пыль, слёзы, голубые глаза

«Прощайте, мистер Холмс» — она бьёт по клавиатуре, не попадая сразу в нужные буквы. Над её головой острая злая сабля, в колени впиваются мелкие камушки, она ищет глазами хоть что-то, но глазам не за что ухватиться, все окружающие замотаны в черные ткани, скрывающие лицо и даже запястья. Тишину разрывает неуместный звук — гортанный стон, её собственный, женщина узнает его из тысячи, это рингтон. Рингтон телефона одного детектива. Она оборачивается на звук, зрачки расширяются, когда она замечает улыбающиеся голубые глаза. Глаза Шерлока Холмса. Не мечтав увидеть их вновь, страх смерти отступает, от его рук она готова и умереть. Толпа сгущается, на них смотрят множество глаз и их шальные клинки. — Когда я скажу беги — беги, — Шерлок перехватывает саблю, занося её выше, оружие блистает в свете ручных фонарей. Три. Два. Один. Она оглушена, неведомая сила заставляет её подняться на ноги и бежать. Шелестит ткань, слышится свист пуль и скрежет ножей. Сердце колотится как никогда, а через секунду её хватают за руку, вызывая волну паники. Только одна фраза, возвращает ей землю под ногами. — Жить совсем не хочешь, — Шерлок вырывается вперёд, волоча женщину за собой. Проходит много минут, прежде чем они останавливаются у берега какой-то речушки. Горло уже начинает саднить, ладонь, сжимаемая Холмсом, немеет. — Стой! — Шерлок перехватывает её за талию, но она все же соскальзывает на песок, обнимая ноги детектива. Солёная вода смачивает ткань брюк — она рыдает, без звука, не открывая рта, только слёзы брызжут из глаз. — Мисс Адлер, — мужчина садится рядом, встряхивая её за плечи. — Ирен? — Вы сделали это. Вот и всё, что Адлер сумела сказать, перед тем как снова пуститься в слезы.Как-то неловко детектив прижимает женщину к себе, теперь слезы заливают черную ткань плаща на груди. Одной рукой он стягивает с лица маску, кудри рассыпаются почти до плеч.

***

Долго они сидят не движимы, солнце опускается к горизонту, лучи отражаются от воды, создавая «дорожку к небу». Воздух вязкий и пыльный, горячий. Холмс прижимается щекой к макушке Ирен, ее волосы щекочут кожу, когда она вновь содрогается в рыданиях. — Никто на свете не сможет к тебе подойти, пока ты со мной, — выпаливает Шерлок странно приглушённым голосом. Женщина ничего не отвечает, только обвивает его руками, словно соглашаясь, что она с ним, что она его. — Гостиница в нескольких километрах отсюда, там неплохая тропа. Сможешь идти? Она кивает. Детектив встаёт первым, ставя на ноги и её, не спеша выпускать из рук. — Ну-ка, — он утирает горячие слезы, только размазывает пыль по красивому лицу. Ирен смаргивает последние слезы, выдавив из себя что-то нечто улыбки. — Мистер Шерлок Холмс, — не зная как подобрать слова, она переплетает их пальцы. Мужчина делает шаг вперёд, влеча Адлер за собой, снова она следует за ним, как за ориентиром.

***

Идут они медленно, проходит больше часа, когда они замечают вдали огни поселения. Женщина еле переставляет ноги, вздрагивая от каждого шороха. — Это там? — Да. Холмс берет её под руку, ускоряясь, и через 10 минут он стоит на ресепшене, договариваясь о чем-то. — Ирен, пошли, — детектив взмахивает ключами. Они следуют по коридорам и лестницам на третий этаж. Шерлок поворачивает ключ, открывает дверь, пропускает даму вперёд. Ирен валится на кровать, несмотря на грязь, пыль и пот. — Есть будешь, — это не вопрос, Холмс всегда только утверждает. — Я заказал кебаб и нут. Сходи в душ. Адлер мычит что-то, но всё-таки встаёт и уходит в ванную комнату. Слышится шум воды, скрип половиц. Она долго сидит под тёплыми струями, не в силах встать, не в силах даже думать. Сверление стены глазами прерывает детектив, дернувший незапертую, а зачем, дверь на себя. — А? — Ирен только вздрагивает, глупо, ведь мужчина уже видел её нагой, но теперь всё было по другому, обстоятельства не те — Одежда, — Холмс кивает на свёрток в руках, и не собираясь поднимать взгляд вверх. — А. Адлер принимается распутывать волосы, по факту, просто погружая в них пальцы и опуская руку вниз. Бесполезное занятие.

***

Шерлок нарезает мясо и спихивает его в тарелку соучастнице пиршества. Ирен усердно жует, иногда она поднимает глаза и разглядывает детектива, но взглядами они не пересекаются. — А за волосами ухаживать надо, — тянет она, собирая остатки соуса чесночной лепёшкой. Детектив взмахивает головой, убирая мешающие пряди от лица. — Да ну. Женщина снова прячет взгляд в тарелке. Она не могла подобрать правильного слова, но точно знала, что она готова отдать всё, лишь бы остаться здесь навсегда или хотя бы до смерти. Чтобы Холмс так и сидел напротив, мычал что-то под нос, заправляя кудри за уши, и считал, что она его собственная. Хотя, впрочем, так и есть. Она — его. Мысли притупляют ощущения, Адлер закрывает глаза, засыпает, подпирев щеку ладонью, забрасив ступни на стул и уперев колени в стол. Шерлок ещё долго кромсает мясо, не в силах остановить поток вязких дум. А третьем часу ночи он бросает нож и вилку, расправляет одну из кроватей, перекладывает туда Ирен, накрывает её тяжёлым покрывалом, а скоро засыпает и сам.