"Братик" значит...

Утром первое, что увидела Пятифанова, спустившись со второго этажа, это был её сын, спящий в обнимку с парнем. Подойдя поближе, она заметила, что оба парня ещё спят, а рядом на столике стоит стакан воды с жаропонижающим. Сложив 1+1, она догадалась что у Петрова ночью просто поднялась температура. Поэтому не предав значения произошедшему, она пошла на кухню готовить завтрак. Приготовив яичницу, Мария пошла обратно к парням и начала трясти своего сына за плечо. – Рома, просыпайся – она старалась говорить достаточно громко, чтобы разбудить сына, но не слишком, чтобы не проснулся и Антон. Одновременно подталкивая сына в бок. Спустя минуту Пятифан всё же решил открыть глаза и посмотреть на этот мир. – Что такое? – сонный спросил он. – Что, что. Завтрак готов, буди Антошу и идите завтракать. – спокойно ответила женщина и ушла на кухню, а её сын посмотрел на диван, где спал Петров. – Тош, просыпайся. Завтракать пора. – потрепал парня Ром на что Антон удивительно быстро проснулся и приподнялся с дивана, посмотрел на Пятифанова. – Что такое? – Мама есть зовёт, пошли – спокойной ответил он. А вот лицо Петрова изменилось, он немного напрягся – Твоя мама видела нас в одной кровати? – с опаской спросил он. – Да… – Рома тоже напрягся, поняв, на что намекает парень – Но судя по тому, что она ничего не сказала, её это не смутило. – Ну ладно – неуверенно ответил парень, немного нервничая. Завтрак прошёл спокойно. Антону опять устроили мини допрос, пытаясь разузнать его получше и Пятифан оказался прав, когда говорил, что его мама полюбит Петрова больше, чем его самогон. Мария была просто в восторге от “друга” своего сына. А это она ещё не познакомилась с его сестрой. Там был бы писк восторга на весь посёлок. Она всегда хотела дочку, но получился только “это хулиганьё”. А Пятифановой так хотелось заплетать кому-то косички, покупать платьица и куколки своей любименькой Доченьке. Если бы у Ромы была сестра, любимым ребёнком он бы точно не был. А так ему очень повезло, что он один в семье. Весь оставшийся день тоже прошёл в полном спокойствии. У Антона ещё раз поднялась температура, а в остальном всё было хорошо. Вечером, после ужина, парни сидели у себя в комнате. У Петрова снова поднялась температура, но пить таблетки он не хотел. Говорил “эта не такая большая температура, чтобы пить жаропонижающие”. А на все другие предложения, по типу пойти лечь спать, выпить чаю или хотя бы просто полежать под одеялом, отдохнуть, парень тоже получал отказ. “Со мной всё в порядке” лишь раз за разом повторял тот. – Ну давай я хотя бы чай заварю. Чаёк вместе попьём – уговаривал своего парня Пятифан. – Рома, я тебе уже 20 раз повторил. Со Мной Всё В Порядке. – делал акцент на каждом слове Антон – Я и так уже сижу на кровати и ничего не делаю. И вообще я думаю тебе пора идти спать. Хочу напомнить из-за меня кого-то разбудили в 3 часа – бубнил парень. – Ага. Кто-то сам тут ходил с высокой температурой в 3 часа ночи после слов “У меня не такая большая температура чтобы пить жаропонижающие” Ладно, пойду спать, но только ты тоже прямо сейчас ложишься спать. Кто-то вообще-то встал в 3 часа ночи и пришёл ко мне. – Ццц, хорошо. Только чтобы ты уже ушёл и не доставал меня со своим отдыхом и чаем. – Петров лег под одеяло и хорошо укуталая. – А где мой поцелуй на ночь? – с грустными миленькими глазками спросил Пятифан. – А не жирно ли тебе? – саркастически спросил Антон. – Нет) Мне никогда не будет жирно тебя – с этими словами Рома взял парень за подбородок и затянул его в страстный поцелуй. Он беспощадно впивался в губы Петрова, пока тот растерянно легонько стонал в поцелуй, даже не пытаясь сопротивляться. – Мальчики я вам тут… – Мария резко замолчала, а парни сразу отпрыгнул друг от друга. Пятифан в шоке уставился на мать, а Антон спрятал свою голову за одеялом, чтобы не видеть её реакцию. И не дай бог, случайно встретиться с ней взглядом и умереть со стыда. Пятифанова очень аккуратно несла поднос с чаем, чтобы ничего не разлить и не рассыпать. Поэтому получилось так, что она вошла в комнату почти бесшумно. И они заметили её, только когда она начала говорить. Но в этот же момент и она заметила их. Ничего больше не сказав, Мария поставила поднос на комод, который стоял прямо у входа в комнату и вышла из неё. Спустя пару секунд опомнился и её сын и выбежал из комнаты вслед за матерью. Один Антон остался сидеть на кровати в комнате и смотреть в стену. – Мам! Подожди! Я всё тебе объясню. Это не… – не успел он начать предложение как его перебили. – Слышать ничего не хочу! Послушай меня. Сейчас идёшь к Антоше, успокаиваешь его, укладываешь спать. И только после этого идёшь на первый этаж в зал и мы обсуждаем, что сейчас произошло. – после этого она развернулась давая понять Роме, что диалог не продолжится. Пятифан тоже развернулся и молча ушёл в свою комнату, выполнять мамины приказы. Зайдя в комнату, он увидел нервно трясущегося Петрова, по лицу которого стекали слёзы. Рома подошёл к нему и присев на кровать обнял парня. – Тише, Тош. Всё будет хорошо. – спокойно сказал тот. – Как можно быть тише? Как всё будет хорошо? Как ты можешь это говорить так спокойно?! – чуть ли не орал Антон в истерики. Ему было абсолютно не понятно, как можно быть в такой ситуации спокойным. – Так! Сделай глубокий вдох – Пятифан сам глубоко вздохнул и дождался, пока это сделает и Петров – И выдох. И ещё раз. Глубокий вдох… И выдох... А теперь послушай меня внимательно. Всё будет хорошо. Я тебе клянусь. Ложись спать, утром поговорим. – Рома поцеловал парня в лоб. На что Антон лишь подозрительно посмотрел на парня. – Спокойной ночи – всё что он сказал и, повернувшись другим боком, лёг спать. – Спокойной – Пятифан улыбнулся, тихонько вышел из комнаты и пошёл на первый этаж дома. В гостиной уже сидела мама со спицами. Она любила вязать в свободное время. Нередко она вязала вещи и для сына, но он их никогда не одевал, что сильно расстраивало Марию. Сейчас же она судя по всему шила свитер, из светло-голубых мягких ниток. И на удивление она была совершенно спокойна. – Мам… – аккуратно позвал маму Рома. – Садись – Пятифанова указала на диван находящийся недалеко от кресла, где она и сидела. Тот лишь послушно сел – Вы встречаетесь? – её голос был совершенно спокойный, как будто ничего не произошло. В нём не было ни агрессии, ни разочарования, ни чего-либо ещё. Что достаточно сильно пугало. Ведь не знание страшнее всего. – Да-а… – с опаской сказал Пятифан и смотрел на маму ожидая её реакцию. – Я так и знала! – радостно воскликнула она – Ну не мог на тебя так прекрасно влиять просто друг. Да и по твоему отношению к нему, было заметно. О просто друге так не заботятся. Я уже молчу про то, что вы спали в обнимку на диване, как влюблённая парочка – Мария так бы и злорадствовала, что она обо всём догадывалась если бы в голову ей не пришёл новый вопрос – И давно вы встречаетесь? – с фирменной ухмылкой Пятифановых спросила она, но в её голосе не было ничего угрожающего, только счастье. – Эээ, уже 2 месяца. Так, подожди! То есть ты не против?! – на последнем предложении парень вскочил с дивана и взялся за голову от шока. – Так! Не ори, Тошеньку разбудишь! Ты 2 месяца встречался с парнем, а я об этом даже не знала, кошмар. Конечно, я не против, ты же привёл такого прекрасного парня. Если бы это был кто-то по типу тебя, курящий бандит. Я бы естественно возражала, потому что такое бы не до чего хорошего не довело. А такого замечательного парня грех терять, он на тебя так хорошо влияет. Да и ты его по настоящему любишь, что я могу с этим сделать? Главное отцу ничего не говори и не попадитесь ему, а то будет плохо и всем остальным, а то переехать сможешь только через 2 года. Конечно, изначально я очень удивилась и не могла этого понять, но сердцу не прикажешь. Сказать, что Рома был в шоке, ничего не сказать. Мама не то что ничего не стала делать, она даже была счастлива, что они встречаются. Немного так ещё постояв он наконец-то включился и начал говорить. – Я в шоке – было первым, что он сказал, когда отошёл от ступора – Я тебя люблю, мам. – Теперь я тоже в шоке. Я таких слов от тебя не слышала лет 8. Когда-нибудь Антоше памятник поставлю. Я тебя тоже люблю. Спать будешь и дальше на диване или к нему пойдёшь? – К нему. Я наверх, пока-пока – он уже почти вышел из зала, как его остановили. – Подожди. Ты если что знаешь, где у меня презервативы лежат? – спросила она с совершенно спокойным лицом. – Мамааа!! – недовольно воскликнул Рома – Этого говорить не надо было, для этого ещё рановато. А то ещё испорчу твоего идеального Антошеньку. – усмехнулся тот. – Иди уже давай, шутник Хренов. Но помни, что презервативы лежат в правой тумбочке у кровати, в верхней шуфлядке. ЗППП – это тебе не шутки! – Я тоже тебя люблю, мам – Пятифан недовольно закатил глаза и решил ничего не отвечать маме на это, с ней спорить бесполезно. После этого парень убежал на второй этаж в свою комнату. *** Утром Пятифан проснулся не с таким хорошим настроением, как засыпал. Когда он вернулся в комнату, то Петров уже спал, поэтому он просто тихонько лег спать рядом с ним. Вот только получилось так, что теперь Рома лежал на полу. – Ты чего орёшь? – недовольно спросил Пятифан, потирая бок – и зачем было меня скидывать, больно вообще-то. – А тебе вчерашнего не хватило! Что твоя мама скажет, если снова нас увидит? – недовольно ворчал Антон – Напомнит, где лежат презервативы. – Ч-что…? – то как Пятифан скажет это безразлично, Петрова просто унесло. Он даже изначально подумал, что это такая тупая шутка, но нет… – Как что, отвечаю на твой вопрос. Если нас снова застукает моя мать, она опять мне напомнит, где лежат презики. Как будто я и без её напоминаний это не помню – недовольно говорил Рома всё так же потирая больной бок. После этого Петров немного выпал из этого мира. Он просто сидел и смотрел на парня. “Какого хрена тут происходит?!” было написано у него прямо на лице и ответ не заставил себя долго ждать. В комнату вошла Пятифанова старшая. – Что за шум, а драки нет. Ноги в руки, умываемся и бегом за стол, завтрак остынет! Через пару минут уже все сидели за столом и ели вкусную яичницу с чаем. Никто ничего не говорил, было слышно только скрип вилок, которые водили по тарелкам. Но увы, к большому сожалению Антона, это достаточно быстро закончилось. – Ну как Антош, тебе вкусно? И чем ты дома обычно питаешься? Что тебе готовить? От такого резкого начала обычного диалога Петров чуть не подавился едой. Даже после слов Пятифана он почему-то был уверен, что Мария будет его игнорировать. А тут такое. Она как будто только больше стала его любить. – Маааам, дай человеку спокойно поесть – Опять у тебя началось это “Мааам”. Я просто спрашиваю, что он ест, а то я не знаю, что уже готовить вам на обед. Пока Пятифанова старшая закончила все свои вопросы, что ест Петров, а что нет и что лучше всего приготовить на обед, все доели свой завтрак и уже заканчивали чай. После чая ребята помогли матери убрать посуду. – Не устаю восхищаться какой же ты всё же хороший парень. Пошли кстати со мной у меня для тебя кое-что есть – она повела Антона на выход из кухни, Рома уже хотел пойти с ними как к нему повернулась мать – А ты оставайся здесь, можешь как раз за это время посуду помыть. – Почему моя мать любит меня меньше, чем моего парня? – задал сам себе риторический вопрос парень уже поворачиваясь мыть посуду. А Пятифанова с Петровым уже поднимались по лестнице на второй этаж. Парень был слегка насторожен, поскольку он боялся того факта, что Рому оставили снизу мыть посуду, а его почему-то куда-то повели. Вдруг ему сейчас начнут угрожать. Типа “Отстань от моего сына или тебе не поздоровится” или что-то в это роде. Или вообще ударят, знаю маму Ромы в это слабо верилось, но мозг Антона накрутил его так сильно, что весь здравый смысл оттуда уже испарился. Они зашли в комнату Марии и стали напротив кровати где лежал красивый светло голубой свитер с горлом. На вид очень мягкий и приятный, достаточно тоненький, но очень тёплый и чтобы была закрыта шея. – Это тебе – улыбнулась женщина показывая на кофту лежащую спереди. Сказать, что Антон был в шоке, ничего не сказать. Он боялся представить, сколько стоят только одни нитки для того, чтобы такое связать, не говоря уже про то, сколько времени на это ушло. – Ты теперь член семьи, а все члены семьи обязан иметь свитер связанный мной. Специально для тебя связала, мне кажется тебе очень подойдёт, надеюсь с размером угадала, на глаз делала. Примеришь? – Ничего себе. Спасибо вам большое. Это так неожиданно и приятно. С удовольствием сейчас примерю – все сомнения тут же развеялись. Теперь парень был уверен, что его приняли в семью и теперь будут любить и оберегать всем сердцем. – Пожалуйста, не обращайся ко мне на “вы”, мы теперь семья, просто тётя Маша или вообще можешь мамой звать и на “ты”. Ладно, переодевайся, не буду мешать. – Хорошо, мам… Я тебя очень люблю – улыбнулся Петров, Пятифанова улыбнулась ему в ответ и вышла из комнаты. Антон надел свитер и был удивлён, он сел на него просто идеально. Он бы мог конечно сказать, как будто на него шили, но ведь это и вправду делали специально для него. Правда чудо-швея делала всё на глаз, но судя по всему глазомер у неё хороший. В дверь постучали и, получив разрешение, в комнату опять зашла Мария и внимательно осмотрела парня. – Ну как тебе? Угадала с размером. На глаз делала, должен был сесть – осмотрела парня женщина. – Да, всё просто идеально село, спасибо большое! Я просто в восторге, такой классный свитер – улыбался Антон. – Я очень рада, что тебе понравилось. – Кхм, кхм – прокашлялся Рома – Я вам не мешаю? Вся посуда блестит от чистоты за то время, которое я её натирал. Поэтому пора закругляться со своими секретиками – недовольно сказал тот и посмотрел на свою маму таким же недовольным взглядом. Но это было вполне оправдано. Его мама секретничает с его парнем, а ему сиди на кухне и посуду мой. Что это такое?! Непорядок, надо исправлять. – Мы уже всё. Не волнуйся, никто твоего парня не украдёт. Пятифанова отошла немного в сторону, показывая своему сыну Петрова. Надо же дать ему посмотреть, чем они всё это время занимались, пока он посуду мыл. А то ещё потом мозг весь вынесет матери родной. А ей этого уж точно не хотелось. – Так вот что ты вчера вязала – сразу сказал Рома, узнав нитки, которыми мама вчера вязала, когда они разговаривали. – Ну, а что? Он теперь тоже член семьи, значит ему тоже нужен свитер. Даже у Бяши такой есть. – Я ничего против не имею. Очень красивый свитер и тёплый, что самое главное, может кто-то болеть перестанет. Осталось только Оле такой же сшить и точно всей семьёй будем так ходить. – А кто такая Оля? – с интересом смотря то на одного парня, то на другого спросила Мария. – Его младшая сестра. Ходячая торпеда, очень хорошая девочка, она тебе точно понравится. В твоё списке любимых детей сначала будет Оля, потом Тоша и только потом я – единственный родной сын. – Вот это да! Мозги начали работать. Какой ты у меня молодец! – потрепал сына по волосам женщина – Про список это точно, обязательно меня потом познакомишь с ней. А ты, Антош, напиши мне её размер одежды, и что она любит – Пятифанова улыбнулась – Ладно, что-то я с вами засиделась, не буду вам мешать. Если что я в зале, пока-пока – с довольной улыбкой пошла на первый этаж Мария. – Видишь, её даже убеждать, что Оля просто прелесть не пришлось. Сразу согласилась, что она будет её любимым ребёнком. – Да уж, весёлая у тебя семья. – Правильнее было бы сказать “у нас”. Хочу напомнить, ты с Олей уже тоже часть семьи – улыбнулся Рома, ему очень нравилось говорит, что они теперь семья, новый статус. Семья! Звучит очень серьёзно. – Кстати, по поводу Оли, интересно как она там. Я уже неделю не слышал новостей о ней. Может с ней что-то случилось, а я об этом даже и не знаю. Или наоборот её уже выписали, а я тут сижу – заговорив про сестру Антон заметно занервничал. Сначала из-за болезни, а потом из-за нескучной жизни с Пятифановыми он совсем не думал о сестре. А ведь может произойти всё что угодно. – Спокойной, не беспокойся. Всё хорошо. Я думаю, если бы были какие-то новости ты бы об этом узнал. – начал успокаивать парня Рома – Но навряд ли она дома, я думаю, что, если бы вернулась домой и не увидела тебя, обязательно бы мне позвонила – начал свои рассуждения Пятифан. – Как она бы тебе позвонила? У неё нет твоего номера. – Здесь ты ошибаешься – довольно сказал парень и увидев удивления Антона поспешил пояснить ситуацию – Я ей давал свой номер, ещё когда ты заболел перед новым годом. Я понимал, что, когда ты очнёшься, твоё гордое нутро может выставить меня за дверь. А если бы что-то случилось, Оля бы тебе не помогла, поэтому я записал ей свой номер и сказал звонить в любое время, если понадобится. – А мне ты это сказать не хотел?! Я тут переживаю, а оказывается нечего переживать! И мне ты свой номер не хотел дать?! У Оли есть, а у меня нету? Секреты у вас между собой, за моей спиной ей кассеты даёшь, свой номер. И после этого я получаю истерику по поводу моего общения с Бяшей! – Петров замахнулся для подзатыльника, но его руку быстро перехватили и вместо этого поцеловали. – Не возмущайся, это на всякий случай. Вдруг ты опять бы упал в обморок, а мелкая дома одна. Что ей делать? Хоть мне сможет позвонить. – Ну ладно, ты прав. – А то, я всегда прав. – Не зазнавайся мне тут, а то точно получишь и вообще я на тебя сейчас обижусь. Ты только мой и даже Оле тебя не отдам! – пригрозил парень, зло смотря на Рому. – Не обижайся солнце, я люблю только тебя и больше мне никто не нужен. Всё что я делаю, для твоего же блага. Номер ей дал, чтобы если с тобой что-то случится, то я смогу прийти помочь. Кассета, чтобы она тебе не истерила, как не хочет домой, а спокойно дошла и не трепала тебе нервы – спокойно, терпеливо, объяснил парень, а затем поцеловал Антона. – Ладно, я тебя люблю – немного недовольно буркнул Петров. – Я тебя тоже.