Summer of total jealousy

— Брось, Хван, — смеется в трубку Крис, — хватит просиживать задницу в офисе. Сколько мы не виделись? — У меня много работы, Крис, — Хенджин откинувшись в кресле устало трет переносицу, — я не могу просто так взять и сорваться посреди недели. Да еще и так надолго. — Давай же, друг, — продолжает настаивать Кристофер, — отлежишься на пляже, вымочишь кости в море. Вспомним былое, в конце концов. — Ты понимаешь, что мой босс нагнет меня жестче, чем ты ту брюнетку на вечеринке у Кори? — смеется Хенджин вспоминая бурную студенческую жизнь. — Отказы не принимаются, — говорит Крис, — все наши здесь, не хватает только тебя. — Наши? — мрачнеет Хенджин вспомнив одно конкретное имя. — Почти, — Кристофер прекрасно считывает эту заминку друга, — билеты я выслал тебе на почту. Самолет утром. Крис не дожидается ответа, сбрасывает звонок до того, как друг начнет вновь отнекиваться и одним глотком допивает остатки лимонада в стакане. Который день вилла, что с любезного разрешения его брата оккупирована ими, ходит ходуном. Вечеринки в бассейне одна за другой, ночью и днем, беззаботное лето. Традиция проводить совместный отдых в тесном кругу друзей, что укоренилась еще со старшей школы, со временем канула в лету. Кто-то переехал, кто-то стал важной шишкой в офисе и перестал проводить досуг вне работы в принципе. Крису захотелось хотя бы на несколько дней вернуться в то время. Из всей тусовки не хватало лишь Хенджина, сдержанного, правильного, живущего строго по правилам и моральным устоям. Год назад он внезапно стал слишком отстраненным, стал избегать гулянок и тех редких встреч, что удавалось организовать друзьям, окунулся в работу с головой и совершенно отдалился от всех. Кристофер с Хенджином были довольно близки, однако и с ним он по неизвестным причинам сократил общение. Теперь то Крис причину знает, но тогда, когда в жизни друга все рушилось, ему выпала возможность уехать по контракту в Штаты. Криса не было целый год и он не имел возможности вовремя уловить изменения в состоянии Хвана, сейчас он вернулся, на Крите солнце ласкает кожу, волны щекочут ноги, они молоды и свободны, а Крис твердо намерен воссоединить старых друзей.

***

Хенджин задерживается в офисе допоздна. Для него эта практика нормальна, ведь дома его все равно никто не ждет. В квартире пусто и тихо уже год, не пахнет горячим ужином, никто не встречает теплой улыбкой и крепкими объятиями, не целует нежно в щеку и не греет его постель. Не вытаскивает погулять по набережной по ночам, не хохочет до икоты от щекотки и не смотрит на него глазами, полными любви и доверия. Хенджин все это имел и был чертовски счастлив, но из-за страха и амбиций разрушил все собственными руками. В то время он стремительно стал подниматься по карьерной лестнице, должности сменялись одна за другой, он все свои силы бросал на достижение целей, все меньше времени уделял парню. Но самое худшее, что он мог сделать в этих отношениях, это скрывать их и свою ориентацию в целом. Не только на работе, а и от друзей. Сначала его парень входил в положение, потом принял сторону своего партнера, всячески поддерживал. Но со временем стал замечать, что на общих посиделках в компании друзей Хенджин делал вид, что он натурал. Заглядывался на девушек, обсасывал с парнями чью-то красивую грудь или задницу в короткой юбке, несколько раз ему даже приходилось уходить на кухню или в уборную, чтоб не слушать весь этот бред, который его очень сильно обижал. Он даже начал верить в то, что Хенджин действительно по девушкам. Их ссоры участились, слез было немеренно, криков тоже, горы битой посуды не сосчитать. Выходки Хенджина терпели до того, пока однажды его парень не пришел на тусовку на несколько часов позже остальных и не увидел на коленях Хвана какую-то девицу. Высидеть не разревевшись он сумел каких-то жалких двадцать минут, потом скинул все на плохое самочувствие и уехал к себе. Не к Хенджину, где были почти все его вещи. Им очень долго удавалось скрывать не только свои чувства и отношения, но и последние полгода совместного проживания. В тот вечер Хенджин своего парня дома не увидел, сложил два плюс два и изрядно выпившим после полуночи приехал к нему домой. Глаза его мальчика были опухшими и блестящими от слез, носик красным, а пухлые губы дрожали. Хенджин до последнего не верил, что между ними все кончено. Они громко ругались, оголодало целовались и снова ругались. Под утро, оба уставшие от выяснения отншений просто тихо разговаривали: — Ты трус, Хенджин, — тихо говорил парень, — мы так долго вместе, мы делим одну постель на двоих, но ты боишься признаться самому себе, что гей. — Все не так, — отрицал Хенджин, хотя сам понимал, что парень прав, — я нуждаюсь в тебе, — для его парня эти слова были словно отрезвляющая пощечина. — Нуждаешься? — шепотом переспросил он, — я люблю тебя больше всего на свете, а ты во мне нуждаешься? Скажи, что это алкоголь в тебе говорит, что ты неправильно выразился, не знаю, просто скажи что-нибудь, что не сломает меня, потому что в эту минуту я слышу как крошится мое сердце. Хенджин смотрел как его парень плакал, молил взглядом, безмолвно просил вновь поселить веру в их чувства и любовь, но Хван молчал. Хенджин не раз говорил, что любит его, они часто признавались друг другу в любви, но сейчас этих слов не прозвучало, не было обещаний, что они вдвоем против всего мира, вместе до последнего и со всем справятся. Лишь гулкая тишина, что молотком долбила по вискам. — Уходи, — глухо произнес его парень, — все кончено, Хенджин, — последние слова были произнесены срывающимся голосом, на грани истерики. Парень говорил надрывно, давясь слезами и громко всхлипывая, пытаясь уловить хоть каплю воздуха. В ту ночь Хенджин ушел, но не потому что действительно хотел расставания, а потому что алкоголь слишком затуманивал разум, не позволял трезво оценить ситуацию и риски, грамотно все взвесить и правильно расставить приоритеты. Следующим вечером его парень забрал все свои вещи пока Хенджин был на работе и на связь с ним больше не выходил. Позже Хенджин узнал, что парень вообще переехал. Несколько недель Хван его искал, все пытался связаться, но результата не было. И напрямую спросить не вызвав подозрений тоже не мог. В итоге он просто сдался и отпустил, а сам погряз в работе еще больше чем раньше. Сейчас Хенджин сидит на своей кухне, пьет виски, но не чувствует вкуса. Воспоминания нахлынули на него с самого утра, сразу после разговора с Крисом. О его бывшем парне с тех самых пор не было слышно абсолютно ничего, но в Хване зародилась слабая надежда на встречу. Крис сказал "все наши", к этим нашим относилась и его самая большая любовь, о которой он молчит по сей день. Есть ли шанс, что он тоже там и они встретятся? К часу ночи Хенджин опустошает четвертый стакан и долго смотрит на билеты, что еще утром выслал ему Крис, сомневается несколько минут, затем заполняет документы на больничный, отправляет их боссу и идет собирать вещи.

***

Крит встречает Хенджина палящим солнцем, а Крис широкими обьятиями. Они долго обнимаются, радуются встрече, болтают всю дорогу до виллы и Хенджин чувствует, что тиски, сдавившие его сердце почти трое суток назад, понемногу отпускают. На виллу они приезжают к утру. Семнадцать часов в самолете и десять часов езды от Афин до Крита полностью вымотали парня. Потому как только они добираются до дома, Хенджин валится с ног и засыпает мертвым сном в предоставленной ему комнате. Просыпается он к следующему утру, и если у всех на вилле утром жуткое похмелье, Хенджин же просыпается полным сил и желания отрываться. Он спускается на кухню, варит себе кофе и ползет на второй этаж, на террасу с которой видно как горизонт сливается с морем, как оранжевое солнце окрашивает в золото стены громадного дома и полный веселящихся людей бассейн. Спустя несколько минут к нему присоединяется Крис, сначала они перешучиваются, обсуждают будничную рутину и слышат доносящиеся снизу голоса людей и всплески воды. Хенджин переводит взгляд вниз, подносит чашку с кофе ко рту и замирает. Там внизу, в бассейне, плещется он, тот из-за кого его сердце пропускает удар. Его белоснежная улыбка светит ярче солнца, его смех эхом разносится по вилле и у Хенджина все внутри трепещет. Внезапный порыв счастья сменяется адской болью в области груди. Его светлый мальчик в обьятиях другого, громко смеется и крепко обхватывает шею какого-то парня, пока тот кружит его в воде. Нагло держит за изящную спину и под коленками, прикасается к бархатной коже. Кажется Феликс счастлив, а в Хенджине миры рушатся от боли. Он так и стоит с недонесенной до рта чашкой, продолжает смотреть вниз, пока не встречается с ним взглядом. Феликс смотрит на него каких-то десять секунд, вновь своими сияющими глазами прожигает в его сердце новую дыру, а затем отводит взгляд. Продолжает резвиться с незнакомыми людьми в бассейне и проживать свою счасттливую жизнь, в то время как Хенджин на втором этаже разрушается. Хван сам не замечает как отвлекается на Криса, как Феликс исчезает из его поля зрения, а ему хочется лишь одного, вернуться в свой душный офис и вновь погрязнуть в работе. С другом он разговаривает еще нескоько десятков минут, пока того не уводит какая-то мулатка в свободную комнату, Хенджин на автомате спускается на кухню. Но и тут его сердцу покоя не найти, у кофемашины стоит он, с мокрыми волосами, махровым полотенцем на одном плече и майке без рукавов, которая такая же мокрая, как будут сны Хвана после этой встречи. Майка на Феликсе прилипла к телу, выглядит как вторая кожа, очерчивает тонкую талию и упругую задницу. Хенджин благодарит небеса, что эта тряпка прикрывает стройные бедра его бывшего парня и не открывает ничего лишнего, иначе он бы за себя не отвечал. — Привет, — прочистив горло здоровается застывший в дверном проеме Хенджин. — Привет, — Феликс оборачивается на голос, лучезарно улыбается и в отличии от Хенджина не вздрагивает от встречи. — Хорошо выглядишь, — Хенджин проходит в глубь помещения, ставит на кухонную столешницу пустую чашку и засовывает руки в карманы своих пляжных шорт. — Спасибо, — голос Феликса звучит слишком расслабленно, уверенно, счастливо и свободно, от чего Хенджину еще хуже, — ты тоже. Рад тебя видеть. — И я, — скомканно отвечает Хенджин. Смотрит так пристально, изучает, пытается уловить изменения за прошедший год. И изменения есть. Феликс больше не смотрит на него как раньше, не чувствует неловкости рядом с бывшим, он расслаблен. Он так близко, но так далек, так недосягаем. Хенджин понимает, он больше точно не его. Хван открывает рот, чтоб спросить что-нибудь, растянуть момент, но в кухню влетает несколько человек, отвлекают Феликса от несостоявшегося разговора, спрашивают что-то про маргариту, Феликс смеется, из его рук убирают чашку с кофе и какой-то высокий парень подхватывает его на руки, закидывает на плечо и звонко шлепает по заднице. Хенджин сжимает челюсть от злости, смотрит на этот весь балаган и провожает взглядом спину парня, что уносит его любовь обратно к бассейну. Феликс поднимает на него взгляд и лишь бросает легкое "веселись". Хенджин стоит столбом посреди кухни, сжимает кулаки и от чего-то ревнует. Ему хочется начистить рожу этому воображале, который нагло лапал его бывшего. Но почему его это беспокоит, если бывший? Он не имеет права так думать, не имеет права претендовать на него, на его внимание и расположение. И уж точно не имеет права ревновать. Но в груди клокочет злоба. На глаза ему попадается оставленный девушками графин с маргаритой и он наливает себе в стакан, пьет залпом и морщится. На втором стакане коктейль уже не кажется ему приторным, а на третьем ему срывает крышу. Он выходит из дома, жмурится от солнца и цепляет взглядом друзей на противоположной стороне бассейна, мимо него проходит какая-то девчушка с несколькими бутылками пива и Хенджин умыкает одну из ее рук. Пьет прямо на ходу, подходит к друзьям и с каждым крепко обнимается, громко смеется и делает вид, что не злится. Хван заваливается на пустующий рядом лежак, тянет с головы Чанбина солнцезащитные очки и смеясь напяливает их. Краем глаза он наблюдает как Феликс сидит на бортике с бокалом маргариты в руках, его ноги гладит все тот же двухметровый широкоплечий оболтус и Хенджин тихо рыкнув себе под нос, допивает бутылку пива. Встреча со старыми друзьями немного отвлекает, к ним присоединяются полуголые девушки в бикини. И Феликс. Блондин стоит в мокрой насквозь футболке, капли воды стекают по его коже и он широко улыбаясь, вытирает свои волосы. Хенджин так же в развалку лежит на лежаке, к нему подсаживается незнакомая миловидная девушка и кладет руку ему на бедро, парни вокруг одобрительно присвистывают, а Хван опускает очки на переносицу и вопросительно смотрит на нее. — Уединимся, красавчик? — девушка без стеснения тянется пальчиками выше, задирает край шорт, а Хенджин брезгливо сбрасывает ее руку. — Я по парням, — фыркает Хенджин, — меня привлекают тощие блондины с пухлыми губами, — Хван демонстративно переводит взгляд на ошарашенного Феликса, — можешь составить мне компанию, Фефи. Вокруг них десятки голосов, смех и веселье, а компания друзей будто под звукоизолирующим куполом. Никто из них, кроме Криса, что уже успел оприходовать мулатку, не понимает что происходит, а Феликс сверлит бывшего недобрым взглядом. — Ты приехал всем настроение портить? — взрывается Феликс, — столько времени ссался признаться, что трахал меня, жил со мной и клялся в вечной любви, а тут пиво в тебе смелость пробудило и тебе захотелось представления? — Как будто ты не для того чтоб я ревновал на виду у всех ноги раздвигаешь перед этим парнем, — Хенджин подскакивает с места, приближается к Феликсу вплотную и смотрит как обиженный зверь. — Дебил, — звонкая пощечина отрезвляет Хенджина, но он не успевает ничего сказать. Феликс, скрывая блестящие от подкатывающих слез глаза, уходит. Хенджин срывается за Феликсом, но Крис не позволяет уйти, усаживает обратно на лежак и не дает натворить глупостей. — Я опять все испортил, — тихо говорит Хенджин, — так и знал, что приехать было плохой идеей. — Плохой идеей было вот так вести себя, — хлопает его по плечу Чанбин, — а теперь рассказывай. Хенджин тяжело вздыхает, но понимает, дороги назад нет. Он выкладывает все как на духу, как еще в школе ему нравился Феликс, но он ничего не предпринимал потому что парень был младше, как в университете они прятались по углам словно подростки, как начали встречаться и как он боялся осуждения, которое наблюдал со стороны сплошь и рядом, как боялся плохой реакции друзей и Криса в первую очередь, на что все в удивлении на него посмотрели. Рассказал о ссорах, которые возникали каждый раз из-за того, что Хенджин делал вид при всех, что по девушкам и как они расстались. — Как вам удавалось столько времени скрывать свои отношения? Вы сколько вообще встречались? — Официально полгода встречались и полгода жили вместе, — отвечает Хенджин, вновь отпивает пиво из не понятно откуда взявшейся в его руках бутылки, — съехались уже когда каждый своей жизнью был занят. Мы все пересекались редко и было не так сложно. — Обалдеть, — охает Чанбин, — как мы вообще не замечали? — Мне надо с ним поговорить, — игнорирует вопрос Хенджин. — Точно не сейчас, — стопорит его Крис, — ты его на вилле сейчас не нарисуешь. Я тебе потом покажу где он любит бывать. А сейчас нам нужно что-нибудь перекусить и отдыхать. Мы что, зря собрались здесь? Но Хенджину веселиться уже не хочется. Только пить и размышлять о том, сколько времени он потерял, каким дураком был и как теперь это все починить. Феликса в тот день на вилле он и правда не видел, а друзья решили выпить за встречу. Выпили так, что некоторые на лежаках и остались спать, а Хенджин ища опоры в стенах, поплелся в свою комнату. Однако до нее не доходит, он вваливается в ту, что расположена сразу возле нее. Перед глазами все расплывалось, он едва добрался целым до кровати, а когда завалился на нее, в нос ему ударил приятный аромат, такой до боли знакомый и родной. Хенджин не понимает, что находится в комнате Феликса, но понимает, что рядом что-то, в чем он сильно нуждался. У него кружится голова, он пытается прийти в себя, хочет сползти с кровати но натыкается рукой на замершее тело рядом, где-то на подсознании может быть догадывается, что все реально. Он лишь тянет парня к себе, крепко обнимает и обжигает затылок горячим дыханием. — Я так скучал, Феликс, — бессвязно бормочет Хенджин. А Феликс, затаив дыхание, смахивает слезу. Парень разворачивается в крепких объятиях, видит, что Хенджин спит. Он невесомо проводит пальцем по щеке, прикусывает губу, а затем шепотом произносит: — Глупый, глупый Хенджин. Феликс всю ночь не спит, слушает неровное дыхание и любуется. Безумно скучал, столько раз хотел позвонить, но держался изо всех сил. Выл ночами от тоски и любви, а сейчас его боль лежит рядом, дышит на него перегаром, но ему все равно. Хочется прикасаться к теплой коже, вновь прижиматься, снова целовать эти чертовы губы и любить. Так же как раньше, отчаянно, до дрожи в коленях и тошноты от бушующих внутри бабочек. Но былого не вернуть, Хенджин сам выбрал эту дорогу, сам отказался от их любви и по-этому как только утренние лучи солнца стали пробиваться в окно комнаты, Феликс ускользает из его крепкой хватки и тихо взяв свои вещи уходит.

***

Хенджин просыпается к полудню, с жуткой головной болью и сухостью во рту. С огромным трудом разлепляет веки и жмурится от яркого солнца, которое светит прямо в рожу. Спустя несколько минут он понимает, что находится не в своей комнате, разглядывает стены, взгляд цепляется за фото в рамке на прикроватной тумбочке. На нем изображена их компания во время какой-то вечеринки, но что цепляет больше всего, в центре стоят они с Феликсом. Руки Хенджина крепко обвивают талию Феликса, на тот момент они уже полгода встречались. Хенджин помнит ту вечеринку, как они вдвоем спрятались в подсобке, как ему приходилось рукой затыкать рот Феликсу чтоб их не спалили, как была разодрана его спина и как Феликс сжимался вокруг его члена, как отчаянно целовал и шептал как сильно любит. В ту ночь Хенджин впервые признался вслух, что тоже. Теми самыми тремя словами. Еще несколько минут он смотрит на фото, затем нехотя выбирается из чужой постели и ползет в свою комнату. На коже все еще чувствуется запах Феликса и ему совсем не хочется его смывать, в груди все сжимается от тоски. Все же Хван долго принимает душ, после спускается вниз и сразу направляется к бассейну, садится на дальний лежак под зонтом и замирает. Напротив него, по ту сторону бассейна, на лежаке загорает Феликс, выгоревшие на солнце блондинистые волосы собраны в пучок, челка падает на глаза, бронзовая кожа отблескивает под солнечными лучами, на нем укороченный топ, Хенджин облизывает взглядом стройное тело, даже со своего места видит такие любимые ямочки на пояснице, опускает взгляд ниже и едва не забывает как дышать. Сочная задница Феликса облачена в желтенькое бикини, оно впивается в загорелую кожу, не открывает ничего лишнего, но выглядит настолько горячо, что Хенджин сглатывает. В горле резко становится сухо, он облизывает губы и прожигает взглядом парня, замечает как тот пристально на него смотрит из-под челки. По его взгляду не поймешь, о чем он думает, но в груди у Хенджина горячо, он не до конца верит, что ночь провел в его объятиях, что ему не снилось, а потому боится что либо предпринять, молча наблюдает. И зря, потому что в очередной раз тот самый двухметровый красавчик, которого Хенджин всей душой возненавидел с первых секунд, заслоняет ему обзор, а затем нагло присаживается на край чужого лежака. Феликс тут же разрывает их зрительный контакт, переключает все свое внимание на парня и широко улыбается. Когда парень тянется за тюбиком солнцезащитного крема, Хенджин готов подорваться и сломать его руки. Феликс стягивает с себя топ, продолжает лежать на животе, а чужие руки растирают крем по его спине. Хван отводит взгляд, поджимает от ревности губы, ему не нравится, он не может смириться с тем, что к Феликсу прикасается не он, уже подумывает уйти, но рядом с ним вырастает Крис, садится на соседний лежак и протягивает бутылку пива, Хенджин забирает ее из рук друга, но не спешит пить. — Рассказывай, — смеется Крис, — как тебя угораздило вляпаться в моего младшего брата? — Само получилось, — сухо отвечает Хенджин, продолжает добивать себя неприятным зрелищем. — Почему ты скрывал? — спрашивает Крис, — Феликс не стал бы, так что я уверен, это было твоей инициативой. — Моей, — подтверждает Хенджин, — трусом был. И все проебал. — Нет, ну каминг-аут, конечно, был эпичным, но все же, — Крис все пытается разговорить друга. — Давно они встречаются? — Хенджин игнорирует слова Криса, продолжает сверлить взглядом сладкую парочку. — Я даже не уверен, что они знакомы, — Крис переводит взгляд на брата, несколько секунд молчит, а затем продолжает, — ты не имеешь права злиться на него. — Я и не на него злюсь, — тихо говорит Хенджин, — как ты узнал о наших отношениях? — Феликс хотел расцарапать мне лицо после того как узнал, что я купил и на тебя билеты. Я сказал, что хочу всех собрать, но еще не говорил с тобой, а он расплакался. Я не понимал что к чему, пока он не рассказал. Ты говнюк, знаешь? — без злости говорит Крис. — Знаю, — отвечает Хенджин, — но не забывай в каком обществе мы живем. Я боялся. — Почему Феликс не боялся? — Крис знает какие вопросы задавать, ведь его младший брат ориентацию никогда не скрывал, — ты знаешь сколько он выслушивал? Знаешь сколько раз его обижали за то кем он является? Хенджин молчит, ненавидит себя за страх и слабость, за то, что не защитил, за то,что сделал больно. — Как вам удавалось скрывать отношения? — переводит тему Крис. — В школе я не позволял всему зайти далеко, мы не скрывали, что имеем чувства друг к другу, но мы приняли решение ждать пока ему не исполнится восемнадцать. Уже в универе мы не встречались, но вечно прятались по углам и бегали друг к другу по ночам, много целовались и разговаривали, я продолжал бояться и не предлагал ему отношений, думал, что хорошо и так. Он столько лет ждал, терпел и довольствовался скудными встречами. Он так хотел признаться, хотел держать меня за руку на людях, прижиматься ко мне в кино, когда мы на ужастики ходили, помнишь? А я молчал. Встречаться мы начали на моем последнем курсе, я решился и предложил. У нас тогда появилось много дел, мы с вами стали реже встречаться, потому что все резко повзрослели, у всех работа, отношения, а на встречах раз в месяц притворяться друзьями труда не составляло. Потом ты стал летать в Штаты все чаще, Чанбин уехал в Пусан, а Сынмин и вовсе перестал вылезать из офиса. Мы начали жить вместе, но продолжали на общих посиделках притворяться друзьями. И чтоб не вызвать никаких подозрений и вашего осуждения, я притворялся, что встречаюсь с девушками. Его это очень обижало, а я убеждал себя, что так надо, что я прав и это правильно. Я сделал ему очень больно и в один прекрасный момент он не выдержал, ушел от меня. — Тебе очень повезло, — выдыхает Крис. — В чем? — Хенджин удивленно смотрит на него, — в том, что проебал его? — В том, что он просто ушел, а не разбил твою красивую рожу, — смеется Крис, — тебе нужно было признаться хотя бы нам. Он этого заслуживал. — Он заслуживал всего, — кивает Хенджин, — а я просто кусок говна, который ничего ему не дал и все испортил. — Любишь его? — в лоб спрашивает Крис, — или просто жалеешь, что не сложилось? — Люблю, — не раздумывая отвечает Хенджин, — я и сюда то прилетел лишь из-за призрачной надежды, что он тоже тут. — Он тут уже три месяца. Взял академ с последнего курса, много работал и просто свалил сюда, подальше от всех, — говорит Крис. — Сегодня я проснулся в его комнате, — признается Хенджин. — Я знаю, — громко смеется Крис, — и Феликс весьма красноречиво попросил меня напомнить тебе какая комната твоя. Пить ты по прежнему не умеешь, — Крис хлопает его по плечу, а Хенджин все так же наблюдает за взаимодействиями дурацкой парочки. — Пойду прогуляюсь, — мрачнеет он, — не могу смотреть на это. Хенджин поднимается, прощается с Крисом и взяв из комнаты наушники и кошелек, покидает виллу. Он долго бродит по окрестностям, обедает в местном ресторанчике и много думает, предается воспоминаниям. Спустя несколько часов он забредает на какой-то безлюдный пляж, вокруг ни души, тень и бескрайнее море. Он проходит дальше и опускается на песок. Долго сидит и думает, пока не замечает рядом с собой возню, вытаскивает наушники и поворачивается влево. — Ты занял мое место, — говорит Феликс расстилая широкий плед на песке. — Не знал, что оно твое, — говорит Хенджин. — Я каждый день здесь бываю, — присаживается рядом Феликс, — на вилле слишком шумно, много людей каждый день, а тут можно отдохнуть. — Ты без сопровождения? — Хенджин мысленно бьет себя по лбу за вновь разгоревшуюся внутри ревность, — кажется ты и правда сильно ему нравишься. — Я даже не помню как его зовут, если честно, но он милый, — Феликс не злится на вопрос, лишь улыбается и садится рядом. — Слушай, — мнется Хенджин, — прости меня. За все. За трусость, за то, что не сохранил. За ночь эту.. Я не планировал к тебе вламываться. — Я давно простил, Хенджин, — тихо говорит Феликс, — да, было больно и одиноко, но я справился. Нам нужно идти дальше. Столько воды утекло. А Хенджину тошно, он не хочет идти дальше. Смотрит на обветренные губы и едва себя сдерживает, чтоб не поцеловать. — Останемся друзьями? — с надеждой спрашивает Феликс. — Останемся, — кивает Хенджин, внутри него рушатся все бетонные крепости, что он возвел. Дольше чем хочется, Хенджин взгляда на парне задержать не может. В горле давит ком, как-то грустно и пусто внутри, краем глаза он замечает как Феликс зарывается пальцами ног в теплый песок, подставляет лицо солнцу и мило жмурится. Хенджину хочется протянуть к нему руку, вплести в пушистые волосы пальцы и вдохнуть их аромат. Хван принимает решение, которое сейчас ему кажется самым верным и самым болючим одновременно. Ему тяжело дается произнести вслух слова, которые скорее всего навечно останутся здесь, на этом острове, но он вынужден. — Завтра ночью я уеду, — Хенджин старается говорить ровно, не выдавать весь тот спектр эмоций, которые сейчас его разрывают. — Сбегаешь? — хмыкает Феликс, — самолет вроде только через четыре дня. — Не сбегаю, — врет Хенджин, — с работы звонили, нужно возвращаться. — Ты счастлив? — Феликс внимательно вглядывается в его лицо, знает правду и знает, что услышит. Но слишком хорошо изучил чужие эмоции. — Счастлив, — озвучивает то, что Феликс и ожидал. — Ну хоть на пляжную вечеринку придешь перед отъездом? — Хенджин убеждает себя, что в столь родном голосе услышал слабые отголоски надежды. — Загляну на огонек, — грустно улыбается Хван. А затем поднимается на ноги и, позволив себе наглость потрепать парня за пучок, уходит. В крайний раз оборачивается и говорит: — Не броди один, такую красоту грех не украсть. Феликс сидит склонив голову, смотрит в свои колени заплывшим слезами взглядом и грустно улыбается. — Не волнуйся, — громко говорит в спину уходящему парню, — единственный к кому я добровольно сам бы пошел в руки вновь сбегает, — тише добавляет.

***

Феликс лежит в своей комнате, ворочается в постели, со вчерашнего дня его беспокоят вновь разгоревшиеся чувства. Он старательно хоронил их в себе после расставания, каждый раз ломал себя и с горем пополам научился жить без Хенджина. Затолкал свои чувства поглубже да каждый день мелкими шажками пытался идти дальше. С Хенджином так было всегда, ворвется в жизнь как ураган и оставит после себя разруху, а Феликсу потом вновь себя собирать. В бывшего он влюбился в далеком девятом классе, когда старший брат стал таскать его постоянно с собой на встречи с друзьями. В компанию он влился сразу, но перестал понимать что к чему в первую же встречу с Хенджином. Его красивая улыбка, хитрый взгляд и очаровательные ямочки на щеках напрочь лишили юного Феликса рассудка. То же самое происходит и сейчас. Хенджин согласился на совместный отпуск, прилетел, мелькает перед глазами весь такой красивый, поджарый, высокий и, блять, полуголый. У Феликса тянет внизу живота. Долгое отстуствие отношений и интима сказывается на его резком возбуждении, а еще чертов Хенджин, который стал только краше, горячее и желаннее. Его рельефные руки, которые сжимали хрупкое тело, большие ладони, которые хлестали его по заднице, пухлые губы, которые шептали всякие грязные пошлости, пока член бывшего таранил его до потери сознания. Феликс чувствует как ноет его вставший член, сводит ноги и от трения белья тихо стонет прикусыв губу. Снизу он слышит возню, громкие разговоры и смех, предполагает, что до него никому нет никакого дела. Феликс быстро подскакивает с постели, лезет в свой чемодан, в котором держит свои игрушки, смазку и презервативы. Вернувшись в постель, он некоторое время смотрит на дилдо внушительных размеров, думает стоит или нет, а затем заводит руку за спину, запускает руку в трусы и с нажимом проводит пальцами между ягодиц. Когда пальцы касаются сжатого сфинктера, он стонет громче, чем сам от себя мог ожидать, резко затыкает рот ладонью и больше не сомневается. Феликс снимает свое белье, член чертовски твердый и влажный и он проводит по нему несколько раз ладонью, сильно сжимая пальцами под головкой. Презерватив раскатывается по дилдо, на латекс льется обильное количество смазки и Феликс разворачивается спиной к двери, вновь заводит руку за спину и скользкими пальцами проникает в себя. Шипит от чувства наполненности, от приятной боли, по которой так скучал, но из-за собственных предрассудков долгое время не прикасался к себе. И другим не позволял. Потому что они не Хенджин. Но сейчас, растягивая себя и вспоминая секс с бывшим, даже резиновый дилдо ему кажется тем самым. Тратить время на растяжку ему совсем не хочется, а потому он лишь быстро двигает двумя пальцами в своей заднице, а свободной рукой доливает смазки на резиновый член. Хватает его еще на пять минут растяжки, а затем Феликс обхватывает искусственный член рукой и подставляет к сфинктеру. Головка входит туго и он тихо скулит от узости, но не останавливается, продолжает проталкивать в себя игрушку, а когда та входит на треть, громко стонет зажмурившись. Он медленно насаживается на нее, с каждым разом все глубже и разум туманит возбуждение. Он перестает быть скованным, стоны еще контролирует, но не хаотичные движения бедрами. Феликс прикусывает губы, сжимает свои вздыбившиеся соски и оттягивает их пальцами. В голове продолжают мелькать картинки из прошлого, как Хенджин натягивал его на свой член, как украшал его кожу алыми засосами и следами от своих зубов. Ликс не замечает ничего вокруг, и не слышит тихого стука в дверь. Хенджин, не желая потревожить сон парня, приоткрывает дверь и, затаив дыхание, замирает. Его взору предстает такая красота, что он непроизвольно сжимает рукой мигом вставший член. Его бывший, словно ангел, скачет на резиновом дилдо, сбито дышит и прерывисто стонет, Хенджин готов поклясться, что разок даже слышал свое имя. Он не знает стоит ли ему отвлекать Феликса, окликнуть его или уйти так и не дав знать о своем присутствии, но зрелище его завораживает настолько, что он просто продолжает стоять в дверном проеме, жадно смотрит как капельки пота скатываются по смуглой коже, как изящная спина выгибается, как сочная попка продолжает насаживаться на игрушку и доставлять удовольствие его сладкому мальчику. Хенджин не знает, что им руководствует, но он делает несмелый шаг внутрь комнаты, не дышит дабы не вспугнуть, но когда подходит слишком близко, когда между ними остается метр расстояния, он отпускает себя. Хван наглым образом опускает свои узловатые пальцы на напряженные плечи своего бывшего парня, тот от неожиданности вскрикивает, пугается, но Хенджин успокаивает его. Ласково мнет напряженную спину, Феликс в испуге хочет прикрыться, соскочить с резинового члена, но Хенджина не остановить. Он затыкает одной ладонью рот Феликса, а второй накрывает влажный член парня. Феликс глухо мычит, а Хенджин лукаво шепчет ему в ухо слова, от которых волосы на затылке встают дыбом. — Ты меня звал, малыш? — голос Хенджина бархатный, проникает под кожу и заставляет кровь в венах закипать. — Не звал, — противится Феликс, но рваный стон, что срывается с его освобожденных от чужой ладони губ, с потрохами выдает его. — Я отчетливо слышал свое имя, — шепчет Хенджин, прикусывает мочку уха и слегка давит на худые плечи, намекая Феликсу продолжить двигаться. — Какого хрена ты снова делаешь в моей комнате? — хрипит Феликс, плавится от прикосновений чужих пальцев к своим соскам. — Сейчас не об этом, — мурлычет Хенджин, присаживается позади парня и крепко сжимает его бедра, заставляя насадиться на игрушку до основания. Феликс громко стонет, пытается оттолкнуть, но чужие руки такие родные, что он теряется. Его бедра крепко сжимают, гладят, целуют шею и кусают в загривок. Он громко стонет и беспорядочно двигает задницей на резиновом члене. — Малыш хочет кончить? — мурлычет Хенджин поглаживая плоский живот, пальцами другой руки продолжает сжимать член Феликса. Стоны становятся громче, Ликс ускоряется, его разум помутнен, оргазм накатывает волнами, кожа зудит от чужих прикосновений, он откидывает голову на плечо Хенджина, член в чужой руке пульсирует, пухлые губы покрывают поцелуями его плечо, шею и острую линию подбородка. — Хенджин, — бормочет Феликс, — это не правильно. — Ты не ответил на вопрос, — Хенджин накрывает своей ладонью руку Феликса на члене, сжимает и начинает быстрее дрочить, — хочешь кончить? — Хочу, — шепчет Феликс, быстрее скачет на игрушке. — Тогда ни о чем не думай, кончай, — Хенджин накрывает пересохшие губы своими, тягуче целует и чувствует как Феликс дрожит, горячая сперма пачкает его пальцы. Феликс тяжело дышит, упирается ладонями в матрас и крупно вздрагивает. Он открывает глаза, опускает взгляд вниз, по члену стекает густая сперма, а телу холодно. Ни теплого дыхания на шее, ни мягких губ на коже, ни горячих прикосновений к телу. Он опустошенно оборочавиается, никого в комнате нет, а фантазия разыгралась настолько, что все казалось реальностью. В глубине души ему и правда хотелось, чтоб Хенджин вошел в комнату. Ему становится грустно, что всю эту близость он выдумал. Приятная слабость после разрядки сменяется плохим настроением и тяжестью в теле. Находясь в своих гнетущих мыслях он убирает беспорядок с постели, выбрасывает презерватив и идет в душ. Феликс не замечает, что дверь в его комнату приоткрыта, хотя с вечера он ее точно закрывал. Хенджин в своей комнате стоит под ледяными струями воды. Член болезненно стоит, он видел как Феликс ласкает себя, видел как тот ублажает себя игрушкой, слышал как тот кончал с его именем на губах, но не посмел войти. Его звали, но он не уверен, что это было осознанно. Вряд ли парень был бы рад, если бы Хенджин вломился и нагло присоединился. Под холодной водой возбуждение спадает и он быстро надев шорты, спускается вниз, напрочь забыв об изначальной цели похода к Феликсу. Когда он входит в кухню, все уже в сборе, готовят завтрак, на Феликса он намеренно не смотрит, боится, что у него снова встанет. — Куда делся после того как Феликса позвал? — вырывает его из раздумий Крис. А Феликс в испуге вскидывает на него глаза. — По телефону говорил, — бормочет покрасневший до ушей Хенджин. И Феликс понимает, что его поймали с поличным. Он не понимает какое чувство в нем преобладает, чувство стыда или злости. Немного поразмыслив, он решает после завтрака поговорить с Хенджином. Но тот его намеренно избегает, берется за любые приготовления к вечеринке на пляже, вызывается сходить с Чанбином в город за мясом для барбекю и алкоголем, таскает с Сынмином камни и дрова для большого костра, но в конце концов ему удается поймать Хенджина когда тот решает освежиться и поплавать в бассейне. — Ты теперь значит еще и за людьми подглядываешь? — Феликс возвышается тенью над бассейном, его руки скрещены на груди, а выражение лица не предвещает ничего хорошего. — Не понимаю о чем ты, — Хенджин зачесывает мокрые волосы назад, старается не смотреть на парня, которого теперь хочет еще сильнее, чем весь предыдущий год. — Дверь, Хван, — чеканит Феликс, — она была закрыта до того, как ты пришел звать меня к завтраку. Я это уже на кухне понял, когда ты спустился и Крис сказал, что ты ходил за мной. Но ты меня не звал. — Успокойся, веснушка, — Хенджин выходит из воды, становится рядом с Феликсом и теперь уже тот чувствует себя маленьким загнанным зверьком, — я никому не расскажу, что ты до сих пор хочешь меня. — Я не хочу! — отрезает Феликс. — Я слышал, Феликс, — голос Хенджина становится ниже, — и видел. Мне хотя бы не ври. — Правда думаешь, что кроме тебя в моей жизни не может быть других мужиков? — щурится Феликс. — Правда думаю, — отвечает Хенджин, — никто тебя не удовлетворит так как я. Ты все еще меня хочешь. И любишь. Он не понимает от чего злится, от того, что Феликс отрицает свои чувства, или от того, что речь о других парнях, которым он позволит к себе прикасаться. — Вот так мы друзьями остались, да? — грустнеет Феликс, — говно ты, блять. Хорошо, что ты сегодня уезжаешь. Видеть тебя больше не могу. Хенджин стоит, сжимает кулаки и смотрит в удаляющуюся любимую спину. Вновь разочаровал, понимает, что виноват. Но не смог сдержаться, не смог остановиться. Он чертовски соскучился по бывшему и позволил себе лишнего в надежде, что это не всплывет. Ему уже не хочется ни на вечеринке присутствовать, ни друзей видеть. Ничего. Просто поскорее убраться отсюда. Все оставшееся время до вечеринки на пляже он сидит у себя, отказывается от обеда и предложения погулять компанией по окрестностям. Но приближающиеся сумерки и его решение вечеринку все же посетить, обещают окончание дня сделать весьма интересным и судьбоносным. На пляж он приходит угрюмым, тянет из холодильной сумки бутылку пива и направляется к своим друзьям. Те сидят в объятиях своих девушек, которые как совсем недавно узнал Хенджин, приехали в отпуск с парнями. Один лишь Чан выплясывает в нескольких метрах от них с красивой девушкой, точно не той мулаткой, которая уводила его для плотских утех в день приезда Хенджина на остров. Но взгляд Хвана прикован к совершенно другим людям. Он не слышит о чем говорят друзья, он не слышит, что его зовет какой-то миловидный парень, что слышал его признание об ориентации у бассейна и захотел познакомиться. Он слышит только заливистый смех бывшего, видит наглые руки левого парня на бедрах Феликса, которые тот пытается с себя скинуть, видит как Феликс понемногу отстраняется от настойчивого парня пытаясь выскользнуть из чужих объятий, тот ему что-то шепчет на ухо, пытается водить носом по шее и приближается к чужим губам. Хенджин видит, что Феликс сопротивляется, поцеловать себя не позволяет. У него чешутся кулаки, всем вокруг слышен скрежет его зубов и он не сдерживается. — Какого хуя, — все, что слышат находящиеся рядом друзья. А затем Хенджин подскакивает, пересекает пляж и сбрасывает парня с лежащего на покрывале Феликса. Тот ничего не понимает, наблюдает как едва знакомого ему парня седлает Хенджин, бьет кулаками в лицо и громко кричит: — Хватит, сука, его лапать. Он не хочет этого. Феликс пугается, подскакивает и пытается за плечи оттянуть Хенджина от другого парня, громко просит прекратить, пытается остановить драку, но у Хенджина словно сорвало крышу. Избиение продолжается недолго, до тех пор, пока друзья не подскакивают со своих мест и силком не стаскивают Хвана с парня. Тот тяжело дышит, скалится от злости, ему тоже досталось, у него кровь капает из носа, разбита губа и сбиты костяшки. Хенджин видит перед собой сжавшегося от страха Феликса, его глаза блестят от накатывающих слез, губы дрожат и он еле сдерживается. Хенджина словно окатывают холодной водой, он видит как Феликс убегает в сторону виллы, понимает, что натворил хуйни, вырывается из хватки друзей и бежит за парнем. Друзья порываются его догнать, но их останавливает Крис, который понимает, что этим двоим нужно поговорить и окончательно решить свои вопросы. Крис всего лишь наблюдатель, но он прекрасно понимает чувства обоих, видит как они обманывают сами себя и пытаются убедить остальных в том, что все в прошлом. И если раньше он бы обязательно вмешался, то сейчас он предоставляет этих двоих друг другу.

***

Феликса Хенджин догоняет уже в его комнате, успевает схватить его за локоть и развернуть к себе, но тут же ему прилетает по лицу. Феликс начинает колотить его кулаками по груди, пытается вытолкать из своей комнаты, но против Хенджина у него не хватает сил. — Почему ты вечно все портишь? — кричит Феликс продолжая молотить бывшего. — Что я порчу? — Хенджин прикрывает лицо, удары у Феликса не сильные, но все же не хочется получить в нос еще раз, — я наоборот защитил тебя. — Я и сам могу за себя постоять, — шипит Феликс, — что ж ты как собака на сене? Слова Феликса больно полоснули Хенджина по сердцу, неужели и правда Феликсу он больше не нужен? Он отходит от него на шаг, опускает руки и отходит от двери, открывая к ней путь. — Хочешь к нему? Иди, — Хенджин указывает трясущейся ладонью на дверь, — я препятствовать больше не буду. — Серьезно? — злость в Феликсе закипает с новой силой, он подходит к бывшему вплотную, пристально смотрит ему в глаза, — ты правда считаешь, что ты прав? Думаешь, имеешь право так себя вести? — Нет, — отвечает Хенджин, — я не прав. И веду себя как идиот. Но я не готов тебя отпустить, не готов отказаться от тебя, я не хочу быть с тобой друзьями. Я не могу спокойно смотреть на то, как к тебе прикасается другой. Я хотел руки ему сломать с первой секунды как увидел. Ты же мой мальчик, — тише говорит Хенджин, — только мой мальчик. Феликс слышит как дрожит голос бывшего, в эту секунду в нем что-то с треском ломается, рушится. Но Феликс видит, что тот готов отступить. — Скажи мне сейчас в глаза, что не любишь меня больше, что не дашь мне еще один шанс, не дашь возможности все исправить и я уйду. Раз и навсегда, обещаю. Но мне нужна честность, — говорит Хенджин. Феликс смотрит на него полными слез глазами, прячет дрожащие пальцы и тоже понимает, что не готов. Не готов больше никогда не видеть эту улыбку, не видеть любимую родинку под глазом, не почувствовать никогда прикосновение к себе. Тихий всхлип побуждает Хенджина прижать парня к себе, но он не решается, молча стоит и ждет своего приговора. Феликс внимательно смотрит на лицо Хенджина, изучает такие знакомые черты, задерживается на пухлых губах, облизывает свои, а затем произносит: — Я не твой мальчик, Хенджин, больше нет, — Феликс готов поклясться, что слышал как разбивается сердце бывшего, — но я хочу снова им быть. Хоть я и пожалею об этом. Хенджин не сразу понимает что именно сказал Феликс, и сам залип на желанных губах, но как только до него доходит смысл сказанного, больше он не медлит. Хван обхватывает ладонями лицо Феликса, жадно впивается в губы, с рыком прикусывает их, а затем проникает в чужой рот языком. Ему сносит крышу от такого, как будто нового чувства. Забыл какой вкус у этих сладких губ, какие они мягкие и желанные. — Я тебя больше никогда не отпущу, — шепчет в поцелуй Хенджин, все больше напирает на парня, — сука, никуда и никогда не отпущу. — Я еще растянут, — игриво мурлычет Феликс, а Хенджин в недоумении отрывается от влажных губ и долго смотрит на парня. — Тебе мало было утром? — голос Хенджина резко становится низким, приобретает опасные нотки, он кончиками пальцев ведет по талии, к завязкам того самого желтого бикини, — и бикини это блядское тоже часть коварного плана по соблазнению? — Тебе же нравится, — улыбается Феликс, — или ты не из-за него пускал слюни у бассейна? — Мне больше нравится без него, — завязки на бедрах медленно развязываются и купальник бесшумно падает к ногам Феликса. Больше ждать Хенджин не может, он подхватывает Феликса на руки, крепко сжимает голые ягодицы и, вжав парня в стену, вгрызается в его губы. Целует мокро и глубоко, вылизывает рот и трется вставшим членом об пах Феликса. Тот гортанно стонет, открывает горло для поцелуев и крепче прижимается к широкой груди. — Тебе надо в душ, — Феликс вскрикивает на особо болючем укусе в плечо, — я не собираюсь слизывать с тебя кровь. А еще у меня не было секса на пляже. Хенджин отрывается от вылизывания чужой шеи, хитро улыбается и опускает парня на пол. — На пляже море людей сейчас, — недоумевает Хенджин. — Но не на том, куда хожу каждый день я, — подмигивает ему Феликс, — иди в душ, я все соберу. Не хочу чтоб нас здесь увидели или услышали. — Я возьму твое полотенце? — спрашивает Хенджин. — Бери, — Феликс протягивает Хенджину полотенце, что сложенным покоилось на стуле, а Хенджин звонко шлепает его по попе. Пока Хван принимает душ, Феликс быстро натягивает на себя джинсовые шорты, белье не надевает, сбрасывает в сумку плед, презервативы со смазкой и две бутылки с водой, что всегда держит на тумбочке у кровати. Хенджин возвращается быстро, вновь притягивает к себе Феликса, но на этот раз целует чувственно, наслаждается моментом и не может поверить своему счастью. Но Феликсу не терпится, он торопит Хенджина поскорее убраться с виллы и уединиться. Хенджин слушается, хватает Ликса за руку и, словно сбегающий на свидание подросток, бежит с ним прочь. До пляжа они добираются минут через десять, время от времени останавливаются чтоб поцеловаться, а когда доходят до него, Феликс сбрасывает на песок сумку, снимает с себя всю одежду и ярко улыбаясь, бежит к воде. Он плещется в ней пока Хенджин расстилает плед, складывает аккуратно вещи Феликса, складывает рядом свои и идет к парню в воду. Феликс смеется, плавает вокург Хенджина, но его ловят за руку и притягивают к себе. Ликс обвивает торс парня ногами, обхватывает руками шею и сам целует. Слизывает соленые капли с желанных губ и громко стонет когда Хенджин в воде сжимает его попу. — Я так скучал по тебе, — тихо произносит Хенджин, — и дня не было чтоб я не думал о тебе. Ликс, прости меня. — Я тоже очень скучал, — признается Феликс, — не думал, что еще хотя бы раз тебя поцелую. — Я буду целовать тебя до конца моих дней, — обещает Хенджин. Хван, держа парня на руках, выходит с ним из воды, продолжает покрывать поцелуями, у расстеленного пледа аккуратно опускает его и нависает сверху. Ждать больше никто не хочет. Хенджин раздвигает его стройные ноги, тут же скользит рукой к паху и поглаживает полувставший член. Феликс мычит ему в губы, от прикосновений дрожит, притягивает к себе Хенджина и шепчет в губы: — Ты собираешься меня трахать? Или мне пойти к тому качку? — Феликс знает чего добивается, и реакция не заставляет себя ждать. Хенджин тихо рычит от ревности, грубо переворачивает Феликса под собой и притягивает за бедра, ставя парня раком. На мягкие ягодицы обрушивается шквал звонких шлепков и Феликс каждый раз громко вскрикивает. Хенджин не ждет, тянется за смазкой и распределяет лубрикант между ягодиц. Терпеть вообще нет сил, его сладкий парень вновь в его руках, под ним, такой порочный и горячий. Благо растягивать Феликса и правдо не нужно, но Хенджин все равно тратит несколько минут на то, чтоб помучить парня, трахает его тремя пальцами и продолжает шлепать по заднице. Феликс скулит, подмахивает бедрами и просит поскорее вставить. Хенджин надевает презерватив, прикусывает ягодицу и пристраивается к желанной заднице. Медленно проникает в парня, каждый раз проталкивая член на несколько сантиметров, а затем одним движением заполняет его. По пляжу эхом разносится громкий стон, Феликс сжимает пальцами сбившийся плед и млеет от столь долгожданного чувства наполненности. Ждать совсем не хочет, а потому выпрямляется и оперевшись спиной на грудь Хенджина, сам насаживается на его член. Тот шипит от узости, от жара, что исходит от его парня и больно кусает его в шею. — Все еще хочешь, чтоб тебя трахнул тот качок? — рычит Хенджин ему в ухо, крепко сжимает бедра и буквально натягивает Феликса на свой член. — Молчи, — скулит Феликс, пальцами впивается в бедра Хенджина, — я скучал по твоему члену. — Тебя кто-то трогал за то время, что мы не были вместе? — Хенджин меняет амплитуду движений, резкими толчками входит в Феликса и после каждого замирает в нем на несколько секунд, — если к тебе кто-то прикасался, я сотру каждое чужое прикосновение с твоего тела. — Меня никто не трогал, — хнычет Феликс, — я никого кроме тебя не хотел. Хенджин от этих слов чувствует лишь новый прилив адреналина в крови, грубо за плечи опускает Феликса на живот, нависает над ним и вжимает своим телом в плед, трахает остервенело и грубо. Вовсе не хочет жалеть парня. Феликс так сладко стонет, просит не останавливаться, Хенджин покрывает его взмокшую спину поцелуями, усыпает плечи укусами, на шее под его губами расцветают алые засосы. Хенджин выпрямляется, чтоб сильно не давить на парня своим весом, крепко сжимает мягкие бедра и продолжает таранить растянутое нутро Феликса. Его отнюдь не останавливает то, что Феликс под ним всхлипывает, что уже успел кончить, он упивается сладостью звуков, бархатной кожей под пальцами и горячей теснотой вокруг своего члена. Мысли о том, что его любовь вновь рядом, такой весь расслабленный, затраханный, а главное хочет его. Просит продолжать и брать его до утра, говорит о том, как скучал по нему и хотел, вынуждают Хенджина кончить раньше чем он планировал. Феликс от его крепкой хватки на заднице, кончает во второй раз, а когда Хенджин выходит из него и снимает заполненный спермой презерватив, лежит безвольной куклой. Хенджин падает рядом, его мокрая от пота грудь тяжело вздымается, он притягивает Феликса в свои объятия, ласково целует в губы и любуется сияющими звездами в глазах напротив. — Я люблю тебя, Феликс, — тихо признается Хенджин, — всегда любил. Я не хочу чтоб это все заканчивалось, позволь мне все исправить и сделать тебя счастливым. — Ты не пропустил самолет? — вдруг мрачнеет Феликс, старается увильнуть от разговора и тянется за топом. — Нет никакого самолета, — говорит Хенджин, притягивает погрустневшего парня обратно, — я планировал в отель свалить. Тяжело было смотреть на тебя, не мочь прикоснуться и осознавать, что ты с другим. — Мы опять будем скрываться, — обреченно говорит Феликс, не может посмотреть в глаза Хенджину. — Ликс, — Хенджин мягко поворачивает за подбородок Феликса к себе, — я не повторю прошлых ошибок. Я на весь мир готов кричать, что мы вместе. Дай мне шанс, пожалуйста. Я не разрушу твое доверие еще раз. — Обещаешь? — глаза Феликса вновь блестят от слез, он смотрит с такой надеждой, что у Хенджина сердце сжимается. — Обещаю, — Хенджин накрывает чужие губы мягким поцелуем, вплетает пальцы в волосы и снова шепчет что любит. — И я люблю, — отвечает Феликс, — последний раз, Хенджин. Еще одного шанса не будет. — Я знаю, малыш, — Хван целует его в уголок губ, покрывает каждую веснушку, целует в прикрытые веки и благодарит небеса за предоставленный шанс. На пляже поднимается ветер, Феликс немного вздрагивает и Хенджин предлагает вернуться на виллу, они одеваются, собирают вещи и Ликс уже хочет закинуть сумку на плечо, но Хенджин перехватывает ее, забирает из рук и переплетает их пальцы. До виллы доходят молча, как будто между ними не все сказано. — Можно мне на вилле остаться? — с надеждой спрашивает Хенджин, — или в отель ехать? — Ты чего? — смотрит в недоумении Феликс, — на кого я закидывать ноги буду во сне? — Зовешь меня спать с тобой? — улыбается Хенджин, притягивает парня к себе и целует в скулу. — А ты думаешь мне за год воздержания этого секса хватит? — хитро улыбается Феликс. Ночь у них действительно жаркая, Хенджин не слезает с него до самого рассвета, берет его во всех возможных позах и на всех поверхностях комнаты, Феликс срывает на нем голос и совершенно измотанный, засыпает на плече у любимого парня. Хенджин не сдерживается, делает фото спящего на нем Феликса, кадр захватывает и его лицо, он быстро постит фотку в инстаграм и крепко прижав к себе свою бусинку, сладко засыпает. Однако поспать ему удается лишь несколько часов. Их обоих будит настойчивый звонок. Телефон Хвана не перестает разрываться, Феликс что-то недовольно ворчит, протягивает Хенджину телефон и, поняв, что больше не уснет, тянется за своим. Судя по разговору, что он слышит, произошло что-то неприятное, он слышит обрывки фраз, что-то о фото и то, что они приличная компания. Его внимание привлекает обновление в инстаграме, а точнее его спящая моська в профиле Хенджина. — Нет, я не собираюсь ничего удалять, — отрезает Хенджин,. — это моя личная жизнь и мой парень волновать вас не должен. Феликс изумленно смотрит на Хенджина, тот обращает свое внимание на копошение рядом и раскрывает объятия. Ликс ныряет к нему и нежно целует в шею. — Ну значит увольняйте, мне все равно. Документы отправлю по почте. Хенджин дальше не слушает возмущения своего бывшего начальника, отбрасывает телефон и поворачивается к притихшему Феликсу. — У тебя проблемы? — осторожно спрашивает Феликс. Он чувствует вину, ведь судя по всему, произошло именно то, из-за чего Хенджин боялся признаться в своей ориентации. — Нет, совершенно никаких проблем, — мурлычет Хенджин покрывая поцелуями ключицы. — Тебя уволили из-за меня, — не унимается Феликс, — что ты теперь будешь делать? — Во-первых, не из-за тебя, — отвечает Хенджин, — а во-вторых, если позволишь, свожу тебя сегодня на свидание, еще разок возьму тебя сейчас, а остаток жизни проведу с тобой.