Часть 1
8 июля 2025 г., 10:22
Шаги гулко отдавались в узких и холодных коридорах Кадмуса, словно эхо старых грехов, застывших в бетонных стенах. Здесь всё дышало гниющей стерильностью — резким запахом антисептика, приторной сырости и едва уловимым, но неестественным оттенком чего-то чуждого жизни. Смерть здесь не была угрозой — она была неизбежным фоном, частью пространства, в котором каждый вдох давался ценой.
Эти стены хранили память о криках, сломанных судьбах и тысячах неудачных попыток создать жизнь, где на самом деле рождалась лишь тьма контроля и подчинения. Каждое создание, появлявшееся здесь на свет, было не чьим-то ребёнком — а бездушным орудием в чужой войне.
Проектов было бесчисленное множество. Почти все обернулись провалом — вымершие в зародыше, ломанные в первых днях, исчезнувшие в тени. Но был один. Другой.
В течение нескольких месяцев лучшие умы генной инженерии корпорации работали над тайной, которую никто не должен был узнать. Гибрид — существо, сотканное из ДНК павшего Супермена, но не как наследие, а как ответ. Как тяжёлая тень на фоне светлого символа надежды. Оружие, которое можно держать на цепи, управлять им, подчинять. Символ силы без капли человечности.
И пока один за другим субъекты исчезали в бездне ошибок, этот — выжил. Он был совершенен в своей бес(сверх)человечной форме. Он должен был стать тем, чего так отчаянно искали: холодным ответом на пустоту, что оставила смерть героя. Созданный с потенциалом сверхчеловека, но лишённый права на свободу.
В одной из холодных камер, заполненной зелёноватой жидкостью и опутанной проводами и датчиками, покоилось это существо — ещё без имени, без памяти, без дыхания настоящей жизни. Идеальное живое оружие, подключённое к машинам, задающим ритм его сердца — ритм не природы, а искусственной программы. Оно не знало мира, не чувствовало боли и не могло выбрать свой путь.
Но Кадмус уже называл его будущим. Они верили — пока он под контролем.
Однако эта новость проскользнула по самым тёмным и грязным улицам Готэма, достигнув ушей криминального босса, который давно перестал верить в символы и правила. Того, кто знал, что значит быть орудием — и кто решил, что такое существо нельзя оставить в чужих руках.
....
Удары отражались от стен, будто их отбрасывала сама тьма. Но он двигался без звука. Один. Скоротечный захват — тело осело без стона. Второй. Удар по горлу, контроль над дыханием — и снова тишина. Третий даже не успел повернуться, парализованный электрическим разрядом, он рухнул, как кукла с перерезанными нитями.
Ни тревоги, ни вспышек сирен. Джейсон двигался, как тень. Его шаги не ловили сенсоры, камеры погасли на миг раньше, чем он входил в зону обзора. Он знал план здания досконально.
Знал, где аварийная подстанция. Где слепая зона наблюдения.
Где у учёных хранятся свои особые ошибки.. на удивление,или, нет? Но имея под рукой информатора,и представив в голову человека дул пистолета,можно вытянуть много информаций. И теперь,он не просто проникал — он вёл войну, точную и холодную.
И всё привело его сюда. К главному отсеку — там, где Кадмус хранил то, чем тайно гордился. Тот самый «ящик Пандоры» — капсула, покрытая защитным стеклом, окружённая тоннами оборудования и страховок. И в ней — не оружие. Не машина. Ребёнок. Мальчишка. Пацан.
Джейсон остановился. Его пальцы, сжимающие оружие, едва дрожали от...некого удивления?
Он ожидал увидеть монстра. Искусственное чудовище, с наростами, с пустыми глазами, с жаждой разрушения. Но то, что лежало перед ним, выглядело... просто как мальчишка. Молодой. Мягкие черты. Закрытые глаза. Он был подключён к системам жизнеобеспечения — шланги, провода, жидкость, тихо вибрирующие экраны с непонятными показателями.
«Оружие будущего.»
«Гибрид Криптонца.»
«Символ новой эпохи.» — говорили они. Шептались в каждом углу.
Дерьмо всё это. Это был ребёнок. И в груди Джейсона кольнуло. Старое обещание.
«Я не позволю, чтобы с ними делали то, что сделали со мной. Ни с детьми. Ни с женщинами. Ни с теми, кто слабее.»
Готэм не щадит. Он ломает. Превращает людей в отбросы — медленно, равнодушно, через бюрократию, мрак, улицы, где свет не дотягивается до тротуара. Он защищал этот город по-своему. Грубо. Жестоко. Но честно.
И вот он стоит — не перед врагом. А перед выбором.
Он сжал кулаки. Челюсть — крепко, до хруста. Пальцы — к поясу, к кобуре. Холодный металл пистолета — как якорь. Как финал.
Он достал криптонитовую пулю,украденную...ну или полученную особым путём.
Зарядить ствол не предстоит трудно,отточенные движения. Поднимает оружие. Наводит его точно в центр груди спящего клона.
«Один выстрел — и это не станет проблемой. Всё просто. Один выстрел — и забуду, как страшный сон.»
Он стоял так минуту. Две. Больше. И в этот момент времени не существовало.
Но рука дрогнула. И не спустила курок. Он не мог. Просто — не смог.
Словно нечто в нём, едва живое, глухо протестующее, всё ещё человеческое, сказало.. «Ты не убиваешь... детей. Ребенка. Даже если его создали, чтобы он когда-нибудь убил тебя.» Пистолет опустился. И через мгновение, одним резким движением, Джейсон начал отключать оборудование. Уверенно. Методично. Он выдёргивал провода, отсекая контроль. Заглушал камеры, вычищал данные...
Красный Колпак вытащил из капсулы нечто... существо без имени, без прошлого, без права быть. Тело, ещё влажное от питательной жидкости, дрожало, но дышало — слабый, ритмичный вдох. Хорошо. Жизнь в нём была. Значит, стабилен. Ростом уже под метр шестьдесят пять, внешне — лет шестнадцать. Хотя родился он, возможно, всего несколько дней назад. Или часов. Или недель.
Джейсон чувствовал, как существо тяжело обвисло на его плече. Лёгкие по криптонским меркам, но ощутимый вес чужого выбора, чужой ответственности, которой он не просил. И всё же не отпустил.
Издалека послышались торопливые шаги. Потом бег. Слаженные, тяжёлые, быстрые. Подкрепление.
— Конечно, — испустил выдох он, вжимаясь в тень. — Какой Кадмус отдаст свою гордость просто так... в руки отброса с улиц? Ха.
Но. И Красный Колпак не был из тех, кто сдаётся. Особенно когда ставки уже не просто высоки — когда он сам поставил на кон свою ненависть и своё... сострадание.
Перестрелка началась внезапно. Пули срывались с глушителей, отскакивая от стен, завывая в узких коридорах, как осиные рои. Джейсон двигался быстро, ловко, как призрак. Одна граната — и проход завален. Второй выстрел — и охранник падает навзничь. Он устроил настоящий танец между колоннами, ослеплял, сбивал с толку, — и, к его удивлению, даже силовое поле, активированное для изоляции объекта, сработало в его пользу. Оно отбросило тех, кто пытался его зажать.
Он не стал благодарить судьбу. Просто побежал.
Коннер — а может, пока просто создание, подросток, существо — безвольно лежал на его плече. Тепло его тела ощущалось сквозь ткань куртки.
И чем дольше он нёс его, тем сильнее росло внутри Джейсона странное чувство.
Опасность.
Существо не двигалось. Даже не моргало. Но в глубине души что-то подсказывало Джейсону — это не оружие, которое можно выбросить или спрятать. Это что-то, что однажды… может взглянуть ему в глаза. И всё же он продолжал бежать.
Он скрылся.
Так, как умеют только порождения Готэма — в тенях, в грязи, в панике, в мастерстве исчезать среди хаоса. Даже в кишащих системах Метрополиса, в сердце чужого города, Джейсон был привидением. Он выжидал. Терпеливо. Холодно. Он знал, как быть зверем в бетонных джунглях.
Он нашёл временное убежище. И снова — тишина. Только дыхание — чужое. И свои мысли. Навязчивые. Тихие. Такие что подкрадываются шепотом из глубин сознания.
Он достал пистолет. Всё ещё заряженный. Пуля — та самая. Криптонитовая. Хватит одного нажатия. Без боли. Без борьбы. Один выстрел — и никто больше не пострадает. Ни он, ни этот мальчишка, который, возможно, когда-то разорвёт его пополам.
Он навёл оружие. Дуло — прямо к виску.
Палец лёг на спусковой крючок.
....и снова.
Он не смог.
Пальцы дрогнули. Глаза опустились. Челюсть сжалась. Он чокнул,может от разочарования к самому себе.
— Проклятье, — прошипел он, опуская пистолет.
Он резко испустил вздох, будто выдыхая слабость, которую ненавидел в себе больше всего. И всё же — выбрал. Снова. Он сверн.ул оружие в кобуру, поднялся и, не оглядываясь, направился к выходу. К своему городу. В Готэм.
