Давно Мертвец🎃

Комната Жанны и Вильгельма. Полумрак. Бархатные шторы. На потолке — огромная трещина в форме сердечка (появилась после последней ссоры). В воздухе летают призрачные комары, дрожащие и шепчущие на латыни. --- Жанна лежит на боку. Одетая в шёлковый халат с вышитым словом "Witchful Thinking". В руке — потрёпанный эротический роман с названием "Вкус соблазна: обнажённый барон и мятежная целительница". --- ЖАННА (шепчет себе сквозь зубы): — "…его тело пульсировало от страсти, а её дыхание участилось…" — Угу, участилось, потому что, мать его, комар в ухо залез. (щёлкает в воздухе — мимо) --- Рядом: Вильгельм спит. Развалился на всю кровать, серые волосы раскинулись по подушке, одна нога на полу, другая — на книге по травам. И, конечно, храпит. Так, как будто он — старый дракон, которому снится охота на гусей. --- ЖАННА (бросает на него взгляд, полный ненависти и любви одновременно): — Вот он, роман моего века. Тёплый, громкий и абсолютно бессознательный. (толкает его локтём) — Вильгельм, проснись, ты как вулкан хрипящий. --- Вильгельм (не открывая глаз): — Я защищаю тебя от комаров. Храпом. Это древняя ведьмачья техника. --- ЖАННА: — Ну тогда ты лучший ведьмак во всех измерениях. Комары в агонии. (ещё один щелчок — мимо) — Один из них только что укусил мою тень, ты понимаешь? МОЮ ТЕНЬ. --- Вильгельм (шепчет, улыбаясь во сне): — Твоя тень вкусная. --- ЖАННА (закрывает книгу): — Всё. "Барон сорвал с неё платье" — это была последняя капля. Если кто-то сорвёт с меня что-то, это будут нервы. --- На тумбочке свеча тухнет сама по себе. Комары складываются в слово "LOL" и разлетаются. --- Жанна закрывает глаза. Вильгельм обнимает её во сне. Она вздыхает: — Ну хоть ты не исчез в зеркало снова. Значит, прогресс. --- Камера отъезжает. За окном медленно поднимается огромный глаз… но он замечает их, моргает… и уползает прочь, потому что даже монстрам не хочется влезать в супружеский быт. Генши лежит в кровати. Глаза открыты. Он не моргает. Но он точно спит. Ну… по крайней мере, до недавнего времени. --- Рядом — Томас. В той же кровати. Сложил руки за головой. Потягивается, смотрит в потолок, как будто они вдвоём просто парочка отдыхающих туристов в Проклятом Пансионате™. --- Внутренний голос Генши (голос в голове — с тревожно-нейтральным тоном): — Он снова здесь. Он снова рядом. Он дышит в ритм со мной. Он улыбается, когда я переворачиваюсь. Он знает, что я не умею закрывать глаза во сне. И всё равно — он здесь. --- Томас (мурлыча): — Доброе утро, Спящий с Глазами. Ты снова выглядел как ангел, если бы ангелы умирали от нервного тика. --- ГЕНШИ (всё ещё лежит, но чуть дрожит): — Томас… эм… ты снова… здесь? --- ТОМАС (весело): — Ну конечно. Ты — моя муза. Ты вдохновляешь на страницы, которых ещё не было… Ну, или были, но я их сжёг, потому что ты сегодня более интересный. --- ГЕНШИ (внутренний монолог): — Муза? Он называет меня музой уже в третий раз. В прошлый раз он сказал, что я вдохновил его на монолог про соль и одиночество. До этого — что мои уши "наводят на мысли о трагедии и завтраке". --- ТОМАС (тянется к тетрадке): — Ты снился мне. Ты был в костюме зонта. Под тобой был чайник. А внутри — ты снова. Это было глубоко. (пауза) — Запишу. --- ГЕНШИ (садится, медленно): — Слушай… а ты, ну, как бы… Ты… влюблён в меня? --- ТОМАС (не отрываясь от записи): — Может. Может, я просто голоден. Любовь и голод — очень похожи, особенно когда речь о душах. --- ГЕНШИ (моргает впервые за ночь): — Эм… понятно… (внутренний голос) — Это не понятно. Совсем не понятно. Я просто хотел тишины, и теперь я часть чьей-то литературной паранойи с элементами фетиша на мои ресницы. --- ТОМАС (кладёт руку ему на плечо): — Расслабься. Я не преследую тебя. Я просто… везде, где ты. Ну как… тень. С ароматом розмарина. --- ГЕНШИ: — …и ты это считаешь… нормальным? --- ТОМАС: — Конечно. Я ненормальный, но искренний. Ты — интроверт с душой фарфорового сервиза. Мы идеальны для эпиграфа. --- Камера отъезжает. В углу комнаты зеркало тихо повторяет: "Эпиграф… эпиграф… эпиграф..."