь какой-то реакции. Но почувствовала только шевеление и в нерешительности приоткрыла глаза. А затем в немом удивлении распахнула, когда увидела, что Блэк нависает над ней и изучает ее лицо. Она не знала, что за мысли ворочались в его голове, но глаза были до невозможного темными.       — Хочешь, сделаю так, чтобы сейчас тебе не было страшно? — прошептал он очень тихо, но расстояние между ними было настолько мизерным, что Марисса без проблем расслышала.       Она сглотнула и кивнула, не совсем понимая, что именно он хочет. Хотя, что хочет сама, уже давно поняла. Особенно ясно стало это сейчас, когда Поттер опустила взгляд на его губы и облизнула свои, вдруг пересохшие.       — Ты такая забавная, Миса, — с улыбкой шепнул он и, не дав возможности возмутиться на такой сомнительный комплимент, накрыл её губы своими.       Уперевшись в матрас предплечьем, второй рукой он пробрался под майку, поглаживая талию. Тонкая майка, в которой она пришла, не скрывала ничего и, к его ужасу, подчеркивала её реакцию на прохладу, что тянулась из приоткрытого окна, и… не только на неё.       Марисса крепко держалась за его плечи и притянула Блэка ближе, желая ощутить тяжесть его тела на себе. Его язык ловко проскользнул ей в рот, заставляя задыхаться в ощущениях. Это было мокро, горячо и до чертиков пошло по меркам Мариссы. Поттер резко выдохнула ему в губы, когда Сириус скользнул рукой по бедру, не останавливая руку нигде. Она понимала, что он не позволит себе прикоснуться к ней серьезно по двум причинам. Одна из них — то, что Марисса еще не достигла совершеннолетия по меркам волшебного мира. А вторая… Вторая причина сейчас спала в другой части дома, но от этого не становилась менее важной.       Поэтому Блэк снова вернул руку ей на талию и стал вырисовывать какие-то линии у нее на животе. Марисса не знала, что ей двигало и что ей ударило в голову, но в следующий момент она отстранилась, надавила Сириусу на плечи, вынуждая улечься на спину, и села сверху.       Она смотрела в точно такие же затуманенные глаза и слишком явно ощущала его возбуждение. Сказать, что она не чувствовала того же, равно солгать.       — Миса, не твори глупостей, — выдохнул Блэк, когда она поцеловала его в шею, но, вопреки своим словам, водил пальцами по её спине.       — Не указывай мне, Сириус. Ты ведь знаешь, что это бесполезно, — Марисса поцеловала чуть ниже.       — Знаю. Но и ты знаешь, что всё равно меня послушаешь, что бы ты ни сказала, — Блэк рассмеялся, увидев, с каким оскорбленным видом она на него посмотрела. Он запустил руку ей в волосы и с наслаждением смотрел, как сквозь пальцы проходят вишневые пряди. Все-таки покрасить их было однозначно хорошим решением.       Марисса водила пальцами по его торсу, иногда опуская их непозволительно близко к резинке штанов. А затем спускалась губами по тому же пути. Целовала шею, ключицы, одинокие родинки на нижних ребрах. После этого она подняла глаза, сталкиваясь с ним взглядом.       — Миса, — угрожающе произнес он, но они вдвоем знали, что это притворство. Последнее, чего он сейчас хотел, чтобы она остановилась.       Поэтому она, не разрывая зрительный контакт, опустилась еще ниже. Прошлась ногтем вдоль края штанов и легко поцеловала то место, где только что были её пальцы. Марисса с наслаждением смотрела, как Блэк слишком резко выдыхает и закусывает губу. Она успела еще раз прикоснуться к горячему торсу губами, прежде чем Сириус с силой схватил её чуть выше локтя и подмял под себя.       Марисса не знала, чье сердце бьется сильнее. Кажется, они вместе отбивали безумный ритм.       — Миса, понимаешь ведь, что нельзя, — устало сказал Сириус.       — Понимаю.       — Тогда зачем?       — Хочу.       Одно слово. Оно легко слетело с её губ. А смысл сказанного пришел чуть позже, и она с ужасом осознала, что сказала. И Блэк осознал. Осознал, что хочет она совсем не в физическом смысле, а в другом…       Марисса оттолкнула его от себя и отвернулась к стене. Лицо пылало от злости на себя и от стыда. Как она будет смотреть ему завтра в глаза? После того, как сделала и сказала такое.       — Надо будет поговорить утром, Миса, — шепнул Блэк, укрывая пледом двоих.       — Нет.       — Да.       Она возмущенно закрыла рот и стала таращиться в стену. Сириус тоже лег на бок, положил руку ей на талию и притянул к себе.       — Спи, — шепот в самое ухо вновь заставил кожу покрыться мурашками. Ровно так же, как и последующий чуть мокрый поцелуй в щеку.       Ну, хоть гроза в эту ночь ей точно не страшна. А вот с тем, что произошло, придется разбираться днем. Как и с тем, что утром их застанет в одной кровати и на непозволительно близком, по мерками старшего брата, расстоянии Джеймс.