Эхо реальности

Юра давно перестал спать нормально. Монтаж, сценарии, переписка с рекламодателями, бесконечные сторис, комментарии и стримы. Мир будто сузился до экрана ноутбука и блеклого света лампы. Ночь за окном тонула в сером тумане, а он всё кликал и кликал, вырезая лишнее из новой подборки. Сначала это было просто странное чувство. Лёгкое дежавю, будто он уже слышал эту фразу от Никиты, видел этот поворот головы, эту лёгкую усмешку. А потом начались видения. В отражении экрана он заметил полупрозрачную фигуру. Никита, но другой. Лицо то же, но взгляд пустой, тяжелый. Как у человека, который давно разочаровался и разучился ждать чего-то хорошего. — Юр… — прохрипел он. — Ты ведь знаешь, что это неправильно. Юра обернулся, но комната была пуста. Тишина давила на уши, и только жужжание системного блока напоминало, что реальность существует. Он провёл рукой по лицу. Усталость? Переутомление? Но почему тогда всё это казалось таким настоящим? Настоящий Никита, живой и тёплый, сидел за кухонным столом, лениво помешивая чай. — Ты сам на себя не похож, — сказал он, глядя поверх кружки. — Что-то случилось? Юра хотел соврать. Сказать, что всё в порядке. Но вместо этого слова застряли в горле. — Не знаю, — выдохнул он. — Иногда мне кажется… будто я вижу другого тебя. Никиш хмыкнул. — Другого меня? Это как? Лысого и с татухой на лбу? Юра попытался улыбнуться, но не смог. Перед глазами снова возникло то эхо, та же фигура, тот же взгляд, полные усталости и вины. — Нет, — тихо ответил он. — Совсем другого. Грустного. Опустошённого. Будто ты потерял что-то важное. Никита задумчиво смотрел в чашку. — Может, это ты про себя видишь, а не про меня? Эта фраза больно кольнула. Юра отвёл глаза. Он не знал, как объяснить, эти образы казались настоящими, словно тени из другой реальности. Ночью всё повторилось. Юра стоял у окна, глядя на бледный рассвет. В отражении стекла снова появился Никита, только теперь, совсем чужой. Глаза, полные пустоты. На щеке тонкий шрам, которого не было у настоящего Никиты. — Ты сделал неправильный выбор, — сказало эхо. — Какой? — прохрипел Юра. — Скажи мне! Эхо посмотрело в сторону, как будто кого-то слушало, и медленно растаяло. В ту ночь Юра не сомкнул глаз. Лишь к утру он понял, что дрожит от холода и страха. Утром они с Никитой пошли снимать новое видео. Смех, случайные шутки, привычная лёгкая перепалка. Всё выглядело так же, как всегда, но для Юры всё это казалось плёнкой, натянутой поверх настоящего. Каждый раз, когда Никита отворачивался, Юра ловил себя на мысли: "А настоящий ли это Никита? Или тот, из видений, настоящий?" Он пытался убедить себя, что всё это чушь. Что реальность одна, а голоса и тени, просто от усталости. Но в глубине души знал, эхо не просто так. Они сели на лавочку у набережной. Ветер трепал волосы Никиты, и тот вдруг сказал: — А что, если мы бы познакомились в других обстоятельствах? Думаешь, мы всё равно бы подружились? Юра застыл. Слова эхо зазвучали в голове: "Ты сделал неправильный выбор". Может быть, это и есть тот самый момент? — Думаю… не знаю, — честно признался он. — Может, мы бы вообще прошли мимо друг друга. Никита чуть улыбнулся. — Ну и ладно. Главное, что сейчас мы тут. Эта простая фраза прозвучала как якорь, возвращая Юру к настоящему. Он вдохнул холодный воздух, почувствовал, как сильно стучит сердце. Ночью эхо пришло снова. На этот раз не одно. Сначала перед ним возник Никита с тяжёлым взглядом и шрамом. Потом ещё один, с ожогом на руке, в старой выцветшей футболке. Потом третий, худой, с глазами, полными страха. — Почему вы мне всё это показываете? — закричал Юра. — Что я должен сделать? Они смотрели молча. Лишь первый шагнул вперёд. — Ты должен выбрать, Юр, — сказал он. — Иначе всё исчезнет. — Выбрать что? — голос Юры дрожал. Эхо смотрело прямо ему в глаза. — Сказать ему правду. О том, что ты чувствуешь. О том, чего боишься. Юра упал на колени. Слёзы катились по щекам. Он не знал, откуда эта боль, но чувствовал, это важно. Утром Юра решился. Он ждал, пока Никита закроет ноутбук и потянется за кружкой. Сердце билось где-то в горле. — Никит… — голос дрогнул. — Я должен тебе сказать. Мне страшно. Страшно потерять тебя. Страшно, что однажды мы просто станем чужими. И… ещё страшно, что я чувствую к тебе больше, чем просто дружбу. Тишина. Никита не сразу поднял взгляд. Казалось, что время растянулось бесконечно. — Юр, — наконец сказал он, — я тоже этого боюсь. И я… я тоже чувствую. Никита подошёл обнял и чмокнул его. Юра уткнулся лбом в его плечо, пытаясь унять слёзы. Внутри что-то отпустило. Будто сломанный механизм снова начал работать. В ту ночь эхо не пришло. Лишь лёгкий, почти неразличимый шёпот остался где-то в глубине сознания: "Ты сделал правильный выбор" А утром Юра впервые за долгое время проснулся без страха, и увидел рядом сонного, но настоящего Никиту.