Ебучая практика!

      Феликс показал. И рассказал. С пофигизмом на лице, стыдом в душе и явной неприязнью к персоне рядом. Выходило косо-криво, но лишь бы было. Он не нанимался гидом по сайту для взрослых и профессором в делах экспертно-сексуальных.       Оказывается, работать с Хваном то ещё удовольствие, учиться тоже, а сидеть и того хуже. Битый час они листают странички и сравнивают характеристики в программе, и, честно, уже задолбались. Оба, да что там недовольны, берите выше – убить готовы. У Ликса пар из ушей и лицо горит, а у Хёнджина нервный тик образовался. Осталось совсем немного до конца и каждый из них взывал к скорейшему завершению этого горе-секси-задания.       Но каждая минута вместе тянулась словно вечность.       – Ты, остолопа придурок, читай внимательней.       – Кто из нас ещё придурок, листай ниже или что, обломишься? Ручки устанут? Пальцы коротенькие? – бессовская усмешка расплылась по лицу.       – Ой да, ради тебя обломлюсь, – под приторную саркастичность колёсико мышки снова проскролилось вниз. Свою злость Феликс выплёскивал не только на чёрненькое устройство, но и взглядом прожигал, что получалось у него отлично, правда, не в этот раз. Он сканирует лицо рядом, но тому хоть бы хны, блин, а потому следом изо рта вырывается шёпотом: – Рукожоп хренов, зато у него всё длинное.       Да, терпение двоих было на исходе, а это грозилось очередной стычкой кулаками между глаз, ногами между ног и зубами в промежутках расстояния от первого до второго. Короче, как попадёт, но если точно попадёт, то будет шик-бомба. Оба старались сдерживаться, чтобы не устроить взбучку прям в офисе посреди отделов маркетинга и директора за стеклом. Это пока что первое, в чём они были вместе солидарны: не допустить драки, бить словами, может, так покалечит.       – Ну, мне льстит, что ты делаешь что-то ради меня и всё-таки признаёшь мои размеры... но заткнись уже, иначе запихну тебе эту бумажку в рот, а ручку в зад! – прошипел блондин. – Медленнее!       "Блять, как же он заебал. То быстрее, то медленнее, сам пусть тогда листает, раз не устраивает!"       И что значит "признал"?! Подожди-и-ите! Он ничего не признавал в этой смеси пиздеца и идиотизма, а ещё океана самоуверенности. Захлебнуться можно. И с размером у этого индюка всё плохо! Не в обиду другим курицам.       К сожалению, за год учёбы им не удалось выйти из положения неуязвимыми и с высоко поднятой головой, обязательно кто-то да будет опущен другим. Сейчас пока Феликс проигрывал, чему был ох как не рад, вскипая на глазах.       – Себе в зад запих... – не успел Ликс договорить, как его прервало громкое:       – Ну что, вижу, вы уже примеряетесь? Как успехи? – Подошёл довольный куратор, склоняясь над ними перед компом.       "Что? Примеряетесь?! Он совсем дубу дал?!"       Сейчас будет два варианта исхода: либо практиканты смолкнут, либо засунут этому эксперту в любви кое-что любовное прямо куда оно просится, а просится оно протестить себя. Карма возвращается, ребят.       По-видимому, сработало всё как задумывал босс О, не в силах уже наблюдать за этой перепалкой на рабочем месте. Он поглядывал, следил, но всему есть предел и если сейчас их не остановить, потом будет уже некак. Поэтому оставалось стрелять на поражение. Зашёл. Сказал. Поразил.       Класс.       Вот как надо убивать словами в один выстрел, учитесь. У Феликса аж речь отняло и рядом сидящий Хёнджин замолчал, переваривая сказанное. Долгожданная пауза препирательств – аромат послаще круассана с шоколадом. Мммм.       – Мы доделываем, кхм, – мрачно ответил Хван, скептично скосив взгляд на брошеную фразу куратором. То ли шутка, то ли прямой вопрос. Но ему бы не хотелось, чтобы со стороны выглядело так, будто он заинтересован в этой всей ерунде. Ему просто нужно прожить эти две недели и отпустить. Забыть. Откреститься и водой умыться. Тут он бессилен, сеть игрушек, так сеть игрушек.       Думаете, он спокоен, потому что ему ок? Нет, ни в коем случае, Хёнджин тоже злится на весь этот сюр, но зачем биться в закрытую дверь? Да и не то, чтобы сама учёба нравилась парню – скучная, совсем не такая, коей он себе её представлял. И то, что универ вкрай ахерел, он понял в конце первого курса: обучение бешеных сумм, преподы такие же. Бешенные. За подачей знаний можно было только наблюдать и искать их в инете, если есть охота, ведь на парах важные особи не заморачивались. Что сказать, знаменитый универ, дорогое обучение и СТРАШНО БОЛЬШАЯ зарплата у преподов. Вот они и ахуели. Одни тупо читали всю лекцию какие-то инструкции по получению практических навыков с книжек и ничего не делали, чтобы дать эти самые навыки. Вторые выдумывали задания как не в себя, именно сюда и входил професор Со. Чтоб его с его практикой.              Что остаётся Хвану? Надо выучиться, выход краше на горизонте не мелькает. Ещё и куратор тут со своими тупыми вопросами подливает масло в огонь. К чему был этот вопрос?       Поэтому он недовольно сидит и дописывает последнюю строчку, ставя точку и окидывая взглядом листок, полностью исписанный синим. А ещё ж всё это нужно перевести в электронный формат. Вручную... Ой-йой, и снова разочаровываясь от собственного бессилия, хочется скорее закончить, но одногруппник рядом, как приправа сверху к салату, портит жизнь с возмущённым лицом. Хоть и шок вперемешку со злостью на лице того сейчас забавляет, Хёнджину совсем не радостно, потому что он в этой каше варится вместе с ним. И спокойствие-то постепенно испаряется, оно ж не вечное.       Стоять мужчине вот так между этими иродами несчастными, ощущая разряды тока в воздухе, казалось сущим адовым яблоком, ставшим в горле и перекрывшим путь ко вдоху. Поселялись догадки, что сменился вектор оппонента, теперь разряды были не на друг против друга, а сплотились против самого куратора, и тут он, заметив, что блондин закончил писать, наконец, сказал: – Что ж, молодцы, тогда с этим закончили.       Ёпт, Феликс аж выдохнул.       "Фу-у-ух, да будет свет и жизнь на планете без ахреневшего Хван Хёнджина в этом универе."       Брюнет на сегодня свободен, какое счастье побежать к себе и принять бы душ, что ли, только три часа дня, но по ощущениям все девять. Устал, вспотел, настрадался, вымотался – ужас. Всеми признаками поведения так и читалось: "ХОЧУ ДОМОЙ". Хёнджин же разделял его настроение, реально хотелось домой, хоть они и выписали все характеристики каждого продукта из линейки SPE – невыпущенной тоже – было нелегко, особенно когда парень рядом нервирует и очень странно себя ведёт в его присутствии.       А теперь у них на руках был перечень самых разных штук для удовлетворения плотских желаний, что вот никак не возбуждало в Феликсе их. Отвращение капало на мозги, взращивая ярое чувство плюнуть на всё, замутёлить ногой и уйти. То, что Ликс продержался так долго, велико стоит. Надо выпить. Водички. Ради столь важной благополучно окончившейся миссии по непереносимости пришлось потратить последние клетки нервной системы, но зато это окупилось свободой.       Окупилось ли?       И когда оба уставшие, а кое-кто даже явно обрадовавшийся, что вся эта поебетень закончилась, уже собирались на выход из злополучного офиса, за спиной прозвучало:       – Теперь идёмте, я расскажу за дневник практики.       А разряды-то, стрельнувшие глаза в глаза, окончательно взорвались, загораясь новым пламенем. Хёнджин лишь вздыхает и в отличии от Ликса понимает: никуда он не денется отсюда, даст Бог, к вечеру выйдет. Поэтому идёт за куратором.       Но брюнет так просто не может принять.       "А? Какой дневник? А домой? Та ёпт твою мать", – Феликс сейчас заплачет, ей-Богу. Ну или разозлится так, что в гневе на страшном одре воседать будет не дьявол, а сам он. "И в грехах вы упокоетесь, души несчастные, и в смертях найдёте прок, пока губит вас ваше участье и явит ценный урок", – стои́т и видит, как выносит приговор. Мечта греховника прям. Он вообще-то намеревался домой, остаться на едине с собой, на любимой кровати, а тут невъебический дневник практики, с которого всё так прекрасненько начиналось. День сурка. Как дойдёт до кровати, упадёт и не встанет. Сейчас главное дожить до этого времени. Ещё совсем немного и можно будет претендовать в номинации по выносливости, потому что так долго Ликс с Хваном рядом не находился. А если такой номинации нету, Феликс очень хочет, чтобы её сделали.       Недолго страдая, он решает, что нужно сохранять стойкость и перед куратором, и перед этой скотиной. Вдохнуть-выдохнуть, успокоиться, развернуться и пойти-пойти неприступно, абсолютно ни на что и главное ни на кого – особенно на Хвана – не обращая внимания, как по подиуму, и... напороться на угол стола. Блять, эти углы... с утра... преследуют. Прямо ягодицей врезался.       Всё не как у людей. Та что ж ты будешь делать.       Боль снова впилась жгучими пульсирующими сигналами, заставляя воскликнуть. На звук тут же обернулись и как раз в этот момент его тело покинуло чат.       А точнее сместило центр равновесия куда-то взад. И не позволило ухватиться хоть за что-нибудь устойчивое. Ох как шлёпнется перед этим Хваном прямо на стол позади, вот будет позор... Да ладно, если б тот был пустой, так нет, там бумагапечаталка эта стоит! Он даже в момент забыл, что она называется принтером.       Выклинуло.       Чё-то его в последнее время вообще клинит не по-детски, как наступила жизнь взрослая после курсовой, так всё. А говорили, легче будет. Это уже формальность ваши вот эти учебные практики. Угу, как же, может, на бумагах и формальность, но вот пройти через все две недели, продержаться и выйти невредимым – неволя Богов, не иначе. Тутанхамон обзавидуется.       А может, это знак, что Феликс неправильно ходит? Может, нужно уже для подстраховки не на двух ногах, а на четырёх? И руки, и ноги – так ведь безопаснее, согласитесь. Но его ж не поймут. Или это знак, что его ждёт подстава там, где её ожидать было бы странно. Хотя рядом с блондином он её всегда ждёт, всеоружен, как говорится. Да вот только патроны иногда не вылетают – судьба преграды ставит, сучка.       Или он просто жопорук, ищущий приключения на свой зад.       Но ведь Феликс не ищет, что, виноват, что они сами его находят? Видно, жопа-таки у него отменная, раз приключениям нравится.       Пока тело, качнувшееся куда-то вниз и, похоже, приобретевшее возможность парить между небом и полом, безнадёжно пыталось удержаться или даже взлететь, что было бы вау с отметкой "тести-корпус отличился", куратор кричит индюку – тот, что блонди. Тот, что Хван:       – Ой, держите его, сейчас грохнется!       Хуже. Позора. Быть. Не может!       – Вас жизнь так потрепала, что же вы делали?       – На практику ходил.       – Уверены?       — А вы?       Вот как-то приблизительно так... будет выглядеть разговор с врачом, к которому бы поступил Феликс. Но не в этот раз. К счастью.       К удивлению Феликса и самого Хёнджина, в следующую секунду происходит невероятное: пока блондин моргал, как долбошарик, господин О включает третью скорость и на турбо-вибро каком-то своём специфичном режиме подбегает к Феликсу, удерживая его от попаданческого шлепка.       Мг. Классно Ликс сохранил стойкость. Всё как надо. Отметка счастливчика зашкаливает.       – Спасибо, кхм.       – Аккуратней, а то потом ещё скажут, что куратор довёл до смерти практикантов, – пошутил босс секси-эксперт.       Феликс, не зная какие силы уже благодарить, стоит и думает, что мистер-экспертность и так уже это сделал. Морально, когда парень вывеску увидел в первый день. И физически, когда в отдел тести отправили. В этот же день. Так что, не сегодня. Но на деле решил промолчать, стушевавшись и немного краснея. М-да. Просто стыдненько чуток. Ну хоть не упал, а то к позору ещё и материальные убытки бы прибавились, правда, синяк останется. Зараза. Главное – не тереть сейчас место боевого удара, дома помажет мазью или компрессик сделает, только сейчас не показывать, что больно. Не больно. Всё в порядке.       И нужно было лицезреть афиг блондина, который в итоге сменился заинтересованностью, когда щёки парня приобрели розовый оттенок. Смущается? Интересно.       Пока парни в кабинете куратора внимают его указаниям записывать проделанную работу за каждый день, в кабинет стучатся. Мужчина прерывается на разговор с молодым парнишкой, на вид не очень старшим за самих практикантов. Тот так воодушевлённо рассказывает о доставке каких-то датчиков, что и босс радостно начинает кивать. Чудное настроение у шатенчика, вот бы и Феликсу такое. Но заполнять дневник каждый день... мозг уже не варит информацию, им что, мини-отчёт нужен? Это похоже на ведение личного дневника для девочек. Что ж, Феликс, таким мы ещё не занимались. Писец, дай Бог памяти прирождённой рыбке Доре, помнить, что брюнет делал на практике. А, собачился с Хваном – единственное, что парень будет помнить вечно. Такое хрен забудешь и во сне два раза вспомнишь.       – С этим разобрались, парни, теперь отчёт.       Ой, ма-а-ама. Ликс держался, и Хван Хёнджин не уступал. Оба внимали и всё понимали, но когда же уже домой?! Тянут время, побыстрее нельзя будто. Что там той практики, две недели, а схема такая, будто год.       – У вас должна быть тема практики, собственно, из-за чего вы и здесь.       Странно, а разве они тут не для того, чтобы игрушки новые изучить? Преподам что-то подобрать. Узнать и показать миру новые углы и стороны удовольствия. Нет? А Феликс думал, да.       – Смысл заключается в коротком эссе на основе фактов по теме отчёта. Небольшом, страничек на десять, – смахивает рукой мужчина, и говорит это с таким выражением, будто обычно такие эссе пишут на сто. А тут сущий пустяк, что такое те десять вордовских листков? Фигня. – Темы даю я, записывайте:.. – и кажется, поебетень только начиналась.       Пока парни доставали телефоны и открывали заметки, они ещё не подозревали, какую дичь будут писать в дальнейшем. На долбанных десяти страницах. А сколько нервов будут в ожидании покинуть их головы для поиска фактов – вообще не представляли. Нужно запомнить: чем глубже ищешь, тем больше ощущаешь.       – Что ж, на сегодня всё. Вы хорошо справились, молодцы! До завтра.

***

      – Не думаете, что перебор? – волнительно спрашивает молодой шатен, когда практиканты в трансе покинули офис.       – Профессору видней, – вздохнул мужчина, мотыляя головой.       Не то слово молодцы, ой не то. Что брюнет, что блондин в полной тишине спустились на первый этаж, держа в руках телефоны. Как зомби они шли, ища заветный выход из страсти, науки и полной жопы. Также, не проронив ни слова, прошли через турникеты, на что охрана удивлённо переглянулась, и вышли, наконец-то, на улицу. Этот день мог быть счастливым, если бы не тема практики. И они бы даже закрыли глаза на ту совместную опись продукции, всю усталость и баталии.       Сначала Феликс слушал и понимал, что он ничего не понимал. То есть, реально заполнять дневник? Каждый будний день? Что за дичь эта ваша практика, сомневаются, что ли, в его работе? Так те, кто да – посмотрите на брюнета. По внешнему виду понятно как он работал, как воевал с бесячим его Хёнджином. Глаз дёргается, волосы дыбом, руки дрожат – нариком стал. И это только второй курс! И что означает мини-отчёт, если от название взято только второе слово? Куда делось мини?! Заблудилось? Десять страниц! Это никак не мини. Но когда до ушей дошла тема "крохотного отчёта", все вопросы, что были ранее, отмелись. Испарились.       И вот тут настал попадос.       Оба не смогли и слова сказать, Ликса радовало одно – страдать будет не в одиночку. Всё-таки есть в этом мире карма, индюк рядом тоже в шоке.        Свежий воздух освежал, но не так, как слова "практика" в сочетании "конец". На экранах парней красовалась чуднáя тема. Хёнджин чувствовал приближение какого-то пиздеца, и это ему ой как не нравилось. Пока ветер трепыхал их волосы, в глазах у брюнета горело ярое желание растрощить ёбанное место практики, его директора, профессора в универе и само высшее заведение. Извините, но КАК? Как к медиа относится "Роль инновационных секс-устройств в развитии сексуальной культуры для молодой аудитории"?       Они откуда знают, какая роль? Роль эта пиздецкая, попросим её к парням не применять! Лежачая, стоячая, та хрен его знает какая, но добила вторая тема: "Персонализация как фактор повышения сексуального удовлетворения". Это треш! Какое нафиг удовольствие, когда они убить готовы? Причём теперь не друг друга, а того, кто эту тему придумал.       Но самое интересное, теперь им нужно между собой решить, кто какую тему берёт. Писец, да? Хах, какую тему лучше взять, когда обе за гранями дозволенного? Это не темы, это издевательство. И почему этот эксперт решил дать им волю на выбор? Что-то он не сделал такое же, когда определял кому в какой отдел идти, а тут хопа – разбирайтесь. Так и с кем? С вот этим вот долбонутым? Феликс уже не вывозит.       Никто не решается заговорить первым. Брюнет поражает глазами, Хёнджин вздыхает. Нет, чтобы Ликс и первым заговорил? Не-е-ет. Ни в жизни, если только не послать. И Хван молчит, не хочет уступать, ведь одногруппник всегда первый на него порывался, обзывал, чего теперь-то молчит. Или он только наезжать умеет? Блондин, так и не проронив ни слова, разворачивается и уходит домой. А Феликс провожает его спину взглядом, взмахивая руками, и проговаривает на всю улицу: – Просто класс! – И идёт в общежитие.       Мужчина, наблюдавший за всей этой картиной с окна второго этажа, принимает звонок.       – Алло.       – Ну что, они безнадёжны?       – Больше да, чем нет, но это пока.