Спор о любви

      Как оказалось, Хёнджин не соврал. Феликс и Хван правда ведут себя как пара. Но Минхо поверил только после того, как Хани подтвердил эту информацию. Только после этого спор был официально закончен победой Хвана. Но победитель, видимо, забыл обо всём на свете. Теперь всё время Джинни проводил с Феликсом, либо в студии, отрабатывая движения хореографии, либо дома. Минхо бы удивиться таким изменениям со стороны его друга, но раз Джинни не пропадает по ночам, — а может пропадает, но Ли точно знает где, — то зачем разводить шумиху и напоминать про клубы?

◇◇◇

— Мы обязаны с тобой сходить куда-нибудь, Ликси,, — предлагает Хёнджин, после окончания очередной тренировки. Феликс пожимает плечами, то ли соглашаясь, то ли нет, отпивая из бутылки Джинни. — Кто-то пойдёт с нами сегодня вечером в клуб? — Ради вежливости добавляет старший, после того, как получил многозначительный взгляд от Феликса.       Хван подходит к Ли-младшему, закидывает свою руку тому на плечо. Прошло две недели с начала танцевальных практик. Первую неделю работали только Минхо, Хёнджин и Феликс, а вот потом к ним присоединились остальные ребята. Как и договаривались ранее, Чани помог всем с произношением, кому-то подсказал, как нужно исполнять те или иные моменты. Когда же Бан был занят своими делами, то его место занимали Хан или Чанбин. Правда, с английским произношением они помочь не могли. Сейчас же перед группой юношей стояла задача в синхронности танца.       Друзей же не обязательно стесняться, ведь так? Хёнджин и Феликс считают, что необязательно. — О, — смотря на отражение, Чани не ожидал увидеть сцену из дорамы вместо своего лица. — Мои глаза меня не обманывают, ведь так? — спрашивает Чонин, смотря на двух целующихся парней. — Сынмин-а, ты и Чанбин-хён остались вдвоём без пары!       Ким, который сидел на полу, вопросительно вскинул бровь, поднимая взгляд на своего лучшего друга, словно спрашивая: "И что ты этим хочешь сказать?". А Со лишь усмехнулся. И тут Джисон с Линоу в один голос произносят: — Мы просто друзья!       Интересно, они правда считают, что их друзья слепые и не видят, как они обнимаются, прячась ото всех по углам? Конечно, они могут быть друзьями, которые очень любят обниматься. Плюсом, эти двое всегда называют друг друга "дорогой", что приводит к очень интересным мыслям. Жаль, ни Минхо, ни Джисон не хотят начинать встречаться, чтобы оправдать ожидания всех остальных.       Вечером договорились встретиться лишь пятеро. Чани с Чонином просто отказались идти, а у Сынмина были занятия по вокалу.       Клуб, в который привёл Джинни своих друзей, находился недалеко от центра Сеула. Яркая вывеска с названием встречала трёх парней.       Внутри же всё было обставлено достаточно практично: большие диваны рядом со стеной, чтобы на них можно было отдохнуть после танцев. Сам танцпол был просто огромный — оно и не удивительно, ведь посетителей в этом клубе мало никогда не бывает. А за танцполом находилась барная стойка, куда и отправились Джинни с Ликсом. Хотелось, конечно, чтобы не случилось никаких происшествий, но не судьба. — Хван! — раздаётся громкий возглас рядом с барной стойки, из-за чего все, кому не лень, оборачиваются. Интересно, как они только услышали этот возглас сквозь музыку?       Хёнджин непонимающе смотрит в сторону, откуда был слышен крик. Множество людей окружили их в ожидании интересного представления. Феликс же, что сидел рядом, просто удивлённо смотрел на Джинни. Хоть Хван и любил внимание к его персоне, но внутри что-то подсказывало, что сильный интерес в его сторону сейчас не вызовет ничего хорошего. — А ты кто? — Хёнджин вопросительно смотрит на девушку, которая, по всей видимости, уже изрядно выпила и не понимает, что делает. Возможно, Джинни видел её однажды, только вспомнить не может. Что же до шатенки, — Ты даже не помнишь меня?! — Девушка покраснела от злости. И тут началась. Из её рта слышались различные оскорбления и упрёки.       Феликс всё это время продолжал сидеть и удивлённо смотреть на своего парня. Ли слышал различные слухи о похождениях Хёнджина, но не думал, что когда-нибудь застанет своего рода разборки из-за того, помнит ли Джинни свою ночную подругу или нет. Ли не хотелось слушать продолжение всей этой драмы или комедии, — Феликсу не интересно, что это, — поэтому он просто отправляется на диван к Со. — Парень, ты бы держался от него подальше, Хёнджин же просто использует тебя разок и забудет! — последнее, что слышит Ёнбок, отходя от барной стойки.       Неизвестно, сколько ещё эта девушка из универа кричала, какой же Джинни плохой. Хван же терпеливо ждал, пока ему наконец сделают коктейль, и он сможет, ну или хотя бы попытается, спокойно уйти к своим друзьям. Коктейль, кстати, он получил спустя минут десять. Бармен был завален заказами.       Наконец подойдя к дивану, где сидели Ли и Чанбин, Хёнджин замер от удивления. Они с Феликсом даже не расстались, — и вообще не собирались, — а он уже целуется с другим. Конечно, Хван заметил, что Ли пьян, и все его действия в данный момент совершенно необдуманные, но сердце щемило от злости. Хорошо, что Сынмина сейчас здесь нет, и он не видит всего происходящего, иначе его сердечко было бы разбито. Тем более через неделю выступать с песней.       Минхо и Джисон переглянулись. Друзья пришли позже всех, поэтому вообще не имели представления, что произошло. Они только видели, как Феликс целовал Чанбин. — Оу, — произносит Хани, подходя к Хёнджину, который до сих пор стоит, словно зачарованный. Музыка в клубе слишком громкая, поэтому шатену пришлось сначала похлопать друга по плечу, чтобы привлечь его внимание, а потом, повысив голос, чтобы было слышно, спросить: — Что случилось? — Да появилась тут одна шваль... — Блондину не дали договорить. — А, ты про ту шатенку, которая за тобой весь первый курс таскалась, а совсем недавно ты с ней выпил в этом клубе, по твоим же словам, чтобы она отцепилась наконец, — подал голос Минхо. Взгляд его был направлен на барную стойку, рядом с которым как раз и сидел эта девушка. Линоу узнает ёё из тысячи. Она постоянно была рядом с парнями, не давая проходу, чем очень сильно раздражала Ли. — Я прав? — Ты её помнишь?! — воскликнул Джинни, удивлённо смотря на друга. Песня сменилась на другую, из-за чего на танцполе поприбавилось народу. Теперь приходилось кричать ещё громче, чтобы собеседник услышал. — Забыть её невозможно. Она столько нервов потрепала мне.. Ах да, насколько я знаю, ты с ней не спал. — И тут глаза Джинни чуть не вылетели из орбит. Минхо даже знает, с кем спал или не спал Хван. — Как я понимаю, — Минхо окинул взглядом всех своих друзей, — это всё за мой счёт?       Джинни лишь тяжело вздохнул и отрицательно покачал головой, как бы говоря, что сам заплатит. В это время Джисон расспрашивал Бинни сколько выпил Ликс, раз полез к нему с поцелуями. Как оказалось, выпил Феликс всего два бокала коньяка. Ёнбок пил алкоголь всего дважды за свою жизнь, поэтому и опьянел уже после первого бокала. — Хани, — блондин обращается к своему другу, хлопая по плечу. — Вы с Минхошечкой можете отвезти Ликса домой? Не думаю, что сейчас он согласится со мной поехать. — Хёнджин, ты поедешь с нами и это не обсуждается. — Произносит Джисон. — Ликс, — Хани подходит к пьяному другу, трепля того по плечу. Феликс уже лежал на диване, откинувшись на спинку, потеряв интерес к Бинни и попивая уже третий бокал. — Джинни? Ой, Хани, привет! — Ёнбок машет рукой шатену. — А где Джинни?       По глазкам Феликса видно, что он вообще ничего не понимает. А обалдевший от таких событий Чанбин теперь просто молчал. Он сидел и думал, как теперь ему разговаривать с Джинни. Да что там разговаривать, как в глаза ему смотреть.       Джисон посмотрел сначала на блондина, затем на Чанбина, тяжело вздохнул и принялся поднимать Феликса, который даже не пытался сопротивляться, а наоборот сам вставал. — Джинни твой на улице, такси ждёт, — отвечает Джисон, чтобы Ли не волновался.       На улице дул прохладный ветер, в общем, как и последнии несколько дней.       Такси приехало довольно быстро. До дома Феликса было всего несколько минут езды, поэтому все просто молчали, а Ликс уснул, облокотившись на плечо Джинни. По приезде Минхо, как самый старший, сказал, что отведёт Феликса к себе, а в это время Хёнджин и Хани должны решить, что делать дальше. — Вы меня в могилу сведёте когда-нибудь.. — чуть ли не плача, произносит Хани. Джинни удивлённо смотрит на друга. Кто собрался Хана в могилу сводить? — Кто и почему? — нервно смеясь, спрашивает Хван. — О-о, так ты не знаешь, — с долей сарказма говорит шатен. Опираясь о стену дома, Джисон скрещивает руки на груди. — Чтобы ты знал, до твоего появления Феликс был влюблён в Чанбина. И, о чудо, алкоголь, выпитый им сегодня, помог этим чувствам пробудиться вновь. — Хани тяжело вздохнул, — который раз за этот вечер? — уже представляя, как Ликс будет корить себя за свою ночную выходку (если вспомнит, конечно). — Результат ты уже видел. Так ещё и самое страшное — то, что Сынмин влюблён в Чанбина. Не знаю всей истории их отношений, можешь у Минни сам спросить. — Шатен отталкивается от стены и разводит руки в стороны, — Что нам теперь делать? Феликс если не забудет эту ночь, будет тебя избегать, боясь узнать твою реакцию. Чанбин тоже будет с опаской к тебе относиться — он не хочет, чтобы дружба рушилась. А ведь у нас на следующей неделе выступление!       Хёнджин подходит к своему другу, хлопает того по плечу, стараясь немножко успокоить, и обещает: всё будет хорошо, дружба не разрушится, и выступят они просто идеально.       На следующее утро, Хёнджин первым делом отправляется искать Кима, чтобы обсудить некоторые вопросы. Благо, первая пара у первого и второго курса была на одном этаже, и искать друга долго не пришлось. — Ким! Сын! Мин! — По слогам кричит Джинни на всю аудиторию, привлекая внимание не только своего друга, но и других первокурсников, которые ещё не знают о местном объекте обожания всех девушек. Ну, и парней тоже. Друг же блондина смотрит на того злобно, а рядом сидящий Чонин смеётся над своими друзьями. По всему помещению пробежала волна шёпота различного содержания. — Нам нужно поговорить.       Произнеся эти слова, старший выходит в коридор, на удивление совершено пустой. Сквозь большие окна пробивался солнечный свет, освещая без того светное помещение. — Тебе же нравится Бинни, я ведь прав? — сразу спрашивает Хван, как только Сынмин выходит. Младший удивлённо посмотрел на своего хёна, не понимая, зачем он завёл разговор о чувствах Кима. — Признайся наконец ему в любви, если не хочешь, чтобы его увели. — Хёнджин многозначительно улыбается, хлопает друга по плечу и уходит в направлении аудитории, в которой у него должна проходить пара. Сынмин же остался стоять, смотря в след удаляющейся спине.