сосед

Эту резкую пожарную сигнализацию посреди ночи объяснили как то, что кто-то курил в коридоре, непутёвый охранник лет шестидесяти взял вину на себя. Ему и ничего за это не было, так как он давно работает тут, но теперь всё было ещё строже с курением в туалетах общежития, и всем приходилось выходить на улицу, чтобы покурить. Эндрю это не волновало, всё, о чём он думал это о том, как вернется в комнату. Что он тогда скажет? Как он защитит себя? Подойдя к двери, он попытался придумать оправдание, попытаться найти отмазку, пытался хоть как-то избавиться от честного диалога, но в итоге он решил взглянуть в лицо своему страху. Потянув за ручку двери, он сам про себя проговорил: "Давай, чего ты ссышь то?". Он увидел Ноли. Тот стоял у окна, смотря куда-то вдаль и что-то шепча себе под нос, о чём-то раздумывал, что-то видел. Приводя в порядок волосы, она смотрела на себя с тоской, наверное, она уже никогда не вернет те годы, что потратила на него. Была женщиной она отнюдь не глупой, наоборот, ей всегда хорошо давались иностранные языки, она почти свободно говорила на немецком, даже когда-то думала переехать в Австрию, но почему-то ей показалось, что не такие уж яркие пейзажи там, не такие красные яблоки, не такие крепкие мужчины. На обоях красивые лозы путали мартовские крокусы, закрывая красивый момент их цветения, показывая лишь некоторые лепестки, но не сам центр, саму суть этого цветка, его яркие горящие тычинки, освещающие землю пестики. Зеркало туалетного столика было грязным, в земле, будто бы даже имело свой болотный запах. И нет, гигиена в этом доме не приветствовалась, стоило лишь что-нибудь почистить, и завтра опять будет жир на поверхности. Расчёска с вырезанным на ней узором лишь сильнее путала волосы, не давала привести их в идеальное состояние. Небольшие ранки на костяшках пальцев выглядели так хрупко, как будто эти запястья могли в любой момент сломаться, как будто они были хрустальными. Небольшая кровать была неаккуратно заправлена, немного скользящий плед не давал кровати резко взорваться, показать всему миру, какая грязнуля спит там. За окном красиво пели птицы, они разрывали свои глотки, пытаясь спеть идеальную симфонию для невесты. Сегодня день встречи семьи, день радости, день веселья. Цыпленок, весь обмазанный в соусе, прятал в себе личинки, прятал все изъяны и странные пристрастия этой семьи, прятал, то как же все ненавидели друг друга, прятал небольшие неясные моменты трезвости. Мак цветёт в июне, в июне почва рыхлая. Машина оттенка морской волны неровно припарковалась возле белого деревянного забора, он был построен вручную одним человеком, этот мужичок до сих пор упоминает то время, как он его строил, упоминает, каким же хорошим ребёнком он был тогда. Солнце ослепляло, солнце не давало времени на передышку. Она вышла из машины, протерев лоб тыльной стороной ладони. Ей на секунду показалось, что солнце смотрит прямо ей в глаза, здоровается с ней, машет ей рукой. - Какими судьбами к нам пожаловали? - с шутливым тоном и неприятным деревенским говором, сказала ещё более неприятная деревенская женщина. - Наскучило на своей даче? - Да что вы говорите, Дебра, - она заострила внимание на букве "р", как бы говоря её более протяжно. - Где у вас тут озеро, когда-то же был проход к нему? - Ты, наверное, сейчас там не пройдёшь, всё заросло крыжовником, дабы тебе охладиться надо подождать, у нас не работает холодильник - женщине было неловко, она мяла грабли в руках. - Ты проходи, сейчас все приедут. Чувствуй себя как дома. - Хорошо, спасибо, Дебра. - она мило улыбнулась, - Где же тот мальчик, Ноа? Так ведь его зовут? - Он в поле сейчас, коровок гуляет - Женщина прищурилась. - Жаннет, проходи скорее, Ноа собрал малины вчера. - Конечно, буду рада попробовать - она не была рада. - Я кое-что принесла вам, будьте так рады попробовать. Жаннет достала из-за спины пакетик с маковыми булочками, красивыми, пышными, ещё тёплыми. Дебра мягко улыбнулась, её красные толстые щёчки надулись, и она одобрительно кивнула, протягивая руку, как бы говоря "Спасибо, милая. Я буду рада съесть их", как и сказала бы любая порядочная деревенская женщина. Ещё несколько раз оценив обстановку глазами, Жаннет метнулась к дому, небольшому деревянному дому, рядом с которым стоял большой амбар. Из амбара доносились звуки скота, кудахтанье куриц, мычание коров, постукивание копыт, наверняка это были козлята. В их доме пахло неприятно и приторно, пахло топлёным молоком и сеном, пахло пылью и слезами. - Привет, Жанна, - грубый низкий голос казал где-то над ухом. - Почему ты так рано приехала? - О Боже, Пол, пугаешь же! - она отдернулась и прижала руки к груди, складывая их вместе, как будто бы собиралась молится. - Я приехала увидеться с Ноа, так давно его не видела... - она выдохнула, отходя от испуга. - Но вы его отправляете выполнять всю эту работу. - А что ему ещё делать? - Пол не был настроен на теплый диалог. - Пусть, вон, занимается, чем ему сказали, он до серьёзной работы не дорос ещё, но и для того, чтобы маяться без дела, уже больно взрослый лоб! Это у тебя на ферме никаких дел, ходи себе да и срывай эти цветочки, а у нас скот серьезный! - Я поняла... - Жанетт не хотела вступать в серьёзный конфликт, да и вообще пытаться доказывать что-то такому грубому тугодуму, как Пол, она не хотела. - Кстати, у меня есть подарок с моей фермы. Спроси у своей жены. Пол ещё несколько секунд посмотрел на неё оценивающим взглядом. Всё таки было что-то такое зловещее в ней, что-то такое хитрое и больно уж властное в её взгляде. Это потому что у неё есть деньги? Потому что она не сводит концы с концами? Потому что смеется над семьей, над которой итак все потешаются? Чтобы долго не думать об этом, он сразу вышел за дверь, оттолкнув Жанну одной рукой. Все знали, что жена Пола изменяет ему, знали, что изменила, знали, что выносила ребёнка от чужого мужчины, знали, что Пол принял этого ребёнка, но теперь он не пытается отобрать ребенка у своей жены или что-то ещё, он просто ненавидит этого ребенка, но продолжает любить свою жену. Он понёс наказание за свою глупость и за свою мягкотелость, так сказала Жаннет в прошлые дни "встречи семьи", тогда её обвинили в том, что она - бесплодная одинокая худая женщина, просто завидует счастливой семье и чуть было не побили её на том же застолье, но каждый из тех, кто сидел там, был абсолютно согласен с ней. И нет, в этот раз она не скажет что-то обидное или грубое, в этот раз она, наоборот, предпочитает спокойно провести вечер. - Не буду скрывать, в этом году произошло много счастливых событий - высокий, широкоплечий подтянутый мужчина посмотрел на пару, сидящую в конце стола. - Да, Тодд? Да, Эшли? - они взяли друг друга за руки и переглянулись. - И несколько несчастливых... - его взгляд повернулся в сторону Чарльза, дедушки с красивыми и дорогими очками. Несколько месяцев назад он потерял свою жену. - Но мы не сдаёмся и идём дальше. Верно, Жаннет? - она мило посмеялась. В прошлом году она влезла в большие кредиты и долги, лишь бы её бизнес не прогорел полностью, и в итоге удача оказалась на её стороне, и бизнес взлетел выше крыши, в итоге она покрыла все свои микрозаймы и осталось выплатить пару крупных долгов. - Хочу поздравить всех, кто находится за этим столом с тем, что наша семья остаётся дружной и крепкой по сей день! Давайте же ударимся стаканами и начнём этот год с чистого листа! Все потянулись к бокалу Джейкоба - человека, который говорил тост, кто-то более быстро, кто-то более медленно. Мальчик Ноа в тени взял свою кружку с тёмным вяжущим виноградным соком и неловко потянул руку вверх. О его стакан сразу же ударился бокал с безалкогольным шампанским. Жанна мягко посмотрела на удивленного этому жесту мальчика. - Чирс, - она отпила немного. - Как проходит день, Ноа? - Меня немного тошнит. В его глазах было что-то такое мягкое, что-то такое ранимое, чего другие не могли увидеть, что могла разглядеть только Жаннет. Остальные пугались и косо смотрели, но она находила его довольно милым мальчиком. За столом было очень шумно, кто-то спорил о том, как же вкуснее сделать домашний салат, кто-то спорил о том, как же удобнее собирать урожай, кто-то говорил о книгах, кто-то об их милых собачках и кошечках, кто-то обсуждал еду за столом, но всё таки среди этой приятной семейной атмосферы было нечто очень заметно неприятное, что-то очень темное, что-то гнетущее, о чём, почему-то, никто не говорил, все так тщательно старались игнорировать слона в комнате. Жанна видела это, она не стеснялась смотреть в упор. Пол слушал неприятные замечания от Чарльза, в сторону его воспитания ребёнка, в сторону его алкогольной зависимости, в сторону того, что он игнорирует то, как его жена ходит налево. Этот старик играл с огнём. Не прошло и минуты, как Пол начал активно и громко угрожать дедушке, что сломает тому шею, что порвёт его на кусочки, если тот не заткнется. Этот старик думал, что у него есть привилегия, думал, что сможет избежать опасности, если он в более хрупком положении, но он зашел на родео без подготовки, голый, двигая своими костяшками, пытался разозлить быка ещё больше, думая что сможет противостоять, что его защитят. Через несколько мгновений после того, как Чарльз сказал: "Будешь и дальше закрывать глаза - она принесет еще одного ребенка", его шею сжимали толстые и сильные руки, они были наполнены ненавистью до самых кончиков пальцев. Старик старался хрипло дышать, но от этого будто бы всё выглядело ещё хуже, будто бы ему было лучше сразу принять свою смерть и не беспокоиться о его шее, ведь она в любом случае будет сломана. Пола пытались оттолкнуть, пытались помочь Чарльзу. - Отойди от него, мудак! - Джейкоб направил на него свою пушку. - Я в тебе сейчас дыру проделаю, отойди говорю! Пол резко оттолкнул старика, но даже это не помогло ему. Он быстро отлетел и ударился головой прямо об бетонный выступ, который будто бы специально находился возле балкона, поджидая своего часа. Кровь хлынула из раны, осушая его мозги. Они красовались на виду, были отпечатаны на бетоне, как бы показывая всем, что может натворить неустойчивый человек под действием алкоголя. - Давай, Джейкоб, пристрели меня! - Пол был в неадекватном состоянии. - Пристрели меня, и я буду выглядеть так же, как твой папашка, которого расхерачели в Афгане! А, ну давай, давай, Джейкоб, ты смелый и самый крутой, ну давай! Джейкоб взревел и толкнул Пола на пол. Он дубасил его по животу, по челюсти, по рукам, он бил всё, что только можно. Пол старался оттолкнуть его, но Джейкоб надавил ему на правый глаз, вжимая в него свой большой палец. - Сука! - Пол царапал его кожу на предплечье сквозь рубашку, как дикое животное, которое из последних сил защищало свою жизнь. Из под его век потекла кровь, он громко кричал и бился ногами и руками, Джейкоб же в свою очередь громко и грозно рычал, он из последних сил давил своим пальцем, он хотел оставить этого ублюдка без зрения, без слуха, без рук и без ног, хотел отрезать язык этому поганому мерзкому свину, за все те слова, которые он сказал. Громкий выстрел, и все дёргаются. Дебра взяла отлетевший пистолет Джейкоба и выстрелила ему в шею. Кровь начала градом течь, ему почти отсекло голову. Он упал на бок без сознания, его почти висящая голова интересно пошевелилась, его глаза были наполнены кровью и слезами, пальцы ещё несколько дергались и он издавал странные звуки. - Что ты сделала, сука поганая!? - худенькая женщина на светлыми волосами - Зои, жена Джейкоба, закричала на Дебру. - Я убью тебя, тварь! Она расплакалась и ударила застывшую Дебру по лицу. Её хрупкие кулачки сделали ей пару синяков на челюсти и не больше. Дебра начала отбиваться и ударила Зои в живот. Она была беременна двумя детьми. Зои взвыла от боли, схватилась за живот и упала на бок. К ней подошел Пол и ударил её ногой в живот. Потом ещё раз, потом ещё и ещё. Она начала кашлять кровью, её лицо было полно ужаса и боли. Тогда к Полу подошел сзади Тодд. Его жена долго уговаривала его не идти, ведь он может сильно отхватить, но этот храбрый герой решил выйти и помочь Зои. Его колено сразу же подстрелила Дебра, потом подстрелила второе, а потом закричала куда-то в пустоту, просто закричала, смотря Тодду в глаза. Она разрывала глотку, и наступала на его простреленную ногу, она давила на то место, куда попала пуля, и кричала. - Пойдём домой... - Жаннетт мягко взяла за руку Ноа, улыбаясь, освещая все пространство в этой непроглядной тьме. - Они не оставят тебя. Ноа плакал и пытался разобрать хоть слово, которое сказала Жанна. Он видел, как его отец нападает на Эшли, которая подошла к трупу своего мужа. Окна и стены в этом доме разукрасились в кроваво-красный этим вечером, они разукрасились в цвет боли и отчаянья, в цвет последнего семейного застолья. Дебра выстрелила себе в затылок и отлетела назад. Её голова теперь была похожа на кровавый салат, в котором было много капусты и майонеза. Её мозги вылезали из под простреленного черепа, её челюсть разлетелась по всей кухне и даже прилетела в шоколадный дешёвый торт из магазина, часть ошметков её мозга прилетела в чей-то бокал с шампанским, кровь разлилась по полу, и всё вместе это напоминало маковое поле. Каждый из трупов был пугалом со специальным головным убором, подобранным под характер каждого гостя. Они держались за руки и бежали вниз по траве. Ноа упал и всхлипнул, ударившись коленкой об ярко выступающий камень. Жанна подняла его за подмышки и, погладив по голове, быстро повела за собой. Никто не должен заметить, что они пропали, никто не должен был уйти с этого бала пугал живым, все должны были пропитать своей кровью большое и длинное маковое поле. Жаннетт быстро завела машину и с ужасом и слезами, наворачивающимися на глаза, уехала из этого дома побыстрее. Давай же, чем быстрее мы будем дома, тем будет лучше и безопаснее. - Ты не голодный? - Жанна подошла сзади. - Нет... - шёпотом сказал Ноа. - Тебе надо покушать - сказала женщина, поглаживая его белоснежные волосы. она перебирала их, как будто бы трогала облака в священном райском саду, как будто бы это была реликвия. Они были потрепанные, спутанные и неприятно пахли. - Тебе стоит лучше следить за волосами, Ноа. Будь у меня такие шикарные волосы, я бы потратила всё, чтобы сохранить их такими же прекрасными, какие они у меня с рождения. - Зачем мне эти волосы? - он потупил свой взгляд в стол. - Ну как же, чтобы тепло было зимой. - она рассмеялась - они тебе идут. Ноа, хочешь я куплю для тебя шампунь, который тебе нравится? Я хоть и тоже живу на ферме, но в теме красоты отлично разбираюсь. - Я не хочу - Он говорил тихо. - Не называй меня так. - Тебе не нравится твоё имя? - Жанна улыбнулась. - Я буду называть тебя, как ты хочешь. - Я никак не хочу. - Ты такой угрюмый... - она понимала, почему он такой, понимала, что он не хотел видеть подобное, что он никогда не видел доброго отношения. - Знаешь, у меня в детстве был один угрюмый кот - Ноли, и была его веселая, но такая надоедливая подружка - Поли! Хочешь, буду называть тебя Ноли? Хотя могу и Поли, это не особо важно. - Хорошо, как хотите, - он продолжал смотреть в пол. - Давай на "ты". Я ведь теперь твой официальный опекун, Ноли, считай как мама. - Мама... - он посмотрел в глаза Жаннетт. - Я не хочу, чтобы у меня была мама, не хочу жить тут, не хочу жить в том доме. Жанна задумалась, а действительно ли она сможет сосуществовать с этим ребенком, сможет ли она помочь ему, сможет ли она сделать его счастливым? Как и сказал уже покойный Джейкоб: "Мы не сдаёмся, мы идём до конца". Она улыбнулась и положила руку на руку Ноли. - Ничего страшного, я буду с тобой рядом, даже если я не нужна тебе. - Слушай, если ты собираешься угрожать мне или что-нибудь такое, то я пойду в полицию - Эндрю вырвал Ноли из раздумий. - Я не собираюсь терпеть унижения или что-то такое. - Столько людей терпели унижения от тебя, но когда ты один раз услышал небольшую угрозу, то сразу убежал как крыса. - Ноли говорил более уверенно. - Вопрос ещё в том, кто пойдёт в полицию. Ведь именно ты открыто поддерживаешь геноцид "нечистых", по твоему мнению, рас. Ведь именно ты не стесняешься своей любви к стрелкам, даже говорил, что придёшь в свою школу с автоматом и якобы убьёшь там всех... - он немного посмеивался. - Наверное, колледжу будет очень интересно узнать о твоих увлечениях. Энди молча смотрел на Ноли. Наверное, именно этот человек так много раз угрожал ему, так часто постил о том, что "Ой, посмотрите, какой этот парень странный! Вы должны наказать его за эти слова", а сам говорил, что все бедные люди - биомусор. Конечно, с этим сталкером он разобрался ещё пару лет назад, но кто знает, был ли этот парень до сих пор угрозой или нет. - Не пытайся угрожать мне, у тебя даже нет прямых доказательств... - Эндрю говорил дрожащим голосом, немного шаркая кончиком носка стопы о пол. Он очень нервничал, понимал, что если Ноли капнёт глубже, то у Энди не останется и шанса на хорошее будущее. - Я не угрожаю, ты первый начал. Кстати, этим самым подтвердив, что ты - тот придурок. - И что ты хочешь от меня? У меня нет денег или любой другой херни, которая может понадобиться тебе - Эндрю хмыкнул - Такие как ты могут только и добиваться всего угрозами. - Такие как я? - Ноли переспросил, хотя очевидно, что Энди опять хотел задеть кого-то за внешний признак, как он и делал всегда, это была уже привычка - Не помнишь, как угрожал мне и моей семье, что приедешь и убьёшь нас? Конечно, я тогда испугался, думал, что и правда узнал всё о моем положении, но потом я понял, что ты - такой же подросток, как и я. Знаешь, если бы не твой возраст, я бы распространил этот номер везде, где только можно. - Значит только ты знаешь мой номер, да? - Эндрю было стыдно за все те глупые угрозы, но в тот момент он подумал: "Лучше бы я правда убил тебя, мудак". - Не совсем, но я на девяносто девять и девять процентов уверен, что никто из тех, кто владеет им, никогда не сольёт его без моего согласия - Ноли улыбнулся. - Ты знаешь, кто я? - Понятия не имею, какое это вообще имеет значение? - Энди разозлился. Ему было не так страшно, как раньше, ему просто хотелось врезать этому фиолетовому ублюдку. - Значит, ты угрожаешь так всем тем, кто пытается тебя вразумить? - он действительно удивился. - Я - "Ноли Пиксель". Помнишь, как ты орал оскорбления в сторону моей матери, пока я пытался рассказать тебе о реальном вреде расового ущемления на все виды населения? Тогда тебя высмеяли все адекватные люди, но те твои сумасшедшие фанатики продолжали поддерживать тебя, даже несмотря на всю нелогичность и грубость сказанного. - Ноли Пиксель, как я мог не понять... - Эндрю разозлился ещё больше. - Но я ведь был прав, что твоя мать шлюхандра ещё та, смотря на то, какой ты родился. Не могу представить, сколько в тебе смешано ДНК, клоун. - Да заткнись уже - он сказал устало, как будто бы его уже покинули все силы, хотя они не говорили долго, Энди был слишком раздражающим, высасывал все силы. - Ты вообще когда-нибудь перестаёшь говорить? - Да ладно, в прошлый раз ты не так быстро сдался. - Я пойду спать, я не хочу тратить своё время на тебя - он отвернулся. - А вообще, знаешь.. Ноли из-за плеча смотрел на Эндрю, думая, как же этого человека можно задеть за живое, что он никак не обернёт в удобную сторону, как он всегда это делает, что действительно заставит его замолчать и перестать плеваться желчью хотя бы на секунду, но, зная этого человека, он никогда не сможет так. Энди же напрягся, ему казалось, что Ноли вот-вот скажет: "Я не буду держать твой номер в секрете", что ударит его или что-нибудь такое, всё таки этот парень хоть в первую их перепалку был более спокойным, они не говорили два года, даже в не обменивались словом. Что он может ожидать от него? Тем более когда Ноли выглядит так устрашающе. О Боже, эти глаза, Эндрю ни секунду не хотел смотреть в них. Но Ноли отвернулся и пошёл к своей кровати, оставив Энди в центре комнаты в раздумьях. - Боже, хоть бы балконы сделали, ей-Богу! - Эндрю выходил из корпуса в домашней одежде, с сигаретой за ухом и зажигалкой в руке. Когда он проснулся, Ноли не было в комнате, но он убрался. Энди даже подумал, что после вчерашнего унижения он решил уехать, хотя это было бы слишком хорошо, так что ему пришлось смириться с мыслью, что сосед вернётся. Хотя вернётся ли вообще, может, он поехал к своей семье навсегда, сидеть под крылом мамочки и плакать о том, как же его унизил "ужасный грубиян Эндрю". От этой мысли он усмехнулся, и дым неприятно вышел из его легких. Ничто не доставляло радости ему так, как думать о том, что все те, с кем он вступал в спор, после проигрыша были очень злы или даже плакали. Однажды он довёл девочку в звонке до слёз, а та позвала своего бойфренда, чтобы он разобрался с Энди, но тогда он рассказал историю в удобном для него русле и даже перевёл этого парня на свою сторону, ведь эта девочка была заядлой любительницей посмотреть на пидорков, а этот парень сильным гомофобом, но ему всегда надо было притворяться, чтобы эта девка не плакалась. Эндрю скинул ему несколько статей о подтверждении, почему же гомосексуальность - болезнь, наврал, что этой девчонке ежедневно дарит подарки её "лучший друг", и что она якобы приводила своего парня в пример как "неблагополучного". Он разрушил чужие отношения, только потому что ему показалось это забавным, потому что ему нравилось смотреть, как другие люди страдают. И ведь прошли годы, и он вспоминал эту ситуацию не со стыдом, а наоборот, со смехом и гордостью за себя. Ему всегда казалось, что даже при таком раскладе он будет безнаказанным, ведь он "искусный манипулятор", да и вообще вся армия тех задротов, которые были согласны с ним, обязательно помогут напасть на обидчика. И вчера этот Ноли разбил его розовые очки, показал, что за грубость его ждет наказание... Даже, казалось бы, с компроматом на Эндрю и с его номером телефона, Ноли сможет сломать его жизнь, сможет поставить на место, но нет! Даже этот парень провалился под гнётом этого токсичного морального урода. И вот наступил уже вечер, а сосед Эндрю так и не вернулся. Ноли не был ранимым, он просто выжидал удобного момента. Его псевдоним в интернете он составил из своего имени, слова "пиксель", которое отсылало к его любви к пиксельной графике и из цифр пять и четыре. Пять - день, когда он родился, четыре - месяц. В своих соц сетях он часто выкладывал рисунки в пиксельной стилистике, говорил о других художниках, о геймерах, и о всей той чуши, которая нравилась ему. Но в какой-то момент его аккаунт заметил, о Боже, один из странной группы "критиков" художественных произведений, эта группа обычно очень строго и не деликатно проходилась по всем художникам, в чьих иллюстрациях они видели хотя бы малейший изъян. Тогда Ноли и стал одним из тех, кто принимал активное участие во всех спорах интернета. Стоило ему один раз увидеть негативное отношение к себе, так он сразу же и перенял эту модель поведения. Ноли часто высказывался о политике, о художниках и писателях в сети, о популярных личностях в узких кругах и о всём том, где его имя могло бы засветиться. С тех пор он стал одним из либеральных "лидеров мнений". Конечно, тогда он и столкнулся с SuperHamburger2000. Этот "мерзкий ребенок", как Ноли его называл, постоянно ретвитил все его посты "в шутку", как бы помогая своим гиенам найти новую цель насмешек. И нет, Ноли не оставил это просто так, он всегда отвечал на все оскорбления и грубо поносил всех тех, кто старался вступать в конфликт с ним. И, конечно, он не оставил виновника торжества в стороне, он писал ему напрямую "Почему ты это делаешь?", в ответ получая лишь "Почему ты выкладываешь такое дерьмо? Серьезно, меня травмировала твоя страничка при первом заходе на неё, лучше удали аккаунт и не позорься", такой ответ отсылал Ноли к насмешкам этой "группы критиков", поэтому он взялся за старую стратегию и досконально изучил всю деятельность "гамбургера", ведь теперь он испытывал такой же азарт, как и все те тролли в интернете, которые оскорбляли аватарку профиля, глупые ничего не значащие посты, описание и всё, что они могли подметить своим "зорким" глазом. Тогда он и нашёл все эти ужасные длинные текста с поддержкой преступлений на почве расы, с явным угнетением женского пола и цветных людей, со сталкингом обычных пользователей, которые посмели что-то сказать в сторону "гамбургера", с поддержкой скулшутинга и идейных маньяков. С тех пор началась эта бесконечная перепалка "пикселя" и "гамбургера". Даже те идиоты, которые всегда оставляли грубые рецензии на рисунки Ноли, стали поддерживать его, ведь никто из этих либеральных пользователей не любил "гамбурега" и его последователей. В последний их разговор они публично созванивались, но никто из тех "запечатлевших" звонок так и не может точно назвать победителя. Пиксель лишь приводил в пример статьи и исследования, в которых сам не был до конца уверен, а Гамбургер использовал любые ругательства, чтобы подавить в Ноли мотивацию продолжать спор, а действительно стоящие аргументы приводили лишь его "последователи". - О Боже, ты так волнуешься о том, что твои подписчики резко перестанут верить тебе, что готов назвать мне любую статью, которая могла бы помочь тебе - Гамбургер деловито сказал. - Ты же сам понимаешь, что это бред. Может, лучше перестанешь плакать и примешь своё поражение? - Может, я и говорю о какой-то бредятине, но ты сказал хоть слово в свою защиту, которое не было бы личным оскорблением? - Какую защиту, Пиксель? - он явно улыбался. - Это не я три месяца сидел, обосравшись, боясь выйти со своими оппонентом в публичный конфликт. Или что, ты ждал, пока твои два отца наконец уйдут на работу и перестанут орать на заднем фоне? А может, ждал, пока сломается голос? - Ты так и будешь нести какую-то чушь? - Ноли уже явно злился. Он думал, что проиграет, что станет объектом всеобщих насмешек, и тогда этот имбецил будет праздновать свою абсолютно незаслуженную победу. - Скажи мне, почему ты пытаешься задеть мою семью, когда личные и семейные проблемы явно у тебя? - Какие проблемы? - Гамбургер рассмеялся. - Типа у меня шизофрения и я режу себя, как большинство твоих подписчиц? Или, может, у меня такая же мать шлюха, как у тебя? Сколько ещё своих травм на меня перекинешь? - Не говори так о моей матери, блядота, - он сжал лист бумаги в руке. - Если у тебя нет матери, это не значит, что можно оскорблять чужих, урод. - Да это и не оскорбление, проститутка - это древняя профессия, между прочим - звук зажигалки с его стороны был таким громким, как будто бы он хотел сжечь свой микрофон. Его семья уехала на неделю, оставив одного, а Эндрю даже не позвал как типичный подросток своих лет подружку или группы друзей-задир, он сидел за своим креслом, куря прямо дома, специально поставив пепельницу с краю от клавиатуры. Ему казалось, что в будущем, когда у него будет своя квартира, он так и будет жить: не будет выходить на балкон поздно ночью и бояться, что кто-то увидит, а будет нагло смотреть на отражение в мониторе, закуривая вторую. - Или ей вообще не платят денег за это? Ей самой нравится внимание большого количества мужчин? Я прав, Пиксель? - Заткнись, ты ничего не знаешь о моей матери... - его пальцы потянулись к клавиатуре, он собирался написать кому то. - Спорим, что твоя мамка ненавидит тебя, вот ты и проецируешь свои комплексы на мою семью. - Моя-то может и ненавидит, но вот твоя мама меня обожает. Может, заказать её на часик-два, что думаешь? Ты же хочешь сегодня покушать, Пиксель? - Да моя мама ни за какие деньги не будет спать с таким уродом, как ты, - Ноли выделил файл. - Наверное, от такого жалкого инцела, как ты, воняет за километр. - Да ладно, почему ты так активно отрицаешь, что я сплю с твоей матерью? - он заливался смехом. - Неужели я задел за живое? До этого ты был спокойным, а сейчас вот как выражаешься. Мамочка-то не будет ругать за такие слова? - Меня не ругают за активное выражение эмоций - ему пришло уведомление: "Ты типа наконец то решил проучить гамбургера? Не думаешь что его крысы дадут отпор?" - Наверное, у тебя правда тяжёлое детство, раз ты о родителях больше разговариваешь, чем об основной теме нашего спора. Обратись к психологу, я не собираюсь выслушивать твои проблемы, чел. А лучше возьми с собой мамку на приём, а то она воспитала какой-то мусор ходячий, пусть и ей мозги вправят. - А что, часто ходишь к психологу, Пиксель, раз уж решил, что у меня проблемы? - Эндрю показалось что, его соперник вот-вот признает поражение. - Тогда в следующий раз, когда пойдёшь к нему, скажи, что тебя поливают грязью в интернете за то, что ты - чёрный пидорас с отрицательным айкью. Хотя, будь я твоим психологом, наверное, уже бы отказался лечить тебя. Ты же сто процентов депрессивный подросток, который режет вены, как и твоя четырнадцатилетняя аудитория. Может, покажешь свои шрамики? - Я же говорю, хватит проецировать свои проблемы на меня... - он сосредоточился на чем то. - Да и тем более, я не такой же сумасшедший маньяк, как и ты, не люблю вид крови. Но тебя, наверное, много били в детстве, раз тебе так нравится насилие. Будь я твоим психологом, - он громко сказал "я", - то уже давно бы обратился в полицию по поводу того, как же часто ты говоришь об убийцах и особенно об убийствах невинных детей в школах. - Боже, Пиксель, ну ты и душка - он хихикнул. - Такие, как ты, всегда очень сентиментальны. Как ты вообще прошёл естественный отбор и дожил до своих лет, раз уж тебя оскорбляет, что в ком-то больше тестостерона, и что кто-то более спокойно относится к насилию, чем ты? - Хватит меня так называть и говорить об этой херне, ты меня пугаешь - Теперь смеялся Ноли. - Ты ведешь себя как любой латентный гомосексуал. - А что, часто с ними общаешься? - Прямо сейчас общаюсь. - "Мне плевать, этот человек должен понести наказание, если это вообще человек, а не какой-нибудь робот" - Почему ты вообще называешь свои проблемы с головой "высоким тестостероном"? Я уверен, что любой другой мужчина с высоким тестостероном не будет проводить годы в интернете, стараясь ущемить людей за любые мелочи. - Но у меня же получается - Эндрю в нос попал сигаретный дым, и он поморщился от жжения ноздрей. - А у тебя так и не получилось доказать, почему я не прав. - Мне кажется, что всё видно невооруженным глазом, ты просто травмированный ребенок в теле взрослого мужика, который обижается на тех, кто может жить свободной счастливой жизнью. Хотя, может ты всё ещё ребёнок... - ему ответили: "Дай мне ссылку на его старую страничку". Тогда Ноли и вспомнил. - Наверное, так и есть, ты просто ребёнок. Несколько месяцев назад ты писал у себя на втором аккаунте о том, какой же твой отчим раздражающий. Сам говоришь о моей аудитории, как о "маленьких депрессивных девочках", а когда дело доходит до тебя, так ты сразу перескакиваешь на второй аккаунт. - О Боже, я писал это пьяным, забудь об этом... - Энди стало стыдно. - Сделай мне одолжение, помолчи, пожалуйста, об этом аккаунте. - Тогда помолчи о моей семье, урод. - Ему правда шестнадцать? Нет, ему будет шестнадцать только через две недели... - Ноли взволнованно смотрел на дату рождения. - Да куча таких тупых шестнадцатилеток, как он, - его товарищ поперхнулся. - Ну, ты, конечно, не тупой. Честно, ты самый умный подросток, которого я видел. - Ага. Спасибо... - он о чём-то задумался. - Давай оставим это, как есть. - Ты серьёзно? Этот Гамбургер так говорил о твоей маме, а ты теперь просто оставишь это так? Ладно, ты не обидчивый, но если ты не сольёшь его, то он, наверное, оскорбит ещё кучу людей. Тогда ведь Мэттью нажрался таблеток, после того, как крысы этого дебила взломали его страницу и слили его интимки, а ты хочешь это так оставить? Не, я понимаю, что Мэттью тот ещё идиот, и ты, наверное, сам желаешь ему смерти, но блин, есть же куча хороших людей, которых также сломают действия Гамбургера! - Извини, я просто... - Ноли не мог найти себе место. - Я не хочу ломать кому-то жизнь, как он. - Ты серьёзно? - Да, я серьезно. - его начало тошнить. - Прошу, не сливай это. Давай пока просто подумаем. - Какой же ты идиот, Ноли... - его друг вздохнул. - Хорошо, но вина за всех, чьи жизни он сломает, теперь на твоих плечах. - Не говори так - ему стало жутко неприятно, но он всё прекрасно понимал. - Мне надо поспать - он быстро навелся на кнопку отключения микрофона и наушников и завалился на кровать. На улице было холодно, темные тучи опять начали собираться вместе, предвещая дождь. Живот урчал, явно говоря Эндрю: "Пойди уже поешь", и он даже думал о том, чтобы поесть в какой-нибудь забегаловке, но ему было так жалко тратить свои деньги на это. Может, одолжить у Дейва? Энди стоял на пустом конце парковки и курил, посматривая на странный брелок в чьей то машине. Как люди позволяют себе машину в таком возрасте, но не могут позволить снять себе квартиру? Хотя, может, это какие-то взрослые, которые не состоялись в жизни, и теперь, еле как поступив в этот колледж, хотят отучиться, чтобы потом найти работу? На что они вообще надеятся? На одно из парковочных мест подъехал белый солярис, его помыли, наверное, пару часов назад, и теперь он как новенький приехал на парковку этого старого общежития, как же это не вяжется между собой... Он предвещал увидеть тот самый образ "взрослого неудачника" из своей головы, но когда двери открылись, из машины вышел этот сосед. Откуда она вообще, если этот идиот просит деньги на еду у мамы? Может, копил несколько лет? - Привет! - он не выглядел таким злым. - Не ожидал тебя увидеть здесь. - Привет... - Эндрю свёл брови. Всё таки он завидовал машине, не поспоришь. - Теперь с курением все очень жестко после вчерашнего, и если кто-нибудь увидит, как я курю в туалете, то меня сразу отсюда вышвырнут. - Ну, ты ведь сам это устроил, что поделать... - Ноли ухмылялся. - В каком плане сам устроил? Почему ты думаешь, что это я, если наш охранник буквально сам сознался? - Ну, ты должен радоваться, что он достаточно глуп, чтобы убедить себя в такой бредятине - он поправил волосы. - Но я не хочу спорить с тобой об этом, я хочу сказать тебе кое-что другое. - И что же? - Я хочу, чтобы ты извинился, вот и всё. Знаю, что немного напугал тебя вчера, просто это был тяжёлый день, да и сегодня, в принципе, тоже... - Ноли улыбнулся, почесывая затылок. - Я понимаю, что ты зол на меня и думаешь, что я хочу тебе зла, но это не так. Сейчас я просто хочу, чтобы ты извинился передо мной и моей мамой... - Мамой? - Да. Ты оскорблял её вчера, и ты оскорблял её два года назад, но так никогда и не извинился. Честно, я даже ложился спать и думал о том, как отомстить тебе, но сегодня я сказал об этом маме, и она думает, что мне стоит сказать напрямую о том, что ты ужасно себя ведешь. - Он посмотрел за спину Энди. Небо начало темнеть, и маленькие капельки дождя начали падать с него. - Извинись, и мы оба будем счастливы. Я думаю, что ты уже не такой, как прежде, и что ты- - Во всём так со своей мамой советуешься? - Эндрю бросил бычок на землю и потушил его ногой, после чего засунул руки в карманы. - Может, тебе вообще лучше свалить к ней, если ты к реальному миру так не приспособлен? Хотя, ты даже у неё дома не смог мне ничего ответить. - Хочешь сказать что-то ещё? - Ноли сжал кулак. - Хочу сказать, что меня не устраивает сосед, который у своей мамочки пизденку нализывает. Ноли ошеломлен от такой наглости, ему казалось, что, может, Эндрю спросит у него что-то типа "Что сказать, что ты имеешь ввиду?" или просто скажет что-то более осмысленное, но так... Он медленно свел брови к переносице, как бы пытаясь понять, как же можно быть таким нахалом, таким мерзким. Но он не стал долго ждать и с треском въехал кулаком в нос Энди, от чего тот резко отшатнулся, приложив руку к своему лицу. Казалось, сейчас у него хлынет кровь и закроет ему весь обзор на оппонента. Через несколько секунд Эндрю провёл большим пальцем чуть выше верхней губы и заметил на своем пальце кровь ярко-красного цвета, которая начала падать каплями на асфальт. - Сука, гандон... - пробормотал Энди. - Посмотри сюда, сука. Ноли и правда отвлёкся, как будто бы по команде, и тогда Эндрю быстро взмахнул кулаком и зарядил ему в подбородок, но он промахнулся буквально на пару сантиметров, поэтому импульс удара не был таким сильным, но достаточным, чтобы его противник отошел назад, хватаясь за челюсть и матерясь себе под нос. Энди постарался выровняться и прийти в себя, но в его ушах все ещё был этот противный звон и место удара все еще болело, а кровь продолжала обильно течь. - Ну так давай, подходи, ублюдок! - Ноли кашлянул и будто бы еще не был в порядке, но он был готов. - Или это весь твой максимум, крыса? - Я сейчас покажу тебе свой максимум, урод... - он немного шатался, но все равно пошёл вперёд, прямо на Ноли. Эндрю быстро подошёл к своему соседу и попытался ударить его в живот, чтобы тот пригнулся и потерял равновесие, но он понял, что его удар не оказался достаточно эффективным. Ноли свёл брови и стиснул зубы, после чего сразу же врезал ему в щёку, от чего Энди повалился на асфальт из-за того, что ноги повели его влево, но он сразу же оклемался и обратно встал. Тогда Эндрю заметил, как Ноли замахивается в его правое плечо, и он успел увернуться влево, втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. И тогда Энди решил нанести удар, треснув Ноли в ребро, от чего тот упал и сильно потерся ладонями об асфальт, и на них остались явные кровавые ссадины, но почему-то это придавало ему больше мотивации, он сжал руки в кулаки и сразу стало тепло, хоть и сильно жгло. Дождь уже стал сильнее, как бы становился более нагнетающим с нарастающим количеством ударов. Он поднялся, опираясь на колено, и взял Эндрю за воротник, после чего грубо ударил в челюсть, без шанса на то, что противник увернется. Энди упал и взялся за нижнюю часть лица, она больно ныла и не давала покоя, он стукнулся головой о бетонное ограждение, которое окружало почти всю парковку, и упал в самый угол. Это ограждение было высотой около восьмидесяти сантиметров, так что лежачего человека не было видно оттуда. - Думай в следующий раз о своих словах, конченный блять... - Ноли неровно дышал, стоя над Эндрю и думал о том, как же сделать этому человеку ещё неприятнее. Но есть ли в этом какой-то смысл? - В прошлый раз ты не так быстро сдался. И где же весь твой пафос, вся та смелость, которая была с тобой во время нашего вчерашнего разговора, или во время того звонка на трибуне, или, может, тогда, когда ты посылал всех своих крыс на таких же глупых детей, как и ты? Где вся твоя смелость, которая была, когда ты рушил чужие жизни? Знаешь что? Ты сейчас учишься здесь только благодаря моей милости, только благодаря тому, что я проявил милосердие и пожалел тебя. Я ведь даже сегодня хотел пожалеть тебя, и ты... Эндрю начал подниматься, и Ноли, сразу же заметив это, ударил его в живот. Энди простонал, гневно смотря на своего соседа. Как теперь ему быть? Это в самом деле конец счастливой жизни? - Я думал о том, что я не хочу разрушать твою жизнь, о том, что ты такого же возраста, как и я, и наверняка у тебя проблемы с ровесниками, как и у меня, может, проблемы с родителями, как у моих близких знакомых или что-то ещё, но ты просто избалованный ублюдок, который только и может, что нападать на тех, кто слабее! - Ноли выкрикнул это, и тогда в небе прогремел гром. - Ты хоть понимаешь, сколько людей чувствовали себя ужасно из-за тебя, сколько людей удалили свои аккаунты из-за наплыва твоих подсосов? Конечно тебе плевать, идиот. - Что ты несёшь, какой избалованный, блять? - дождь шёл обильно, почти в такт крови из носа Энди. - Ты же нихера не знаешь обо мне. - А ты дохрена о моей матери знаешь, чтобы постоянно говорить такие вещи про неё? - Ноли опять ударил его в живот, чтобы тот не посмел сказать очередное грубое слово, не посмел съязвить лишний раз. - Моя мама - святой человек, а ты просто глупый обиженный ребенок. Извинись перед ней, сука. - Извиниться? Нет, я не собираюсь. - А что мне надо сделать, может, убить тебя? - Ноли ударил снова. - Какой же ты всё таки ужасный человек, у тебя абсолютно нет будущего, нет любимых родителей, нет друзей, нет человека, который любит тебя, лишь кучка немытых девственников в интернете, которые поддерживают любой твой высер! Как же ты меня бесишь, сука... Проси прощения, Эндрю. - Я подумаю... - он ухмыльнулся, смотря куда то вдаль. - Подумаешь? - Ноли свел брови и в последний раз пнул Энди в живот, а тот прохрипел от боли, поджимая ноги к себе. - Хорошо, подумай. Он ушел к своей машине, открыл дверь и достал оттуда какой-то целлофановый пакет. Эндрю смотрел вдаль, каким-то странным взглядом. Несколько раз он уже испытывал страх, что его нашли, что скоро за ним придут, и что всё обязательно будет плохо, но несмотря на то, столько плохих вещей он сделал, абсолютно никто ничего ему так не отвечал. И сейчас, его наконец-то избил человек и оставил с кровотечением в углу парковки, как какой-то мусор... Это было удивительно, это даже пробуждало в Энди азарт. После того, как он умылся в раковине в туалете, он сразу же пошел к своей комнате, но без страха, а скорее с желанием отдохнуть, лечь на кровать и уснуть. В комнате сидел Ноли под тёплым светом настольной лампы, печатал что-то в ноутбуке и ел аппетитные булочки с маком или с чем-то таким. Эндрю ужасно захотелось есть, но он не мог ни разогреть пиццу, так как в той комнате с микроволновкой живут люди, а сейчас уже около двенадцати, и не мог пойти в магазин, чтобы купить что-нибудь, так как ближайший магазин закрывался в двенадцать ночи, да и на улице шёл этот ливень, а Энди уже достаточно промок на улице. Немного постояв в проходе, он снял кофту, оставшись в футболке, подошёл к окну и открыл его полностью. Эндрю взял сигарету, оставалось в пачке ещё две, и он думал о том, сколько выкурил за день сегодня и удивился, насколько это меньше обычного количества. Он поджёг сигарету, и тогда услышал удивлённый возглас Ноли. - Ты идиот? В комнате курить нельзя! - Да я знаю... - Энди смотрел вдаль, отсюда был отличный вид на город. Из-за верхушек домов показывались горы, так они привлекали внимание всей своей сутью. - Боже, надеюсь, тебя выселят отсюда... - он продолжил что-то писать. - Зачем тебе ноутбук, если есть компьютер? - А тебе? - Да это долгая история... - Эндрю стряхнул собравшийся пепел с сигареты и опять вдохнул дым, прищуриваясь. Дождь, наверное, будет идти всю ночь и только усилится, учитывая, как гремит гром. - Да у меня просто был ноутбук до компьютера, вот и остался. Ещё вот не нахожу времени, чтобы собрать, да я и не разбираюсь особо в этом... - Ноли не стал допрашивать Энди, а стал рассказывать о себе. - Как ты не разбираешься, если поступил на такую специальность? - Да спокойно, просто всегда было интересно писать что-то, а не разбираться в куче техники... - Это странно - Энди обратил внимание на еду Ноли. - Хотя, может, я бы мог и собрать. - Нет уж, откажусь - Ноли с негативом посмотрел на него. Что вообще можно ожидать от такого человека? Эндрю замолчал, думая о чём-то. Почему-то сейчас ему хотелось, чтобы каждый миллиметр этой сигареты достался ему, хотелось спокойно вздохнуть, без этого внутреннего волнения. Ему нравился никотин, он не думал, что когда-нибудь бросит это. Нравилось расслабление, нравилось, когда его грудь опускалась, и он не чувствовал это странное напряжение во всём теле, эту злость, это давление, которое было на нём. - Чел, я чутка перегнул палку - Энди выдохнул прямо в комнату, смотря прямо на Ноли. - Это ты так из-за маминых булочек? - Ноли улыбнулся, как будто ребёнок. Его правда радовало, когда плохие люди были хорошими, хотя бы на секунду. - Нет, из-за тех, которые у тебя в руках - Эндрю ухмыльнулся. - Ну ты и конченный... - Ноли устало улыбнулся, опустив брови. - Но это смешно.