Невообразимое
9 ноября 2025 г., 22:22
— Да обещаю я не бросать танцы. Ну работа и работа, как-то до сегодняшнего дня ходил ведь!
Общий сбор перед выходом на сцену. Тренер говорит мотивационные словечки, как любит это делать, а все остальные внимательно слушают, будто бы это не повторяется десятый раз подряд. Никто не переживает, в этом году отчëтный концерт на маленькую аудиторию. Будто бы большой семьёй собрались, чтобы отпраздновать завершение учебного года.
Бомгю немного трясёт: помимо общего выступления, он танцует сольно. Да, не как на прошлом отчётном, когда за неделю до мероприятия решил поменять полностью хореографию, но всё равно страшно. Сейчас то он с тренером занимался. Даже не один месяц потратил на подготовку.
Рядом с ним сейчас стоят одни из самых дорогих ему людей, которые поддержат в любом случае. Обязательно в конце скажут, что он огромный молодец, и обнимут. Без этого никуда. Парень очень им благодарен.
В зал потихоньку заходят гости. Фотографируются с танцорами, обнимают, говорят приятные слова и дарят миллионы улыбок. Бомгю без внимания не остался. В самом дальнем углу сидит мама, что уже настроилась снимать. На первых рядах два друга, машут ему без конца руками и подзывают к себе. На душе легче становится от такого.
— Приду, обещаю, работа меня не затянет надолго. Всё будет просто потрясающе. — Бомгю обнимает двух ближайших к себе людей и громко смеётся. — И на несколько месяцев без ответа не пропаду, куда я от вас, таких любимых, деться смогу? — ещё сильнее сжимает друзей так, что они начинают вырываться.
Тренировки постоянно проходили со смехом, с включённой камерой для воспоминаний, потому что скоро все расстанутся на две недели каникул. Не обходилось и без слëз, паники и лёгкой тревожности. У кого-то что-то не получалось, кто-то забывал, вот и приходилось быть всегда рядом.
Бомгю шумный. Шум — это Бомгю в человеческом обличии. Не каждому придётся такое по нраву, но какой есть. Всегда задавал настроение на тренировках, пытался вызвать улыбку у самых молчаливых, что в большинстве случаев у него получалось, играл иногда на нервах тренера, когда та была не в самом хорошем состоянии. Делал всё, чтобы вызвать эмоции. Остаться на чуть-чуть в памяти.
— Ой, лучше не надо. Голова уже гудит. — Есть один, который веселья Бомгю совсем не разделяет, наоборот, думает, что он слишком мал и инфантилен для серьёзных решений. Танцы — это ведь правда серьёзное хобби, туда ходят не для того, чтобы обзавестись хорошими друзьями, новыми знакомыми и получить дозу удовольствия и наслаждения. Туда ходят для большого будущего, с огромными целями на жизнь и планами на ближайший год. Туда, в маленькую студию, про которую никто не знает.
Это понятно, у всех разные причины, почему они продолжают ходить. Кто-то пришёл потому, что просто нравится, или потому, что хочется попробовать что-то новое. Множество причин, факторов и обстоятельств. Бомгю считает, что Ёнджун просто зануда, который дальше своего носа и не видит больше.
— Я специально для тебя там появлюсь, чтобы не расслаблял булки. — парень показывает язык и в эту же секунду улетает к своим друзьям.
Отчётный концерт — не просто про подведение итогов. Это про результаты и окончание пути. Кто-то уедет, перейдёт в новую студию и забудет о группе через пару месяцев. Здесь они семья, команда, самые близкие люди лишь на долю секунды. Бомгю обещает, что будет продолжать ходить, но понятия не имеет, сможет ли.
***
В чате всё больше сообщений про встречу где-то кроме зала. Предложения льются ручьём. Пойти выпить, покушать, покупаться съездить. Бомгю сам предлагает, первый начал участвовать в этих обсуждениях. Сейчас же группа на беззвучном режиме и отправляется в архив. — Здравствуйте! Вы бы хотели взять с собой или посидеть атмосферно у нас? — говорит миллионный раз заученную фразу новым гостям. Снова на работе пропадает, на тренировках его можно даже и не ждать. Хочется, очень, даже позабыл о своем апрельском обещании больше никогда не появляться на тренировках, потому что танцы, всё-таки, не его дело. Но люди стали родными, а тогда он просто устал. Сейчас бы с удовольствием выбрался в приятный коллектив на час, чтобы потанцевать и забыть обо всём до вечера. Вернуться домой после бесконечного потока движений и заучиваний, встать под тёплый душ и лечь спать. Но часы показывают всего два часа дня, в кабинете лежат сменные вещи домой, а не на тренировку; в голове мысль, что завтра надо встать пораньше, чтобы не собираться в спешке. Коллега что-то без конца рассказывает, пытаясь потеряться ненадолго от людей. Просит дать ей часок, чтобы она смогла вздремнуть, пока народу нет, а Бомгю только кивает на это и усаживается на стул. Наконец-то. Устал, правда, но работать ему очень нравится. Общаться с людьми, готовить кофе, делать комплименты и узнавать что-то новое. Но график убивает, сегодня седьмая смена подряд, завтра стажёр, а послезавтра праздник. Ещё три дня, два с половиной, и он сможет прилечь. Друзья тащат прогуляться, наконец-то встретиться, ведь экзамены на носу и хочется отдохнуть от вечной подготовки. Но времени особо на это нет. В свои редкие выходные он спит до обеда, встаёт, чтобы просто перекусить, и ложится спать дальше. По-другому такие дни и не проходят. За редким исключением, встанет и выйдет на улицу, чтобы доехать до знакомой за новыми сплетнями. Бомгю даже и не успевает порой понять, как пролетают дни. Они тянутся долго, но один за другим. В скором времени нужно выпросить отпуск, чтобы успеть просто доделать бытовые дела. Усталость настигает только к вечеру третьей смены, когда родители говорят о том, что скоро вообще забудут, как выглядит их сын. Когда парень просил больше смен, он и подумать не мог, что сможет отработать без выходных полмесяца. Это ведь так странно. Раньше даже в школу подняться не мог, а тут на работу летит к шести утра, чтобы не получить выговор. Бомгю даже не успевает задуматься о том, что ему хочется отдохнуть и пора бы сказать «стоп» начальству за девятую смену, которую он вообще не должен был отрабатывать, но заходит новый человек, и из рта вырывается комплимент и заученная фраза. Работа, она такая, странная вещь. Главное – не вступать в созависимые отношения с ней.***
— Почему давно Бомгю на тренировках не видно? И в общем чате практически не появляется. — разминки всегда сопровождаются приятными разговорами. Ëнджун тянет ногу, а за кроссовки никто не цепляется, шнурки никто не развязывает. — Он на работе, обещал быть на следующей. — тренер тяжело вздыхает. Тоже соскучилась, Бомгю хоть как-то поднимал ей настроение. Если посмотреть на общую атмосферу, то всё очень сильно изменилось. Нет больше тупых шуток, за которыми следует смех, нет громких рассказов про нестабильных людей с работы, возмущений, песен, которые Бомгю сочинял на ходу, странных танцев. Всё стало спокойно и как-то ново. Никто не сглаживает углы и не переводит ссоры в обычный разговор. Зал под конец тренировки наполняется пассивной агрессией, которую несут на следующую тренировку. Все привыкли, что к ним кто-то липнет сзади, пытается ткнуть пальцем в рёбра или взъерошить волосы. Сейчас такого нет. Создатель шума и приятной атмосферы пропал в запахе кофе и лапах злого начальника. «Я буду, честное слово, скоро на тренировке, вот-вот, чуть-чуть осталось, подождите.» Каждый раз поздно вечером приходило одно и то же сообщение, после вопроса, где же он пропадает. Никто не злится, все спокойно относятся к этому. Просто надо немного подождать. Ëнджун раньше не обращал внимание на мелочи, которые его окружают. Был один, на которого приходилось тратить уйму сил и времени, всё остальное терялось в громком голосе и смехе. Странно, что про других, более близких людей, он забыл. Забыл спросить, как подготовка к экзаменам, сдача на права или кошка, которая болела несколько месяцев назад. Зато он чётко помнит, как зовут мамину подругу Бомгю, потому что он когда-то про неё рассказывал. Трещал без умолку перед занятием, во время и после. И то, даже не самому Ëнджуну. — Надо его навестить. Кто-нибудь знает, где он сейчас работает? — тренер допивает остатки холодной воды и валится на ноги, конец тренировки. Подольше посидеть хочется всем. — Вот засранец, мог же и сказать, куда устроился. — А просто написать ему и спросить? — друг Бомгю, Кай, пожимает плечами и сразу разворачивается к вентилятору, подставляя лицо прохладному воздуху. Просто написать. Просто спросить. Это так странно. Они могут быть в самых близких отношениях при личной встрече, рассказать самую сокровенную тайну на ухо, пока никто не слышит, но в интернете не то. Как-то нарушаются эти личные границы. И переступать вообще не хочется. Ëнджун кривится. Ещё чего, не хватало, чтобы он бегал за каким-то мальчиком. Вот все хотят, пускай и едут, а он не обязан.***
Два месяца без тренировок проходят быстро. Забываются все приятные моменты в ароматных напитках и общении с новыми людьми. Бомгю даже и не грустит по этому поводу, тело успело расслабиться за это недолгое время, отвыкнуть от постоянной нагрузки и приятного шума. Осталась теперь взрослая жизнь, которая разбавляется хорошими коллегами. Про свою группу он вспоминает в редкие моменты, когда ночью накатывает. Недавно переехал друг, с которым они создавали тот приятный коллектив, что был до их ухода. Смысла особого возвращаться туда сейчас нет, если только навестить любимого тренера и администратора. Парень поднимается с пола очень медленно, после нескольких предупреждений, будто его разбудили в единственный выходной в восемь утра и заставили делать генеральную уборку во всём доме. На деле лежит всего пара чеков с заказами, а коллега мельтешит так, будто у них разом полный зал сел и они не могут разорваться. — Тебе нужны выходные по вторникам и пятницам? Ходишь всё также или уже без разницы? — Они составляли как-то вместе график, и Бомгю рассказывал о том, что очень скучает, но посетить не получается. Обстоятельства не складываются. Все важные даты именно на дни тренировок выпадают. Не аргумент, но всё же. — Ставь смены, уже без разницы. Хоть в отпуске нормально потом смогу отдохнуть. — Бомгю свалился лбом на стол и долго думал. Вернётся потом, как миленький. Не сейчас, так к зиме ближе точно, просто осталось немного подождать. — Кстати, про отпуск: когда он нужен? Из общего чата давно не приходят сообщения. Бомгю просто удалили оттуда. Как будто бы забыли. На его место потом придёт другой человек, который будет радовать более интересными историями, не надоедать громким голосом и также таскать конфеты. Зато сейчас он сможет насладиться приятными вечерами с друзьями, уделить побольше времени семье и себе. Наконец-то докрасить ту странную картину по номерам, которая лежит ещё с прошлого дня рождения, и дочитать понравившуюся книгу. Даже просто зал для себя снять сможет, выучить что-то, что хочется ему самому, или вовсе поставить хореографию под любимую песню. Много плюсов. Один минус. На работе никто не ворчит под ухо и не жалуется на излишнюю информацию, что льётся потоком из Бомгю. Все внимательно слушают, поддерживают и повторяют. Никто не пытается его заткнуть, потому что «Успокойся, послушай тренера и повторяй. Молча». И вроде это должен быть такой же плюс, как и все остальные, но он не отвык от такого. Передразнивать – некого, назло кричать — некому, показывать язык просто так — не хочется. Ëнджун остался там, в зале. А Бомгю здесь. Варит кофе, разговаривает с людьми и забывает про танцы.***
— Наконец-то отпуск. Гуляй сколько хочешь, рисуй сколько влезет, спи до обеда. И никаких внезапных звонков от начальства. — Бомгю валится на мягкую кровать звёздочкой и блаженно закрывает глаза. К нему наконец-то приехал Субин, который всё никак не мог выбраться из дома из-за постоянной подготовки к экзаменам. Пришло время рассказать все накопленные сплетни, обсудить работу, а потом на две недели отложить её в дальний ящик. Как же Бомгю по этому всему соскучился. — Не лучше увольнения, конечно, но тоже имеет место быть. Какие планы вообще на это время? Кроме как сидеть до утра за сериалами. — Субин присаживается рядом, аккуратно сдвигая ноги друга вместе — место маловато на одноместной кровати. А планов — море. Съездить туда, сделать то, успеть побывать там и наконец-то смотаться в другой город. Бомгю расписал каждый день, как, где и с кем он будет проводить. Сон отменяется почти полностью, хоть и дал обещание выспаться в первые три дня. Он согласился на каждую авантюру от друзей и родственников, напихал каждого в свободную минуту и не забыл уделить время и себе. Совсем позабыл про танцы. Попытался прийти, но чувствовал себя неважно. Усталость после работы накрыла волной, очень захотелось спать и не просыпаться часов двенадцать. — Надо бы на следующей неделе хотя бы просто к своим съездить, познакомиться с новенькими. Расслабился совсем. — Бомгю ровно не лежится и пяти минут. Маме обещал прибрать комнату ещё недели так две назад, но времени особо не было. Для этого Субина в гости и пригласил, чтобы тоже не отдыхал много, помогать будет.***
— Как это в отпуске? И до какого числа? — Ëнджун при полном параде стоит сейчас в кофейне, откуда Бомгю летел пару дней назад на крыльях счастья. Каким-то чудным образом смог найти адрес, не без помощи посторонних лиц, собраться с мыслями и приехать, но, как оказалось, его нет на месте. Стоило, конечно, написать лично, спросить, когда он работает, а не наугад приезжать. Мысли были, на самом деле, просто легче оказалось спросить, чем выискивать. — То работает почти без выходных, то в отпуск улетает. Нет, хоть бы сообщил куда-нибудь. А от него ни слуха, ни духа... От помощи коллег отказывается и собирается лететь обратно домой, потому что не хочется ему здесь ещё находится. Ëнджун очень надеется, что друзья Бомгю не расскажут о появлении нежданного гостя. — Может, оставите свои контакты, мы передадим ему, когда он вернётся? — Милая девушка пытается скрыть улыбку за серьёзным лицом. Плохо получается. Ëнджун только отрицательно мотает головой и выходит из кофейни. И вот когда ему снова прийти? Хотя, что он вообще скажет, зачем здесь появился? Странно это всё.***
Бомгю неважно себя чувствует. После отпуска ушло много людей, теперь работать практически некому. Он забывается в этой чëртовой кофейне, весах, граммовках, питчерах, фактурах и тряпках, тратит последние силы на улыбки поздним гостям и ругается с любимым коллективом. Начальство давит, кричит об открытии новой точки. Надо ведь развиваться в этом деле и открываться по всему городу. Бомгю уже тошнит, честное слово. Будто бы в отпуске и не был никогда. — Подъëм, работу кто за тебя делать будет? — коллега тянет его за руку наверх, пытаясь хоть немного растормошить напарника. — Выглядишь так, будто вовсе не отдохнул. — Мне стоит напомнить тебе ещё раз, что это уже шестая смена подряд? Единственное, что я хочу, так это прийти спокойно домой без мысли, что завтра на работу, лечь в тёплую кровать, и, если останутся силы, то может быть поплакать и уснуть. — Бомгю пытается аккуратно раскрыть пачку молока, всё равно проливая её на стол, пол и себя. — Да блять. Надо было не в отпуск уходить, а сразу увольняться как и планировал ранее. Но управляющая и её душевные разговоры остановили его. Сейчас вообще работать некому, три человека на две точки и постоянное желание схватить первого попавшегося за волосы и ударить об столешницу. — Думай о том, что осталось две смены, а не о том, что ты отработал уже шесть. Молодец ведь. Бомгю хочет как раньше. Не думать, что ему нужно на смену, что прилетит штраф за что-то, что надо съездить в больницу для оформления всех документов для работы, что ему в целом надо работать. Ему снова хочется оказаться в тех славных днях, когда танцы были единственной причиной выхода из дома, когда на телефоне всегда были пропущенные от друзей, чаты были заполнены сообщениями с какими-то новостями. А сейчас что? Друзья теряются в других, учёбе и своих заботах. Родители изредка пишут по утрам и спрашивают, как дела. Как дела на работе. Деньги уходят на питание и помощь бабушке, которая пытается погасить кредитку. Перед лицом снова щёлкают несколько раз, а потом тычут в область носа, промахиваются и попадают в глаз. Коллега устала возвращать Бомгю в реальность, поэтому устало садиться рядом на пол и лбом упирается в его коленку. — Когда-нибудь мы уйдем в более приятное место. Где нас будут ценить, уважать и не писать в личные сообщения, что ты — тварь последняя. Когда-нибудь это случится. Бомгю улыбается и вспоминает своих ребят с танцев. Хочет устроить им сюрприз, прийти, поплясать. Хотя бы на час оставить все грустные и ненужные мысли. Тренер бы была рада его видеть, сто процентов. А остальные уж тем более. Сейчас старый состав мешается с новым, который явно ещё не успел влиться и подружиться ни с кем. Бомгю помнит, как пришёл в прошлом году со своим другом снова, раскачал всех, сдружил, помог сблизиться. Наверное, в нынешних реалиях этого сделать практически не получится. — Сможешь подменить меня во вторник?***
Он стоит с букетом в руках для своего тренера и ломается возле дверей в зал. Не понятно, почему ему так страшно туда заходить. Странно посмотрят? Снова начнут шутить, что пообещал и не вернулся? Сначала в проёме появляется небольшой букет белых хризантем, а после и сам Бомгю. Музыка и голоса затихают, на него смотрят все. Парень неловко улыбается и оглядывает присутствующих. — Всем привет. Те, кто его долго ждал, сразу срываются с места и бегут обнимать. Для эпичности картины не хватает только слез и падений. Бомгю убирает цветы в сторону, чтобы никто их не смог помять, а второй рукой пытается обнять всех сразу. Глазами ищет того, кто явно был рад его отсутствию. Ëнджун сидит напротив, возле вентилятора и прижимает колени к себе. Смотрит на всю картину и тихо улыбается. Друг на ухо что-то шепчет, но Бомгю уже пытается выбраться, поэтому ничего не слышит. Подходит к тренеру, тоже её крепко обнимает и отдает в руки презент. — Прости, сегодня обещаю сделать тренировку в разы лучше. — подмигивает и уже собирается уйти к стае чаек, что шепчутся о нем в дальнем углу, как его вновь прижимают к себе. — Бомгю, ты придурок, хоть бы писал, а то так и не поймешь. Вроде не умер, но намёка на жизнь и нет. Парень смеётся и улыбается во все зубы. Приятно, что его тут ждали, что скучали. Без него и правда скучно. Это всё по собственным соображениям. Новенькие ребята непонятно смотрят, но они скоро привыкнут. Бомгю ловит взгляд Ëнджуна на себе и активно машет, будто они лучшие друзья. Хочет подойти и что-то сказать, как его цепляют за руку и втискивают в небольшой кружок. — Раз так скучали, почему сами не написали? — К тебе на работу отправляли разведку, но ты в отпуске был. — Это кто такой решительный и умный? — Ëнджун.***
Бомгю устраивает допрос коллеге, почему же та не рассказала ему о появлении Ëнджуна во время его отпуска. Девушка отмалчивается, ничего не может из себя выдавить, мямлит и… — Да он сам попросил не говорить тебе ничего, всё, хватит до меня допытываться. Ничего такого не случилось. Пришёл, спросил и убежал. — она резко поднимается со стула и уходит на кухню, оставляя Бомгю один на один с неприятными посетителями. Для него стало удивлением, что пришёл не близкий друг, который каждый день написывает разные истории, не хорошие знакомые, которые периодически что-то ему отвечали на истории и спрашивали как дела, не тренер, которая обожала всем сердцем Бомгю. А именно Ëнджун. С которым отношения особо не складывались. Единственные яркие моменты из воспоминаний — это отчётный концерт, когда они в обнимку стояли на фотографии, когда после выступления сжимали руки друг друга, когда мама Бомгю подходила знакомится со всей командой, а он самый первый подошёл и представился. Тогда тёплое, тягучее чувство счастья разлилось по всему телу. Как будто намёк на что-то, что будет продолжаться ещё долго. Но нет. Две недели отдыха, а потом Бомгю перестал ходить. Ëнджун стабильно лайкал его истории, писал что-то в комментариях под фотографиями, но в личные сообщения почти не заходил. Не отвечал на банальные вопросы, а если и отвечал, то так сухо, что внутри всё сжималось неприятно. Коллега возвращается с несколькими заказами также быстро, как уходила несколько минут назад. Даже не дала посидеть и подумать над произошедшим. — Нет, — Бомгю ловит непонимающий взгляд девушки, пытается собрать слова в одну строчку и не сказать лишнего, — я всё ещё не понимаю его. Вроде тянется, а потом отталкивает. Избегает, не отвечает, но потом выясняется такое. — Поговори с ним лучше напрямую, я тебе не советчик, — показывает средний палец, когда замечает кривляния Бомгю, — отдай мне лучше заказы побыстрее и иди покури, тебя с кухни звали.***
Бомгю ходит на тренировки стабильно, не пропуская ни одного дня вот уже два месяца. С Ëнджуном они так и не поговорили, потому что особо возможности и не выпадало, а когда она появлялась, то друзья портили все возможные планы. Сейчас он сидит на полу в танцевальном зале уже готовый выть от боли во всём теле. Бомгю совсем забывает о том, что дальше ещё бассейн с мамой. Кай уже минут пять трещит ему что-то на ухо, а тот не слушает. — И что ты думаешь на этот счёт? Спасает его от этого вопроса тренер, который собирает всех ребят в небольшой круг и просит внимательно послушать. Бомгю ложится на прохладный пол, кто-то наконец-то додумался открыть окно и включить кондиционер. — У нас на носу Новый год, а дальше две недели каникул. Мы вчера поговорили с администратором и приняли общее решение. Так как групп в этом году собралось немного, всего пять, то можем что-то выучить и выступить. Как смотрите на это? Бомгю головой бьётся об пол, да посильнее, потому что хочет, но сил как будто не хватит дожить до этого времени. Его руку кто-то поднимает на голосование, если считать и голос самого парня, то все за. Группа очень оживилась после этого. — Если хотите, то можете поставить что-то своё. Соло, дуэт или небольшая группа. Главное предупредите и скиньте музыку заранее. Всё это будет чисто между нами, никаких друзей, родителей, парней, девушек, так что не беспокойтесь. — тренер хлопает пару раз в ладошки, а потом поднимает всех, чтобы продолжить тренировку. Бомгю вымученно поднимается на ватных ногах и встаёт на своё место. Задаёт пару раз вопрос, кто вообще предложил учить эту хореографию, а когда получил пару осуждающих взглядов, то вспомнил, что сам был инициатором.***
Когда Бомгю предлагал пойти выпить кофе чисто своей компанией друзей, он и не думал даже, что подтянется и вся остальная группа. Сам Бомгю, Кай, их тренер, администратор, пару новеньких людей и Ëнджун. Самый необычный и неожиданный состав, который вообще мог собраться. — Кай, ну пожалуйста, — сейчас он пытается уломать своего друга станцевать дуо, но тот не отвечает никак да. — Ну что мне сделать, чтобы ты сказал «да». Парень совсем забывает, что буквально час назад он проклинал все эти танцы и обещал себе, что больше и шага не сделает в это злосчастное место, где вместо дьявола — тренер, а вместо котлов — громкая музыка и крик того самого дьявола, которому всё не нравится. Сейчас же всё хорошо, Бомгю полон сил, эмоций и готов танцевать ещё ближайшие часа два. — Ничего, просто не хочу. У меня времени особо нет на дополнительные тренировки. — парень выхватывает свою руку из чужих и трясёт так, будто на ней что-то неприятно. — Кто же со мной станцует. — он вновь бьётся головой, только уже об стол. Администратор тихо смеётся и гладит его по непослушным волосам, накручивая одну прядь на палец. Тренер шутит про то, что Бомгю вообще нельзя пить алкоголь, а то и так развязанный язык. Потом смотрит на новеньких ребят, каждый раз останавливаясь на одном и предлагает его кандидатуру хнычущему парню. Все спокойно выдыхают, когда Бомгю отказывается от предложений. Ëнджун в это время пытается тихо свалить в туалет, пока очередь не дошла и до него. Не успевает — девушка хватает его за руку, останавливая. — Нашла тебе потрясающий вариант. Он никогда от таких предложений отказаться не может. Бомгю поднимает на него немного пьяный взгляд (как они вообще до алкоголя дошли), сильно удивляясь. Чтобы Ëнджун и соглашался на всё, что ему предлагают, это надо быть супер человеком, чтобы такое произошло. Но вариантов немного, выбирать тех, кто подведёт и откажется после нескольких совместных тренировок совсем не хочется. — Ты же согласен, да? — уже несколько жалобных глаз смотрят на него. Одна администратор смеётся и не может остановится. — Ситуация полнейший сюр. Мы с ним это обсудим на трезвую голову, а сейчас можно я отойду в уборную? Бомгю загорелся так, будто ему уже дали согласие. Тревожило одно — это Ëнджун. Он ходит давно, занимается сам и лично с тренером, уровень танцев намного лучше, чем у самого парня. Но оставлять идею станцевать на недо-отчëтном концерте не хочется совсем. Главное, позорно не сбежать через несколько тренировок.***
Когда коллега выхватывает телефон у него из рук и суëт три новых чека, Бомгю вздыхает очень тяжело. Договорились обсудить, он написал, а ответа так и не поступило. Да, написал всего пару часов назад, но он ведь отвечает практически сразу на все сообщения. Девушка недовольно откладывает все чужие вещи в другую сторону и смотрит на парня. — Ты вообще какой-то никакой в последнее время, что случилось? Влюбился? Или увольняться планируешь? — Ха-ха, очень смешно, никуда вы от меня не денетесь. — на первый вопрос не отвечает, её вообще это не касается. Ему вон, работать нужно. Краем уха слышит как приходят новые уведомления, но посмотреть не может, не дадут просто-напросто. Он ждёт ответа на обеденном перерыве, когда повар рассказывает новую увлекательную историю про свою пассию. Ждёт на перекуре, когда мама решила набрать и поинтересоваться его делами. Ждёт, когда в зале полно гостей, поток не прекращается, а парень всё проверяет и проверяет телефон. Получает ответ, когда принимает заказ у гостей, невольно улыбаясь стикеру. Прослушивает пару позиций и просит повторить, на что мужчина недовольно смотрит. Милая девушка, которая сидит с ним за столиком, улыбается в ответ и быстро повторяет. «Да, смогу, скинь что хочешь, я поучу.» Бомгю готов от радости прыгать и бегать. Обнимает коллегу и пляшет на кухне. На него смотрят, как на дурака, но ничего не спрашивают. Лучше потом, когда он отойдет от этого своего непонятного состояния и сам всё расскажет. Пока просто приходится смотреть и поддерживать радостную атмосферу. В личные сообщения к Каю отправляется скриншот переписки и множество стикеров, несколько сообщений о том, что он очень рад и недлинное голосовое с какими-то непонятными звуками. Только вот непонятно. Он рад тому, что всё же станцует, или тому, что он будет танцевать с Ëнджуном? Обязательно над этим подумает чуть позже, дома, когда вечером позвонит маме и расскажет всю историю.***
Первая тренировка уже случилась через пару дней. Они неловко сидят по разным углам после разминки, изредка поглядывая друг на друга. Что говорить, как приступить вообще хоть к чему-то, никто понятия не имеет. Бомгю пытается повторить тот момент, что он выучил, постоянно забывая то или иное движение, после неловко останавливает музыку и садится обратно. — Помоги мне разобрать небольшой кусочек тут. — Бомгю говорит тихо, с надеждой, что его услышат. Ëнджун сразу отрывается от телефона и кивает несколько раз. Пересаживается на сторону где сидит Бомгю. Он смотрит несколько раз этот маленький кусочек, пока в это время парень, просящий недавно о помощи, забывает обо всём и смотрит на него. Сведённые к переносице, осветлëнные брови, ровный, чуть вздëрнутый нос, пухлые губы, намазанные чем-то явно сладким, родинка под левым глазом и милая ямочка на щеке. Ëнджуна он никогда так близко не рассматривал, иногда приближал его на общих фотографиях, чтобы полюбоваться милой улыбкой. — Эй, ты меня слушаешь? — Ëнджун несколько раз щёлкает перед его лицом. — Давай ты сначала первую часть станцуешь, а потом мы дальше продолжим. — Так, мы вдвоём там, я без тебя не смогу. — Бомгю нервно потирает ладошки об коленки и думает совсем не о том, что ему придётся сейчас танцевать. — А ты смоги.***
Ëнджун даже не знает в какой момент начал скучать. В какой момент начал следить за социальными сетями парня, который раньше приносил только дискомфорт в его скучную жизнь. Когда ушёл? Может на отчётном концерте, когда подлетел обниматься? Или с самого начала? На тренировках всегда стоял гул из-за неконтролируемых шуток Бомгю. Все тихо смеялись с его неуклюжих движений, подключались к глупым идеям и стремились пообщаться побольше. К чему у всех был такой интерес Ëнджун долго не мог понять. Когда тот ушёл, сразу все поняли, какую значимую роль играл в этой группе Бомгю. Тренер срываться стал чаще, чем обычно. Больше не было непонятных и тихих, как казалось самой причине этих самых бесед, разговоров. После часа усердной тренировки никто не тащил всех выпить чего-нибудь на соседний фуд-корт. Причины всему этому стали понятны сразу. Все шли сюда, чтобы расслабиться, почувствовать прилив счастья, забыться в смехе и шуме. Сейчас ребят явно меньше, чем до отчëтного концерта. Тренировки стали тренировками, где просто учишь и танцуешь. Ëнджун не любил, скорее даже, не ценил тот шум, который создавался. А когда шум ушёл, понял, что скучает. Ëнджуну нравится шум только тогда, когда его создает Бомгю. Ëнджуну нравится Бомгю. Сложно признавать это после всего сказанного, сделанного и кучи мыслей после. Сейчас, когда Бомгю вернулся, наконец-то стало чуть спокойнее. Мысли не жрут больше изнутри и беспокойство, что они больше не увидятся — исчезло. Новенькие боятся. А Ëнджун больше не стесняется смеяться с непонятных шуток, не скрывает взглядов и пытается выловить чужой из толпы тех, кто тоже его ждал.***
Бомгю сразу понял и принял то, что чувствует. Ему хватило всего нескольких встреч, пары пролистанных постов на его странице в ленте социальной сети и просмотренных видео, где он занимается отдельно от всех. Он прекрасно понимал все восхищенные взгляды направленные на Ëнджуна во время тренировок, сам Бомгю был в их числе. Никто не понимал, почему он находится в начинающей группе, но ничего не говорили. Вдруг спугнут такое золото. Администратор когда-то предлагала ему попробовать тренерство, но он отказался. А если бы всё же согласился, то Бомгю был бы первым, кто сбежал от милой, но очень угрожающей девушки, у которой занимается уже второй год. Всегда сосредоточенный, немного недовольный и яркий. Ëнджун косился в сторону вечно смеющейся небольшой компании молодых людей. Никогда не подключался к разговорам, всегда был сосредоточен и скромен. В выражениях не сдерживался порой и высказывался достаточно грубо. Бомгю в нём привлекало всё. Ему иногда совсем нравилось его бесить. Что-то кричать или дразнить, это сразу выводило парня на минимальную агрессию. Все наблюдали за их перепалками молча, иногда смеясь, снимая всё на камеру, а потом скидывали файлы в группу. Бомгю обычно показывал Ëнджуну язык и кривлялся, пока тот, пытался ему что-то объяснить. Может, именно поэтому в танце на отчëтный концерт они больше всего взаимодействовали. Чтобы хоть чуть-чуть сдружиться. А они всегда были друзьями, так думает сам Бомгю, не обращая внимания на всех остальных. Странная немного эта их дружба, но какая есть.***
На работе его вообще как будто теряют. Бомгю постоянно в наушниках, делает руками какие-то непонятные движения, вечно пританцовывает. И это не самое последнее. Теперь отказывается от прогулок с культурными людьми и пивом после смены, говоря, что завтра тяжёлый день. А у него он даже не на работе. Что-то другое. Повара чуть-чуть обижаются на вечные отказы, но стараются не спрашивать. На тренировках он становится более активным, будто копит всю свою энергию и выплескивает её за несколько часов танцев. Теперь внимательно слушает тренера, почти не перебивает, только чтобы задать вопрос и следит за каждым действием. Про перерывы только молчать, потому что его что раньше ничего не останавливало от глупых шуток, что сейчас, только всё это умножать можно на десять. Ëнджун стал охотно подходить и чем-то интересоваться. Сначала для всех стало это удивлением, но быстро свыклись. Скидывали это на то, что парень наконец-то привык к выходкам Бомгю. — Дорогие мои, напомним, что осталось полтора месяца до новогодних выходных и нашего отчëтного концерта, всё ещё жду вашего сообщения с музыкой, пожалуйста, не забудьте, чтобы ваши старания зря не пропали. — Милая девушка администратор выходит в центр зала и осматривает каждого. — Ты же скинул, правильно? — Ëнджун наклоняется к рядом стоящему Бомгю, чем несильно пугает его. — Ещё в первый день, когда ты мне «да» сказал. Чтоб не слиться раньше времени. — тот подмигивает и улыбается во все зубы.***
Когда Бомгю выбирал хореографию, он рассчитывал на Кая, с которым ему комфортно и хорошо. Но на его месте оказался Ëнджун, поэтому уровень неловкости вырос. Слишком много взаимодействий между танцорами, слишком много. Бомгю плохо от каждого прикосновения к своей разгорячëнной коже настолько же, насколько и хорошо. Ему не привычно, но менять бы точно ничего не стал. Ëнджун в танце совсем не замечает куда, как и что. Это не то время, когда стоит обратить внимание где всё же находятся его руки. А Бомгю замечает. Каждый раз. Поэтому порой сконцентрироваться нормально не может, глупит сильно и всё приходится начинать сначала. Парень не ругается, терпеливо переключает песню и встаёт на своё прежнее место. — Каждый год говорю себе, что не буду участвовать в этих интерактивах в виде дополнительного сольного танца, но почему-то сдаюсь и иду учить что-то непонятное и супер сложное. — Бомгю валится на пол лицом вниз, говорит громко, пытаясь переключить заново включившуюся музыку. — Первый раз в таком участвую. В прошлый раз смелости не хватило написать, хотя я всё выучил и подготовил. — Ëнджун ложится рядом, укладывая голову на спину к его... другу? Как их можно теперь называть? Бомгю на секунду застывает. Им хватает контакта в танце, а тут сам Ëнджун решил расположится на нём, как на подушке. Не дышит, запоминает момент не только в памяти, но и всем своим телом. Должен сейчас что-то сказать в ответ, но слова не лезут, полностью проникся этим небольшим жестом. — Станцуешь? Невероятно сильно хочется посмотреть на это. — шёпотом, потому что ничего не играет на заднем плане. Шёпотом, потому что не хочется вводить его в неловкость. Шёпотом, как будто отказ так будет проще получить. — Попробую, не обещаю, что вспомню всё, но попробую. — Ëнджун ещё с пару секунд лежит на полу, пока пытается найти нужный трек, а потом просит Бомгю переместиться к стенке, чтобы ничем не прилетело. Для него никогда танец так красиво не выглядел. Он смотрел на своего тренера, который показывал хореографию перед началом занятия, ездил на выступления в разные города, листал социальные сети своих знакомых, медийных людей и просто танцоров, но такого не видел никогда. Ëнджун имел свой стиль, подачу и представление от того, что он танцует. Все эмоции выражал не только лицом, но и всем телом. Плавные движения путались с достаточно резкими и неожиданными, всё в такт популярной песне. Парень не стеснялся что-то менять в уже в представленной хореографии, добавлял своё. Отдавался процессу так, будто через три минуты свалится на пол и больше не поднимется. Бомгю следил внимательно за каждым движением, эмоциями, которые менялись каждые пятнадцать секунд. Парень даже и представить не мог, что чужое «попробую» выльется вот в это. Что он будет сидеть, чуть ли не раскрыв рот и подтирая слюни. К такому сам будет долго и упорно идти. Это точно дар. Он ещё с минуту сидит молча после окончания небольшого выступления. Смотрит на Ëнджуна через зеркало и пытается собрать все слова, скопившиеся у него на языке, в одно предложение. — Ну как? — Ëнджун валится рядом, опускаясь спиной на прохладную стену. — Напомни мне, почему ты решил не выступать? — Бомгю разворачивается в сторону друга и всё также непрерывно смотрит. Только уже в глаза. — Постеснялся? — как-то неуверенно вышло. Он всё ещё пытается отдышаться, потому что танец хоть и плавный, но долгий. — Постеснялся всех затмить такой красотой? Приму ответ только таким. Это было невероятно, лучшее, что я когда-либо видел в своей жизни. — Бомгю не скрывает эмоций, улыбается во все зубы и двигается в такт музыке, которая недавно играла. Ëнджун смеется, заливая смехом небольшое помещение тренировочного зала. Не такой реакции он ждал, но похвально. — Нет, я не понимаю. Я бы с твоими навыками танцевать уже бы горы покорял. Почему ты всё ещё с нами? — Бомгю укладывается на спину, головой опускаясь на чужое бедро. Второй контакт вне тренировочного процесса. Успех. — Танцы — это хобби. Превращать хобби в работу не хочу. Я танцую для себя, а не для публики. — Ëнджун зачëсывает волосы назад и поднимает взгляд в потолок, будто что-то вспоминая. — С вами мне комфортно, уходить в профессиональную группу не хочу, потому что, мало того, что там состав постоянно меняется, так ещё и тренер. Я к нашему привык, к вам привык. — Ты почти с нами не общаешься. — будто бы обиженно говорит Бомгю. — Понимаю, про что ты говоришь, но мне просто интересно. Почему? — Не знаю. Ты когда пришёл, прилип сразу к тем, кто больше был открыт. Я к вам не лез, не особо тогда хотелось. — Ëнджун пальцами перебирает чужие пушистые волосы, что превратились в ещё больший бардак после усердной тренировки. — Я ко всем был открыт, со всеми пытался общаться, это ты на меня ругался. Подумал, что не хочешь, вот больше и не цеплялся со своим общением. — Но ты ведь не прекратил лезть. — Не прекратил. Перестал стараться набиваться тебе в друзья. На несколько минут повисла приятная тишина. Бомгю прикрывает глаза и наслаждается хорошим моментом. Вслушиваетяся во всё ещё загнанное дыхание Ëнджуна. Перебирает шнурки на штанах и пытается понять, стоит ли задавать следующий вопрос. — А сейчас? — Бомгю замечает непонимающий взгляд. — Ты сказал, что тогда не особо хотел с нами общаться, а что сейчас изменилось? — Не знаю. — больше с каким-то вопросом отвечает Енджун. — В моменте показалось, что было бы неплохо пообщаться с теми, с кем танцуешь уже долгое время. А ты почему решил вернуться? — Ты ведь искал, вот и пришёл. Бомгю смеётся во весь голос и наконец-то поднимается. У них остался всего час, а за это время надо выучить новый кусок и попытаться не убить друг друга.***
Ëнджун долго думает над его словами. Зачем-то прокручивает в голове одну и ту же фразу несколько раз в минуту, и понятия не имеет кого винить в том, что Бомгю всё знает. Либо себя, за то, что появился на его рабочем месте и вообще решил спросить у того, кто на смене. Либо коллегу Бомгю, которая всё разболтала. Постоянно приходит к одному и тому же выводу: главное, что вернулся, а каким путём и почему — совсем неважно. Ëнджун скучал, сейчас времени достаточно, чтобы насладиться и немного устать от постоянного внимания. Не устаёт. Не наслаждается до конца. Будто бы хочется чего-то большего. Встретится вне тренировок, поболтать за каким-нибудь напитком, рассказать что-нибудь и послушать в ответ супер глупую идею. Первое такое желание появляется, когда большая часть группы тащит его куда-то посидеть и вкусно перекусить. Его тоже позвали, но дела. В моменте захотелось отменить всё, пойти следом, чтобы его также, за руку и с пинками в ноги, вытаскивали из раздевалки. Второе такое желание появилось на самой тренировке, когда он не слышал привычного шума, а источника этого шума он нашёл забитым в угол зала. С ним рядом сидел Кай и что-то ярко рассказывал, жестикулируя руками. В моменте тоже захотелось присоединиться. Послушать эту замечательную историю, на которую Бомгю только закрывал рот и постоянно поднимал брови в удивлении. Третий момент был перед тренировкой, когда Ëнджун случайно приехал раньше всех, как ему думалось на тот момент, но обнаружил Бомгю, сидящего в наушниках на полу и напевающего какую-то мелодию себе под нос. Он тогда так ярко помахал рукой в приветственном жесте, что Ëнджун расстерялся и только мотнул головой пару раз. Тогда захотелось сесть рядом, закрыть глаза и отпустить голову на чужое плечо. Посмотреть вместе несмешные видео на телефоне и обсудить последние новости. Дальше он перестал считать. Мыслей было много, они были странные, непонятные и порой сильно пугающие. Появились странные желания, которые никак невозможно объяснить. Странная тяга к человеку. Прикосновения на кончиках пальцев оставались ощутимы до последнего, а потом сны забирали Ëнджуна далеко, чтобы не думал. Не надумывал.***
— Почему нас нет в программе? Ты ничего не скинул что ли? Что за фигня? В общий чат скидывают номера. Их группа выходит самой первой. После них еще семь выступлений, а самих парней нет нигде. Ëнджун потер глаза несколько раз, попил воды, вышел и зашел обратно, вдруг показалось. — Ты хочешь сказать, что все наши старания вот так просто пойдут коту под хвост? Да ты прикалываешься надо мной. Бомгю сидит на полу в раздевалке после изнурительной тренировки в четыре часа. Им даже пришлось пропустить групповое занятие, чтобы собраться. Тренер этому была не особо рада, но добро дала по итогу. — Да чего ты так улыбаешься? Ëнджун закидывает телефон в ящик со своей одеждой и валится на ближайшую лавочку. Закрывает лицо руками и тяжело вздыхает. Он тихо причитает про в пустоту потраченные деньги, силы и время. Про то, что хотел выступить наконец-то, перестать стесняться. На плечо опускается чужая голова и тихо говорит «сюрприз». Бомгю обнимает его за плечи и дышит неровно. Переживает. Ëнджун всё ещё возмущается, но становится тише после услышанного. — Я специально попросил нашего администратора не ставить нас в список. Мы ведь никому не говорили про выступления, готовились сами. Только ты, я, администратор и тренер знают. И Кай, но тот уже десять раз забыл об этом. Будет, скажем так, небольшим удивлением для всех. — А почему сразу мне не сказал? — Ëнджун отрывает лицо от рук и поворачивает голову в сторону собеседника. Слишком близко. Слишком быстро он потом обратно утыкается в своё укрытие. — Забыл. Не думал же я, что это станет для тебя проблемой. Да и если бы я не сказал ей, что мы выступаем, то вселенная бы тоже не схлопнулась. Впереди ещё один отчётный концерт. Смогли бы там покорить сердца зрителей. Он тихо смеётся и уже хочет отстраниться. Всё же хочется домой, в душ и мягкую кровать, где на него не будут кричать из-за неправильно сделанного движения. Но Ëнджун оказывается быстрее и обнимает. Крепко прижимает к себе и утыкается носом в изгиб шеи. — Поговорим после концерта о твоей благодарности ко мне, а пока пошли собираться. — Бомгю тихо смеётся и, не смотря на свои слова, обнимает ещё крепче в ответ.***
Он всё ещё не понимает, почему выходит ради кого-то из своей зоны комфорта. Для него и общие выступление не всегда казались чем-то прекрасным, но шёл, потому что это обязательно. Почему так быстро и легко согласился на выступление с Бомгю? Изначально, это казалось каким-то странным и не понятным сном, а сейчас, когда они стоят перед сценой, все наряженные и ждущие, когда их позовут, сон превращается в реальность. В страшную, где нет его одного, где больше сотки глаз будут смотреть. Сейчас он стоит здесь, в толпе смеющихся ребят, рядом Бомгю, который держит его за руку и переодически сжимает в поддерживающем жесте. Кто-то из толпы пытается рассказать забавную историю и Ëнджун переключается. Убирает на второй план ненужные мысли и вливается в разговор. Администратор на сцене что-то громко говорит в микрофон, дабы перекричать толпу подростков. Объявляет о каких-то секретных гостях в конце всей программы, на этих словах два хитро улыбающихся парня переглядываются и подмигивают друг другу. — Мы справимся. — Бомгю шепчет на ухо совсем тихо, чтобы услышал только тот, кому эти слова предназначались. — Ты справишься. — лёгкое прикосновение губ к горящей щеке. И он тянет его уже на пустую сцену, всё так же за руку. Чтобы было спокойнее. Ëнджун уже не переживает. Он не видит того, кто видит его. Софиты слепят глаза и вызывают слëзы. Музыка не даёт проморгаться, включается резко, заставляя парней на секунду замереть. Ëнджун думает о нежных губах на его коже, но старается сейчас сильно не зацикливаться над этим. Танец. Вот какая мысль в его голове должна быть главной. Но они слишком много контактируют с Бомгю, слишком долго смотрят друг на друга, слишком часто задерживают руки в быстрых движениях. Тренер проглядывается в первых рядом. Она одобрительно качает головой и показывает большие пальцы вверх. Кричит громче всех, самая первая начинает хлопать. Группа приободряется к концу танца, замечая всю ту тёплую поддержку, которую дарила им девушка. Все ученики подключаются к её крикам. Подпевают знакомые слова, пока ребята со сцены выплясывают отработанные движения. Когда на передний план выходит девушка, единственная в их группе, для завершения танца, парни отходят чуть назад, подключаются к общему крику, кто-то свистит, кто-то поёт, кто-то просто пытается выговорить непонятные слова, получается плохо, потому что дыхание сбилось давно. Она останавливается, музыка и свет выключаются. Зал затихает буквально на секунду, а потом поднимается и хлопает. — Ты справился. — Бомгю появляется рядом неожиданно, перехватывая чужую руку во время поклона. Бомгю снова жмётся губами к его щеке, когда все лезут обниматься. Не обращает внимание на удивлённого Кая, которому тоже хочется обнять друга. Не обращает на тренера, которая фотографирует их группу на память, но после приближает поближе, и частью воспоминаний останется Бомгю и Ëнджун.***
После последнего номера, Бомгю тащит Ëнджуна в импровизированную раздевалку, по сути комната на втором этаже, сразу закрывая за ними дверь. Танцоры валятся на кровать, которая закидана чужими вещами. — Надо переодеваться, скоро наша очередь. — Ëнджун переворачивается на бок, укладывая голову на чужую руку. Проводит пальцами по бандане, которая привязана к ремню на джинсах. — Мне так спокойно и страшно одновременно. — он говорит это более тихо, чем в прошлый раз. — Это будет потрясающее выступление. У меня есть для тебя сюрприз, но он будет в конце. — Бомгю тоже поворачивает на бок, аккуратно, чтобы не спугнуть. Опускается на кровати чуть ниже, обвивает чужую талию нежно, совсем невесомо, и прижимается лицом к груди. — Сначала расскажешь о поцелуях в щëки, а потом делай что хочешь. — Тихо ты, я ведь говорил, что все благодарности после того, как мы станцуем. Смех Бомгю затихает, когда его обнимают в ответ. Они лежат так ещё несколько минут. Наслаждаются приглушенной музыкой с первого этажа и изредка пускают смешки из-за крика. Наслаждаются равномерным дыханием друг друга. Приятными прикосновениями. Лёгкими духами, с нотками цветов и ванили. В комнату врывается тренер с ярким стаканом в руке и непонятным содержимым. Пытается в минуту уложить всю свою поддержку, слова любви, счастья и гордости за них. На память фотографирует их ещё один раз за этот вечер. Ещё один, но явно не последний. — Готовы выступать, мои сладкие? Эх, я так вами горжусь. — она валится рядом с Бомгю, обнимая их сразу обоих. — Извини, пока не понимаю, как мы, потому что ещё не выступили. Но за такие слова приятно, спасибо большое. — Ëнджун дотягивается и до неё. Теперь они втроём лежат, зажимая Бомгю между собой, будто в коконе. — Надеюсь, ты будешь громче всех кричать и хлопать, без этого выступать откажусь. — Бомгю высовывается из своего небольшого укрытия и переворачивается на спину. — Без этого никуда. — она щёлкает парня по лбу, сразу прикладывая тыльную сторону ладони. — По секрету, я ваша самая главная фанатка. — Мы и не сомневались в тебе. А теперь, можно нам переодеться? Девушка на секунду сжимает их так, что становится сложно дышать, а потом вылетает из комнаты так же быстро, как и влетела сюда. На удачу только воздушные поцелуи отправляет. — Ей запрещено пить. Пока оба смеются и пытаются распутаться из рук и ног, на телефон приходит уведомление от администратора, что у них остаётся всего десять минут на подготовку. Бомгю выглядит спокойным, никакого страха в глазах, трясущихся рук или мурашек на коже. Ëнджун нервничает. Не сильно, но страх всё ещё не покидает тело полностью. Он сжимает края костюма, пытается застегнуть белую, полупрозрачную рубашку, немного дергает себя за волосы, чтобы поправить укладку, это сам себе придумал. Бомгю подходит тихо, чуть пугая его, и сам укладывает пряди в сторону, после показывая палец вверх. — Ты правда плохо на меня влияешь. — Благодарности потом. — Бомгю подмигивает и тянется к носу, чтобы оставить короткий поцелуй вновь. — Чтобы не нервничал. — аргументирует свои действия тем, что мама так делала в детстве перед важными событиями. — А теперь пошли, нас ждут.***
Ëнджун готов сбежать сейчас. Его вывернет, если ещё чуть-чуть постоит за сценой. Буквально. Выпитый залпом напиток со стола оказался явно не обычным соком, а чем-то смешанным с высокоградусным алкоголем. Бомгю рядом слушает речь и немного, пытается делать это незаметно, трясёт ногой. Администратор на сцене шутит, говорит приятную речь и наконец-то представляет секретных гостей. Зал полностью погружается в темноту, слышно только тихий шепот участников данного мероприятия. Ëнджун и Бомгю тихо выходят на сцену, замирают в одной позиции и готовятся. Яркие синие вспышки пробегают по сцене, мельком показывая тех самых гостей. Парни жмурятся от огней и довольно улыбаются. Музыка, сначала тихая, без слов, включается где-то в самой дальней колонке. Парни меняются местами и потихоньку начинают вставать на ноги. Зал всё ещё сидит тихо, ждёт нужного момента, чтобы завопить в один голос. Их движения плавные, переливающиеся друг в друга, гармоничные. Они танцуют так, будто в этом месте больше никого нет. Как это было в тренировочном зале, когда наконец-то поставили хореографию до конца. В этом моменте не существует никого другого, только они. Только друг для друга. Бомгю не упускает возможности подмигнуть или показать язык, пока Ëнджун держит его за руку над полом. Тот в свою очередь чуть крепче сжимает чужую талию, щипая нежную, оголённую кожу. Где-то на середине они перестают оба слышать музыку, оставаясь в полной тишине. Действовали по инерции, по заученным шагам и ритму, который отбивало сердце. Чувствуют пульс — громкий стук, отдающийся эхом в ушах и висках, заглушающий всё остальное. Гул толпы, электрический визг колонок, резкий возврат звука обрушиваются на них. Они слышат свои имена из толпы, сквозь пелену громких и непонятных звуков различают голос тренера, которая кричит полную чушь, но с такой любовью, с которой ни один в этом зале не сможет сравниться. Эта любовь, непередаваемая, обволакивающая, возвращает его на землю. Яркий фиолетовый свет, неестественно яркий и почти жестокий, вырывает их из полумрака, где они существовали лишь для себя. Он подсвечивает каждую деталь. Блеск пота на лбу Бомгю, взлохмаченные пряди, дрожащие от напряжения и восторга уголки губ. Магия, созданная только для них, исчезла. Пузырь лопнул, и мир вторгся, требуя их внимания. Они продолжают создавать эту магию для тех, кто сейчас смотрит. Ëнджун чувствует, как адреналин волной накатывает на него, смешиваясь с легким головокружением от нехватки кислорода в организме. Если ему не кажется, то весь танец он держался на одном вздохе и мощном выбросе эмоций. Он делает глубокий вдох, пытаясь переварить произошедшее, и тут же ловит взгляд Бомгю, который, выдыхая, тоже медленно отрывается от гипноза момента и широко, искренне улыбается. Их танец закончился. Бомгю валится на колени перед ним, протягивает дрожащую руку и, когда получает лёгкое прикосновение к своим пальцам, тянет на себя. Замечает яркий фонарик, который снимал все их выступления, быстро подмигивает в камеру и обратно поворачивается к Ëнджуну. Свет уже выключился. Им нужно встать на поклон, только вот Бомгю не может пока на чём-то сконцентрироваться, кроме как на чужих губах, которые нежно касаются своих. Приглушённый свет в зале, который выключали перед этим, заставил парней наконец подняться на ноги и поклониться. Тренер чуть ли не пищала от восторга, а толпа замерла в этом потрясающем моменте.***
— Я теперь понял, про какие ты говорил благодарности. — Ëнджун перебирает пряди чужих волос. Говорит шёпотом, чтобы не нарушить покой. — Спасибо. Огромное спасибо. — Ëнджун. — Бомгю переворачивается на спину и смотрит на молодого человека очень нежно, слегка улыбается кончиками губ и прикрывает глаза. — Ты мне нравишься. Ещё с первого дня нашей встречи. Когда только увидел тебя на тренировках. Мне так хотелось тебя узнать, не знал как правильно это сделать, да и до сих пор понятия не имею, но мне с тобой так хорошо. И было хорошо. Даже когда ты просто несколько раз кивал в знак приветствия, во мне как будто что-то новое зарождалось. — он прикасается ладонями к горящим щекам и трëт глаза, после чего блёстки оказываются по всему лицу. — Тебе спасибо, что согласился, что приходил ко мне на работу, потому что скучал. Единственный. Скучал ведь? — Бомгю тычет пальцем в живот и дожидается положительного кивка. — Спасибо. Мне так плохо сейчас от того, что я говорю, но так хорошо, что наконец-то смог это озвучить. — парень резко поднимается и садится перед ним. — Ты украл мой сюрприз. Это я хотел тебя поцеловать. — Дурак. Какой же ты всё-таки дурак. — Ëнджун щёлкает его по носу и хватается за румяные щëки. — Ты мне тоже нравишься. И это не тебе стоит говорить спасибо. А мне. Я бы никогда не пошёл на такой шаг в виде выступления дуэтом или в соло, потому что так боюсь сцены. Твой уход заставил меня скучать, выпытывать у Кая, где ты работаешь, приехать и позориться, потому что там тебя не было. Как мне было хорошо, когда ты вновь вернулся. Да, стало снова шумно, но наконец-то группа стала казаться не просто группой. А частью жизни, куда мне хотелось приходить. Потому что ты был там. — Ëнджун целует его в пухлые губы быстро и продолжает. — Но, если бы мне сказали, что мою инициативу будут поддерживать поцелуями в щëки, то первым же записался. — А тренер? Тебе не хватило её поддержки? — Она напилась, кричала о том, что мы самые лучшие и прекрасные. Как будто бы сполна, но она не ты. Бомгю готов прям сейчас расплакаться от переизбытка чувств. Сколько он держал это в себе. Сколько хотел озвучить. Не было и капли сомнения, что чувства окажутся взаимными. Но подходящего момента не было. — Ты тоже дурак. Кажется, я сейчас заплачу. Ëнджун заливисто смеётся и снова его целует. Не так, как делали до этого. А по-настоящему. Сжимает худые бока Бомгю, тянет за ткань рубашки и оставляет красные следы на светлой коже. Бомгю цепляется за плечи, сцепляет руки в крепкий замок на шее и притягивает к себе ближе. — Я буду твоим парнем. Это ответ на ещё не заданный вопрос. На тот, который проскакивает между поцелуями, который всё никак не хочет собраться в единое предложение, только по словам.
