Я тебя жду

Данила проснулся рано утром, посмотрел сколько времени и, убедившись, что, к счастью, не проспал, осторожно, чтобы не разбудить сладко спящего парня, поднялся и вышел из спальни, прикрыв за собой дверь. Он принял душ, оделся и чуть постоял в гостиной, раздумывая, наговорить сообщение Саше или просто написать записку? Весы склонились к записке, сообщение могло разбудить спящего Сашу, а объясняться с ним с утра Даниле совсем не хотелось. Данила вырвал листок из своего ежедневника, быстро написал пару слов, сдвинул грязную посуду на край стола и придавил послание кувшином с недопитым морсом. Из портмоне достал купюру и оставил её на столе. «Ну вот, совесть успокоил, можно теперь двигать отсюда. Нужно ещё к себе успеть перед вылетом заскочить, надо такси до дома вызвать». Здесь в городе у Данилы была служебная машина, а вот водителя он привёз с собой из Москвы. Антон Деревянко работал с Даниилом Леонидовичем уже более пяти лет. Данила нанял его, когда ему понадобился человек, преданный лично ему. Он искал человека в трудной жизненной ситуации, чтобы путём решения его проблем добиться безграничной преданности. Майор Деревянко был, что называется, честный мент, высококлассный оперативник, и сложная жизненная ситуация у него имелась. Данила для Антона оказался просто добрым волшебником, спасшим его дочь от судьбы быть прикованной к инвалидному креслу в результате автомобильной катастрофы, в которую они попали всей семьёй по вине Антона, уснувшего за рулём после сложного дежурства. В той катастрофе погибла жена Антона, а дочери грозило навсегда остаться инвалидом. Помочь девочке было можно, если провести сложную операцию. Но нужны были деньги, которых у Антона не было, а у Даниила Леонидовича деньги как раз были, и он эту самую операцию оплатил. После этого благодарный Антон уволился из органов, тем более, что и возраст уже был за сорокет, бегать оперативником становилось тяжело, а перспектив повышения с его честным и бескомпромиссным характером ждать не приходилось. Он остался при Даниле водителем, личным помощником, да и, в целом, готов был быть кем угодно. В итоге, пройдя всевозможные проверки, Антон стал тенью Данилы. Его дочь Алиса, теперь совершенно здоровая, выросла под присмотром бабушки и дедушки. Теперь она была уже студенткой, папа Антон очень её любил, и частенько они с Даниилом Леонидовичем показывали друг другу фотографии своих девочек. Антон был предан Даниилу безусловно и беззаветно. От него у Данилы тайн не было. Иногда Данила даже доверял Антону возить его на встречи с любовниками. Но показывать Антону Саню Данила отчего-то не стал и вчера воспользовался услугами такси. А вот из дома в аэропорт его повезёт уже Антон. ***** На рейс он успел вовремя, в самолёте даже удалось вздремнуть, несмотря на практически постоянный детский ор. Москва встретила его пасмурным небом, февральским морозом и суетой спешащих по своим делам людей. Данила взял такси, пожалев, что Антон в этот раз с ним в Москву не прилетел, и уже из машины набрал жену. – Привет! Я уже прилетел, всё в порядке, еду к вам. Да, я тоже очень соскучился! Как там моя Лиза? Что? Спасибо! Надеюсь, что доберусь быстро. Целую! Люблю! – Данила нажал на отбой, покрутил телефон в руках, раздумывая, позвонить ли Ларику сейчас или лучше позже, когда разделается со всеми семейными делами и обязанностями? Решил, что позвонит позже, убрал телефон и уставился в окно. Он успел соскучиться по широким столичным улицам, шуму большого города, даже мерзкая зимняя московская погода его не раздражала. Всё-таки он был москвичом, ему не хватало этой вечной московской суеты, скорости, шумной столичной жизни. Но дело прежде всего. Большой проект в южном городе – это его шанс на лучшее будущее. *****           Санька проснулся от дикого сушняка и головной боли. «Чёрт… Шампанское – поскуднейший напиток! Так легко пить и так жестоко за это расплачиваться». Он пошевелился, и всё тело тут же отозвалось болью. От непривычных нагрузок болело всё… «Бля… погулял!» – пронеслось во всё ещё затуманенном игристым напитком мозгу. Он приоткрыл глаза, из-за плотно задёрнутых портьер в спальню проникал тонкий лучик солнца. Санька осторожно повернулся, но Данилы в постели не было. Парень собрался с силами и сел. Хотелось пить, голова болела, и его ощутимо подташнивало. Не найдя сил на поиски джинсов, Санька как был в чём мать родила, так и добрёл до ванной. Там он постоял над раковиной, раздумывая, чего он хочет больше – напиться или проблеваться. Пришёл к выводу, что нужно сначала облегчиться, потом проблеваться и уже потом, наконец. напиться. Построив алгоритм, он приступил к действию. После всех процедур ему стало значительно легче. К его сожалению в ванной не нашлось чистого сухого полотенца, но зато был белый пушистый халат. Санька завернулся в него и вышел из ванной. – Данила? – осторожно позвал своего любовника Саня, но ответом ему была тишина. Санька прошёл в гостиную, кинул взгляд на стол. Грязные тарелки были сдвинуты в сторону, и на расчищенном месте придавленный кувшином с морсом лежал вырванный из ежедневника листок, а рядом с ним – пятитысячная купюра. Сашка взял листок в руки, на нём размашистым почерком было написано: «Сашенька, не стал тебя будить, ты так сладко спал. Вынужден срочно уехать. Вернусь – позвоню. Деньги тебе. Это ничего не значит, не придумывай лишнего. Доедешь до дома на такси. И тебе скорее всего потребуются лекарства, так что пригодятся». Саня усмехнулся. Ну вот, сказка и закончилась. Потрахались и разбежались, всё по классике, даже денег оставил. По мере своих сил Санька быстро собрался и вызвал такси. Спустя двадцать минут он ввалился в свою квартирку и, не раздеваясь, рухнул на диван. «Никогда! Никогда больше не буду пить шампанское!» – с этой глубокой мыслью он провалился в дрёму. К вечеру похмелье отступило, Сане захотелось есть. Он всё же переоделся в домашнее и прошёл на кухню, поводил носом по пустому холодильнику, захлопнул его и достал из морозилки пельмени. «Пельмени с бульоном и луком! То, что доктор прописал!» Его ужин был прерван громким стуком в дверь. Так мог стучать только Лёха, сосед по подъезду и закадычный Санин друг. Санька с матерью въехал в эту квартиру, когда ему исполнилось девять, Лёха был моложе его на два года и только пошёл в школу. Однажды Санька в школьном дворе отбил смешного очкарика-первоклашку от кучки дебилов, проводил до дома, и оказалось, что они соседи. Несмотря на разницу в возрасте, мальчишки быстро подружились. Санька взялся опекать мелкого на радость Лёхиной маме. Так и росли рядом, и все дворовые пацаньи приключения были пережиты ими уже вдвоём. Шебутной, непоседливый Лёха был бессменным генератором бредовых идей, Санька же был осторожным и, хоть безусловно и совался вслед за другом во все тяжкие, но при этом просчитывал предварительно возможные потери и прикидывал пути к отступлению. Так, если пацаны шли на море прыгать с тарзанки, у Сани в кармане всегда был припасён пластырь, ну или он точно знал, где поблизости растёт подорожник. Теперь Лёхе было семнадцать, он уже был студентом местного универа, осваивал ай-ти-технологии. Но его мама, тётя Оля, всё ещё считала его ребёнком, излишне опекала и даже одевала так, как считала нужным, а отец в процесс воспитания не вмешивался, справедливо полагая, что “матери виднее”. В итоге долговязый и близорукий Лёха выглядел комично в вечно коротких и широких джинсах, байковых клетчатых рубахах на вырост, смешных шапках и объёмных куртках. Картину дополняли очки в толстой оправе, добротные, крепкие, но совершенно стариковские. Лёгкий характер позволял парню мириться с матушкиными закидонами в воспитании, он не перечил, для видимости – соглашался. И жил по сути своей жизнью, скрывая её от мамы. Санька вздохнул и пошёл открывать Лёхе дверь. – Ты где был? Я тебе и звонил, и писал, а ты не алё! – Лёха окинул друга взглядом. – И чего это ты такой помятый? Лёха скинул кроссовки, повесил куртку на крючок, отодвинул хозяина в сторону и пошёл на кухню. – Давай, колись, куда вляпался и почему без меня? – Лёха уселся на табуретку, потянул к себе Санину тарелку, понюхал содержимое. – Фуууу... Дешманские пельмеши. Как ты это жрёшь?! – Нормально жру! – Саня отнял у Лёхи тарелку с пельменями и с удовольствием зачерпнул бульон. – Хватит жрать, рассказывай давай, где тебя носило, что даже про друга забыл. – Да нигде не носило, – Санька подцепил ложкой пельмень, отправил его в рот и стал тщательно пережёвывать. – Не хочешь – не говори, но знай, я обижусь! И припомню. И вообще, ты мне должен, – на вопросительный Санин взгляд Лёха затараторил, – я вчера с Людкой договорился, типа свидание, а ты, как бы друг, соскочил и не алё! Мог бы мне ключи от хаты оставить и валить потом спокойно туда, ну… где ты там всю ночь был. А так мне пришлось выгуливать её по парку, как дебилу! За ручку держать и всякую шнягу слушать. Ты знаешь, какая она тупая??? Она, бля, со вселенной разговаривает! И прикинь, та ей отвечает! – Так нахрена ты её на свидание позвал? – Саня доел пельмени, отодвинул тарелку. – Эх, сейчас бы чаю с конфеткой, – мечтательно протянул он. – Как нахрена? – Лёха залез в свой безразмерный рюкзак, брошенный им возле стола, и достал сникерс. Положил его перед Саней. – Пацаны на потоке за неё тёрли, она за пожрать всем даёт. А мне что, опять с тобой на пару под порнуху дрочить, пока Маринка моя до секса созреет? – А ты женись на ней, она тебе сразу и даст! – Саня хохотнул. – Дурака кусок! Мне ж ещё даже восемнадцати нет, куда жениться-то? Я ещё молодой, я погулять хочу, а Маринка она… Она серьёзная, основательная. Да, она мечта! Так что буду трахать Людку и мечтать о Маринке! Саня распечатал сникерс, откусил он него огромный кусок и стал жевать, закатив глаза от удовольствия. – Лёх, если что, то я с тобой не из-за сникерсов дрочу! Я тебя как человека люблю и уважаю! – Придурок! – Лёха деланно обиделся, выдал Сане подзатыльник. – И вообще, я тебя просто так кормлю, не за секс. Ты слишком тощий, ни сиськи, ни письки и жопа так себе, не в моем вкусе, короч! – Чего это нет письки? – возмущённый Саня подскочил, стянул с себя штаны и помахал членом перед Лёхой. – Ладно, писька есть, убедил. Но всё равно, спать я с тобой не буду. Сисек-то у тебя нет! Парни засмеялась, Саня натянул на себя штаны и сел обратно за стол. – Сань, ты же следующую неделю работаешь? – Лёха состроил глаза кота из Шрека. – Работаю, – Саня подозрительно посмотрел на друга. – Дай ключи от хаты. Я Маринку кино посмотреть позову, ну и всё такое. Вдруг да и получится раскрутить? – Лёх, если ты опять оставишь после себя срач, ключи больше не дам! – Саня грозно посмотрел в честные Лёхины глаза. – Я всё уберу! Честно-честно! И бельё кину в стирку, и посуду помою, и мусор вынесу! Только дай ключи! – Какой хозяйственный! Был бы бабой – я б на тебе женился! – Сашка засмеялся. – Ключи знаешь где, возьми сам. Лёха соскочил с табуретки и выскочил в коридор. Саня поднялся, убрал тарелку в мойку. – Сань, а давай по пиву? Мне батя денег подогнал, а завтра ещё выходной, – Лёха бережно убрал ключи в рюкзак. – Пиво? – Саня задумался, его только-только перестало мучить похмелье. – Сань, ты чего? Пива бахнем, кино посмотрим. О! Мама сегодня таких пирожков напекла с печёнкой! Крохотные совсем, вкуснючие-е-е-е! Я ща метнусь, притащу. Саня заулыбался, он любил стряпню тёти Оли, всё-таки домашняя еда это совсем особенное дело. – Давай, только чур фильм выбираю я! – Идём тогда, затаримся. ***** Проснулся Санька скорее ещё ночью, нежели ранним утром. Лёха ночевать у него не остался, так что таиться, чтобы не разбудить друга, необходимости не было, и Санька сходил на кухню, напился воды, потом достал из кухонного шкафа припрятанную от самого себя пачку сигарет, открыл форточку, закурил. Едкий дым проник в лёгкие, Санька закашлялся, затушил сигарету в крышке от банки из-под огурцов. "Интересно, Данила позвонит или нет?" – этот вопрос мучил с того момента, как только он прочёл оставленную Данилой записку. Саньке хотелось, чтобы он позвонил, но телефон предательски молчал. «Может, самому его набрать? И что я скажу? Привет, я… А что я?» Сашка снова закурил и снова закашлялся. «Ай, сказано же было – позвоню! Значит позвонит, вот о разгребёт дела и позвонит. В конце концов, у него вон семья… А тут я такой деловой нарисовался. Да, семья…» – Сашка усмехнулся сам себе, – «Так что и нечего себе рисовать всякие там розовые сиропчики. Ну встретились, ну потрахались, и всё!» Сашка затушил сигарету во всё той же крышке, закрыл форточку и вернулся в постель. «Интересно, что он сейчас делает?» – с этой мыслью Сашка снова уснул. ***** Выходные в семье пролетели мгновенно. Дочь Лиза была так рада приезду любимого папы, что Данила просто таял в её маленьких цепких ручках. Ну и с женой пообщался, куда же без этого. А в понедельник Данила посетовал, что ему необходимо в головной офис и с самого утра улизнул из дома. Нужно отдать должное, в офис он всё же заехал, повидался с тестем, которому и принадлежал крупный строительный холдинг, где работал Данила, возглавляя одну из многочисленных фирмочек. Предоставил ему краткий отчёт о делах в приморском городке, где они строили гостиницу. В двенадцать он освободился, вышел из офиса и позвонил, наконец, Ларику. – Привет, солнышко. Я в Москве, давай встретимся… Да, в твоём любимом ресторане. В два часа. Что? Хм… Ну хорошо, давай в три. Всё, договорились, – Данила нажал на отбой. Настроение улучшилось, и он поспешил в ближайший ювелирный магазин. Хотелось побаловать парнишку подарком. Показать, что он думал о нём. В магазине Данила долго и придирчиво выбирал для Ларика браслет. Он перебрал десятки вариантов, но всё было не то. Наконец, он обратил внимание на браслет из белого золота с бриллиантовыми вставками. – О, да! Это то, что нужно! Упакуйте, пожалуйста, в подарочную коробочку. Очень довольный собой и в предвкушении того, как обрадуется подарку Ларик, Данила приехал к ресторану. Приветливая хостес проводила его за столик. Ларик, как водится, опоздал на полтора часа. Данила успел пообедать, ожидая любовника. Ларик появился в дверях ресторанного зала, чуть приостановился, окинув взглядом посетителей. Увидев Данилу, он с раздражением отмахнулся от хостес, прошёл через зал и уселся за столик. – Представляешь, эта коза испортила мне маникюр! Вот, посмотри! – Ларик, даже не поздоровавшись, протянул свою руку Даниле, демонстрируя тонкие ухоженные пальчики. – Больше я к ней не пойду! Придётся искать нового мастера, – Ларик взял меню у подошедшего официанта. – Так, мне Нисуаз, потом стейк и на десерт… Фруктовую корзиночку и кофе раф ванильный. Официант удалился, Ларик же достал телефон, сделал несколько селфи. – Ларик… Ты опоздал на полтора часа! – Данила не выдержал и всё же дал волю своему раздражению. – И что? Я был в салоне! Как тебе моя новая причёска? А как тебе тон? Нравится? Мне надоело быть блондином, и я чуть-чуть добавил тон. Нет, но ты представляешь, она даже не извинилась! Испортила мне ногти! И даже не извинилась! И знаешь что? Я не стал платить за это! Я устроил грандиозный скандал! И накатал такой отзыв! Мало не покажется. – Ларик! – Что? Где мой салат? – Ларик недовольно посмотрел в сторону кухни. – Ты надолго в Москву? У Ларика зазвонил телефон, и он тут же снял трубку. – Привет! Ой нет, не сегодня. У меня уже весь день расписан буквально по минутам. Я наберу тебя. Всё, пока-пока! – положив трубку, Ларик вернулся к своему вопросу. – Так ты надолго? – К сожалению, только на пару недель, – Данила подозвал официанта и заказал себе ещё кофе. – И как тебе живётся в той дыре? Весело? – он недовольно поморщился, ковыряя вилкой в только что принесённым салате. – Лар, у меня для тебя подарок, – Данила достал коробочку с браслетом. – Подарок? – Лар взял коробочку, раскрыл её и снова недовольно поморщился. – Браслет… Камушки… К нему нужно новый лук подобрать. Скинь мне денег на карту, – Ларик раскрыл свой щёгольский рюкзачок и закинул в него коробку с браслетом. – Салат мне не нравится. Данечка, давай завтра пересечёмся вечером, часов в семь. Поужинаем. Я тебе покажу, что выбрал под браслетик. А потом можем снять номер. Хочу потрахаться с тобой. Знаешь, ты лучше всех меня трахаешь. Я даже немного скучал. Салат не буду! – Ларик повернулся, увидел официанта и махнул ему рукой. – Любезный, заберите это! В салате томаты стеклянные! И где мой стейк? Я тут могу уже умереть от голода! Данечка, золотце моё, можно было бы и сегодня перепихнуться, но у меня вечер занят. У Гвидона выставка, там будут все-все! Я в салоне проторчал столько времени, нужно теперь непременно выгулять эту красоту! Ты же помнишь Гвидона? Вот, представляешь, он подженился! Там какая-то тётя у него объявилась, так он весь измурлыкался. Хочу глянуть, что за тётя такая. Дань! Ты совсем не слушаешь меня! Как тебе моё предложение на завтра? – Слушаю, солнышко! Великолепное предложение! – Данила улыбался, глядя на Ларика. У Лариона снова зазвонил телефон – Привет! Зай, нет, никак не получится. Сегодня выставка у Гвидона. Завтра? – Ларик кинул быстрый взгляд на Данилу. – Завтра я занят. Прекрати! И что? Между прочим, ты обещал взять отпуск и свозить меня на Мальдивы! И что я получил? Подожди, солнышко, у меня важные переговоры! Нет, я же сказал, что буду занят. Ну… – Ларик широко заулыбался. – Ммм… Ладно, я подумаю. Пока! – Ларион нажал на отбой и положил телефон на стол. – Где мой стейк? Эй! – Ларион махнул рукой официанту. – Вы что, всё ещё готовите несчастный кусок мяса? Сколько можно? Данила, прекрасно слышавший телефонный разговор Ларика, недовольно поджал губы и раздражённо крутил на блюдечке кофейную чашку. – Ларик, ты не мог бы быть более тактичным? – наконец выдавил из себя Данила. – А что такое? Ты ревнуешь? Вот ещё, придумал глупость какую! Ты что, думал, я буду сидеть у окошка, грустить и ждать тебя? Официант наконец принёс заказ Ларика, тот отрезал небольшой кусочек мяса и закинул его в рот. – Мммм… – Мне неприятно, Ларион. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь, и… – Оставайся в Москве и, возможно, всё у нас будет по-прежнему, – Ларик увлечённо расправлялся с мясом. – Ларик! Ты знаешь, что я не могу бросить работу! Телефон Ларика снова зазвонил. – Привет! Что? Лечу! Да, да! Буду через полчаса! – Ларик нажал на отбой. – Данюш, прости, мне срочно нужно бежать! Серж договорился с Мариночкой Павловной! Мои работы берут на выставку! Серж такой милаха! Не забудь мне денег перекинуть, и завтра созвонимся! Я соскучился! Сними номер в «Маргарите», я к семи подъеду. Потрахаемся… Сообщи, какой номер снял. Всё, я побежал! – Ларион подхватил свой рюкзак, взял со стола телефон. – Не грусти, Данюш, тебе не идёт. Ларик послал ему воздушный поцелуй и быстрыми лёгкими шагами направился к выходу. – Ларик… – Данила захлёбывался от ревности. У его Ларика какой-то Зая… На Мальдивы они собрались. Какая же сучка этот Ларик!