Глава 1. Потрясающе светлая глава
10 июля 2025 г., 17:25
Кошка по имени Пайетта, чьё единственное достижение — это рождение в породистом питомнике и умение презирать всех, кто ест с пола, лежала на подушке, вышитой вручную девственницами из Тосканы. Подушка, разумеется, была розового цвета. Но не любого — розового как моральные принципы героини: дорогого, вычурного и раздражающего.
В комнату влетела Она.
Нет, не вошла. Войти — это для простых смертных, у которых нет позолоченных пижам и гиперчувствительности к бюджетной косметике. Она впорхнула, как если бы крылья самодовольства могли нести человека через пространство.
На ней был халат, чья цена заставила бы икать экономику какой-нибудь страны третьего мира, и выражение лица, будто она уже победила в конкурсе "Мисс Я и Больше Никто".
Она бросила на себя взгляд в зеркало — привычка, заменившая ей и утреннюю медитацию, и психотерапию.
— Ну что ж, — промурлыкала она, — опять я лучше всех.
Какая скука.
Светлая кожа сияла так, будто над ней работала команда светотехников. Волосы, натурально блондинистые (а как иначе?), были идеально уложены в причёску под названием "я проснулась такой, но наняла трёх стилистов".
На столике стояли фигурки Пинки Пай и Даймонд Тиары. Не как символы вкуса — а как доказательства того, что кич и нарциссизм могут сожительствовать на одной полке и даже размножаться.
Она вздохнула. Ей было скучно. Она не любила делиться, не любила собак, не любила общение, зато очень любила деньги, себя и гламурную агрессию. И всё это — исключительно в таком порядке.
— Миледи, — раздался из-за двери голос Ива, её персонального лакея, гомосексуального энтузиаста и человека, который умел делать одновременно кофе, массаж и харакири, если вдруг забыл отфильтровать бежевый цвет из её гардероба. — Вас ожидает гость.
— Он красивый? — она ковыряла зубочисткой клубнику в бокале шампанского.
— Это женщина, миледи.
— О, прекрасно. Надеюсь, у неё хотя бы приличный маникюр. Я не выдержу ещё одну встречу с человеком, у которого ногти под цвет бедности.
Она встала. Грациозно. Как тигрица. Или как та, кто вырос в культуре, где тигрицы сидят на брендовых подушках и говорят «эксклюзив» вместо «спасибо».
— Подай мою тиару. Нет, не эту. Я сегодня не серебро. Я — золото, блестящее и бездушное, как моя самооценка.
Пайетта, в знак одобрения, даже не пошевелила усами. Она знала, что день будет длинным, наполненным эгоцентризмом, роскошью, и, возможно, парой стратегически размещённых женских стонов.
— Я не ищу друзей, — прошептала героиня вслух, глядя в зеркало. — Но если мне попадётся кто-то особенно безвкусный, я, может быть, позволю ему уехать на скорой.
Она подошла к двери. Рука зависла над ручкой. Наступал момент истины.
— Пусть входит. Но если она скажет слово "псина" или "Хогвартс", я брошу в неё Веруку Соль.
Дверь открылась.
И в комнату вошла та, кто ещё не знала, что пришла не просто в гости.
А на кастинг.
