Адские аккорды

Собрание проходило в главном зале замка. Все высшие демоны сидели на своих местах. — Итак, позвольте, господин Цезарь, я задам вопрос, — высокий мужчина с серыми волосами и красными, как кровь, глазами прижал руку к груди. — Давай, Нергал, я весь во внимании, — Цезарь, делая вид заинтересованности, проверял сообщения от Ли-Вона. — Я не имею ничего против вашего плана, — начал Нергал. — Это был план Тэя, — прервал Элай. — Что вы сказали? — с презрением в голосе спросил мужчина. — Я сказал, что это был план моего возлюбленного, Тэя. — Прошу прощения, господин Элай. В любом случае, меня интересует один из охотников, так что я хочу попросить после конца операции передать его в моё поместье. — И кто же это? — спросил Женя, покачиваясь на стуле. — Леон. Вы, скорее всего, знаете, что он изначально принадлежал мне, но, к сожалению, произошёл небольшой казус — и он сбежал. — Делай что хочешь, меня это не касается, — серьёзно произнёс Цезарь. — Благодарю, владыка. Тут же посреди зала появилась огромная голограмма, на которой показались Тэй и Тэкджу. " Уважаемый владыка, Элай и Женя," — начал Тэй, — "Из-за маленьких изменений в плане вы в нём больше не участвуете. Для вашей же безопасности." " Ещё одна вещь: вы не выйдете из замка до конца операции" — Тэкджу ухмыльнулся, глядя на Тэя. "Планы поменялись, и ценности тоже. Счастливо оставаться." В зале повисла тягучая тишина, нарушаемая лишь слабым потрескиванием магических факелов на стенах. Цезарь медленно поднял взгляд от сообщения, его глаза на мгновение вспыхнули холодным серебром. — Интересно, — произнёс он, откинувшись на спинку кресла, — значит, нас решили запереть в собственном доме. Элай чуть приподнял бровь и усмехнулся уголком губ. — По крайней мере, не придётся думать о дороге обратно. — Вам весело, господин Элай? — ядовито бросил Нергал, постукивая когтем по подлокотнику. — Они только что объявили, что вы — пешки, которых вычеркнули из игры. Женя зевнул, демонстративно откинувшись назад. — Пешки, ладьи… Какая разница, если у тебя есть привычка ломать доску? " И ещё одно: Ли-Вон не сможет вернуться" Услышав это имя, такое родное, Цезарь резко развернулся, но уже было поздно — голограмма погасла. Факелы дрогнули и почти потухли. И в этой густой, мёртвой тишине все услышали едва заметное, но до жути холодное… дыхание. Оно шло не от кого-то в зале. Оно шло от самого замка. — Владыка, вы собираетесь что-то с этим делать? — спросил один из высших демонов. — Будем просто наблюдать. Подключите прямую трансляцию с человеческого мира. Концертный зал перед выступлением. — Дамы и господа, мы рады приветствовать вас на сегодняшнем мероприятии! — начал ведущий. — Как вы все знаете, к великому сожалению, группа V!VID HELL распалась прямо перед этим концертом. Но наши любимые BL4ZE приняли двух участников к себе! Так что сегодня мы ожидаем небольшой коллаб этих двух групп! Фанаты радостно захлопали, кто-то даже присвистнул. За кулисами. — Ну что, удачи вам, охотники, — в привычной манере сказал Тэй, опираясь на дверной косяк. — Серьёзно? Ты даже не попытаешься пожелать нам чего-то менее… зловещего? — усмехнулся Ыйхен, поправляя наушник. Тэй слегка наклонил голову, и на его губах мелькнула тень улыбки: — А зачем? Вы же сами выбрали играть в нашу игру. Тэкджу молча скользнул взглядом по сцене. За кулисами царила суета: техники проверяли свет и звук, ассистенты бегали с листами расписаний. Никто из них не подозревал, что шоу станет частью куда более масштабного представления. Тэй, проходя мимо охотников, тихо добавил: — Когда свет погаснет, просто уйдите за кулисы. Всё остальное… мы сделаем сами. Леон уже знает. — Но зачем? — Хисон испуганно посмотрел на погрустневшее лицо Тэя. — Просто сделайте, как мы просим. Фанаты не пострадают. Вы же будете на за кулисами, — со смешком ответил Тэкджу. — Не разговаривай с ними. Пошли лучше к Леону, — серьёзно приказал Ыйхен, хватая Хисона за руку. Блондин медленно настраивался на концерт, повторяя текст. «Ты сможешь, Леон… это выступление навсегда защитит людей от демонов, и ты сможешь жить спокойно, отбросив страхи. Так улыбнись же!» В голове всплыли слова матери: «Леон, мой единственный сын, защити людей и добудь нам свободу… Охотники дали нам последний шанс. Так постарайся же». Сцена, украшенная неоновой подсветкой и дымом, уже ожидала. Фанаты скандировали название группы, готовые к яркому зрелищу. В этот момент, в замке, Цезарь, Элай, Женя и остальные наблюдали трансляцию. Изображение шло с нескольких камер — крупные планы лиц музыкантов, панорама зала, мелькающие огни. Нергал нахмурился, заметив что-то странное: на заднем плане сцены, за декорациями, промелькнула тёмная фигура, которой явно не было в плане шоу. — Вы это видите? — тихо спросил он, но Цезарь не отрывал взгляда от экрана. — Вижу, — произнёс владыка. На сцене загорелись прожекторы. Музыка ударила по залу первой волной. Толпа взорвалась криками. И именно в этот момент, где-то на границе человеческого восприятия, произошло едва заметное искажение — будто картинка дёрнулась, а лица некоторых фанатов на миг исказились до неузнаваемости. Свет в зале погас, и тысячи голосов взорвались единым криком. В клубящейся дымке зажглись золотые лучи прожекторов, прорезая темноту, словно острые клинки. На сцену, синхронно, шагнули три фигуры. В центре — Леон. Его взгляд был прямым и непоколебимым, как у охотника, который уже видел тьму в лицо. В руках микрофон, в каждом движении — уверенность. Первый куплет вырвался из его уст мягко, но с внутренним напряжением, будто он не просто пел, а очерчивал словами невидимый магический круг. Слева от него — Хисон, чуть дерзкий и опасный, с улыбкой, в которой таился вызов. Его голос был ярче и выше, словно звон клинков, а движения — острыми, как удары в бою. Когда он брал строчку, зал буквально взрывался — световые пушки били золотыми сполохами в такт его словам. Справа — Ыйхен, спокойный и сосредоточенный, но с силой, которая ощущалась даже в тишине между нотами. Его вокал был глубже, тягучее — будто земля под ногами, надёжная опора для двух других. И когда он входил в припев, сцена наполнялась тяжёлой, почти физической энергией. С каждой строчкой их движения синхронизировались, как боевой ритуал. Камеры транслировали в замок каждую эмоцию, каждое искрящееся в глазах пламя. Но для Цезаря и остальных демонов это была не просто песня — в их взглядах мелькало понимание: с каждой нотой Леон, Хисон и Ыйхен поднимали что-то древнее. На последнем припеве все прожекторы ударили в центр сцены, сплетаясь в сияющий золотой купол над тремя парнями. Зал ревел, толпа тянула руки вперёд, но за этой красотой таился холодок — словно сама реальность чуть исказилась. После окончания песни парни подбежали к друг другу, падая в объятия и широко улыбаясь. — Мы это сделали! — Леон буквально плакал от счастья, прижимаясь к остальным. — Honmoon теперь наконец-то в безопасности! — добавил Хисон. — От нас другого и не ожидалось, — хмыкнул Ыйхен. Тут же выключился свет, и сзади послышалось: — Не радуйтесь раньше времени. Заиграла песня Take down. Тэкджу с Теем вышли вперёд, начиная петь с оскалом, поглядывая на троих парней. Концертный зал погрузился в тьму, и лишь ритм Take down эхом бился в груди каждого присутствующего. Толпа сначала взорвалась восторгом, думая, что это часть шоу, но энергия на сцене становилась всё тяжелее, почти удушающей. Леон инстинктивно шагнул вперёд, но тут же почувствовал, как земля под его ногами задрожала — это не сцена, это сама демоническая энергия пыталась вырваться наружу. Тэй держал микрофон как оружие: его голос был ядовитым, резким, он будто впивался прямо в сознание зрителей. — 'Cause I see your real face and it's ugly as sin. Time to put you in your place 'cause you're rotten within… — каждое слово сопровождалось вспышкой огня за его спиной. И тут Тэй сорвал часть костюма Леона, обнажая его метки на руках. Леон инстинктивно закрыл их, пытаясь вспомнить текст песни, пока Ыйхен и Хисон оглядывались, пытаясь понять, что происходит. Тэкджу же пел глубже, с хрипотцой: его вокал давил, накрывал, словно лавина. — When your patterns start to show. It makes the hatred wanna grow outta my veins… — он протянул ладонь к залу, и первые ряды фанатов начали хвататься за горло, теряя дыхание. Брюнет также стянул пиджак с блондина, обнажая торс и грудь, показывая тело полностью в метках. Хисон пытался сделать атмосферу легче и просто не обращать внимания, продолжая петь. Но это только усугубило ситуацию. — I don't think you're ready for the takedown. Break you into pieces in a world of pain, 'cause you're all the same… — блондин обернулся на Леона, но на его лице увидел только животную ненависть. — Yeah, it's a takedown. A demon with no feelings doesn't deserve to live, it's so obvious. — Тэй продолжил песню с ухмылкой на лице, не переставая танцевать. Ыйхен просто стоял, глядя на Леона, не зная, как реагировать. Из зала донеслись приглушённые вздохи: «Они что, поссорились?» «Забей, смотри лучше на этих красавцев впереди!» — Хватит! — рявкнул Леон, и его голос эхом разнёсся по залу, перекрывая даже музыку. Золотые глаза вспыхнули, и купол света снова начал формироваться вокруг него, Ыйхена и Хисона. Толпа, не понимая истинного масштаба происходящего, визжала от восторга, принимая сражение за часть постановки. — Ты действительно думаешь, что сможешь выиграть? — с ухмылкой спросил Тэй, приближаясь к Леону вплотную. — Всё это шоу мы построили для тебя. — Присоединяйся к нам ради своей матери, — добавил Тэкджу, искажённо улыбнувшись. — Хочешь её увидеть? Леон сжал кулаки так сильно, что ногти впились в кожу. В ушах снова зазвучал голос Нергала: «Ну же, Леон… покажи этим господинам, на что ты способен». — Не смейте вспоминать её! — крикнул он, и в этот миг свет от купола вспыхнул так сильно, что даже камеры замка начали глючить. В трансляции, которую смотрели Цезарь, Нергал и остальные демоны, картинка дёрнулась, а лица Тэя и Тэкджу на миг стали полупрозрачными, словно их сущность колебалась. Толпа визжала, не понимая, что их аплодисменты сливаются с настоящей битвой, от исхода которой зависела судьба не только концерта… но и всего Сеула. — Как же жаль, что твои друзья сейчас заняты тем, чтобы рассматривать тебя и твои метки, — хмыкнул Тэй, отвлекаясь на Леона и снова возвращаясь к радостной толпе. Толпа ревела, не понимая, что происходит. На теле Леона горели метки, глаза светились золотым, но рядом — вместо поддержки — остались лишь холодные взгляды Хисона и Ыйхена. — Леон…ты всё это скрывал?.. — прошептал Хисон, отступая назад. — Но почему? Ты не доверяешь нам? Ыйхен сжал зубы, его голос был твёрдым и резким, как удар: — Я знал, что всё не может быть настолько хорошо. Слова друзей резали сильнее, чем любой демонический удар. Леон едва удерживал свет, кулаки его дрожали. Именно в этот момент в замке раздался низкий, довольный смех. Элай, откинувшись в кресле, медленно захлопал в ладони. — Браво… — он говорил мягко, но в каждом слове звучала насмешка. — Это даже лучше, чем я мог представить. Он сам раскрывает себя, и никто рядом не спешит протянуть ему руку. План моего Тэя идеален. Женя усмехнулся, крутя в пальцах бокал. — Смотрите на него. Он ведь так старался, так боролся… а теперь стоит один, отвергнутый всеми. Какая ирония: его собственные друзья сломали его быстрее, чем песни- улыбнулся Нергал. Цезарь не улыбался — его лицо оставалось каменным, но в глазах зажглось холодное серебро. Он поднялся с трона, и его голос разнёсся по залу замка, как раскат грома: — Так и должно быть. Пусть он поймёт это здесь, на сцене. Никто из людей его не примет. «Где же Ли-Вон?» Элай, не отводя взгляда от экрана, наклонился вперёд: — Красивый спектакль, правда? Леон борется за свет, но свет делает его ещё более чужим. Женя тихо рассмеялся: — Значит, скоро будет пир… В этот момент на экране золотой купол дрогнул, трещины побежали по свету. Толпа кричала, Хисон и Ыйхен стояли в стороне, а Тэй и Тэкджу приближались, их голоса сливались с демоническим гулом. И Леон понял — он действительно остался один. Ли-Вон в это время наблюдал за всем из центра толпы. Видеть, как его бывший друг страдает, было трудно, хотя он ожидал, что будет получать удовольствие от мести. «Хоть я и страдал намного больше… не могу смотреть, как он ломается…» Быстро скрывшись за кулисами, Ли-Вон хотел вернуться к Цезарю, но почему-то стоял на месте. Портал не открывался, а силы казалось покинули тело. Доп. эпизод 1. Тэджу первый раз пришёл на концерт и был приятно удивлён спецэффектами. Но больше всего его привлекала харизма и внешность Ыйхена. «До чего же красивый…» Доп. эпизод 2. Доджин, пришедший на концерт не замечал всего происходящего, просто пялился на растерянного Хисона. «Он всё-таки надел браслет, который я ему подарил…»