Любить Вика

Арт никогда бы не подумал, что с ним это может случиться. Угораздило же – влюбиться по уши. Красные пятна яркими кляксами проступают на щеках каждый раз, как он смотрит в сторону Сменкиных. Фил хохочет и хлопает его по спине, мол, ну и вкус у тебя, Кира же на пацана похожа! Арт только отмахивается, будто от назойливой мухи. Так только лучше, пусть думает, что ему Кира нравится. Она и правда на мальчика смахивает: коротко стриженная, угловатая, слегка несуразная. На брата похожа. Если что Артёма в ней и привлекает, то только это сходство. Любить Вика странно. Тот болтает о биологии и географическом положении водохранилищ с неподдельным интересом, и Арт почему-то не может перестать слушать, не может оторвать взгляда от чужих губ, хоть и не понимает ни слова. Фил с насмешкой отмечает тягу друга к учёбе. Любить Вика сладко. Мороженое капает на асфальт, но Арту всё равно. Они случайно отбиваются от Киры с Филом и теперь шагают нога в ногу. Вик любуется летним закатом, фотографирует, не замечает тихого восторга в глазах друга. Почти мольбы. Любить Вика больно. Чисто физически: смотреть невозможно, как тот мечтательно улыбается, болтая о своей принцессе. Вэл неплохая, правда, но каждый раз, когда она попадает в поле зрения, хочется её придушить. Арт, кажется, понимает Киру. Он честно пытается увидеть в ней кого-то большего, чем просто подругу – ради самого себя, – но Кира лишь мягко гладит его по руке и понимающе кивает. Похоже, Арт находит союзника. Тогда, в Тронном зале, Арт чуть не воет от злости. Опять Вик со своим “Спасти Вэл, спасти Вэл”! А тебя, Витенька, кто спасать будет, если кубик не уничтожить? Арт, конечно, знает, что он и будет – куда денется? – но легче от этого не становится. Хочется ударить кого-нибудь, да посильнее, а потом – в чужие объятия. Близкие и недосягаемые. Вэл не спасают, и в ушах отдаёт звенящая тишина. Арт, как в замедленной съёмке, наблюдает за саморазрушением любимого человека, потихоньку осознавая, что Вик влип не хуже него самого. Любить Вика становится страшно. Мороженое капает на асфальт. Вик что-то бормочет про бесконечный список вопросов, и Арт – наугад – накрывает его ладонь своей. Вик не отодвигается, не замолкает, только слегка дёргает мизинцем. Любить Вика вновь становится… Странно, сладко, больно, страшно, снова странно. Тяжело? Никогда.