London Melancholy

Солнечный яркий летний Лондон казался пустым и серым в последнее время для Спидвагона. Постепенно его позитивная улыбка пропадала, а сам он всё больше прибывал в своих мыслях. Жизнь будто стала для него другой, не такой какой была. Даже в компании близких ему Тату и Кэмпо он вёл себя достаточно тихо, чем очень беспокоил остальных. Конечно, его поведение заметили не только Тату и Кэмпо. Джонатан и Уильям начали часто видеть Роберта возле дерева, которое недалеко было от места их тренировок. Он не наблюдал за тренировками, а лишь задумчиво и грустно смотрел вдаль. Одним днем Уильям всё-таки решил поговорить с ним. — Роберт, — голос Цеппели был чуточку серьёзнее, а взгляд обеспокоенным. — А? — Роберт повернул голову в его сторону, — ох, барон Цеппели, это вы, — он слабо улыбнулся. — У тебя всё в порядке? — поинтересовался брюнет, наблюдая за языком тела Спидвагона. Тот лишь сложил руки на груди, начиная бодро улыбаться. — Да всё на высоте, старик! — голос был… Весёлым? Для Цеппели это казалось странно. Когда с ним не разговаривают, то он ведёт себя отстранёно, а как только на него обращают внимание, он становится весел и бодр. Явно что-то не договаривает. — Ты уверен? Ты уже который день стоишь тут и смотришь вдаль, — теперь голос барона был более встревоженным, чем серьёзным, — может, что-то случилось? — Да просто думаю о жизни, — Спидвагон вновь глянул вдаль, приобретая вновь задумчивый вид, — не думаю, что нужно беспокоится старик. Роберт глянул вниз, пытаясь скрыть заметный румянец на щеках. Хоть в последнее время он сам не свой, но… Возле Цеппели он ощущает себя живее, чем с кем либо. — Если ты так считаешь, то хорошо, — Уильям положил руку ему на плечо, заставляя того поднять взгляд на него, — просто… Если что-то правда не так, приходи ко мне, поговорим. — Спасибо за заботу, старик, — блондин мягко улыбнулся, не стесняясь своего рцмянца, — если что-то случится, обязательно приду. — Буду ждать, — Цеппели убрал руку и хотел уйти, но что-то его держало. Не хотел он оставлять Спидвагона одного, — я… Я зайду к тебе вечером, amico, — Уильям последний раз глянул на Спидвагона, заботливо улыбнулся и ушёл, вновь оставляя Роберта наедине с собой. В груди Спидвагона стало тяжелее, а мысли были пустыми. Казалось, что он задыхается, но дыхание было в норме. Нужно дойти до дома. Всё такой же холодный для Роберта Лондон ухудшил ситуацию. Каждый шаг в городе давался тяжело. Глаза пусты, а дыхание стало тяжелее и чаще. Роберт уж думал, что умрёт на улице от своего состояния. Когда он наконец-то оказался дома, его тело стало дрожать, а сам он сел на пол. Дом такой-же тусклый и дряхлый. Стены со старыми обоями давили, а свет был слишком мал. Это вызывало тревогу. Лицо стало горячим, а на глазах слёзы. Блондин схватился за волосы, опять роясь в своих мыслях. Ничего не поменялось. Роберт еле как встал, начиная мучительно постанывать от безысходности. Он не может это терпеть. Жить так невозможно. *** Вечер хоть и наступил быстро, но для Уильяма это были долгие часы времени. Почему именно вечер? Он же мог зайти после тренировки. На душе было неспокойно. Чувство тревоги и беспокойства так и бущевали в груди. Барон стоял на входе в квартиру Роберта. Он чувствовал как руки дрожат от волнения. Сделав глубокий вздох, Уильям постучал в дверь. Тишина. Тишина, которая нагоняла тревогу. Цеппели сделал раз постучал, но видимо бестолку. А вдруг с Робертом что-то случилось? Вдруг он не выдержал и… Барону даже противно думать об этом. Он взялся за ручку и открыл дверь. Даже странно, что она не была закрыта на ключ. Роберта сидел возле стены, прижав к себе колени. Он не двигался и даже не издавал звуков, а возле него был пистолет. — Роберт… — Уильям закрыл за собой дверь и медленно подошёл к нему. Тот даже не поднял голову, — Роберт, что случилось? — он сел возле него. — Всё стало другим… — прошептал Роберт, поднимая голову, — я… Я устал от этого, — его голос дрожал. Он резко обнял Уильяма, начиная плакать ему прямо в плечо. Уильям почувствовал безысходность блондина и обнял его в ответа. Цеппели дал Спидвагону проплакаться, а позже отвёл его в кухню. Итальянец налил ему чая и сел напротив. — Роберт… — Прости, старик, — Роберт грустным взглядом глянул на чай. Он чувствовал себя стыдно и как-то не уверенно в себе. — Не стоит извиняться, — Уильям ласково улыбнулся. Блондин поднял свой взгляд и слабо улыбнулся в ответ. — Мы знаем друг друга давно, Спидвагон и я знаю какой ты, — Роберт немного похлопал глазами, не понимая вообще о чём речь, — ты сильный. Даже если твоё состояние тяжёлое и ты не можешь с ним справится. Обращайся ко мне. — Я… Не знаю, — барон увидел сомнения Роберта, — я не думаю, что я такой. — Ты не думаешь, а другие знают. Джонатан знает, я знаю, — Роберт промолчал на слова старика, вновь устанавливаясь на чай, — нет ничего страшного в том, чтобы попросить у кого-то помощи. — Не хочу быть обузой… — Ты и не будешь, Спидвагон, точно не для меня. Роберт вновь поднял глаза на старика. Ласковая улыбка, добрый взгляд так согревал душу англичанина, что тот вновь расплакался. Барон понимал, что за слёзы это были. Он дождался, когда Роберт проплачется. — Как себя чувствуешь? — Уильям встал из-за стола и подошёл к блондину, который сделал первый глоток чая. — Куда лучше, — Спидвагон поднял головы и улыбнулся. Уильям присел рядом с ним, улыбаясь в ответ. — Допей и пойдём отдыхать, — Цеппели погладил Спидвагона по голове… *** Роберт и Уильям сидели в гостиной на старом диване. Спидвагон обнимал старика, уткнувшись ему в плечо. Ему стало намного спокойнее на душе. Все мысли отходили назад, лишь давая насладится таким моментом. — Спасибо… — произнёс Роберт, — спасибо что… Не бросил меня. — Не стоит благодарить меня, — Уильям вновь улыбнулся, обнимая Роберта в ответ одной рукой, — да и как я тебя брошу, ведь ты мне важен. На щеках Спидвагона появился красный румянец, и он отстранился от старика, который мягко улыбнулся. — Старик, ты… Тоже для меня очень важен, — Роберт вновь прижался к нему и закрыл глаз. Старик хихикнул и стал гладить его по волосам. Тишина и спокойствие в комнате привели к тому, что Спидвагон сладко заснул на груди Цеппели, который свою очередь задумчиво смотрел на Роберта. В эти дни он планирует обсудить с ним его проблемы, а позже и решить их, вместе. Барон поцеловал блондина в макушку и вновь погрузился в раздумья.