Бариста для принца.

***

После такого Анакс и Мидей делали вид, будто ничего не произошло, а на вопросы Гиацины и Фаенона ускользали. Но с этим же закончился первый месяц Мидея, поэтому Гиацина захотела придумать что-то интересное и наконец придумала, и подошла с этой идеей к Анаксу. — Анаксик! У меня появилась идея, давайте проведём ночь в кафе? Анакс скептически на неё посмотрел. — Тебе делать нечего? И если это ваш снова с Фаеноном план, то нет. — Ну конечно, нет!

***

*Гиацина* — Фаенон отмена.

***

— Ну так давай, всё равно уже вечер, вот Фаенон и Мидей согласились. Анакс со вздохом прикрыл глаза. — У меня всё равно нет, кажется, выбора. *** Ночёвка проходила хорошо, пока Анаксу на телефон не пришло сообщение. *Сотрудник* — Здравствуйте, на ваш адрес квартиры был доставлен, как человек выразился, подарок, оставленный возле вашей двери. Анакс недоуменно смотрел: что? Это шутка? *Анакса* — Хорошо, спасибо. Пока Анакса сидел с мыслями, Гиацина уже заглянула в телефон. — Анаксик, так у тебя появился поклонник? Подарок даже прислал. — Не какой не поклонник, наверное, ошиблись. Мидей, чуть подслушал, пока разговаривал с Фаеноном, и почуствовал неприятное чувство в груди — ревность? Мидею почему-то не хотелось, чтобы кто-то присылал Анаксу подарки, но из потока мыслей вырвался голос Гиацины, которая предложила посмотреть фильм.

***

Уже была ночь, поэтому почти все были сонные, но больше всех Анакса, который еле как разбирал, что там герои говорят. Но последняя нотка бодрости ушла, оставив его голову упасть на что-то, провалившись в сон. Мидей смотрел фильм, но тот казался скучным, поэтому снова погрузился в свои мысли, как вдруг что-то коснулось его плеча. Повернув голову, он увидел голову спящего Анакса, который явно не думал, что заснёт именно так. Но Мидей ни капельки не хотел будить его, поэтому уже через несколько минут Мидей заснул тоже, а потом оба были укрыты одеялом со звуком вспышки.

***

"Я лежал, кутаясь в свой краешек одеяла, и мне было хорошо. Я стал частью чего-то большего, многоногого и многорукого, тёплого и болтливого. Я стал хвостом или рукой, а может быть, даже костью. При каждом движении кружилась голова, и всё равно давно уже мне не было так уютно..."