You are the fugitive but you don't know what you're running from You can't kid us and you couldn't trick anyone
Houdini, love, you don't know what you're running away from
Arctic Monkeys — Old Yellow Bricks • • • Поздняя осень. Идёт сильный дождь, что так барабанит по крышам домов, создавая внутри помещений свою неповторимую атмосферу. На улице уже темнеет, а в окнах зажигаются разноцветные огни. В каждом из них медленно протекает своя жизнь, череда событий и историй, о которых большинство из нас так и не узнает. В небольшом, но относительно чистом кабинете работает ведущий следователь известного участка — Старый Странный. Два года назад он только-только выпустился с университета, а уже сейчас занимает довольно престижную должность, что для многих покажется весьма необычным. Старый со всей силой опрокидывается на спинку рабочего кресла, обращая свой запылённый взгляд на открытое окно: в ближайшем сквере несколькими этажами ниже горят старые фонари. Они похожи больше на каких-нибудь светлячков среди тьмы, нежели на обычные железяки, излучающие ночью свет. Из-за автомобильной дороги под приоткрытыми окнами по всей комнате разносятся гудения машин. Город, кажется, живёт постоянно, ни на секунду не переставая дышать. — Чем я думал, когда выбирал профессию — Старый неспешно подымается со своего места и подходит к окну, немного высовываясь и смотря на оживленный город. — Думал, что работа в полиции — как в фильме. Море всего интересного, а по итогу приходится подписывать лишь тонны никому не нужных бумажек. Странный было очень хотел выучиться и найти хорошую работу по направленности, которую он — некогда воодушевленный, но целеустремленный невразумившийся подросток — наконец выбрал себе по душе. Но это занятие оказалось настолько нудным, что иногда от сего подобия бумажек начинает тошнить. И где то разнообразие — может, хотя бы приключения — в жизни, что ожидают тебя на каждом шагу карьеры, обещанные в крутых фильмах и чтивах? По помещению кабинета разносится настойчивый стук в дверь, что прерывает от терзающих эразмышлений главного следователя. — Войдите. — оборачиваясь громко произносит Странный. В кабинете собственной натурой появляется Прозрел — вечно занятый патрульно-постовой. Но а в руках у него ещё одна "приятная" порция ненавистной макулатуры. — Ох, боже мой, куда ж ещё? — Устало вздыхает Старый, когда вместе с вошедшим видит папку с документами. — Ты на сегодня уже свободен что-л? — Моя смена ещё не началась. Прозревший очень редко контактирует со Старым путём личного общения, не заменяя простые слова на сообщения в мессенджерах или рабочей почте. Про Прозрела, кстати, почему-то толком ничего не известно: никто не знает, когда и как именно он появился в участке; как стал патрульным, ибо часто говорит он только кратко и по делу. Да и, между тем, поговаривают, что Прозревший служит с самого появления участка. — М-м-м... — протягивает следователь, рассматривая очередные не подписанные документы. — Ты то ночью, то утром работаешь. С режимом, как я понимаю, всё совсем плачевно? — Именно. — Сочувствую. Повисает немая пауза. Странный, совсем не обращая никакого внимания на неловкую паузу в диалоге, рассматривает и сортирует бумажкт: что-то надо сделать сразу, а что-то подождёт и до пятницы. — К нам едет Ревизор, — неожиданно прерывает молчание Прозревший. — В смысле? — Завтра стажёров посылают. Необходимо их криминальной жизни поучить. — Опять? — Старый отвлекается от папки с заинтересовавшим его делом. — Если помнишь, в прошлый раз такая практика закончилась довольно безрадостно. В ответ коллега лишь молча кивает. В кабинете становится очень прохладно, почти темно и тихо, за исключением шума жизни за окном. Здесь Старому можно полностью сосредоточиться и отдать себя всего лишь работе, но то ли назойливые мысли в голове, то ли размышления и терзания не дают полностью сделать этого. — До завтра. — Прозревший протягивает руку для прощального рукопожатия. "И всё же, потенциальная ответственность ничуть меня не воодушевляет". — тут же проскакивает ещё одна навязчивая мысль в голове у Странного. Ныне, под завалами тяжкой муторной работы, он отюдь не может себя понять: что чувствует сейчас по отношению к жизни, что вызывает пытливый интерес, а что нет. На часах вновь шесть часов вечера. Очередной день сурка успешно прожит. Для кого-то рабочий день успешно завершается, а мысль о тёплой кровати после тяжкого дня не менее радует. А кому-то повезло меньше, оттого и график у несчастливых довольно специфичный. Старый обычно не относит себя ни к тем, ни к другим, ибо его расписание, в значительной степени, больше случайное и непостоянное, нежели здоровое, грамотно выстроенное и повторяющееся. Чему он не особо рад. Следователь складывает свои вещи в потрёпанную сумку и покидает рабочее здание, перед этим пройдя большой коридор, попутно встретив достаточно любопытных коллег. С ними ему сейчас точно не особо хочется разговаривать. Сильный порыв ветра сдувает последние осенние листья с деревьев, гармонично кружа их в длительном полёте. После рабочего дня люди со всех ног спешат в метро и остальной общественный транспорт, потому находя единственное свободное место в вагоне, Старый непременно думает, что сегодня удача явно на его стороне. Периодическое постукивание рельс, прерывистый гул людей и всего-то три часа сна умело убаюкивают прямо на месте. Но яркий свет метро, нарушая всю идиллию, даёт о себе знать. Впереди ещё вся чёртова неделя. Ещё всё впереди. (22.10.2023)