Чоузен стоял на крыше, его чёрные волосы развевались на ветру, а взгляд лениво скользил по горящему горизонту. Внизу ещё догорали остатки торгового центра. Слышались крики, стоны, одинокий плач, который будто цеплялся за бетон, надеясь выжить.
— Красиво — раздался голос сзади.
Он не обернулся. Знал, кто это.
— Ты опять перестарался, Дарк.
— Я называю это искусством.
Дарк — тот, кто рождён в хаосе, пылающий внутри и снаружи. Смешно, как его красные волосы так подходили под пожары, которые он устраивал.
Чоузен криво улыбнулся.
Когда-то они были врагами. Конкурентами. А потом… всё изменилось. Их связывали разрушения. Они смеялись, когда вместе уничтожали мосты, спорили, кто сотрёт с лица земли больше людей, и спали, не боясь ножа в спину — потому что именно друг другу доверяли всё.
— Мы идеальны — сказал Дарк однажды. — Как гром и молния. Как пламя и дым.
— Или как ты и твоё самомнение — фыркнул Чоузен.
— А ты и твоя загадочная хрень, которую ты называешь душой.
Они были парой ещё до того, как сами это поняли.
Это случилось в ту ночь, когда они сожгли военную лабораторию. Обугленные стены, дым, сирены, и — тихий смех Дарка.
— Ты видел, как они бежали? — он смеялся, как ребёнок. — А ты видел, как я поджёг того главного? Он вертелся, как…
— Как я, когда ты бесишь меня.— вставил Чоузен и зачем-то толкнул его в плечо.
Дарк схватил его за руку. Не сильно. Почти нежно.
Они смотрели друг на друга. Долго. Не как злодеи, не как друзья, не как выжившие в этом суровом мире. Как… как будто весь мир остановился. Как будто среди пепла, дыма и злости вдруг родилось что-то, от чего хочется сбежать, но не можешь.
Дарк склонился ближе.
— Ты... улыбаешься — сказал он.
— Впервые за тысячу лет.
И тогда был поцелуй. И пепел стал мягче.
Их дюбовь была странной.
Они не называли её этим словом. Просто были рядом. Молчали, когда было плохо. Смотрели в небо, когда хотелось исчезнуть. Дарк не спрашивал, почему Чоузен иногда уходил по ночам и возвращался с опущенными глазами. А Чоузен не говорил, как ему больно видеть, как Дарк теряет контроль, превращая города в пепел.
Они были вместе. Даже когда всё трещало по швам. А потом… всё сломалось. Не резко. А незаметно.
Как трещина, которую никто не видит — пока не поздно.
Чоузен всё чаще смотрел на выживших. На детей. На семьи. Он начал мешать.
— Ты опять оставил одного живым — рыкнул Дарк.
— Он был ребёнком.
— Это не повод.
— Это как раз повод! Он совсем маленький, у него все в жизни впереди!
Тишина. Пауза.
Первый удар был словом. Не кулаком.
Потом — всё чаще.
Чоузен мешал убивать и не убивал, не крушил, только мешал. Дарк — злился. Один молчал, второй кричал.
— Ты стал мягким.
— А ты — слепым.
Они стали врагами до того, как поняли, что это случилось.
Ненависть пришла как привычка.
Они спорили, дрались. И в один день Чоузен ушёл первым. Просто исчез.
И тогда Дарк понял — он один помнит всё. Один тащит эти чувства. И один должен страдать зная, что все пошло не так..только из за одного мертвого молчание.
А второй… просто решил забыть.
Их последняя встреча — была не про сражение. Она была тишиной.
И вот спустя несколько дней..Чоузен снова стоял перед ним. Уверенный. Молчаливый.
Пустой.
— Ты... больше не он.. — прошептал Дарк сквозь боли и сквозь ствиснутые зубы.
Чоузен смотрел сквозь него. И сказал ровно, с скрытый болью в голосе. — Мы не знакомы.
Лорд сжал кулаки. Не понимая, почему он так повторяется..Почеиу он называет их незнакомцами, этот новый Чоузен.... раздражал его до боли. Но в спину, когда он уходил, Дарк услышал тихий шепот, но он слышал, он всегда слышал и слушал его, даже когда ненавидел
и любил.
— Если бы ты знал… как долго я не могу позволить себе помнить тебя.
***
Прошло несколько лет.
Пыль висела в воздухе, как шёлк. Густая, серая.
Дарк стоял среди разрушенного поляна. Последнее место их встречи. Там, где всё должно было закончиться.
Сзади — гул магии. Он чувствовал его, как холод по позвоночнику.
Он пришёл. Чоузен: Бессменный, спокойный, с тенью в глазах. Они молчали.
Прошло несколько лет с момента их последний встречи. Или одно дыхание — за всё время, что прошло между ними.
— Ты изменился — сказал Дарк.
— Я стал тем, кем всегда хотел быть — просто ответил Чоузен.
И в этом голосе — не было радости. Только пустота. Как у того, кто пережил слишком многое.
— Но ты предал нас! — рявкнул Дарк. — Предал меня.
И нашу любовь..
Чоузен отвёл глаза. — Ты сам разрушал всё. Я просто… не смог больше идти за тобой.
— Ты мог бы сказать. Просто сказать. Ты ушёл. Молчал. Прятался. Ты ничего не сказал. Почему черт тебя побери?!
— Я боялся.
— Чего? Меня?
Пауза.
— Себя. — И тишина. Глухая, болезненная, настоящая.
***
Они дрались.
Без слов. Только удары, энергия, гнев.
Огонь и тьма. Свет и сталь.
Дарк бил, будто хотел убить. А Чоузен защищался, будто не хотел убивать в ответ. И когда Дарк прижал его к стене, с пылающим клинком у горла — он дрожал. От ярости. От боли. От того, что так и не смог ударить.
— Сделай это — прошептал Чоузен. — Ты ведь хочешь.
— Хочу.
— Тогда…
Дарк сжал кулаки. Но не ударил.
— Я тебя ненавижу… — выдохнул он. — Но не могу убить.
— Потому что…?
— Потому что я всё ещё
люблю тебя, идиот.
Чоузен закрыл глаза. Тихо. Как будто на секунду позволил себе быть тем старым собой. — Не надо. Не люби меня, Дарк.
— Поздно.
— Я хотел забыть тебя, чтобы не умирать каждый день. Я не предавал тебя. Я просто… — Он сглотнул и продолжил. — … не выдержал.
Их взгляды встретились. Пустота между ними — всё ещё горела. Но в ней было тепло. Глухое, упрямое, живое.
— Мы... теперь незнакомцы, помнишь? — сказал Чоузен.
— Нет. Незнакомцы не оставляют так много шрамов.
Он отпустил его.
И Чоузен ушёл. Не оглянувшись, просто снова исчез..
Когда всё затихло, Дарк остался один. Сел на остатки колонны. Уронил голову. И вдруг...
на камне осталась тень.
Тёплая. Будто кто-то оставил ладонь.
На ней — выцарапанные слова.
«Однажды мы снова встретимся. Может, ты не простишь. Но, может, снова улыбнёшься..»