Поджав хвост

Кошачья жопа оказалась прямо у его носа. О бок мягко потерлись, игриво вильнули хвостом. - Ну и ну, дамочка, кто же в рожу пиздой тычет в первую минуту знакомства, - собственный хвост нервно дернулся, жирная морда недовольно скукожилась, и Кайден отстранил визитершу лапой, - уйди, солнце загораживаешь. Кошка, поняв только, что никаких знаков внимания ей более не окажут, с гордым видом развернулась и ушла куда-то по своим кошачьим делам. Лежать в закатном солнце на теплом, нагретом дневной жарой кирпиче, было тоже откуда-то из чужих, не своих повадок, что прижились как-то слишком уж органично для обычного тридцатилетнего мужика. Ой, да и черт с ними, с привычками, стоило признать, что лежать вот так вот на каменной ограде, лениво провожая взглядом прохожих, иногда дергаясь на совсем уж обнаглевших птиц — одно из немногих недоступных его человеческому телу наслаждений. Никаких «мы заполучим твою силу, Кайден!», «мы должны сразиться во имя луны, Кайден!» или «ты угрожаешь нашему клану N своим существованием, Кайден!», только ленивое движение сахарных облаков, легкий щебет пташек и подъезжающий, поблескивающий плавными изгибами бордовый Дженесис. Вообще-то, бордовый Дженесис был не в тему. - Поверить не могу, ты все время пролеживал свой зад здесь, - тонированное стекло опустилось, являя свету прекрасное и недовольное лицо, - еще скажи, что ты забыл. Кайден отвернулся. - Что, правда? - Картейн вдохнул поглубже, сосчитал до четырех, длинно выдохнул, - туда бронь стоит дороже, чем твоя... А знаешь, что? Спускайся, едем. Спешить некуда. - А у тебя все должно быть минута к минуте, конечно, - рыжий кот прыгнул на капот, оставив пару пыльных отпечатков и заставляя машину тяжело качнуться, беспардонно пробрался через водительское окно, прямо по белоснежному костюму и прыжком на заднее сиденье. Притаился, сощурился, ожидая шквала ругательств. Тишина. Автомобиль мягко тронулся, выезжая с узких проулков к шоссе. Картейн только бросил колкий взгляд в зеркало заднего вида, поймав стальной кайденовский, и больше не отвлекался, поглаживая кожаную обтяжку руля большими пальцами. Уже-мужчина на заднем сиденье деловито залез в зев широкого подлокотника и выудил комплект из рубашки и брюк, одеваясь в человеческое, забив, естественно, на все приличия и закатав рукава до плеч. - В этот раз без Хэллоу Китти, да ты щедр, - пробубнил Кайден с резинкой в зубах, скручивая копну волос, чтобы сотворить очередное безобразие на скорую руку. - Подумал, что ты и без меня все равно что пугало. Картейн огрызнулся скорее по привычке, плавно выворачивая руль. Машина опустилась в серость подземной парковки, остановилась у входа на минусовой этаж. Тут же засуетился разодетый в дорогущую, отороченную золотом ливрею, швейцар, с учтивым поклоном открывая двери автомобиля и тут же подхватывая ключи с легкой руки, снова кивнул на слова, что багажа с собой нет, и помощь не потребуется. Картейн даже не обернулся, пока они поднимались на лифте сначала на этаж со стойкой регистрации, а потом и на самый последний. Кайден все это время любопытно разглядывал высокие потолки, хромированные люстры, наверняка от какого-нибудь дорогущего дизайнера, мрамор и стекло, шелковые форменки уборщиков, идеально приветливые улыбки персонала. Он и правда выглядел как пугало среди всей этой роскоши, и почти оскалился мысли о том, как тяжело им, наверное, было всем держать лицо и не кривиться в презрении при виде кривого хвоста волос, незастегнутых верхних пуговиц рубашки и слегка помятых брюк. В конце концов, он шел в комплекте с мистером «эти-брильянтовые-запонки», а у людей высокого достатка дела и встречи бывают разные. Даже если эти разные встречи идут босиком. Апартаменты поистине были если не императорские, то достойные каких-нибудь чеболей, настоящая победа бетона, стекла и стиля над целым миром нижайше недостойных дышать одним воздухом с власть имущими. - А че, ниче так, - Кайден прошел к мягко подсвеченному бару, откупорил несколько бутылок, понюхал, поставил обратно. Достал из подстолья банку с какой-то газировкой, хрустко вскрыл и хлебнул. Диван, стоящий в стороне и символизирующий, видимо, гостиную зону, был размером как вся гостиная дома Джиу, рассчитанный на самые привередливые седалища Сеула, манил — одна из котовьих привычек, ей богу — но Кайден прошел мимо, оглянулся ко входу, поднял взгляд наверх, на второй этаж с темными прогалами дверей. Ничего интересного. - Мне нужно сделать пару звонков. Должны доставить ужин к девяти, если не успею, постарайся не вылакать весь алкоголь один, - главный лекарь всего мира пробужденных почти виновато взглянул на своего спутника и скрылся за одной из дверей внизу, будто бывал здесь не раз. Скорее всего и бывал. - Больно надо мне, - ноги сами вывели Кайдена на террасу, где несло хлоркой от небольшого бассейна, выхлопными газами и смогом. Мужчина прошел до перил и облокотился, любопытно заглядывая вниз, на почти игрушечный отсюда город, пульсирующий светом фар, просыпающимися фонарями и вывесками, выхватывающей целые кварталы подсветкой. Солнце тоже пульсировало и моргало, постепенно исчезая за горизонтом в нежной розовой дымке. Моргали и спутники, маскирующиеся под звезды на небе. Поморгал и Кайден. Вид был невероятный, завораживающий, заставляющий дышать через раз от ощущения всепоглощающего, разрывающего на кусочки изнутри детского восторга. С кирпичного забора, где хорошо грелся жирный мохнатый зад, был почти такой же. Картейн должен был тоже посмотреть. В зале чуть приглушили свет, накрыли небольшой столик на двоих у самого окна с отличным видом на другую сторону города, даже зажгли свечи — их пламя истерично дрожало и отблескивало в стекле, сливаясь с огнями мегаполиса. Три набора вилок, белая скатерть, резные салфетки, серебряные блюда. Кайден сел за стол и тихо вздохнул, поставив недопитую банку газировки рядом с высоким бокалом под вино. Или под шампанское. Или что там торчит из ведерка со льдом. - Никак не угомонятся, - Картейн вышел, наконец, в зал, отбросил телефон на барную стойку, потер шею, словно долго сидел скрючившись, криво улыбнулся, а потом и вовсе принял вид отчужденно-доброжелательный, словно встречался с потенциальными деловыми партнерами, и сел напротив, отмахнув с плеча светлые пряди. Кайден молчал, наблюдая, как последние закатные всполохи растворяются в чужих глазах и искрится все ярче в темных зрачках свечной огонек. Тишина стояла настолько оглушительная, что можно было отсчитывать чужой пульс. - Вообще-то я пригласил тебя, чтобы отметить совместную работу, - не дождавшись и слова, Картейн ловко выудил бутылку из темного стекла, наверное, все-таки, шампанское, также ловко открыл с тихим хлопком, будто занимался этим каждый день после работы, изящно разлил напиток по бокалам, - у нас никогда не было... встреч. Свиданий. У них никогда не было свиданий. Да какое там, у них никогда не было для них повода. Они жили вместе, зачем им нужны были свидания. - Подумать только, я настолько застрял здесь из-за какого-то мальчишки, - Картейн чуть улыбнулся, даже искренне, подхватил бокал и выжидающе посмотрел на спутника, - дети быстро растут. - Да, очень, - стекло легко и мелодично звякнуло о стекло, и Кайден пригубил напиток, помусолил на языке — ну брага брагой, и что только люди находят в шампанском. Джи У и правда как-то резко вырос. Возмужал, заматерел, оброс чуть больше мясом где нужно, обстриг патлы посерьезнее, на выпуске из универа был звездой курса. Из долговязого недоразумения он превратился в очаровательного молодого человека с твердым черепом и все той же глупой мякоткой внутри с опытом тысячи переломанных костей и сотни боев. Восходящая звезда мира пробужденных. Завидная партия любому клану. - Интересно, Шинхва будет организовывать... - Когда твой рейс? Вообще-то, у нормальных людей было так не принято. Кайдену было плевать. Он крутил бокалом в руке, впившись взглядом в мужчину напротив, щурясь насмешливо и едко улыбаясь уголком губ. Стало враз неуютно. Ой, да кого он обманывает, здесь вообще не было уютно. Уют был у них дома, среди кошачьей шерсти, кофейных следов на столе, доставки с курицей и гомона молодежи. Он был на деловой встрече. И ничего такого, если переходишь сразу к делу, так ведь? Деловые люди любят лаконичность. -...завтра в три. - То-то твоих банок в душе поубавилось с утра. Я буду скучать по фиолетовой, мне нравилась. Картейн возмущенным окунем пооткрывал рот, спасся глотком из бокала. - Теперь не будешь ныть, что я занимаю всю кровать. - И весь шкаф. - И трачу годовой объем горячей воды. Оба фыркнули. Оба знали, что больше всего воды льет Джи У. Под крышками блюд обнаружились тарелки с чем-то очень эстетичным и высококухонным — разрушать красоту было жаль. Кайден гонял вилкой серую икринку по тарелке, пока Картейн, аккуратно заправив салфетку за ворот, начал ловко орудовать приборами - конечно, он ведь голубых кровей, господин безупречность, его величество перфекционизм воплоти. Красивый черт с изящными руками. И ногами. Если честно, Кайден не знал никого красивее среди мужчин и женщин. Икринка замерла у фарфорового края. Скорее всего, это их прощальный ужин. Очень по-картейновски, со свечами, серебряными вилками, хорошими манерами и вкусной, не стоящей таких денег, едой. Возможно, их ждет задорный трах на шикарной кровати, парочка голодных поцелуев перед рассветом. Сборы, пока один притворяется спящим, а другой — тихим. Такси, наклейки на багаж «Сеул-Берн», улыбчивые стюардессы в бизнес-классе, пожалуйста, пристегнитесь, вы больше не вернетесь в Корею, поздравляем! Время бессердечно утекало минута за минутой. Картейн делал вид, что тщательно жевал, отрезая по миллиметру от фаршированной перепелки. Почему-то молчал. Они ничего друг другу не обещали. Это был просто секс. Удобные отношения: под боком, под одной крышей, заразы не принесешь, все знакомо, от чувствительной шеи до тонких лодыжек, за которые удобно браться руками. Никаких обязательств - просто иногда готовить кофе. Или потушить свет, если случайно заснул за работой, или навсегда отвадить парочку назойливых клиентов. Или зарыться носом в затылок и вдыхать запах шампуня из фиолетовой банки. Они ни о чем не договаривались. Никогда. В груди смешно всколыхнулась злость. И досада. И, возможно, разочарование. В чужих зрачках плясало пламя свечи, и что-то в этом одном завораживало, не давало открыть рот раньше времени. Кайден медленно поднялся и сделал три шага к Картейну. Тот с плохо скрываемым волнением и напускным удивлением вскинул бровь, поднял голову, чтобы смотреть прямо в глаза, чуть вздрогнул, когда его лица коснулись шероховатые пальцы. Кайден сощурился, склонил голову сам. - Нахрена тогда это все? Мог бы просто улететь в свою Швейцарию и не париться, - Кайден нависал сильнее, не отпускал взгляд, готовый вцепиться клыками в чужую слабость, - оставил бы записку, ты же такой важный... деловой. Теряешь тут время. - Я не знаю, что ты себе надумал, - Картейн сглотнул, когда чужая пятерня привычно вплелась в волосы, чуть сжала у затылка, заставляя сильнее запрокинуть голову, не отвернуться и не спрятаться, - я... не знаю. О н видел, как в чужих глазах проскользнул всполох. Второй, третий. Нос защекотало мнимым озоном. Кайден что-то увидел в чужом взгляде, опомнился, выпустил волосы из мертвой хватки, почти пристыженно шагнул назад, еще раз, отвернулся к городу за окном, сверкающему, огромному, засасывающему. Или это просто у него сосало под ложечкой. Вдалеке ровным маршрутом мигали красные огни уходящего в небо самолета. «Сеул-Берн», желаем вам приятного полета и больше никогда не пересекаться с Кайденом Брейком. - Понятно, - мужчина подхватил со стола бутылку с газировкой, опрокинул в себя остатки, поставил обратно. Посмотрел в сторону выхода. Если честно, желание задорно трахаться отпало, как и находиться среди всей этой роскоши еще хоть минуту. Он знал все с самого утра, нет, даже раньше, с момента, когда решение было принято. Он никогда ни к чему не привязывался, был одиночкой и умел отпускать что-то старое, чтобы получить что-то новое. Все очень просто. Отпусти, мать его, и забудь. Серебряная вилка бряцнула о стол, туда же полетела салфетка. Картейн поднялся, дергано поправляя галстук, и его лицо переполняла такая смесь эмоций, что хватило бы на один коктейль Молотова. - Знаешь, да, зря я это затеял, - он пригладил волосы, поискал что-то взглядом по залу, стараясь даже случайно не смотреть в сторону спутника, ступил шаг в сторону выхода, впервые, наверное, в жизни позорно сбегая от поединка, который ему не выиграть, - оплачено до утра, поэтому можешь... - Нет. Кайден яркой вспышкой появился перед ним, недобро щурясь и наступая, заставляя пятиться. Отчужденность вдруг сменилась глухой решимостью. - Что ты... Когда Картейн почувствовал спиной холод оконного стекла, он вздрогнул и уперся ладонями в чужую грудь. Проскользнула шальная мысль, что заполошно бьющееся сердце в чужой груди он может остановить за секунду. Раздробить ядро в эфирную крошу — за две. - Нет уж. Сначала делаешь, а потом сбегаешь, поджав хвост? Еще раз спрашиваю, зачем это все? - Кайден приблизился, хотя куда уж сильнее, вжал в стекло, скалился почти как зверь, - чемодан, аэропорт, взял да уехал. Он ждал всякого — презрения, унижения, что его, наконец, оттолкнут и насмешливо бросят вслед что-то про оборзевшую тварь, убогую жизнь среди съемных квартир в неспокойном районе и постоянное желание убиться о первую десятку пробужденных. А Картейн вдруг разом обмяк и устало положил голову на твердое плечо. Весь он сдался самому себе, глубже вдыхая. Слова были тихими, только для них двоих. - Иметь такую связь в мире пробужденных — опасно. - Ага. - Работа всегда будет на первом месте. - Даже не сомневаюсь. - Я могу пропасть на месяцы. - Ты также пропадал в кабинете. - Я никогда не научу тебя своему контролю сил. - Послушай, - Кайден отстранился, ладонями обхватил нежное лицо, серьезное и уязвимое, как будто бы любое неосторожное слово могло ранить больнее ножа, - я не претендую ни на что. Ты... ты нравишься мне таким, какой есть. Безупречный, красивый. Просто... не пропадай. - он с предыханием провел большими пальцами по густо краснеющим щекам, едва-едва коснулся приоткрывшихся губ своими. - Умолкни, на тебя это вообще не похоже, - Картейн обвил чужую шею руками, с щемящей нежностью углубил поцелуй, растягивая, смакуя его, посасывая кайденов язык. В какой-то им обоим не хватило кислорода, и они, раскрасневшиеся, взмокшие, будто бежали спринт, ловили дыхание друг друга. - Ну да, придурком ты тоже не забываешь быть, - Кайден тихо рассмеялся, получив легкий удар по плечу, и покорно пошел, когда его потянули за руку к дивану. - Даже не думай. Не хочу... пока, - заметив голодный взгляд, Картейн просто распластался на мягком, кивнул на местечко рядом, и тут же прижался к горячему боку, задумчиво перебирая пальцами по груди, будто решал сложную научную загадку. Кайден лениво водил взглядом по виду ночного города за окном, поглаживал по спине, успокаивая то ли Картейна, то ли себя. Прошло достаточно много времени, кажется, он даже задремал, прижимая тонкое тело к себе, и очнулся от копошения сбоку. - Пойдем в кровать, хочу выспаться перед отлетом. В спальне наверху была кромешная темень, и двигались почти на ощупь, подсвечивая экраном телефона себе под ноги, чтобы не споткнуться об углы и не вписаться в неожиданную мебель. Молча разделись, молча улеглись под трескучие свежие простыни, натянули покрывало повыше. Кайден прижался к спине мужчины, приобнял за талию, притягивая к себе, потерся носом за ухом, ластясь и целуя нежную кожу. Картейн поежился, то ли избегая, то ли пытаясь продлить контакт, тихо хмыкнул. Поймал медленно, но настойчиво скользящую к паху ладонь своей, переплел пальцы. - Не хочу так. - А как хочешь? Я все сделаю, - бедрами притерлись сильнее, жарко выдохнули на ухо. - Что, даже зад подставишь? - А в чем проблема? Тебе понравится. Картейн почувствовал, как снова загорелось лицо, достигая точки кипения, не все же ему тешить самолюбие заносчивого ублюдка и говорить, что его все очень устраивало, даже тогда, когда засосы и укусы приходилось скрывать под высоким воротом рубашки. Не сказать, что он никогда не думал... - Ты даже не знаешь, как готовиться, - брезгливость взяла свое, - и долго на первый раз. Так что просто угомонись. Или подрочи, если тебе так невтерпеж. Сзади досадливо цокнули языком, помолчали. - Идея неплохая, хочешь, совмещу приятное с приятным? Если бы ты все же меня трахнул. Черт, и как теперь перестать об этом думать. Как бы ты хотел? Растянуть меня? Или чтобы я сам? У Картейна перехватило дыхание от одной мысли. Ему жарко шептали на ухо, с нажимом поглаживая пальцы о пальцы и заставляли жмуриться — то ли сбежать сейчас, то ли продолжать слушать. - Я думаю, у меня бы крепко на тебя стоял. У тебя красивые руки. Я как-то пытался сам, но с тобой будет по-другому. Я бы придерживал себя, пока ты скользишь внутрь двумя пальцами. Или тремя. Ты ведь знаешь, где правильно нажать, чтобы меня прошило всего, - Кайден не удержался, все же опустился рукой ниже по животу, чувствуя вставший член, дразняще провел по головке. Как был, сцепленными ладонями, - я бы смотрел. Тебе бы понравилось, если лицом к лицу? Или на четвереньках? Хочу почувствовать. Как ты в меня вбиваешься. И сам толкнулся бедрами, раз второй, простонал сквозь зубы, крепче обхватив горячий член Картейна ладонью. Было жарко, влажно и хотелось еще, сильнее и быстрее, и чтобы его изнутри разрывало от ощущения горячей плоти, без раздумий вошедшего в него любовника до самого основания. - Ты бы кончил в меня, а затем заталкивал пальцами глубже, чтобы не... Кайдена, разомлевшего и ушедшего с головой в ощущения, тряхнуло и прижало к матрасу, горящие в темноте глаза почти пугали, а пальцы, только что грешно скользкие от спермы в его фантазии, впивались в плечи. Картейн тяжело дышал, жадно сглатывая и нависая сверху, будто не зная, что сделать дальше. Пробужденный под ним ухмыльнулся, развел ноги шире и обхватил ими за бедра, призывно потерся. - Можно и так, - неотрывно глядя в глаза, обхватил оба члена ладонью, собирая пред эякулят и двинув на пробу пару раз. Картейн изменился в лице — светился весь почти как днем, выгнулся и толкнулся в чужую ладонь, застонав. Кайден смотрел неотрывно, ускоряясь, скользил свободной рукой по напряженной шее и груди, поддразнивал у сосков, чуть сжимая нежную кожу. - Давай, ну же, только для тебя так... Мужчина ускорился, громко застонал, пытаясь продлить ощущение, дергано двигая бедрами и покрывая спермой грудь, смешавшуюся с кайденовой в три резких, почти болезненных движения ладонью. Руки задрожали, и Картейн повалился на бок, придавив собой и закрыв глаза, приходя в себя после оргазма. Кайден потерся щекой о светлую макушку, по-кошачьи жмурясь и улыбаясь то ли мыслям, то ли ощущению горячего тела рядом. - Это было пошло. И ужасно. Никогда больше не повторяй, - тихо буркнули куда-то в плечо. - Но тебе же понравилось. -...да. Пожалуй. Кайден улыбнулся шире, самодовольно и почти гордо, лениво задумавшись о душе, чтобы смыть с себя остатки спермы и пота. Но вообще, можно полежать и так. - Знаешь, в моей резиденции все удобнее. И просторнее. И много зелени. И отличный вид на Альпы,- сонно бормотал Картейн, переходя на бессвязный шепот, - тебе понравится. Сердце, только успокоившееся, снова бросилось вскачь. - Да, - поцелуй в лоб, - пожалуй.