Новый учебный год, но старые воспоминания

"Надеюсь, что настанет день, когда мы с тобой где-нибудь случайно встретимся. Посмотрим друг другу в глаза, а там всё тот же блеск, все те же чувства, ничего не изменилось. Только лишь в душе будет светлая грусть, и мы как обычно расстанемся, но в этот раз я постараюсь сдержать слёзы, не буду плакать, а просто улыбнусь. Улыбнусь ради тебя, чтобы у тебя на душе не было грусти, чтобы ты не расстраивалась..." Марина дрожащими пальцами сжимала пожелтевший от времени листок, по которому стекали её слезы. Ветер за окном выл, словно разделяя её тоску, а дождь стучал по подоконнику, будто пытался выстучать код её разбитого сердца. "...Как бы больно мне не было, я не перестаю благодарить судьбу, что она подарила мне тебя. Тебе желаю только счастья. Хочу, чтобы у тебя всё было хорошо, от этого и мне будет спокойнее..." Голос из прошлого звучал в её ушах так ясно, будто Саша стояла прямо за спиной. Марина закрыла глаза, и перед ней всплыл образ: белоснежные локоны, развевающиеся на ветру, смеющиеся голубые глаза и тёплые руки, которые так крепко держали её тогда, десять лет назад. –Марина! Ты слышишь меня или нет? Я хочу есть! – грубый голос мужа ворвался в её воспоминания, как нож в мягкое тело. Сергей стоял на кухне, опираясь о дверной косяк. От него пахло дешёвым вином и табаком, а его покрасневшие глаза смотрели на жену с раздражением. Марина машинально спрятала письмо в карман старого кардигана - последнего подарка от Саши. – Почему так долго? Особое приглашение нужно, чтобы мне ужин сварганить? – он кашлянул, и запах перегара стал ещё сильнее. Марина молча повернулась к плите, где подгорал картофель. Её руки автоматически выполняли движения, в то время как мысли были далеко - в том парке, где они с Сашей когда-то... –Я же просила не курить на кухне – тихо сказала она, когда Сергей зажёг очередную сигарету, выпуская клубы дыма прямо ей в лицо. Ответом был презрительный хмык. Он развалился на стуле, расстегнув грязную рубашку, и включил телевизор на полную громкость. Марина вздрогнула, когда его грубая рука вдруг схватила её за талию. –А что это мы сегодня без настроения, женушка? Обидел кто? – его дыхание обожгло её шею, а пальцы болезненно впились в бёдра. Марина замерла. В кармане её кардигана лежало письмо, а в сердце - воспоминание о тех руках, которые касались её так нежно... –Отпусти...– её голос дрожал. –Прошу тебя... Удар был внезапным и болезненным. Щёка вспыхнула огнём, а в ушах зазвенело. Сергей рычал что-то о "супружеском долге", но Марина уже не слышала. Перед глазами мелькали картинки прошлого: их первая встреча у школьной доски, украденные поцелуи в учительской, тот последний день, когда Саша уезжала... –Ну, ты помнишь?– издевательски говорил Сергей, прижимая её к стене. Как можно забыть? Как можно забыть тот свет, что был в её жизни до этого мрака? Марина внезапно осознала, что больше не может. Не может терпеть эти руки, которые не сравнятся с прикосновениями Саши. Не может дышать этим воздухом, отравленным сигаретами и злобой. Когда телефон в кармане Сергея зазвонил, она воспользовалась моментом. Схватив сумку и старый кардиган, Марина выбежала на улицу, где осенний дождь омывал её горячее лицо. Парк был пуст. Фонари освещали мокрые дорожки, а листья шуршали под ногами, словно шептали ей вслед: "Беги, беги, беги..." Марина опустилась на скамейку - ту самую, где они когда-то... –Марин, а ты меня любишь? – голос Саши звучал в её памяти так чётко, будто время повернулось вспять. –Конечно же, люблю, родная...– шептала Марина сейчас, сжимая в руках то самое письмо. Ветер крепчал, срывая с деревьев последние листья. Марина подняла голову и вдруг увидела её - силуэт, знакомый до боли. Белые волосы, развевающиеся на ветру, лёгкая походка... –Саша? – её голос сорвался на шёпот. Девушка обернулась. Голубые глаза встретились с зелёными. Время остановилось. Дождь, ветер, весь мир - всё исчезло. Остались только они и это письмо, которое Марина так крепко сжимала в руке все эти годы. –Я знала, что ты его сохранила – тихо сказала Саша, и в её голосе звучала та самая нежность, которую Марина так отчаянно искала в голосе мужа все эти годы. А потом они просто стояли и смотрели друг на друга, пока дождь стирал границы между прошлым и настоящим, между болью и надеждой, между "было" и "может быть"... *** Саша замерла, выдернув наушники из ушей. Мир вокруг внезапно оглох, оставив только бешеный стук сердца, отдававшийся в висках. Перед ней стояла Марина. Та самая. Всего в полуметре. Время будто остановилось, растягивая этот момент в вечность. –Вы обознались– прошептали её губы, пока ноги уже несли прочь по мокрому асфальту. Каждый шаг отдавался болью в правой ноге - напоминанием о той аварии, после которой она научилась заново ходить. Но сейчас боль казалась ничтожной по сравнению с тем, что разрывало грудь изнутри. Марина осталась стоять, словно вкопанная. Дождь стекал по её лицу, смешиваясь со слезами. –Как она изменилась...– пронеслось в голове. Те же голубые глаза, но теперь с тенью усталости в уголках. Те же белые локоны, но уже без тех детских заколок, которые Марина когда-то поправляла с такой нежностью. В квартире Светы пахло корицей и свежей выпечкой. –Ну что, опять твой "принц" отличился? - Светлана ставила на стол пироги с вишней, любимые когда-то Саши. –Хуже - Марина сжала в руках мокрый кардиган. - Я её видела. Сегодня. В парке. Света замерла с чайником в руках: –Ну и? Что сказала? Как выглядит? Она же... –Убежала. Как от прокажённой. - Марина сжала веки, пытаясь остановить новые слёзы. - И правильно сделала. Кому нужна тридцатисемилетняя разведёнка с кучей комплексов? Светлана резко хлопнула ладонью по столу: –Да перестань! Ты десять лет хранила её письма! Десять лет сравнивала каждого мужчину с ней! Даже этого алкаша Серёгу ты выбрала только потому, что у него такие же зелёные глаза! За окном гроза разыгрывалась не на шутку. Молния осветила лицо Марины - измученное, но всё ещё прекрасное. Таким его запомнила Саша в тот последний день, когда стояла на перроне с билетом в другой город в дрожащих пальцах. А в это время Саша, промокшая до нитки, влетела в свою квартиру, где её уже ждала Лиза с испуганными глазами: –Саш, что случилось? Ты вся дрожишь! –Встретила... Её... – Саша срывающимся голосом. – Чёрт, я же десять лет готовилась к этой встрече! Десять лет придумывала, что скажу! А в итоге "Вы обознались" и бежать как трусливая зайчиха! Лиза осторожно обняла сестру: –Может, это к лучшему? У неё же муж, своя жизнь... –Муж?! – Саша горько рассмеялась. – Да я каждый год звоню в её школу под видом родителя! Знаю, что он её бьёт! Знаю, что она потеряла ребёнка из-за его пьяного дебоша! – Она сжала кулаки. – И ничего не могу сделать, потому что... "Потому что струсила, а была бы как раньше, уже бы врезала ему и от бы собирал свои конечности по всей улице", - доплела она про себя. Струсила тогда, десять лет назад, когда Марина предложила бросить всё и уехать вместе. Струсила сейчас, когда судьба дала второй шанс. Дождь стучал в окно, как сердце - в грудную клетку. Где-то в этом же городе сейчас плакала женщина с рыжими волосами и глазами цвета весенней листвы. Та самая женщина, ради улыбки которой Саша когда-то готова была свернуть горы. А в парке, на мокрой скамейке, осталось лежать письмо. То самое, с последними словами: "Любила, люблю и буду любить, чтобы не случилось". Капли дождя размывали чернила, но не могли стереть чувства, которые пережили десятилетие.