Пепел войны

      Драко спустился на метле и замер рядом с Гарри, который завис над квиддичным стадионом и внимательно изучал игру внизу.       – Тебе нужно высматривать злоумышленника, а не снитч, – протянул блондин, беспокоясь о друге гораздо больше, чем мог позволить себе показать.       – Боишься, что я снова тебя обыграю, – Поттер повернул голову, чтобы ухмыльнуться сопернику, прежде чем снова перевести взгляд на поле под собой.       – Больше всего я боюсь, что мне придётся растить мини-Поттера с Уизли, если ты погибнешь, – ухмыльнулся Драко в ответ, высматривая одновременно и несостоявшегося убийцу, и снитч, – Понимаю, что по плану ты должен стать приманкой, но я хочу быть уверен, что не стал мишенью по ошибке. В конце концов, целью последних двух покушений был я. Может быть злоумышленник решил сменить жертву.       Честно говоря, игра под ними превратилась в настоящий бардак, слишком много фолов, так как правила нарушались уже не один раз. Хорошо ещё, что никто не упал с метлы, но это было только самое начало игры...       Рон неплохо справлялся с ролью вратаря слизеринской команды. Тео, Блейз, Панси и Драко настаивали на том, чтобы их команда, несмотря на то что в ней были представители разных факультетов, считалась командой Слизерина. Младший Уизли, как ни странно, не поднял из-за этого большого шума. Команда Гарри, получившая название «Гиппогрифы», поскольку капитан настаивал, что ловец соперников сочтёт это пугающим, пропустила почти все квоффлы, поскольку Дин оказался неважным вратарём. Близнецы Патил стали неплохими охотниками, и, что удивительно, Гермиона и Невилл показали себя довольно устрашающими загонщиками, хотя ни один из них не был силён в полётах. Во всяком случае, Блейз и Панси явно нервничали, когда оказывались на расстоянии бладжера от этих двоих. Слизеринские охотники Тео и Эрни были просто ужасны и, если бы Дин не был ещё хуже, слизеринцы бы вообще никогда не забили.       Гарри фыркнул:       – Уверен, что ты бы прекрасно позаботился о Крохе, но тебе придётся побороться с Северусом, чтобы забрать ребёнка, даже если Рон станет его крёстным отцом. Кроме того, не думаю, что во время игры кого-то из нас попытаются убить. Понимаю, что пару раз чуть не погиб на квиддиче, но это не похоже, на стиль нашего убийцы: он проделал хорошую работу, скрывая свою личность, а нападение в разгар матча не располагает к подобному. Это произойдёт во время моего очень заметного и одинокого похода в лес, который состоится после игры. Злоумышленник не упустит такую возможность. Единственная цель матча – собрать всех в одном месте, чтобы увидеть, кто последует за мной. Надеюсь, его остановят до того, как произойдёт нападение.       – Кстати, где мой крёстный? Я думал, что судить будет он, а не профессор Уизли, – Драко огляделся в поисках мастера зелий, зная, что тот должен быть где-то неподалёку, – Уверен, что старший Уизли ничего не смыслит в квиддиче.       Поттер нашёл глазами Перси, который казался крайне измотанным нарушениями правил и странными розыгрышами, происходящими вокруг него, но держался молодцом и, производил впечатление человека, который знал, о чём говорит, когда назначал фолы и штрафные удары.       Гарри рассмеялся на последнее замечание Малфоя:       – Перси прожил в одной спальне с Оливером семь лет. Интересовался он спортом или нет, держу пари, на данный момент он знает о квиддиче больше, чем я.       – Мерлин, за это он заслуживает медали. Не понимаю, как ты мог так долго играть в команде Вуда, – поморщился Драко.       – Твой крёстный... Я не совсем уверен, где он, – Гарри посмотрел в сторону леса, беззаботно пожав плечами, – Он скрывается, и я достаточно верю в его шпионские способности, чтобы знать, что никто из нас его не заметит, если он сам этого не захочет.       Блондин кивнул, полностью соглашаясь с такой оценкой. Примерно в это же время Блейз получил удар бладжером, посланным Гермионой. Драко резко поморщился:       – Напомни мне никогда не злить бывшую Рона Уизли.       Гарри только улыбался, глядя на своего друга сверху вниз:       – Ей следовало бы попробовать себя в команде, если бы она умела летать чуть лучше. Нев тоже неплохо владеет битой, я просто молюсь Мерлину, чтобы он не свалился с метлы.       – Не думаю, что кто-то из них станет профессионалом, – согласился Драко, покачав головой, – Я задумывался о спортивной карьере, но Уизли не хочет оставаться лордом и брать на себя все обязанности в Визенгамоте, когда я снова смогу занять место Малфоев, – пожал он плечами.       – У тебя всё получится, к тому же... – Поттер широко улыбнулся, отлетая в сторону от слизеринского ловца, – Ты становишься мягкотелым, Малфой...       Гарри развернулся и помчался в сторону золотого отблеска, мелькнувшего у ворот гиппогрифов. Драко выругался и с решительным видом погнался за ним.       – Поттер! – прошипел блондин сквозь зубы.              Гарри неторопливо направлялся к опушке Запретного леса. Он очень громко жаловался на то, что Северус заставляет его пойти в лес за каким-то редким ингредиентом для зелий, который растёт только в это время года, пока готовились команды, а зрители толпились вокруг, и продолжил, когда все праздновали победу команды Слизерина. Да, Гарри поймал снитч, но соперники забили слишком много. Если тот, кто пытался убить его, не знал, что он будет один и беззащитен в лесу, то злоумышленника просто не было в Хогвартсе, что казалось крайне маловероятным.       Гарри вертел в руках воскрешающий камень, насвистывал какую-то мелодию и пытался не выглядеть так, будто готов выпрыгнуть из кожи вон от волнения. Даже если не брать во внимание вероятную новую попытку убийства, Поттер шёл в лес, где его уже однажды убили, а на пальце у него был тот же камень, что и тогда. Это было похоже на флешбэки, и юноша прикладывал огромные усилия, чтобы не позволить воспоминаниям влиять на себя.       – Где бы ты ни был, Северус, я очень надеюсь, что ты не занят сейчас сбором ингредиентов, – проворчал Гарри себе под нос. На самом деле он не беспокоился о своей жизни. Да, его можно было убить, но, похоже, потребовалось бы полностью отделить голову от тела, чтобы сделать смерть окончательной. Он не думал, что человек, который уже дважды пытался убить, столкнув жертву с высоты, сможет зайти так далеко, хотя проклятое письмо было очень жестоким.       – Определённо присоединюсь к охоте безголовых, – снова проворчал Поттер себе под нос при мысли о том, что его действительно могут убить. Он остановился, услышав шорох. Затем рассмеялся и облегчённо вздохнул, увидев нюхлера, который юркнул в подлесок.       Гарри усмехнулся, прежде чем снова двинуться вперёд. «Схожу с ума...» – подумал он, когда его внимание привлёк другой шорох.       – Круцио! – заклинание было произнесено в спину, юноша с криком упал на землю.       – Почему ты не можешь просто умереть? – с отчаянием закричал знакомый голос, когда заклинание, наконец, было снято, – Я не знаю, как ты выжил после падения с башни, но у меня есть целый день, прежде чем тебя хватятся, и, если понадобится, я буду продолжать накладывать смертельное проклятие, пока не сделаю всё правильно!       Гарри поднял глаза и нахмурился, увидев кипящего от ярости человека, стоящего над ним.       – Во-первых, я уже дважды получал это проклятие и всё ещё жив, – процедил он сквозь зубы, сердито глядя на девушку, – Во-вторых, несмотря ни на что, я не был настолько плох на Святочном балу, чтобы ты могла желать мне смерти. Что я тебе такого сделал, Парвати? Уверен, что видел, как во время битвы ты сражалась на стороне света, так что, к сожалению, могу объяснить нападение на Драко, но почему я?       – Круцио! –снова произнесла она со злостью.       Гарри проклинал Кэрроу за то, что они обучали этому заклинанию всех подряд, и старался не прикусить язык и не потерять контроль над мочевым пузырём. Юноша застонал, когда она, наконец, сняла заклинание, и подумал, что, где бы ни был его партнёр, ему, чёрт возьми, самое время вмешаться, потому что, если бы до этого дошло, Гарри на самом деле не хотел убивать сестру Падмы.       – Этого пожирателя смерти следовало запереть вместе с остальными, чтобы он гнил рядом со своим отцом в Азкабане, вместе с твоим любовником-вампиром, – выплюнула она, – Это неправильно, что они разгуливают на свободе рядом с нами!       Гарри застонал и поморщился.       – Значит, у тебя сложилось предубеждение против существ, но ты даже не знала про меня, когда столкнула с башни, – напомнил Поттер, слегка приподнимаясь, чтобы посмотреть девушке в глаза и быть готовым при необходимости приподнять второе веко, но также очень желая услышать ответ, который избавит его от необходимости применять смертельный взгляд к своей партнёрше по Святочному балу.       Теперь, когда он думал о нападениях, всё обретало смысл. Парвати находилась с ним и на уроке астрономии и в гостиной, когда он сказал, что собирается вернуться в башню за своей книгой. Она была постоянным посетителем совятни, так что ни одна из сов не увидела бы в ней угрозы. И он готов был поспорить, что, если бы она стояла в коридоре с кем-то, кроме Джинни, Рон и Драко даже не заметили бы её присутствия.       – Сам-Знаешь-Кто вызывал тебя во время битвы, а ты не пошёл! Ты ждал! И Лаванда умерла! – закричала на него девушка, – Затем, когда ты, наконец, пошёл к нему, ты вернулся, уверенный в себе, ты убил его, как будто мог сделать это в любое время. Ты мог бы пойти и сделать это сразу, а не ждать! Лаванду не убил бы этот монстр! Это твоя вина!       И вот почему Хогвартс нуждается в обязательных консультациях целителя разума после того, как они только что пережили войну, подумал Гарри с неприятным ощущением в животе. Он знал, что не смог бы убить Волдеморта, когда тот впервые вызвал его в начале битвы: тогда они ещё даже не нашли диадему. Одно дело – оставить Нагини, когда многие люди знали, что она должна умереть, но было бы невозможно положить конец войне сразу с двумя неуничтоженными крестражами. Однако эти слова всё равно сильно задели Гарри, и в глубине души он был согласен с Парвати, даже если разумом понимал, что это не его вина.       – Мне так жаль Лаванду. Ты права, Грейбек был монстром, – сказал Гарри со всем чувством, на какое был способен, выпрямляясь на земле, – Вот почему я убил его во время битвы...       – Лжец! – выкрикнула она и подняла палочку, – Ты такой же, как и все остальные!       – Ты не знаешь всей истории! Я не смог бы убить его тогда! Битва бы не закончилась, если бы я пошёл к нему раньше.       – Мне всё равно! – теперь девушка рыдала, направляя на него палочку, – Я просто хочу, чтобы всё это закончилось!       Маленький тёмный зверёк слетел с деревьев, заставив их обоих поднять глаза на летучую мышь, которая, хлопая крыльями, опускалась всё ниже. Она постепенно увеличивалась, пока Парвати не ахнула, а Гарри с облегчением не улыбнулся вампиру, стоявшему между ними с палочкой в руках и сверлившему девушку суровым взглядом.       – Всё кончено, мисс Патил, пора отпустить... – Снейп протянул руку за её палочкой, обманчиво опустив свою, чтобы не выглядеть угрожающе, но Гарри знал, что тот будет в разы быстрее Парвати, если она попытается что-нибудь предпринять.       – Это никогда не закончится, – всхлипывала она, её плечи тряслись, из глаз текли слёзы, а на лице было ясно написано отчаяние.       Гарри видел это, он чувствовал что Парвати представляет такую же опасность для себя, как и для всех остальных. Он не знал, заметил ли это Снейп, но палочка, подёргивающаяся в её руке, больше не была направлена ни на кого из них, а находилась очень близко к её собственному телу. Он не мог придумать, что предпринять, поэтому сделал единственное, что пришло ему в голову и что не причинило бы ей вреда, – запел.       Не было слов – просто мелодия, грустная, понимающая и успокаивающая музыка. Песня феникса окутала их, и Парвати заплакала сильнее. Она отпустила боль утраты и её волшебная палочка с тихим стуком упала в траву.       Гарри встал и, не останавливаясь, взял Парвати за руку и просто держал её. Она не выдержала и бросилась к нему в объятия, едва не повалив на землю. Он устоял и запел чуть тише, прижимая её к себе, пока слёзы капали ему на футболку, а тело в его руках сотрясалось от каждого судорожного всхлипа.       Краем глаза Гарри увидел, как Снейп вызвал патронуса-феникса, который полетел в сторону школы. Их взгляды встретились, и Гарри одарил партнёра лёгкой грустной улыбкой, а Снейп в ответ закатил глаза на то, что, конечно же, его патронус изменился, чтобы соответствовать защитнику Гарри. Они обменялись взглядами поверх головы сломленной девушки и поняли, что её дела действительно плохи, но всё ещё может измениться к лучшему. Это была не та справедливость или возмездие, которых они хотели, но, возможно, сейчас миру нужно меньше справедливости и больше исцеления.              – Как ты? – спросил Снейп, устало входя в свои покои после общения с взволнованной директрисой, обезумевшими родителями, обеспокоенными аврорами и одним очень страшным целителем Моррисом, который, когда его вызвали, появился и сразу взял ситуацию под контроль. Северус улыбнулся, глядя на подростка в спортивных штанах и футболке, который сидел на его диване и держал изумрудное яйцо так, словно это была самая драгоценная вещь в мире.       – К сожалению, бывало и хуже... Или, может быть, к счастью, я не знаю, – Гарри обратил на него покрасневшие ярко-зелёные глаза и жестом пригласил мужчину присоединиться к нему на диване, – Сегодня вечером мне понадобится ещё одно обезболивающее и, возможно, зелье сна без сновидений.       Снейп кивнул и положил ноги Гарри к себе на колени.       – Я уже поставил их для тебя у кровати.       – Как она? Куда в конце концов её забрали? – спросил юноша, и в его тоне сквозила вся горечь прошедшего дня.       – Со временем ей станет лучше, – сказал Северус так убедительно, как только мог, – Мы связались с Мунго, ну, вообще-то, с целителем Моррисом, и он вызвал пару коллег, которые забрали её для лечения. Никто в нашем мире не хочет видеть, как травмированного ребёнка отправляют в Азкабан, потому что никто не смог разглядеть, как больно ей было.       – Перси видел, – ответил Гарри с грустной улыбкой, – Он пытался наладить контакт с Парвати и разговаривал с Падмой с начала учебного года, но он всего лишь один человек и не смог достучаться до неё.       Снейп медленно кивнул и крепче обнял ноги Гарри.       – Преподавание – это его призвание. Место, где он должен быть и где он нужен. Никогда не было моим, но Перси... Нужно, чтобы он остался. Он сделает эту школу лучше.       Гарри кивнул и откинулся на спинку дивана, с любовью поглаживая яйцо.       – То, что она сделала, ужасно и могло бы быть намного хуже, если бы мы с Драко не были такими, какие есть. Слава Мерлину, что всё обошлось и никто не пострадал безвозвратно. Знаю, что не проявил бы такого понимания, если бы Крохе причинили вред, но думаю, что Парвати нуждается в помощи больше, чем я в мести.       Снейп медленно кивнул, соглашаясь с тем, что Гарри был лучшее, чем он сам или кто-либо другой.       – Как насчёт того, чтобы принять зелья и отправиться спать, – предложил мужчина, поглаживая ногу Гарри, в основном для того, чтобы убедиться, что его жених всё ещё здесь и с ним всё в порядке.       Юноша что-то мурлыкал и смотрел на него с лёгкой улыбкой.       – Почему бы тебе не пойти без меня? Есть кое-что, что я откладывал, и, думаю, мне нужно сделать это сейчас. Пришло время. Мне нужно поговорить с мамой и папой, рассказать им о Крохе и обо всём, что произошло.       Снейп сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, и указал рукой на кольцо Гарри, силу которого, он теперь знал:       – Я не оставлю тебя одного справляться с этим.       Гарри сжал его руку:       – Всё в порядке. Ты не обязан. Я знаю, что мои родители – болезненная для тебя тема. Я справлюсь с этим, обещаю.       Снейп упрямо подтянул ноги Гарри ближе и устроился на диване поудобнее.       – Знаю, но ты не должен справляться с этим в одиночку. Я, чёрт возьми, согласился на брак с тобой или, по крайней мере, был достаточно близок к этому. Я согласился начать строить совместную жизнь, что означает работать над собственной травмой, пока ты справляешься со своей. Если мы чему-то и научились сегодня, так это тому, что нельзя пытаться преодолеть всё в одиночку и отгораживаться от других. Так что, я просто приготовлю ещё одно зелье сна без сновидений, и давай познакомимся с твоими родителями.       Гарри усмехнулся, глядя на мужчину, убрал ноги с его колен, сел и положил яйцо между ними.       – Хорошо, но не стесняйся уйти в любое время, когда захочешь, и ты абсолютно точно не будешь спрашивать у них разрешения встречаться со мной или жениться на мне.       Северус только фыркнул на него и закатил глаза:       – Даже в мыслях не было...       Собравшись с духом и сделав несколько глубоких вдохов, Гарри снял кольцо, подержал его на ладони, сосредоточился и повернул кольцо три раза. Юноша услышал вздох рядом с собой, но не мог заставить себя открыть глаза.       – Привет, малыш... – услышал он нежный голос, обволакивающий его сердце.       Медленно открыв глаза, Гарри улыбнулся молодой паре, стоявшей перед ним. Из глаз его мамы катились серебристые слёзы, а Джеймс Поттер держался за свою жену так, словно она была единственным, благодаря чему он оставался на ногах.       – Привет, мама... Привет, папа, – юноше пришлось дотянуться и схватить руку Снейпа, которая внезапно показалась ему холодной и липкой.       – Гарри, нам так жаль, – Джеймс Поттер, совершенно не находил слов, не в состоянии выразить всё, что чувствовал.       – Давненько мы не виделись, – тихо усмехнулся Гарри, – Сюрприз! Я не умер или, по крайней мере, не навсегда.       Лили громко фыркнула, отчего Гарри и Снейп посмотрели на неё, одновременно подняв бровь.       – Гарри, любимый, мы бы очень хотели, чтобы ты оставался в живых как можно дольше. Хотя было бы приятно, если бы ты иногда звал нас с помощью этого замечательного кольца, особенно для того, чтобы познакомить с нашим внуком, – она указала на яйцо с возбуждённым блеском в глазах.       – Чёрт возьми! Мы скоро станем бабушкой и дедушкой, – рассмеялся Джеймс, – Я имею в виду, мы присматривали за тобой, так что мы уже давно знали, но да... Мерлин!       – Вы оба будете хорошими родителями, – заверила Лили Гарри и Снейпа, ткнув мужа локтем, – Сев, спасибо, что заботился о моем Гарри все эти годы. Для нас большая честь, что ты будешь рядом с нашим внуком. Только никогда не пытайся учить его зельеварению, – она бросила на друга детства игривый взгляд.       Джеймс рассмеялся:       – Да, Снейп, не хочу ворошить прошлое: знаю, что вы с Гарри тоже не хотите. Я сожалею и благодарю тебя. Но если ты причинишь боль моему сыну или внуку, я тебя достану.       Гарри закатил глаза, однако, к его удивлению, Снейп тихонько фыркнул от смеха. Это было достаточным для Гарри свидетельством того, что его партнёр отпустил своё прошлое, чтобы работать над будущим. Лили снова ткнула мужа локтем под ребра.       – Эй, женщина! То, что мы мертвы, не значит, что мне не больно, – запротестовал тот, потирая бок и с нежностью глядя на супругу.       – Вы слышали имена, которые я выбрал для Крохи? – Гарри сменил тему, хотя ему нравилось видеть своих родителей вместе, их возню друг с другом, такую же как он наблюдал у Гермионы и Рона.       – Я выбрал Августуса Харрисона Поттера для мальчика и Селену Солей Поттер для девочки, – с гордостью сообщил он, – Вам нравятся?       – Имена красивые, но почему не Снейп-Поттер или Поттер-Снейп? – Лили приподняла бровь и улыбнулась им обоим.       Джеймс, казалось, на секунду поперхнулся воздухом и должен был прийти в себя, прежде чем резко кивнуть:       – Да, конечно. Прекрасные имена, какая бы ни была фамилия.       Снейп усмехнулся:       – Поттер... Джеймс, я почти хочу настоять на том, чтобы ребёнок носил фамилию Снейп-Поттер, просто чтобы подразнить тебя, но нет, думаю, что у ребёнка Гарри должна быть его фамилия, – Северус одарил мужчину злобной ухмылкой, от которой Гарри едва не застонал, не зная, что последует, но понимая, что это может довести его отца до инсульта, даже если тот уже мёртв.       – Вообще-то я сам планировал взять фамилию Поттер. Снейп – это имя, с которым у меня не возникает никаких положительных ассоциаций, и Гарри заверил меня, что я могу изменить своё имя на любое, какое захочу, – сказал мужчина, с вызовом посмотрев на Джеймса и незаметно подмигнув Лили. Гарри обратил внимание на перемигивание, но всё ещё не мог понять, говорил партнёр серьёзно или просто подшучивал. Джеймс же выглядел так, будто потерял бы сознание, будь он живым, дышащим человеком.       – Думаю, это просто замечательная идея! – радостно воскликнула Лили, – О, Сев, я знаю, каким чёртовым ублюдком был твой отец. Если ты хочешь избавиться от его имени, тогда добро пожаловать в клан Поттеров!       Джеймс ошеломлённо что-то бормотал, медленно кивая при этом. В конце концов он достаточно оправился и прочистил горло:       – Эмм, да... добро пожаловать в семью Сн... э-э, Северус.       Гарри рассмеялся и сжал руку своего жениха, которую всё ещё держал в своей:       – Спасибо, мама и папа. Это много для меня значит. Больше, чем вы можете себе представить... То, что вы оба не против, что я больше не человек, даже зная, что я натворил за последние несколько лет...       – Эй, – прервал его Джеймс с какой-то смесью любящей улыбки и сурового взгляда, – Ты наш сын, Харрисон Джеймс Поттер, и это никогда не изменится. Мы любим тебя, независимо от того, волшебник ты, оборотень, гибрид феникса и василиска или магл. Что касается того, что ты сделал, мы очень гордимся тобой. Да, ты попадал в ужасные ситуации, но делал всё, что мог, и принимал решения, которые в то время казались наилучшими. Ты, чёрт возьми, спас всё британское волшебное сообщество!       Лили положила руку на плечо мужа, чтобы остановить его, когда он начал разглагольствовать, энергично размахивая руками.       – Джеймс хочет сказать, что мы любим тебя, гордимся тобой, и определённо не смогли бы справиться со всем, через что тебе пришлось пройти, так же хорошо. Гарри, любимый, ты наш герой.       – И мой тоже, – Северус улыбнулся и пожал руку юноши.       Гарри почувствовал, как на глаза наворачиваются слёзы, а к горлу подступает комок.       – Спасибо, – это всё, что он смог выдавить и снова взял в руку кольцо, – Я не могу задерживать вас надолго, это не очень хорошая идея с таким типом магии, но я скоро снова вас позову, можно?       – Тебе лучше позвать нас, когда мой внук вылупится, – Лили бросила на него предупреждающий взгляд, – Я также жду приглашения на свадьбу! Меня не волнует, будут ли твои гости в ужасе от присутствия пары духов. Мать должна быть приглашена на свадьбу своего единственного сына.       – Э-э, скорее всего духов будет больше, – поправил её Джеймс, – Сириус и Римус захотят пойти на свадьбу и посмотреть на ребёнка. Когда ты будешь готов, – быстро добавил он в конце, обращаясь к Гарри.       Гарри переглянулся со Снейпом, который только пожал плечами, словно уже смирился, и кивнул родителям:       – Да, и Римусу нужно будет пообщаться с Тедди, когда он немного подрастёт и сможет понять...       – Он сказал, что оставит это на ваше с Тонкс усмотрение, – заверила сына Лили, – Берегите себя, вы оба. Присматривайте друг за другом.       – Люблю тебя, Гарри, – Джеймс снова обнял жену за плечи.       – Люблю вас обоих, – добавила Лили, когда Гарри ещё раз повернул камень в руке, и они медленно исчезли.       Снейп, который, казалось, задерживал дыхание почти всё это время, наконец выдохнул и проворчал:       – Мне нужно выпить.       – Нет, тебе нужно принять зелье сна без сновидений и лечь спать, – Гарри встал и протянул руку, чтобы помочь ему подняться с дивана.       – Хорошо, – буркнул мужчина и принял протянутую руку, – Буду здоровым и разумным, но только в этот раз.       – Я обещаю, что это не войдёт у меня в привычку, – рассмеялся Гарри и положил яйцо в корзинку, – Эй, ты серьёзно собираешься взять мою фамилию или просто дурачился?       Северус, нахмурившись, остановился, разминая спину.       – Тебя это беспокоит? Признаю, я сказал это только для того, чтобы досадить твоему отцу, но Лили была права. У меня с моей фамилией связаны очень негативные ассоциации, и я не знаю, но если ты не возражаешь...       Гарри прервал его поцелуем.       – Мерлин, Северус! Я бы хотел, чтобы у всех в нашей маленькой семье была одна фамилия! Мне просто нужно было убедиться, что ты тоже этого хочешь! Мне всё равно, как тебя зовут, пока ты здесь, с нами, но было бы совсем неплохо, если бы мы все были Поттерами!       Вампир поцеловал его в ответ, а затем потянул за руку в сторону спальни.       – Давай всё-таки подождём со сменой имени до свадьбы, в отличие от Рональда и Драко, это упростит оформление документов.       Гарри только усмехнулся, уже планируя, что Энди начнёт всё оформлять. На самом деле, зная Энди, можно сказать, что она уже подготовила документы.       – Хм... тогда, возможно, придётся пожениться в ближайшее время...       Северус усмехнулся и подтолкнул его к двери:       – Давай разбираться с одной свадьбой за раз. Не думаю, что моё давление выдержит две.       – Ты вампир, – напомнил ему Гарри, прежде чем плюхнуться на кровать, планируя проспать добрых двенадцать часов, – Подай мне, пожалуйста, мои зелья, – он устремил на партнёра притворно умоляющие глаза.       Снейп бросил на него сердитый взгляд, но всё же передал зелья. Затем поставил корзинку Крохи на кресло у кровати.       – Я не собираюсь тебя укладывать, если ты этого ждёшь, – фыркнул мужчина и выпил своё зелье сна без сновидений, которое достал из небольшого шкафчика в углу комнаты.       Гарри рассмеялся, свернулся калачиком на своей половине и укрылся одеялом.       – Люблю тебя, – сонно пробормотал он.       – Я тоже тебя люблю, – мужчина поцеловал его в висок и отправился готовиться ко сну.       Северус вошёл в ванную и привалился спиной к двери, его эмоции, наконец, прорвались наружу с такой силой, к которой он не привык и не знал, как справиться. Включив воду, он издал всхлип, который изо всех сил старался подавить, надеясь, что Гарри не услышит, на глазах у него выступили слёзы. Наконец мужчина сел на край ванны и прислонился головой к прохладному кафелю, пытаясь взять себя в руки.       Тогда в лесу, увидев, что на Гарри наложили круциатус, Снейп чуть было не бросился к нему и не убил девушку. Единственное, что удерживало его, – это то, что партнёр заставил его пообещать вмешаться, только если это будет абсолютно необходимо из-за угрозы жизни, или после того, как злоумышленник скажет, почему нацелился на него и Драко. Он был так близок к тому, чтобы поддаться гневу и страху.       Джеймс и Лили дали ему своё благословение, но это не помогло, а только укрепило его в мысли, что он должен стать лучше ради Крохи, ради Гарри. Северус знал, что жених поцеловал бы его, сказал, что всё в порядке, и всё стало бы лучше, если бы он рассказал своему партнёру о своих чувствах и о том, что хотел сделать. Но не сейчас. Ему нужно было хорошенько выплакаться, лечь спать рядом с Гарри и начать следующий день, работая над своим терпением и гневом. Часть его всё ещё хотела проклясть девушку, которая пытала Поттера, но эта часть становилась меньше, или, по крайней мере, более разумной. Северус хотел быть кем-то, на кого Кроха мог бы равняться, и с кем Гарри гордился бы стоять рядом.       Он встал, плеснул себе в лицо немного воды, чувствуя, что зелье начинает действовать и его клонит в сон. Бросив последний взгляд в зеркало и глубоко вздохнув, Снейп взял себя в руки и даже слегка улыбнулся своему отражению при мысли о том, что скоро он перестанет быть Снейпом, станет Северусом Поттером, мужем, отцом и уважаемым владельцем собственной маленькой аптеки.