***
Я — смелый воин и жестокий правитель, и другой мне быть не позволено. Я вечного порядка блюститель, но твоей свободой так очарована. Меж нами необъятная пропасть обиды, затянувшийся, нерешаемый спор. И в сказанных мерзостях мы с тобой квиты, ты усердно и ловко даёшь богу отпор. Смотрят другие на тебя с обожанием, на тон голоса, грациозность движений. Не знают они, что твои со мной пререкания — опаснейшее из доступных богам искушений. В моих силах награждать тебя ежедневно редчайшими дарами, что тебе не милы. Мастера всего мира создают искусство нетленное, но ничто из него не достойно твоей красоты. Идиоты усердно ровняют тебя на Богов, очевидно: ты стоишь значительно выше. Ты — та, кто подчинила слабость грехов, та, с кем настоящий бог неподвижен. Тебе достаточно одного робкого взгляда, чтобы обмануть ту, кто живёт тысячи лет. Ты нескончаемый бой, вечная осада, книга, в которой не закончат сюжет. И не бывает в словах твоих прямоты, изворачиваешься под стать лживой лисе. Но не скрыть от грома, той доброты, которая присуща только тебе по весне.***
И так по твоему боги говорят о любви? Я не нуждаюсь в подарках и жестах широких, мечтая рукой коснуться побитой щеки, чтобы больше никогда не чувствовать себя одиноко. Мне не интересны захваты, победы, и всё ради чего ты покидаешь столицу. Не нужны длинные письма, поэмы, я не желаю видеть раненной тебя на границе. Я не хочу свой портрет на штандартах, не нужно давать городам моё имя. Ради меня не должны идти в авангардах, а слова твои не должны быть сухими. Уж точно не стоит платить незнакомцам, чтобы они написали приглашенье к обеду. И не нужно угрожать несчастным торговцам, за то что они подобрали мне букет не по цвету. Я умна, хитра и в сток крат способнее многих, кого ты встречала и встретишь ещё впереди. Но с тобой никогда не говорила в намёках, зная что глупость сопровождает богов на пути. Так внемли сейчас, без какой-либо лести: я признаю, гордо принимаю свой грех. В моей любви смертная похоть без чести, ставшая причиной над грозою потех.***
Тогда я не буду искать оправданья, а смиренно упаду пред тобой. Здесь окончатся бога скитанья, пусть прошлое обратиться золой. Я отрекаются от стужи морозной, что долго берегла меня от тебя. Более никаких домыслов ложных. Мне больше не нужна ледяная броня. Я буду жить словно смертный, приходя в храм к тебе вечерами. Без тебя богу не нужен мир бренный, пусть признанье моё летит вместе с орлами. Мои корабли не будут бороздить океан. Я в тиши с тобой останусь на троне. И тело моё не обретёт свежих ран. Я дома. В этой и в каждой эпохе. Так прими мой последний и главный обет: я вверяю тебе своё тело и душу. Сохрани его как самый важный секрет, и я проведу тебя через мглу и вечную стужу.